Рассудок выселен в Освенцим, у стенки траурный венок - судьба мне сунула под сердце кривой отравленный клинок. Уже костлявая с косицей дежурит нервно у двери и недвусмысленно косится, ждёт, что возьму в поводыри, но выбор есть. Ещё возможно закончить важные дела, обнять любимых осторожно, скупые вести разослать, слова звенящие послушать, заметить раннюю весну и в обескровленную душу горячей памяти плеснуть.
Сегодня так звучали птицы, как будто вырвались из пут, крича о людях, что с убийцей - с клинком отравленным - живут.
Трудно ещё что-то сказать.