Северный стих - ледышка, Или по пояс снег, Или в ночи одышка, Когда перейдешь на бег. Бег не в мешках - в сугробах, Чтобы от вьюг спастись. Двое в тюремных робах Жадно вдыхают жизнь. Прочь от своей «двадцатки», Прочь от рычанья псов… Строки, стиха остатки - Черное чтиво сов. Стих разодрали ели, Клювы и коготки… Строки лежат в постели. Выжили две строки.
Скажи, ты когда-нибудь был одинок - так, чтоб единственным, крайним? С тобой же всегда - верный сурок, заботься, корми, играй с ним. Считал ты когда-нибудь, сколько дорог не пройдены, преданы? Разве скажет об этом дружок-сурок? Скорее, поднимет на смех. Будут и белка тебе, и свисток, только за пазухой тесно - несколько рваных рифмованных строк несколько странного текста.
так, чтоб единственным, крайним?
С тобой же всегда - верный сурок,
заботься, корми, играй с ним.
Считал ты когда-нибудь, сколько дорог
не пройдены, преданы? Разве
скажет об этом дружок-сурок?
Скорее, поднимет на смех.
Будут и белка тебе, и свисток,
только за пазухой тесно -
несколько рваных рифмованных строк
несколько странного текста.
Когда только скрипка со мной.
К смычку потянулась моя рука,
Но струн ни одной.
Давно под напором моей игры
Порвались все струны вдрызг,
Трактирщик не даст кабачковой икры,
А скажет мне: «Брысь!»
Как будто я кот, а ведь я человек,
Один, и не ел три дня.
Мне много не надо – один чебурек
И малость огня.
Стою одинокий, голодный, больной,
Пою замерзшей сосне.
Сурок прибежал и пушистой спиной
Прижался ко мне.