Его удары наотмашь, сходу,
Всегда спокойны, без тени страха,
Предпочитает всему свободу.
Не раз он слышал: «Дождётся плаха.
Побойся смерти – уймись, замолкни,
Буян бесстрашный, искатель правды.»

Но в нём взвывали степные волки,
провозглашая подлунно клятвы.
И небо знало, порвёт любого –
Бродяга ветер был очевидцем
(и кстати, это совсем не ново –
быть легковетренным летописцем).
Смеялось солнце: «Горячий парень,
Какой активный протуберанец!»

И только старый ленивый камень
Смотрел как звёзды, слагая танец,
Взметнувшись пылью, невидной глазу,
Защитой станут огню-буяну.

Меняло небо на сердце – разум.
Он прятал звёзды в атлас кармана.
И становился предельно светлым,
Глаза искрились, теплели руки.
Он к ней спускался лучом рассветным,
И затихали мирские звуки.
В бесстрашном сердце любовь – источник,
А значит, будет бескрайним небо.

Поёт предутренний колокольчик,
Туман ложится несмятым крепом.