«Раскачаться сильнее, чтоб корка замёрзшего льда отломилась от наста и тело толкнуло вперёд...» –
Думал так снеговик, пробуждаясь от долгого сна... «И ведро почему-то сегодня особенно жмёт.
И на улицах зло, и мальчишки пинают ногой, и гоняют котов, и упавшему не подают...
Где же солнце, скажите? Мне так захотелось домой, где ветра с чистым снегом протяжные песни поют.»

Утро гладило мир, согревая замёрзшие льды, в каждом хрупком кристалле спектрально играя рассветом.
Во дворе тонкой нитью по снегу петляли следы. «Это что ж за диковинка?» – дворник замял сигарету.
А по небу брели мокрых пяток двойные следы, а за ними стелились дорожки оранжевых стружек.
Это грызли морковь, оторвавши себя от земли, Снеговик и зайчишка – без розовых плюшевых ушек.

Крепко лапу держа, снежный чувствовал жженье в груди и безропотно таял, и нежно дышал облаками.
И февральское небо роняло на землю дожди. А Петрович смотрел и лицо закрывал рукавами –
Там, где звёзды дрожат, где фотоны играют в квача, видел контуры двух, что в обнимку шагали в бескрайность.
И такая его охватила внезапно печаль, что ему захотелось вернуться в свою изначальность.

Лёгкий крылистый взмах, и по небу поплыл журавлём через капли дождя, через тень многолетних привязок.
«Он успел быть на месте к назначенным шедшими – трём.» – вывел в книжице гном и захлопнул шкатулку для сказок.