Мои девяностые… Можно вовсю геройствовать.
Потертые джинсы – как символ иной свободы.
Переть на рожон, в идеалах своих упорствовать,
При этом не очень отчетливо зная, кто ты.

Ломиться в закрытые двери – зато уверенно.
Себя потерять, но глаза разглядеть чужие.
Влюбляться и верить, что жизни сто лет отмерено,
Считать себя взрослым, но все узнавать впервые.

Расстаться на целое лето – с одним, единственным,
Писать каждый день, проклиная капризы почты.
В стране, где романтики гибнут – но ради истины,
И нет для вражды благодатней отныне почвы.

На стыке времен, на обломках страны раздробленной
Плевать на глобальные беды – любовь важнее.
Писать, расправляя листок на клеенке сгорбленной,
Письмо доверяя сварливой почтовой фее.

У слова «люблю» незатейлива траектория –
Маршрут от почтового штемпеля независим.
…У этого лета будет своя история…
Без выцветших строчек эпохи бумажных писем.