Ковчег почти готов. Моя семья
со мной, в стенах просмоленных и прочных.

Я много лет сносил насмешки прочих,
и много раз пластался оземь я.
Я звал Его. Я спрашивал: - За что?
За что мне эта тяжесть за плечами?
Кому звенел я этими ключами?
Зачем лил воду в это решето?
Я праведен? Отнюдь. Не без греха.
Я был плохим отцом и скверным мужем.
Но я любил, я был кому-то нужен.
Теперь постель моя пуста, тиха.
Я избранный? Мне даже не смешно.
Любой другой не менее достоин.
Не пахарь, не правитель, и не воин.
Всегда один, всегда в работе. Но
теперь я жду. И тучи надо мной
по-новому увесисты и грозны.
Соседи приутихли и серьёзны.
И этот голос: - Время вышло, Ной.
звучит во мне в любой свободный миг.

Мой Ворон спит, укрытый плотной тканью.
Готов ли я к спасению? К изгнанью?

Прости их всех. Помилуй души их.