О тебе, как стало хуже, вспоминаю,
раздуваю уголёк во тьме души.
Не всегда я предавался умиранью,
а с тобою точно – жил да не тужил.

Пережёвываю первые приглядки,
карусель «Орбита», взрослое кино
да «Токай», что смёл стипендии остатки
и остался неоткрытым всё равно.

Ниоткуда приходила в тело смелость,
и оттуда же безропотность бралась,
потому что ты без лишних слов умела
окунуть в дрожанье губ и дерзость глаз.

Наши чувства приукрашивает память,
запуская снова времени петлю,
из петли исход один – вперёд ногами,
я от этого ворочаюсь, не сплю.

Мне бы вспомнить разбегания причину
(мне б успеть, уверен: вздор и детский сад),
чтобы мысленно прийти к тебе с повинной,
всё исправить, а потом – к врачам назад…