Не то чтоб мечтала о нём королева,
но в сердце гуляла заноза,
ей было до всех журавлей параллельно,
Синицын был нужен серьёзно!
Хотя невысокого роста и чина, слегка суетлив и растерян,
обычный, неброский, не Бродский, мужчина
из самых стандартных материй.
"Чего ты нашла в нём?", - завидовал Каин, рыгнув пассерованным луком.
И воленс-неволенс синицы рыдали, когда взял он маузер в руку
и выстрелил прямо Синицыну в спину, промазав нечаянно влево.
Больному теперь каждым утром люпины
приносит сама королева.
Синицына Каин уволенс,
но это ему по пояс.

Известный трагик Каин Журавлев
И брат его по матери Синицын,
Имевший смелость Авелем родиться,
Отправились с гастролью в Могилев.
В театре ландграфиня Могилева
Сказала: "Каин ваш играет клёво,
Но мне лишь Авель нужен навсегда.
Он бесталанен?" Все сказали: "Да".
" Тогда тому - и деньги и рубины,
А Авелю - души моей глубины.
Лишь Авель есть на свете для меня".
А Каин могилевцев за два дня
Порвал своей игрой невероятной
И с гонораром двинулся обратно,
Но, Авеля завидев с ландграфиней,
От злости стал буквально темно-синий,
От ревности - лилово-голубой,
И Авеля он поразил пальбой.
Но промахнулся. Пули били мимо.
А ландграфиня так невозмутимо
Спросила у Синицына: " Ты жив?"
"Почти", - ответил Авель ей спокойно,
И оба удалилися достойно.
А Каин, ставший к старости плешив
И потерявший голос, слух и зренье,
В конце пути сидел в дому призренья
И перед смертью попивая чай,
Никак не мог забыть про сей случАй.