Ты боишься оглянуться:
кто в затылок жарко дышит?
Как фаянсовые блюдца
бьются,
бьются,
бьются крыши –
щедро сыплются орехи
с перепуганных орешин.
Слепо щуришься в прорехи –
ни орлов тебе, ни решек.
Как смеялся большерото,
помнишь, баловень, везунчик?
Но в затылок дышит кто-то –
на защелку рот-щелкунчик
и беги зимой, упавшей
пересыльными мехами.

Ты боишься. Душит кашель,
кашель с кровью и стихами.