Легализировали жизнь
волчата,
Играя в зарослях конопли,
Проплывал бородач с автоматом,
Далеко, на краю земли.
Пролетала пушинка-птица,
Исчезая в тяжелой пыльце...

Бог решает, кому родиться,
У него есть такой пинцет:
Выбирать, словно вшей, волчат ли,
Птиц, улиток, бородачей.
Садху, садху, не ценишь чарас -
Будешь, садху, курить пырей.
Ты давно ничего не помнишь,
Наша память - неверный друг.
Ваша память. Всего лишь сон мой.
Ну, иди в крематорий рук.
Возродишься в морозном мае,
Будет летом сирень цвести.
Там не курят, волчат стреляют,
Доживают до 60.
И смеются над третьим глазом,
Будто это не... верх, а низ.
Но зато никакой проказы,
Из недугов - патриотизм.
Да повсюду единороги,
Росы, росы на листья мальв.
Постоянный ремонт дороги,
Телерадиомойка ума.
Позабудешь родную местность,
Пятиречие. Не дрожи,
Чуть родишься, тебя покрестят
Православные бабаджи.
Из церковного лона - в армию,
Воспитают мужчину там,
Все сжигают: и жир, и карму.
И куда ни пойдешь - лингам.

Но в конце, позабытым, лишним,
Хорошо под заснеженной вишней
Что-то вспомнить... позвать кого-то:
"Люди... Дровница вот пуста".
Я приду за тобой
в образе соцработника
Или даже Христа.