Проститутка Жасмин Ивановна
(понаехавшая из Иваново)
кладёт на место ремни и плети,
говорит гимназисту Пете:

Мальчик, выйди из роли дона Жуана,
и не надо стихов, ну какая там точка «джи»…
Деньги на стол, твой айфон лежит под диваном.
И шнурки, пожалуйста, завяжи.

Гимназист Пётр Ильич Докукинский
хмурится взросло, почти по-бунински.
Он сын министра, внук генерала
(партия знала, кого выбирала).

Зашнуровывает ботинки, закуривает,
возражает: - А на литературе-то
ваша мама в гимназии нас учила,
что у каждой трагедии есть причина.

Гамлет не стал бы кошмарить отчима,
мещанка Куделькина не бросилась бы с моста,
Сальери не стал бы Моцарта ядом потчевать.
Знать, и вы меня порете неспроста.

Жасмин краснеет: - Не надо про маму всуе,
вы все наряжены, как манекены в ЦУМе,
а в постели, простите, - убоги, скучны и нищи.
И не надо денег, забери назад свои тыщи.

Знаешь ли, Петя, твои кураторы правы -
вы, гимназисты, не понимаете ни-че-го.
Я бью вас плёткой с любовью заместо мамы.
Чем сын ефрейтор – уж лучше я.