Нет у тебя голоса, Гульсара.
Ты стоишь на Войновке в пять утра,
Ждёшь, когда заметит и подберёт
Маленький самолёт.
Вянут твои лилии, Гульсара.
В город оккупантом вошла жара,
Повязала ленью и бьёт под дых
Нас, немых.
С этой остановки — один маршрут,
Здесь тебя пилоты не подберут.
Глупая, когда задрожал карниз,
Ты захотела вниз.
Тяночек, кокеток, вакханок, нимф
Пазик ежедневно увозит в лимб.
В этот цирк билеты не обменять,
Надо же понимать.
Ты бы походила еще чуть-чуть,
Присмотрела путь, а не эту муть.
Что ты фантазируешь там себе,
Бэмби в платке хэбэ.
Ты бы укрывалась у Гесперид,
Среди них осмелилась говорить.
Подожди, а там — хоть земля гори...

Фары и пустыри.
Наш неуважаемый пассажир,
Впереди бесчисленность чёрных дыр.
Потемнели пальцы и рот свело,
Губы твои — стекло.
Ничего с прерывистым вздохом "ты",
Только кем-то брошенные цветы,
Только тигры-лилии, Гульсара,
В вечные пять утра.