Так начинался обычный для города вечер:
Ветер гонял потерявшийся фантик по встречной,
В небе чернели ажурные башни вокзала,
Сонные дети в кроватях считали овечек,
А бакалейщица Дженни опять замерзала.

Дженни казалось: под кожей дрейфуют ледышки,
С кончиков пальцев взбираются выше и выше.
Только любимая чашка спасала немножко;
Видимо, в чай, что душистыми травами дышит,
Тёплые звёзды сошли золотистой морошкой.

Дженни от холода крепко сжимала колени.
Думала: так же трамвай замерзает последний,
В сумерках мёрзнет сирень, беззащитно белея.
Дженни казалось, что мир до утра околеет,
Что замерзает на полках её бакалея.

Господи боже, заботы у бога так много!
Бабочка тонет в стакане вишнёвого сока,
Просит корабль о спасении азбукой Морзе,
Оперный тенор не справился с нотой высокой,
Снова война и опять эпидемия в Осло...
И бакалейщица Дженни зачем-то замёрзла