На пляже белесом прибило к ограде
Торговца чернее угля –
С товаром и с носом, не прибыли ради,
А слюнопускания для.

Вершина утех эти бюсты и попы
Идущих по пляжу фемин,
Прибывших из всех регионов Европы,
Которые знает «Гармин».

А где-то за гранью белесого мира,
В окрестностях озера Чад
Ждут шкуры бараньи, из глины квартира
И дюжина черненьких чад.

Последнего хряка иссохшее рыльце
Однажды со страхом узрев,
Семья поскорей снарядила кормильца
К иным берегам на заре.

С тех памятных пор и до нынешних буден
Батрачит на черную сеть.
Не пойман, не вор и пока неподсуден,
И можно на попы глазеть.

Но все бесполезно, не будет улова
В отсутствие евровых чар.
Вздыхает болезный и пробует снова
Кому-нибудь втюхать товар.