вот улицы сиреневый размах
и зелень в фонарях у поворота,
дома, дворы, не разглядишь впотьмах
а дальше – что там?

а дальше, если разобрать слои,
закованные цепью хронотопа
Адам и Ева, сад Эдема и
вода потопа.

а дальше – ничего и никогда
не существует за пределом взгляда,
и только плуг и протоборозда,
земля разъята.

а дальше – тишь. до корня, до морфем,
до Слова, на ещё пустом мольберте –
пока не отделённая никем
вода от тверди,

пустая бездна, шип не вложен в паз,
где света тьма пока ещё не знала,
витает Дух недалеко от нас –
за три квартала,

а те, кому ещё названий нет,
живут в своей, в твоей не существуя,
вселенной, с ними лучезарный свет
и аллилуйя.

но что случается, когда во тьму
поднимешь руки, дерзок, но наивен,
и вдруг с небес по жесту твоему
нисходит ливень?