Во сне гроза, и наяву – гроза:
из облаков пикируешь к земле и
в семь сорок открываются глаза,
и всё что живо – греется, теплеет.

Хранитель, ну скажи, что веришь cнам.
Гуди подъём, небесная валторна.
Любовь моя крылата и смешна,
верна как Чкалов, авиамоторна.

Но кантарельны наши имена,
и ветры осень вспарывают люто.
И жизнь летит, не оставляя нам
ни слов, ни снов, ни памяти, ни брюта.