Пускай соврут мне расчеты майя
и все другие календари,
что день - недели одна седьмая,
а зимних месяцев целых три.
Мне верить в чудо еще охота, в болезни-здравии быть с тобой. Однако нет
вариантов хода – я запатован самой судьбой. А мне б хотелось нырнуть
дельфином, как раньше, в ласки твоей Гольфстрим. Но в жизни верить
нельзя мальвинам. Хороших девочек портит грим. Пусть лучше жабрами
станут фибры, раз ложью воздух отравлен весь, и я на нервах в режиме
вибро вдыхаю горькую эту взвесь. Луна белеет, как будто шляпка гвоздя
в мечтаний моих гробу. Твой язычок для меня – не кляп, как хотелось мне бы.
Уже табу. На нежность падким я был сластеной, теперь ломает без губ твоих.
Любовь кусает и пригвожденной к ночному небу, где гром утих. Она сгорела
последней спичкой, однако мне прикурить дала.
Но сколько дымом себя ни пичкай –
Душа не вспыхнет. Мертва.

Дотла.