Была юна луна, любовница поэта.
Нас город отпустил на два июньских дня.
Мы съехали с шоссе и разбудили лето.
И я была с другим, и не было меня.

Я помню ты тогда сидел напротив Тани,
и звёздочки зажглись в созвездии моём.
Ты пел про тёмный лёд, и что-то про "Титаник",
но что мне эта тьма, и что мне этот лёд?

Хотелось убежать. Но я не убежала.
Пошла с тобой к воде от жаркого костра.
Ты закрывал мне рот и нежно гладил жабры.
И ночь была пьяна, и пряна, и остра.

И было всё для нас балтийской зыбкой ранью:
и дюны, и песок, проспавшие весну.
А мой другой сидел и скучно лапал Таню
(совсем без огонька, а лишь бы не заснуть).

Кто выкупан в любви - того не портит сажа.
Крепчайший "Голуаз" пригрев от головни,
вела "Титаник" в порт дрянная нимфа Саша -
под вымпелом твоим, под вымпелом твоим.