Шаманский бубен гудел негромко.
Тугие капли созревших звуков
срывались гулко, и камнеломкой
рвалась наружу немая мука.

Из каждой клетки – из клетки тела
она пускала свои побеги.
Она не знала, чего хотела,
она забыла ветра Онеги.

А те качали святые сейды,
лизали раны, ревели в скалах...
Цвели фантомы закатов медных,
зрачки сжигая до углей алых.

Встречала память гортанным криком,
тащила в древность по перекатам,
и ты качалась на грубых стыках...
По капле звука на каждый атом –

и дикой песне покорно тело.
Рисунок неба измят и скомкан,
но ты послушна. Ты тень от тени...
Шаманский бубен гудит негромко.