Она легла на бок и обняла колени,
И зашептался мир, зашевелились тени,
Сквозь стены и полы пришедшие извне,
И те, что жили с ней.
Она легла на бок, как выпала из рук,
Что рыба на песок. На водной глади - круг,
Не видно в темноте, и холоден песок;
На склоне бьёт родник, чернеет кирказон.
Да только склон - стена, он непреодолим…
Луной легла она на нефтяной залив,
Где чайки - белый цвет - колышутся, мертвы.
Они уходят в нефть. Она готова выть.
Бессильно средь теней - на... нефтяной диван,
Чтоб выросла на ней хоть язва, хоть трава.
Чтоб не упасть на пол и, обхватив лодыжки,
Не вспоминать родник,
который морем дышит.