Щекочет рёбра зимний бес
под шёпот вкрадчивого змия,
что счастье невозможно без
слепой безумной эйфории -
когда чужие меркнут лица
и оживают словари,
и сердце мечется внутри
тебя с ума сводящей птицей,
и невесомая тоска,
и свет утраченного рая...

А ты от счастья замираешь
над хрупкой бабочкой, пока
с тончайших крылышек, шурша,
во тьму пыльца летит цветная...

Как обречённая больная,
в анабиозе спит душа,
пока фиксирует игру
мозг серебром на фотоснимке,
где тени призрачных подруг
подёрнуты стеклянной дымкой,
и все мы - правы и не правы,
пока ещё даёт Господь
и счастье с привкусом отравы,
и смех до слёз,
и жало - в плоть.

P.S. «И чтобы я не превозносился чрезвычайностью откровений, дано мне жало в плоть, ангел сатаны, удручать меня, чтобы я не превозносился» (2 послание ап. Павла к Коринфянам 12: 7)

П. Фрагорийский