Плескалась милая волна,
Напоминавшая отливы.
Витала в теплых вещих снах.
Мечтала... вырастит... и страх
начнет внушать сонливым.

Взрывать на мелкие пески
крутые берега желала.
Просторы водные. Ни зги!
Она в шесть баллов.

В бреду вторгалась в материк,
подмяв кораллы.
Cкрывала,
что приятен крик,
сбежавший в скалы.
Вопль беззащитной полосы она искала.

Для маленькой волны
вопль – колыбельный рокот.
Пески ругать её вольны,
ей наплевать на ропот.

Отец не станет проверять,
слепое сердце океана.
Он часто гладил гребней прядь,
погладив, вянул.

А дочка ноченькой глубокой
тайком, одна, наскоком –
на мель, из-за луны.
Мель охнуть не успела,
как овладела
пена волны
тщедушным телом.

Взметнулась ввысь, волна!
Она – о, да, сильна!

Войдя в азарт, хотела
повелевать, скакать
по отмелям песчаным,
пески чтоб запищали,
и чтоб гигантский скат
был в днище вмят.

Не знала резвая глупышка:
озорничать – одно,
калечить – слишком!

Кто хочет воевать,
а не плескаться,
не ляжет в теплую кровать!
Их место – карцер!