Яков Есепкин

У Кибелы с четверговками

Десятый фрагмент

Юродные клянут юродных,
Се дворцовий и неба высокость,
Из амфорниц пиют ледяных
Феи мглы, юн следя темноокость.

Наливай в чаши Ада, Винсент,
Золотые рейнвейны Кибелы,
Нам ли жалуют боги абсент,
Перси ль спящих царевен всебелы.

Тьмою дышит ночной сомелье,
Вкус граната медовый и хладный,
И юродивых кукл питие
Озлачает лишь пламень исчадный.

Девятнадцатый фрагмент

Ах, эфирный, благой Вифлеем,
Наши чествуй и славь юбилеи,
Мы терницей еще увием
Цветь Пергама и ночь Галилеи.

Будем десно с фиадами пить
Арманьяк и серебро ночное,
Нам богини дадут искупить
Лишь по смерти коварство земное.

И увиждим – смертельно белы
Иудейские дщери, токая
Хмель одесный лиют на столы,
Зло мелясь и юродно икая.

Двадцать седьмой фрагмент

Пировает юдиц толока,
Яд в лафитники жадно сливая,
Тускл атрамент и рдятся шелка,
И всенощно гудит пировая.

Но венечие Ада красно,
Иль его утаить четверговкам,
Под серебром откупным вино,
Хватит лэкехов златных торговкам.

Падший ангел к юродным слетит
Бледным дщерям из мраморных башен
И тлеенностью вей осветит
Мглу рамен их ледовых и брашен.