Яков Есепкин

Хлад фарфоровых столовий

Одиннадцатый фрагмент

Ах, златая одесность пиров,
Ах, серебром витые царевны,
И тиады, и морок шаров,
Эти чудные сны неиспевны.

Оглянемся ль – искрится вино,
Жгут глинтвейны благие куфоры,
На столовьях от емин тесно,
Чарой мглы налиются фарфоры.

Се и мы под тлеющим дождем
Яд былого пием со куфелей
И золотой червонной ведем
Облямовки пергаментных елей.

Двадцать девятый фрагмент

Восчаруемся тусклых огней
Канителью, червицей меловой,
Вновь царевны шелковья бледней,
Юны вновь об ароме столовой.

Нас однех ли еще искушать,
С нами ль ядом ночей торговаться,
А и будем золотой дышать,
Шелком фей меловых любоваться.

И богини в ритоны сольют
Вин эдемских одесную мрачность,
И диаментом чад увиют,
Расточив негу тьмы и призрачность.

Тридцатый фрагмент

Сны ли видим – равно золотят
Хлебы цедрой мышьячною Иды,
Всенощные леканы блестят,
Гостей потчуйте ж мглой, эвмениды.

Ель альковный чарует келей,
Принцев сказочных ждут нимфоманки,
Дивы ночи шелковий белей,
Их точеные лядвия манки.

Ах, царице, пускай и оне,
Изумрудность вкушая и хлебы,
Бьются, бьются в шелковом огне
У столовий фарфоровых Гебы.