Девятый круг моей мечты не влез в объём моей вселенной: не захолустье, не пустырь и не раёк второстепенный, а нечто большее, чем Рай, — кусай, коль яблоко поспело! — где душу трижды проиграй, она неразделима с телом. Туда от нас ведёт метро, всего четыре перегона — лишь влезь в подземное нутро, отправив будень по-наклонной. «Свинья не выдаст, Бог не съест» — Я повторяю непрестанно. Обычный дом, шестой подъезд. Помятый лифт, что ангел пьяный, несёт меня со скрипом вверх, в иные, призрачные сферы. И вот она — простая дверь, стоит непройденным барьером. Тут правит царь-единорог… Второй жена снесла случайно. (Жена — из местных недотрог: быть недотроганной - печально.) В дверном глазке мерцает глаз — она читает цель прихода, но я (и в профиль, и в анфас) изящный баловень природы. Она, поняв, что я влюблён, пошлёт гулять с собакой мужа. Нелепый однорогий он, и рог второй тут ох как нужен! Кто врёт, что Рай — тоски приют? Не ошибайся просто дверью. И спьяну ангелы поют, когда в их труд полезный верят. Вот ангел-лифт, горланя гимн, меня вернёт к земле неспешно. А после он споёт другим: ведь Рай доступен всем, конечно!