Я не помню цвет детства. Не облачным,
но голодным сложилось оно.
Иногда между явью и сном
удивлялся: зачем светлым обликом
прикрывается тёмное дно?
«Всем прощай за великие подвиги…»

Предрассветной порою бессонною
намекни, наконец, старина:
где моя пред тобою вина,
отчего, замирившись – рассорены?
Эх, налей-ка ещё мне вина…
«В этой жизни так мало бесспорного…»

У костра тёмной ночью безлунною
объясни, растолкуй мне, старик,
тот отчаянный чаячий крик
над осенними сонными дюнами,
что взорвался и в душу проник…
«То зовёт тебя матушка, думаю…»

13.10.2012