Февраль превращает нейроны в гнилые нитки. Он словно японская водка – ни то ни сё, хотя в новостях катаклизмов у нас в избытке – то шарик летает, то землю опять трясёт. Лютуют вороны, соседи орут за стенкой, больная нога третий день не даёт уснуть. Паскудный февраль нивелирует постепенно привычную веру в какую-то там весну. До слёз надоело бессильно бродить по краю, фильтруя сквозь сердце свою и чужую боль. Ему, очумелому, больше не помогают стихи, сигареты, таблетки и алкоголь. Упорно стараясь забраться как можно выше, не видишь, как быстро кончаются этажи.
И, стоя на белой, умытой дождями крыше, ты чувствуешь – как же прекрасна жизнь!