А на душе уже январь и снег, и вьюга.
Тебя читаю, как букварь. Вчера подруга
меня почти свела с ума, и в роли сводни
твердила мне, чтоб я сама и прям сегодня
с каким-то Сашей завела амуры-шашни,
а ты глядел бы из угла, как день вчерашний...
Ей всё почти что удалось. Тебя отвадив,
пошла проверить, что за лось. Так, смеха ради.
Он был вполне, читал стихи, не хам, не рохля,
и шутки вроде неплохи, вот только после
хотелось плакать от тоски. И виновато
тебе звонила воровски, по автомату...

Сухие горбики песка
послушно изменяли форму
под грузом наших тел. Слегка
нас била дрожь, как перед штормом.
А, может, это от воды,
прохладной и пропахшей илом?
Твои песочные следы
волной беспечной заносило,
когда мельканье наших рук,
солёных губ, ресниц касанье
тебя переполняли вдруг,
твои меняя очертанья.
Кивали издали кусты,
нас вдохновляя на поступки,
и лишь застёжка мини-юбки
была подобием черты.

Останься на ночь. Выйдем на балкон -
там тонет солнце в топком горизонте.
Ты знаешь - всё, что было испокон,
таким и будет. Будет небо желтым,
оранжевым, темнея на глазах...
Зрачок Луны белесый, нагловатый
проявится... Так наблюдает за
любовниками шалый соглядатай.
Закутаемся в мой мохнатый плед
и выпьем грог из одного стакана.
***
Мы прошлое ни словом не помянем.
Нам ни к чему. Всё - суета сует.

Вечереет...Сквозь рогатки черных веток рвется луч
угасающего солнца. Почек будущих сургуч
в терпеливом ожиданьи копит силы на весну.
Вечереет. Тонкий месяц ловит звезды на блесну.

В доме сумрачно и сыро. Догорающей свечой
не согреешь воздух стылый. Надо что-нибудь ещё,
что б поддерживало силы, чтоб до призрачной весны
в нашей жизни что-то было кроме зимней белизны.

2013

Я почему люблю море? Не видно слёз.
Не отличить их от брызг. И на вкус солёное.
Мелкий рачок-дурачок, две клешни зелёные, -
р-р-раз! - и в сачок! Он для хитростей слишком прост.

Все эти поиски раковин...мельтешение...
Не защитят ни кутикулы, ни актинии.
Сам добежал до песочно-непрочной линии -
милый отшельник, собратьев своих мишеннее.

Я проникаюсь - вот родственная душа!
Вытряхну в воду сачок - пусть бежит, доверчивый!
Чудится, будто он машет клешнею-веточкой.
Я удаляюсь, слегка ускоряя шаг.

Муж притащил, боже мой! с рыбалки
сомика бурого с белым брюхом.
Ты заявила: - Нет, в убивалки
я не играю! Не хватит духу.
В банку засунула. В банку - воду,
и - за окошко. "Надеюсь, сдохнет!"
Он там лежал, утыкая морду
в стенки и думал, возможно: - Ох, мне!
Ты хлопотала и с мужем ссорилась,
и помышляла уже о разводе,
а индивид из семейства сомовых
не умирал, хотя должен вроде.
Если б умел, он сказал бы многое
о человечьей безмерной глупости.
Но лишь губами вздыхал широкими
и ожидал своей рыбьей участи.

...А во сне все по-прежнему: тa же скамья у ворот,
тот же плющ обнимает балкон, оплетая верeвки...
Мама бережно штопает вещи и платье мне шьет.
Я ношу и стесняюсь свидетельства бедности - штопки.

Мягкий вечер вползает в углы, приглушая слова.
Умирающий свет гладит крыши домов и сараев.
Скоро ужин и чтение, но... уплывает строфа,
уплывает балкон, уплываю и я. Уплываю...