меня распяли в поле вместо бога –
отпугивать за просто так ворон;
солома-плоть гниёт под рваной тогой,
а я – до ужаса смешон...

с ухмылкой Каина швыряют камни
мальчишки [метя снайперски – в лицо].
когда привык почти к плевкам/пинкам я,
то понял – люди все с гнильцой.

в колодце памяти коплю обиды,
хоть не держу за пазухой камней...
но странно – если я бездушный идол,
то почему так больно мне?

не в курсе люди – дать могу я сдачи
и нанести обидчикам урон:
начни пугать из мести птиц удачи,
а не прожорливых ворон!

в небе катится тихо Луны колесо
в небе – руны созвездий пророчат печали
сердца стук кровоточит сигналами sos
но в ответ тишина пожимает плечами...
дегустирую боль что плодится в душе
на останках разбитой мечты-дирижабля
живодёры везде... я – живая мишень
потому что с рожденья имею я жабры...
для морских обитателей я – человек
для людей же – мутант /теплокровная рыба/
в одиночестве я коротаю свой век
каждый день проживая... до нервного срыва...
море манит меня: ведь оно мне – как мать
а земля – как загадочный сказочный ребус
ну а если заставят меня выбирать
между ними... наверно я выберу небо...
в небе – тучки плывут как фантомы-киты
небо даже немножко похоже на море
и я верю – однажды на млечном пути
я построю свой замок из звёзд-метеоров

Лунные эльфы, в которых я искренне верил,
Больше не радуют песнями сердце и слух...
Просто с годами я, тихо душою черствея,
К музыке эльфов по-взрослому сделался глух.
Вроде я тот же, но только мучительно старше,
Космос по-прежнему манит в свою высоту,
Больше во снах не летаю, но так же как раньше
Звёздная россыпь штурмует мою черноту...
Злое кольцо, что расплавлено огненной лавой,
Снова тревожит сердца хладнокровных убийц...
Вижу, опять ухмыляясь, как черти, лукаво,
Потные орки взирают с газетных страниц!..
Снова Кощей, что издох у себя в подземелье,
Плотью оброс, и алкает Россию поджечь,
Браги нажравшись, храпит на диване Емеля,
Спьяну толкнув на базаре шпиону свой меч…
Жирная жаба, что стала прекрасною дамой,
Снова мутирует в жабу от жирной тоски,
Молится Гидре, и ходит к болоту упрямо,
В мутной водице стирая Емеле носки…

Встав на дыбы, зима метелью бесится,
Дубеет парк на дыбе декабря...
А я – бревно, гнию в постели месяца
/То с ленью, то с бессонницей борясь/.
Мой микрокосмос наводнили демоны,
В айподе-сердце крутится брейкбит;
Изжога – эхом яблока эдемова
О смысле пищи пламенно молчит,
Подвергнув пыткам гастроинквизиции.
Зевая, зырю в ночи чёрный зев,
Где бродит по тропинкам снов зарницею
Слегка поддатый, но великий Зевс.
И пусть я не силён в силлабо-тонике, –
Зато когда пишу стихи, то сквозь
Меня проходят огненные слоники
По млечному пути коньячных звёзд!
На стóпах этих строк я графогадиной
Оставил отпечатки пьяных стоп...
За стопкой стопка, слово "стоп" забанено,
И значит я – гавно, раз не утоп
В смердящих акведýках урбомельницы...
Но так охота смертника наряд
Примерить и, приставив к небу лестницу,
Пригреться псом на дыбе декабря!..

© Аэль Дороро, время публикации: 24.12.2011 г. в 15:45
Свидетельство о публикации: № 6665-233264/20111224

ты – один... в темноте... отлучённый от света и сна...
ты – пугливая тень, обесцененный денежный знак
вопросительных лет, что смололи мечты в героин...
пляшет смерть на игле, а в мозгу – чёрных мыслей рои.
вдруг опять – передоз, но тебя не успеют спасти?..
/сдохли в плеере «Doors» и запел что-то грустное Sting/.
сердце нервно стучит о больном телеграмму в Эдем,
только бог опочил крепким сном, и с тех пор – глух и нем.
бог один... в темноте... он две тысячи про'клятых лет
как распят на кресте, а воскреснуть ему, видно, лень
или стало не в кайф, или... впрочем, плевать на Христа:
тридцать грамм порошка – и ты счастлив Иудою стать!
ты сценарий судьбы пишешь адовым шприцем-пером,
о расплате забыв...
ищешь вену и вводишь пароль,
и ты снова – в игре, от которой так плющит порой,
что мозги набекрень и вскипает от ужаса кровь...
ты спалил все мосты, жизнь бездумно поставив на кон;
если струсишь, то ты
будешь ангелом трипа казнён,–
схема казни проста: грязный пол... наркотический ток...
ты бороться устал, ты один на один с темнотой
и один к одному, что тебя не успеют спасти, –
ну, а всё потому,
что...
/твой плеер внезапно затих/.

Город-призрак дремлет, видя сны о прошлом.
Шабаш аномалий... Реквием руин...
Кабаны да волки бродят в "райской" роще,
Роща свергла Припять, как вандалы – Рим.
Лежбище болезней... Зона отчужденья...
На домах – граффити, улицы – пусты;
Смерть играет гаммы гамма-излученья,
Вносит в чёрный список тех, кто там гостил.
Бездна безнадёги... Мордор мародёров,
Расчленивших город на металлолом.
Прометей проклятья в небо шлёт с укором,
Но в ответ – молчанье... Значит – поделом
Искорёжил судьбы судный день апреля?
Эхо взрыва слышно через толщу лет,
И во мне однажды, может быть, созреют
Раковые клетки. Горек Рока хлеб.
В бога я поверил... только сердцем всё же
Зачерствел немного, маясь в суете;
Часто в снах я слышу зов, что душу гложет –
Это Припять кличет выросших детей...
Город-нежить копит опыт разрушенья,
С каждым новым годом гнев его сильней,–
Жаждет он расширить зону отчужденья,
Сжать в объятьях жарких тысячи людей...

________________________________________________
Памятник Прометею раньше стоял в центре города Припять
и был одним из его символов, позднее его перевезли к АЭС

Дюймовочке снились драконы и тёмные эльфы
/что лихо летают на чёрных харлеях по трассам/,
но каждое утро она просыпалась на шельфе
холодной постели в объятиях липкого страха...
Наивно /по-детски/ мечтала о сказочном Принце,
который унёс бы её в царство Оз на ракете...
Но спьяну в портовом трактире с матросом Жабицким
лишилась невинности в женской общественной "келье".
Потом /протрезвев/ на скамеечке плакала в парке,
а мимо влюблённые пары под ручку ходили...
Дюймовочка мёрзла /хоть было на улице жарко/
и клумбы с цветами смотрелись как чьи-то могилы.
Пираньи-прохожие щёлкали взглядами пошло,
пытаясь сканировать душу девчонки из сказки...
Но кипенный цветик в заколке не выдал им то, что
стыдливо скрывалось от взоров под скорбною маской.
Старинная церковь казалась ей склепом вампира,
откуда изгнали всех преданных слуг Иеговы...
Частичку души потерявши в сортире трактира,
себя ощущала то пьянью, то шлюхой дешёвой...
Резвился с причёской назойливый ветер-бретонец
и /словно её обсуждая/ паслись гиацинты,
не зная, что скоро таинственный эльф-незнакомец
к бедняжке подъедет верхом на крутом мотоцикле.

я был простым актёром – мелкой рыбой
в гламурно-лживом море Голливуда
пока однажды в фильме про Карибы
не снялся в роли капитана Риддла –
морского "Робин Гуда"...

теперь я – суперстар /гроза экрана/
и самый главный претендент на "Оскар"
для женщин я желанней Дон Жуана
но снятся мне просторы океана
и наш пиратский остров

там бочка рома ценится дороже
паршивой шкуры пленного матроса
и будто бы назло быдлячим рожам
зловеще реет наш Весёлый Роджер
и молча крови просит...

© Аэль Дороро, время публикации: 16.09.2010 г. в 13:17
Свидетельство о публикации: № 6665-170523/20100916

Он уже не скинхед, но побритый под ноль;
Ни о чём не жалеет, хоть прошлое жалит...
Хорошо, что у сердца ни лапок, ни ног –
А иначе оно бы сбежало.

Выразительно чувствует сердцем тоску,
Что пылает в душе алкогольным пожаром...
Как чудесно, что кровь не родня молоку –
А иначе, вскипев, убежала б.

Сын загнулся от дозы, а школьница-дочь
Вышла замуж за чурку, детей нарожала...
Вэри гуд, что в аптечке всегда валидол –
А иначе б неврозы сбежались.

В душном офисе чахнет за ломаный рупь,
А коллеги жирдяйствуют, хапая жадно...
Слава предкам, он верит в убогую Русь –
А иначе в Европу сбежал бы.

Ни врагов, ни друзей, в личной жизни – застой,
Жизнь похожа на фильм низкопробного жанра...
Он и сам не заметил, смотря в монитор,
Как слеза по щетине сбежала.

я ушёл в себя в надежде что
отыщу внутри Страну Чудес
но забыл очки-зрачки надеть
и протопав мимо знака стоп
угодил к хирургу я на стол

скальпель резал торс как будто торт
врач со смертью вёл кровавый торг
не догнав что я который день
как ушёл в себя

снится мне – я маковый цветок
и расту в чудесном Никогде
на больной постели-борозде
в горле ком и в коме лет на сто
слившись воедино с пустотой
я ушёл в себя

грозен
грома грохот
будто в тучах порох
взорван úскрой метеора
скоро
небо станет чёрным морем
даже жабры эха
пахнут рыбьим
смехом

в диком
странном танце
как протуберанцы
скачут молнии-скелеты
это
видно из пучины Леты
Атлантиды ду́хи
вышли вызвать
Кту́лху

город
в страхе замер
гаснет Солнце-таймер
и с безумством тысяч ламий
драмой
предстаёт гроза пред нами
превращая в реку
автострады
вектор

© Аэль Дороро, время публикации: 3.10.2010 г. в 11:41
Свидетельство о публикации: № 6665-172672/2010103

Итак, 1 марта 2013 года исполнилось ровно два года как тёмный эльф стал редактором ПКП
На портале "Графоманов.нет!" я провёл ровно 62 конкурса (три из них в паре с другим ведущим).
Фриз-копии конкурсов себе на память:

1) Конкурс образов (вместе с Викой Дворецкой, идея конкурса принадлежит Вике) (Дата публикации: 23.05.2011)
2) 3ЛАП 2011 - Конкурс городской лирики (Дата публикации: 9.07.2011)
3) Лето-Худшее_2011 Дата публикации: 13.08.2011
4) Межпортальный конкурс «Tribute to Мумий Тролль» (вместе со Стрегой, идея кокурса принадлежит "Выходу Из Под Контроля") (Дата публикации: 23.09.2011)
5) Конкурс чтецов «Огнедышащий голос!» (Дата публикации: 18.10.2011)
6) Ролевой конкурс "Сталкеры постъядерного мира" (Дата публикации: 10.04.2012)
7) ИМХО-10: Список избранных авторов и Чёрный Список (опрос) (Дата публикации: 16.05.2012)
8) креативный конкурс "Сами Себе Ведущие" (Дата публикации: 20.06.2012)
9) конкурс «Пэкапэбэст, или Лучшие из лучших» (Дата публикации: 8.07.2012)
10) ролевой конкурс «Богатыри земли Русской» (вместе с Катей Ладных) (Дата публикации: 14.07.2012)
11) конкурс нетрезвых стихов "Истина на дне!" (Дата публикации: 4.08.2012)
12а) конкурс-игра "РеШеТо": первый тур - Нечётный (Дата публикации: 19.11.2012)
12б) конкурс "РеШеТо": первый тур - МАНИФЕСТ ДЛЯ ГОЛОСОВАНИЯ (Дата публикации: 29.11.2012)
12в) конкурс-игра "РеШеТо": второй тур - Чётный (Дата публикации: 8.12.2012)
12г) конкурс "РеШеТо": второй тур - МАНИФЕСТ ДЛЯ ГОЛОСОВАНИЯ (Дата публикации: 13.12.2012)
13) оБЛИЦовка-143 (Дата публикации: 5.12.2012)
14) Антиподы: 63 тур - 113 тур (Дата проведения: с 2.03.2011 до 4.08.2012)

                                        "живу, крестясь
                                        На электрический счётчик."
                                                  (с) В. Шершеневич

Заколочены окна в старой убогой церквушке,
В нашем селе на Боге поставили крест,
Наше село не зря зовётся Чекушкино –
Стрезву по здешним улицам шляться грех.
Пропúли давно мы иконы, кресты и чётки;
Живём, крестясь на священную троицу ГЭВ,
То есть на Газо, Электро и Водо счётчики,
А порой – на портрет президента всея эРэФ.

Верю, что крепость водки намного выше
Крепости веры в Аллаха или Христа...
Помню, как бог, обидевшись, взял и вышел
Из храма моей души во время поста.
Помню, как спьяну порезал кореша Мишку,
Когда застукал его в постели с женой;
Жена подала на развод, забрала детишек
И в Питер свалила, выскочив замуж вновь.

В солнечный день купола не блещут как раньше;
Но часто в церквушке мне слышится чей-то плач.
И хоть не верю ни в Бога, ни в кущи райские:
У меня на груди давно – свои купола...

Лежу на асфальте,
горестно в хмурое небо смотрю
Живым мертвецом, второпях очерченным белым мелом,
И жду с нетерпеньем, когда же с лица проспекта сотрут
Моё лицо и прочие контуры мёртвого тела...
А вдруг я живой? -
наверное, это солнечный джеб
Отправил меня в долгосрочный /схожий с комой/ нокаут;
Но почему я с асфальтом намертво сросся уже,
Как будто рухнул с того небоскрёба пьяным икаром?
Небритый мужик в дурацкой кепке мне плюнул в лицо.
Чёртов гопник!
чтобы влюбиться ему в Мельпомену! -
Она способна дарить любовь, но в конце концов
Любого ромео красиво обводит на сцене
мелом.
Тоска вскипела в груди, захотелось во-волчьи взвыть,
И гадких людей за ноги кусать и кусать, и кусать, и...
Внезапно вспомнил,
что я никогда и не был живым,
Что я - безобразный
детский
рисунок
на грязном асфальте.

Облака снеготóчат счастьем.
Быдло тупо к столам спешит,
Задыхаясь от зимней астмы –
Словно в душах полно паршú,
Что першит, источая горечь
В одиночество серных дней...
И от праздности злачный город
В небо брызжет слюной огней.
Дед Мороз полирует нимбы,
Совесть-яд разводя в вине –
Ведь бездомные дети гибнут
В том числе по его вине...
Дед Мороз не приходит в морги,
Там никто старика не ждёт...
Волшебству новогодних оргий
Объявили жильцы бойкот –
Мёртвым детям ужасно трудно
Верить в сказки и прочий бред:
Смерть заботливо кормит грудью,
Смерть им дарит покой. Не свет.

© Аэль Дороро, время публикации: 14.10.2011 г. в 22:48
Свидетельство о публикации: № 6665-225978/20111014

Господь, устав от нашей спеси, гремучим громом просигналил,
Что с горечью в душе решился потоп устроить наконец
И вусмерть напоить сегодня кислотным ливнем Землю нашу,
Чтоб жизнью нагло не светилась на фоне умерших планет...

На грозной туче-шхуне выплыл одетый в саван дух-уборщик
И молниями к чёрту выжег небесный кров до сырных дыр,
А Дьявол, вырвавшись из Ада, брезгливо гордый нос наморщил,
Увидев снова в этих дырах родные райские сады...

Кромешный свет концетунелья рождал в толпе людей тревогу,
На влажных крыльях птицы-ветра летели души к облакам...
И Бог-отец в сердцах воскликнул: "Да будет Тьма!.." – и вытер ноги
О чистый, как слеза ребёнка, и будто без греха закат.

Я – дверь
[потерявшая ржавый ключ от себя],
Закрытая дверь со жвачкой в замочной скважине.
Хозяин квартиры с Богом сыграл ва-банк,
Выпорхнув каменной птицей в окно однажды, но
Печальный призрак его по-прежнему тут:
Он – узник своей двухкомнатной камеры
С видом на храм… Когда-то, сердясь на стук,
Мечтала стать позолоченной дверью в храме я,
Когда-то любила тепло человечьих рук
И по глупости каждой встречной отмычке верила;
А теперь – я словно вмурованный в стену труп,
Но только не помню, какого именно дерева.
Берёзы? Ольхи? А возможно – даже того,
На котором апостол Христа петлю примеривал,
Безумно смотря на мрачный небесный свод…
Иуды-собаки ссут на другие двери, а
Меня, как чуму, обходят всегда стороной:
То ли боятся призрака, то ли – брезгуют...
Порой мне жалко, что я, например, не окно –
Иначе к чертям разбилась бы с радостью
вдребезги!

Мальчик-траур /закрывший сердце на ключ/
Плачет в пышно цветущем шрамами кресле:
Душу жжёт ядовитой памяти плющ,
Помогая увязнуть в мóроке стресса...
Не смолол месяц-мельник ссору в пустяк -
Тридцать дней временами вздоха короче...
И печально /как в ретро-сне/ шелестят
Листья люстры, пропахнув праздником "Дольче".

Мальчик-траур смакует виски со льдом,
Что с утра был отколот Солнцем от сердца;
Разум спит, а чудовищ призрачный сонм
Изгоняет из мыслей девочку-скерцо,
Упорхнувшую в Лондон бабочкой лжи
Вместе с Питером Пэном, ставшим банкиром.
Столько пепла упрёков будни нажгли -
Будто саваном трупы, чувства накрыло...

Мальчик-траур, пьянея, тонет в песке
Злозыбýчих кошмаров дядьки Морфея;
И коварно томится "Дьябло" в руке
Жаждой выпустить смерти красную фею...
Мальчик выкрасил в чёрный цвет парадиз,
И остался спиваться в куче... эмоций.
Он простил ей измену /словно каприз/,
И, наверное, мог бы вновь с ней сойтись...
Но она не вернётся.
Тварь.
Не вернётся.

______________________________________
"Дьябло" - крепкие ароматические сигареты

© Аэль Дороро, время публикации: 22.07.2011 г. в 1:24
Свидетельство о публикации: № 6665-214965/20110722

Óблак в облике ослика небо вброд
Переходит, забыв, что оно как сон – зыбуче.
А я мастерю себе уютненький гроб,
Ведь нáмертво в горнице горла прижился жгучий
Сыровяленый бýдень, что горше серы на вкус,
А цветом – сер, и пахнет осенней мессой...
Меня уложил на лопатки город-прокрýст
И рубит крылья, чтобы скормить их бесам
Дурных привычек, что тянут меня на дно.
Не в кайф уже психотропными тропами рыскать,–
Слышу как воет волком в мозгу одинóчь,
Взглядом лакая тоску из лунной миски...
Фантáзмы страха бесстрашно стреляют в упор
Ядовитыми стрелами мыслей из чёрных луков;
Мухомóрщусь будто прошляпивший жизнь мухомор,
Ибо снова под мухой, мрущей от яда скуки,
И снова в Шизý Френúевну страстно влюблён.
Я голоден. Жажду сочного счастья с кровью,–
Только в меню постоянно пресный бульон
Из гвоздей с крестов и жёсткий как медная кровля
Сыровяленый бýдень. Мерзость. Меня тошнит.
Жалко вырваться сложно... из плена иллюзий:
Моя Ариадна, спятив, спалила нить,
И я в лабиринте быта, где love not inclusive,
Застрял и теперь обречён скитаться во мгле
Среди минотавров, быдла да прочих гадин...
Не знаю, сколько ещё я выдержу лет
Прежде, чем выстрелю
в рот
себе
из нагана.

© Аэль Дороро [Радио-Активен], время публикации: 24.04.2012 г. в 2:06
Свидетельство о публикации: № 6665-255416/20120424

в кофейном заливе – торнадо обжаренных зёрен
чертовски похожих на чёрных взбесившихся мух,
и мрачным куском рафинада /блеснув белизною/
мой катер "Надежда" уходит в кипящую тьму...
созвездие малой Бессонницы бродит по небу,
маня романтичных людей за собой – в синеву;
я /словно рыбёшка/ попался к отчаянью в невод,
в котором кошмары мне снятся уже наяву...
фантазии ночи черны как глазницы двустволки,
заряженной дробью зловредных магических чар;
откуда-то сверху доносится смех кофемолки,
а значит – судьба мне готовит фатальный удар...
здесь каждый глоток кислорода на вес кокаина,
ведь ангел-хранитель давно от безверья погиб;
меня засосала кофейная гуща рутины,
а после – над сердцем погас вдохновения нимб...
пускай мне закрыты пути в кафетерий Эдема,
но /так же как много столетий назад Моисей/
я верю, что вырвусь из этой пустыни с победой
и с Господом всё-таки выпью по чашке гляссе!..

© Аэль Дороро [Радио-Активен], время публикации: 25.02.2011 г. в 5:12
Свидетельство о публикации: № 6665-194205/20110225

Весна присушила своей колдовской тиранией
моё закоснелое сердце – и манит на танцы.
Ментоловый ветер разносит пыльцу Эйфории,
а Фебус-Мазай экспортирует солнечных зайцев...
Очнувшись от длительной спячки, кокетки-русалки
флиртуют с парнями /и после уносят в свой замок/,
А облако мечет дождинки – по вкусу как сладкий
компот из просроченных мумий эдемовых яблок...
Навозные мухи мутируют в Муз-Дрозофилов,
и каждая строчка легко заостряется рифмой.
По нервам струится доселе дремавшая сила,
рождая в эфире души стихотворные риффы!..
Волшебное пение птиц бинуарным эффектом
доводит меня до экстаза /подобно гашишу/
Весна стихотóчит! – и я в состоянье аффекта
вкушаю её феерически-странные вирши!..

________________________________________________________
Рифф — совокупность нот, разделённых на фигуры, которые составляют музыкальную композицию либо её часть.
Также — приём мелодической техники рока, джаза, особенно характерный для свинга. Представляет собой периодически повторяющуюся короткую мелодическую фразу.

© Аэль Дороро [Радио-Активен], время публикации: 7.05.2010 г. в 12:22
Свидетельство о публикации: № 6665-153375/2010057

Сердце жалят шершни-мысли,
А чеширский месяц-кот
Из волшебной тучки-миски
Пьёт парное молоко...
В луконебье звёзды-птицы
Всех размеров и мастей
Всё клюют, кляня денницу,
Прямо в темя злую Темь.
Дрёма книгу снов листает;
Я ж не сплю, почти засох -
Словно вурдалаков стая
Набежала и мой сон
Вместо кровушки горячей
Всё сосёт, сосёт, сосёт.
Раз барашек, два барашек,
Тридцать, пятьдесят, пятьсот...
Я считаю как под пыткой,
Но становится легко,
И, оставив лишь улыбку,
Растворился в небе кот.

___________________________________________
Дрёма - Богиня сна, сонных мечтаний

© Аэль Дороро [Радио-Активен], время публикации: 11.09.2010 г. в 21:59
Свидетельство о публикации: № 6665-169833/20100911

Ярко-желтогрудых листьев легкокрылость
Вдохновляет ветер на стихи без слов;
Это лето медным августом накрылось,
Предъявив с усмешкой смету на тепло...
Станет ведьма Осень бешеной лисицей,
Посчитав за мёртвых выживших цыплят;
Не впервой под брюхом божьей колесницы
Мне колючки-стрессы аурой цеплять...
Сортирую в рифму горечи оттенки,
Излечить пытаясь творческий запор.
Люди-дуболомы пьянствуют за стенкой,
Проклинают всуе кризис и террор...
Горизонта мрачен предзакатный клирос,
А к душе как будто присосался клоп...
Это лето медным августом накрылось,
Предъявив с усмешкой смету на тепло.

© Аэль Дороро [Радио-Активен], время публикации: 12.08.2011 г. в 3:38
Свидетельство о публикации: № 6665-217516/20110812