Литсеть ЛитСеть
• Поэзия • Проза • Критика • Конкурсы • Игры • Общение
Главное меню
Поиск
Случайные данные
Вход
Рубрики
Поэзия [45163]
Проза [8997]
У автора произведений: 180
Показано произведений: 1-50
Страницы: 1 2 3 4 »

То вверх,
то вниз,
качает время все живое.
Вверх – наслаждение!
Очнись!
А вниз –
и вспоминать не стоит!
Да, и не вспомнишь.
Был и нет!
Свет белый там,
где был,
остался!
Пыль, прах
не оставляют след!
Ты в этом и не сомневался!

То вверх, то вниз.
Не жизнь, а сказка!

А в ней, как водится,
есть мысль:
«Мечтать о вечности опасно!»

Добро хранить, поверь, не стоит!
Не привыкай к тому, что есть.
Всё это не твое – земное.
Твоё, пожалуй, только честь!
Стихи пользователей | Просмотров: 44 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 28/08/21 12:18 | Комментариев: 0

В жизни один плюс один – редко два.
Чаще бывает три и четыре,
если слагаемые не дрова.
А бывает один,
как ветер в поле.
Результат зависит не от седин,
или капризной, изменчивой доли.
Процесс узнавания
того, что в итоге,
бывает длинный,
бывает недолгий.
А может и вовсе
не завершится,
если одно из слагаемых – жрица!

Ей ли не знать, как ввести в заблуждение!
Быть убедительной в том, что не тень я.
Стихи пользователей | Просмотров: 49 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 27/08/21 12:08 | Комментариев: 0

Однажды, когда тебе исполнится двенадцать, ты будешь сидеть за партой и смотреть не на школьную доску, а в окно, и прислушиваться не к словам учительницы, а к внутреннему голосу, который будет нашептывать «Как здорово быть врослым: делай что нравится, когда хочешь и сколько душе угодно!»

Живя в начале века, ты будешь размышлять о будущем, которое ожидает тебя в начале следующего, о первом свидании с искусственным интелектом; о космической технике, управляя которой ты защитишь Землю от столкновения с астероидами; о нанороботах, доставляющих питательные вещества к клеткам твоего организма, избавлляя от голода; об усовершенствованных моделях D-принтеров, с помощью которых люди будут выращивать новые ткани и органы, и перестанут, наконец, бояться болезней; о самоуправляемых автомобилях, которые вытеснят старые и заполнят все дороги мира. Тогда журналисты станут писать не об авариях и катастрофах, а о концертных программах на Луне или Марсе.

Однажды, когда тебе исполнится тридцать, и тебя рано утром разбудит не мать, а сынишка или дочурка, или оба вместе, спросонья заявляя о своих правах на ночной горшок, ты, удовлетворив природные желания подрастающего поколения, подойдешь к окну, и так же, как в те, незабываемые свои двенадцать, будешь смотреть в окно, и думать.

О чем? О работе, конечно! О том, как ты зверски устал изо дня в день доказывать начальству, окружающим, самому себе какой ты одаренный, находчивый, переспективный.

А внутренний голос будет нашептывать «Как здорово быть пенсионером: не надо подскакивать ни свет ни заря в любую погоду и бежать. Бежать к новым заданиям, новым поручениям, новым проблемам, связанным с решением этих самых заданий и поручений».

Пройдут годы. Нет, пробегут! Промчатся, как мчался ты весной, обгоняя льдины, плывущие по реке, идя в школу. Сам того не ожидая, тыуслышишь голос, не свой, не внутренний, а голос начальства, того самого, которое более тридцати последних лет отдавало тебе приказы, а теперь стоит перед недоуменными лицами сослуживцев и зудит, как церковный колокол – монотонно, ритмично, с неестественной для него нотой сожаления, грусти, печали: «Сегодня мы провожаем на заслуженный отдых нашего замечательного...»

Ты ушам своим не веришь! Неужели это случилось? С тобой? И когда? Сейчас! Тогда, когда ты планировал..., обещал жене, что успеешь... Впереди еще уйма времени.

В одно мгновение в будничной, привычной для тебя, как утренняя чашка кофе, жизни пропало, исчезло навсегда то самое назойливое, тайно желаемое как мечта, как счастье, как радость, как вера: то, что однажды ты...

На глазах у всех, с кем ты работал долгие годы, оно как по волшебству превратилось из мечты, эфемерной, но вечно ожидаемой судьбы-удачи, в фатальную жестокую истину «Однажды».

О ней, об этой фатальной истине думают, размышляют, пытаются забыть, загнать в кладовую беспамятства те, кто не мечтает более о карьере.
Порой это им удается. Ненадолго. До момента, пока не сообщат, что тот, которого они знали ушел. И больше не вернется. Не поздоровается и не позвонит. Не выйдет в интернет. Теперь ушедшему присвоен титул «Нет».

Откуда ни возьмись слетелись мухи: вопросы-мухи. Жужжат настойчивые, пристающие, липучие, навязчивые, неотвязные, докучные, настырные, занозистые, тучные. Они жужат в любую пору года, не отдыхают, не впадают в спячку: кто следущий, когда и сколько жить осталось. Вопросам-мухам не присуща вялость. Не посещает их и радость.

Не устают вопросы-мухи, им не присуща жалость. Пугает их только детишек шалость.

Чьи дети? Разве это важно? Дочки-красавицы или соседки? Когда щебечут детки, вопросы-мухи в клетке, непроницаемой для сердца, для души.

Не замолкает детский щебет, за ним не слышен стариковский лепет. Дети вселяют жажду жить и наслаждаться любым дарованным нам днем: светлым и пасмурным, теплым, прохладным, знойным, морозным, утомительным будничным и веселым выходным. Каждым, ни на минуту не замолкающим, бурным, суматошным.

Днем, обещающим бесконечную сказку познания окружающего нас мира, которую мы готовы не только слушать, но и писать, просыпаясь каждое утро.
Проза пользователей | Просмотров: 484 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 09/08/21 12:07 | Комментариев: 4



Прекрасны звезды!
Профиль лунный острый,
в объятиях
уснувший
океана.

Притихший берег,
убаюкавший волну.

И потерявший тень
на время сна валун
снам сладким
как ребенок верит.

Двери несбыточной мечты,
рожденной в детстве
нежном,
открыты настежь,
если он,
сон, безмятежный
нежится на пляже.

Те же и не те же
знакомые
и незнакомые сну лица
выходят из темницы
океана.

Странно!

Откуда знают эти лица
все о нас?

Полночный бесконечный час
не лечит!
И эти неожиданные встречи
пугают,
память оседлав,
спешат
в день скоротечный.

Минуты тают.

Сон исчез.

В рассветных сумерках
воспоминаний стая
пытается в сознании осесть.

Нет для нее свободных мест.
Места все заняты делами.

Окрест
уже шумит
ног непоседливых
рабочий лес.
За лесом ног
вздох утренней зари.

Пес вышел за порог
своей уютной конуры.
Зевает сладко.

Ему нет дела до страны,
до наших
притязаний.

Странно!
Он не сдает экзамен,
чтоб управлять и
стать богаче.
Он ничего не прячет,
не плачет
о потерянных местах.

Устал день.
Просится опять
в ночь,
где встречают звезды,
где верить в чудо
никогда не поздно!

Фото автора.
Стихи пользователей | Просмотров: 59 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 17/07/21 14:01 | Комментариев: 0

Терпеть не могу рассказы, начинающиеся с наречия «однажды».
«Однажды Галина Ивановна, сидя у окна, увидела, как…» Как кто-то, как что-то, как где-то.
Или «Однажды Анфиса Аполинариевна наводила макияж, когда в прихожей (естественно неожиданно) зазвонил телефон». А дальше… сочиняй, что хочешь.
Вранье всё это… Театральщина…
Не было в жизни этих авторов ни Галины Ивановны, ни Анфисы Аполинариевны.
А была у них, как у всех, мать, возможно, еще сестра, невеста. Жена, наконец! Или хорошая, ну, очень хорошая, знакомая, подруга. О которой непременно написать хочется. А раз хочется, так и пиши о ней. И не выдумывай романическую Анфису Аполинариевну.
Откровенные разговоры довольно часто в поезде происходят. Рассказываешь тому или той, которую вряд ли еще раз встретишь, о том, о чем себе даже в свободное от проблем время не рассказываешь.
Когда я в откровенном разговоре упоминаю, что моей матери девяносто, и что она еще работает, бухгалтером в военной части, сразу слышу или по глазам читаю «Во, дает!» Собеседники начинают ко мне присматриваться. Молча. Неторопливо. Внимательно. Пытаясь уловить в моей мимике, телодвижениях нечто, подтверждающее их догадки. В отношении моего психического состояния.
С виду приличный мужчина. И выглядит солидно. Потому как седой. А брехун! Или того хуже, больной, какой-то. Ну, и вправду! Кто может поверить, что девяностолетнюю «бабуленцию» держат на работе, да еще бухгалтером, да еще в военной части?
Она, наверно, и ходить разучилась, не то, что мыслить. А если выходит самостоятельно из дома, то сразу теряет все ориентиры.
Оглянитесь вокруг, вон, сколько их, божьих «одуванчиков».
Нет, нет, да и услышишь, идя по улице:
- Сыночик, где я? Как мне домой добраться?
- А где Вы живете, бабушка? - наклонившись, кричите ей в ухо.
- На Владимирской, милый, на Владимирской!
- Так мы же с вами на Владимирской, бабушка! – недоумеваете вы, глядя на старушку.
От моей матери вы таких просьб не услышите.
Во-первых, она не старушка. А во-вторых, не древняя.
Несмотря на свои девяносто, всегда в пиджачке, в белой блузочке, в брючках, при причесочке и в туфлях на каблучке. И осанка при ходьбе как у спортсменки. Правда, бывшей.
Удивительно, под ноги не смотрит при ходьбе, и не спотыкается. Идя рядом, не угонишься за ней.
Как в детстве побежала по аллее городского сада за мячиком, так до сих пор остановиться не может. Бежит за счастьем, а догнать не может. Порой ей казалось, что догнала, и домой привела. Так, проклятая разлучница- война выкрала ее счастье.
- Куда ты все время торопишься? – успеваю иногда спросить ее.
- Дел много. Хочу все успеть, - не задумываясь, отвечает она. И опять бежит. Правда, бЕгом это назвать трудно.
Скорость не единственное качество, которое отличает ее от сверстниц.
Вторая ее характерная черта – молодость! Да, да! Молодость!
СкАжите, что молодость – это не черта характера, а период жизни человеческой.
Как в песне поется: «В жизни раз бывает восемнадцать лет».
Ничего подобного! У некоторых бывает чаще! Доказательства? Пожалуйста!
Может ли, к примеру, женщина семидесяти лет бродить с туристами по горам, нырять в ледяное горное озеро, скакать на лошади, а вечером распевать песни у костра? Летом, конечно. На юге, в Крыму. А спустя двадцать лет, влезть на крышу дачного домика и усердно красить ее в течение дня.
Моя мать может!
Вся в деда пошла, то есть, в отца своего. Тот тоже, любитель был в девяносто лет, если не красить крышу, то ремонтировать. Как-то раз, не рассчитав расстояние между лестницей и крышей, зрение подвело, свалился с трехметровой высоты.
И ничего… Сам поднялся. Погодя. Потер ушибленные места и опять за работу.
На здоровье ни дед, ни мать не жаловались. Дед, понятное дело, мужчина. А матери некогда было. Одно дело, просто так жаловаться, когда голова болит. И совсем другое дело, когда тебе эпидемия гриппа в любви объясняется. Пытаешься отказать ей во взаимности, а она все равно цепляется.
Но и в такой ситуации мать один день в постели мается, а на следующий уже на ногах. Уже ей на работу надо. Без нее и зарплату офицерам не выдадут, и обмундирование со склада не отпустят.
Одним словом, незаменимая!
И все же заменить ее одним летом пришлось, это когда она отпуск в июле получила.
До чего же классное лето в тот год выдалось. Светлое, солнечное, безоблачное. Мне уже двенадцать исполнилось, а я плавать не умел, топором на дно реки ходил. Мать такой позор стерпеть не могла.
Чтобы взрослый парень и плавать не умел? С этим она не смирится.
И в один из жарких июльских выходных, набрав полную сумку питья и продуктов, отправились мы с ней рано утром на Спасский причал, тот, что в Киеве, на Подоле. У причала уже толпились родственники и знакомые.
Поприветствовав нас, они продолжали обсуждать события минувшей недели.
Днепр тихо плескался у сходней досаафовского катера серого цвета.
На эту речную прогулку нас и соседей по двору пригласил Эдик, известный спортсмен, гордость отечественного парусного спорта. Спортивная гордость недавно переехала к нам во двор и жила в доме напротив.
Высокий, стройный белокурый парень сразу привлек внимание всей улицы. С ним хотели заговорить, подружиться, встретиться. Но он редко бывал дома, целыми днями пропадал на Днепре или был в отъезде, на соревнованиях.
Зато, когда появлялся, то щедро делился впечатлениями о разных странах. Одаривал нас, мальчишек, сувенирами, а девчонок конфетами. Стоя у пирса, я восторженно глядел на Эдика, распоряжавшегося посадкой на учебно-военный катер, на котором нам предстояло совершить прогулку.
Наконец зашла на палубу последняя пара приглашенных, и курсанты-матросы охотно подняли сходни. Катер выкатился на середину Днепра, взяв курс на Вышгород.
Говорливая толпа отъезжающих тотчас рассредоточилась вдоль левого и правого бортов катера и приумолкла. Нависая над бортом, вытянув шеи, пассажиры очарованно всматривалась в живописные очертания своего любимого города.
Небо было безоблачное, светило солнце, приятно утомляя и согревая тело, истосковавшееся за зиму по теплу.
Катер часто останавливался в тихих уютных бухточках, где вода маслилась как бутерброд с медом. А темно-зеленые круглые листья белых и жёлтых водяных лилий, вынырнувших из сказки о Буратино, манили своей красотой и таинственностью, вызывая нестерпимое желание подплыть, прикоснуться к их плотной кожице, вдохнуть их нежный прохладный цветочный аромат с наркотическими и сладкими нотками, заглянуть в бутон, лепестки которого расположены в виде чаши, и увидеть нечто загадочное, фантастически притягательное, обещающее, как считали предки, защиту от напастей и придание силы, чтобы одолеть врагов.
Вода в бухточках была теплая, нежно обволакивающая, при погружении остужала и не отпускала из своих объятий.
Прогулка, как и ожидалось, была замечательной. Для взрослых, общавшихся между собой, и для меня. Мать все время после отплытия была в кругу взрослых, а я, предоставленный сам себе, носился по палубе с одногодками от одного борта к другому, торопясь первым показать появившийся парусник, верфи надвигающегося сверху железнодорожного моста, мчащийся по набережной красный фургон пожарной машины и залив, известный всем рыбакам и спортсменам-водникам, как Матвеевский.
Сколько памятных дней своей юной жизни провел я потом на этом заливе и не вспомню. Он был свидетелем моих первых спортивных побед по плаванию, моих неудач по прыжкам в воду, и моих незабываемых, захватывающих дух, тренировок под парусами.
Но это было потом, после этой прогулки, когда я, заразившись любовью к водным видам спорта, пропадал на Днепре с марта по глубокую осень, как и мой знаменитый сосед Эдик.
А в тот памятный прогулочный день, подустав от общения с друзьями и знакомыми, мать вспомнила обо мне и стала обучать плаванию на глазах у заинтересовавшейся этим видом досуга публики.
Глядя на энергичную демонстрацию синхронных движений рук и ног при плавании брасом, никто и не вспомнил, что моя мать не тренер, а бухгалтер. Уверенным голосом она пыталась внушить мне, что удержаться на воде таким способом легко и просто, и желала немедленной репетиции от меня за бортом катера.
Мне ужасно неловко было от устремленных взглядов, пусть даже приветливых, ободряющих, но все равно сковывавших мои движения и сознание.
Я в тревоге замер от предстоящего испытания и от чрезмерного внимания к себе. Особенно от стимулирующих к действию выкриков зрителей. Я даже не понимал толком, чего хотят от меня эти взрослые, и мать, в первую очередь.
Безусловно, глубоко в подсознании стыдливо пряталась мысль, что я должен уже в свои годы уметь плавать. Но мысль эта не выходила наружу, не желала помогать сосредоточиться, а, наоборот, пугала своей необходимостью для достижения цели прыгнуть за борт и оставить меня в темных глубинах воды, стремительно убегавшей вниз по течению от уютного надежного катера.
Мать по-своему поняла мое замешательство и решила помочь справиться с охватившим меня волнением. Стремительным движением руки слегка подтолкнула меня и я оказался за бортом равнодушного, лениво покачивающегося на мелких волнах катера.
Погрузившись в коричневые воды Днепра, я с перепугу выскочил поплавком на поверхность. Инстинкт не самосохранения, а самоспасения заставил меня, как собачонку, колотить по воде всеми конечностями, запрокидывая голову на спину.
Вода, закипев, не поглотила меня, а надежно удерживала. Но долго оставаться на поверхности таким способом я не мог. Мне бы сил не хватило. Мать это понимала и не дожидаясь мужской помощи прыгнула за мной в воду.
К тому времени быстрое течение реки снесло меня к корме катера и мать при падении зацепилась грудной клеткой за лопасть винта. Два ее ребра с хрустом треснули.
Спасать пришлось обоих.
Через месяц мать выписали из больницы, но больничный продлили еще на месяц и рекомендовали лежать дома, пока ребра не срастутся, а места перелома не обрастут хрящами.
Непривычно тихо и мирно лежала она у окна нашей маленькой комнаты-квартиры. Яркая луна по ночам, да буйно цветущая ветка акации днем с любопытством заглядывали к нам в окно. И были единственными свидетелями ее вынужденных раздумий над жизнью.
В другое время, будучи относительно здоровой и на ногах, ей некогда было задумываться над жизнью. Чего о ней думать?! Надо действовать, двигаться, жить! И она действовала, двигалась, всегда находилась в гуще жизни.
Для нее жизнь – работа!
И отдых – работа!
И радость – работа!
- Разве можно быть счастливым без работы? – размышляла она. И мечтательно тосковала по своей работе, временно законсервированная гипсом.
Теперь вы мне верите, что в своих девяносто она сейчас на работе. И придет поздно вечером. Наскоро поужинает. Сядет у телевизора, наклоняясь к экрану, будет ждать его голубых объятий. А минут через пятнадцать уснет, откинув голову на спинку дивана. Уснет крепким рабочим сном, настолько крепким, что будить переодеться и лечь в постель бесполезно.
Только под утро, часов в пять, начало шестого ее маятниковые шаги на кухне напомнят домочадцам и соседям что…
Жизнь в труде продолжается!
Проза пользователей | Просмотров: 129 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 11/06/21 12:44 | Комментариев: 2

Если взять во внимание римское, а не греческое, происхождение Прозерпины, то она обязана способствовать произрастанию семени.
Отказ произведению «До хруста высохли цветы» участвовать в конкурсе вряд ли назовешь способствующим к произрастанию.
Знал ли я, что моя рифмованная проза будет вызывать сомнение у ведущего: признавать ее прозой или нет? Конечно, знал!
Было ли мое решение отправить это произведение на прозаический конкурс провокационным? Нет, нет и нет. Так как я глубоко убежден в том, что данный текст – проза.
Прозерпина права, в настоящее время выходит огромное количество диссертационных работ по затронутой теме. Ознакомившись с некоторыми, я остался на позициях академика М.Л. Гаспарова. Для меня они внятны, доходчивы и убедительны. Да простят мне мои коллеги по перу титулопоклонство. Привык доверять мнению авторитетов, удостоенных мирового признания.
Согласно классификации Гаспарова разновидностей прозы, находящейся в родстве со стихом, существуют и здравствуют в литературном пространстве:
Стихотворение в прозе;
Свободный стих;
Метрическая проза;
Рифмованная проза;
Мнимая проза.
А также трудные при определении положения текста между стихом и прозой: пословицы, поговорки, загадки и примкнувший к ним моностих.
Мой текст претендует на название рифмованная проза.
В тексте действительно много рифм, и тем не менее он воспринимается как проза. Почему? М.Л. Гаспаров объясняет это тем, что расположены эти рифмы «…в очень прихотливом переплетении».
Схема рифмовки: АБВГБВДЕЕЖЗЕИКЛИКМНООПРРСТТУУФХЦЦЧЧШЩЪЫЩЬЬЬЬЩ.
«При таком переплетении исчезает всякая возможность предугадывать очередную рифму и воспринимать ее как сигнал конца стиха: рифма остается не членящим, не структурным, а только звуковым, орнаментальным украшением текста. Произведение не делится на соизмеримые отрезки, не получает вертикальной организации в дополнение к горизонтальной, т. е. остается прозой».
Безусловно, текст рассматриваемого произведения можно записать вертикально, как стих. Тогда этот текст будет называться не рифмованной прозой, а «рифмованным свободным стихом».
При этом не следует забывать, что данное произведение заявлено, как хайбун. А хайбун – прозаический жанр в японской литературе.
Проза пользователей | Просмотров: 91 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 21/05/21 12:15 | Комментариев: 2

глядя в оконные глаза трехэтажного дома напротив. Опущенные шторы-ресницы не позволяли понять: живы обитатели дома или вымерли? Двери были замкнуты, как челюсти беззубого рта. Никто и не пытался их разомкнуть. О том, что пространство дома было живым, напоминал едва заметный дымок, клубившийся над крышей, и птицы на подоконниках окон, убеждавшие своим пением окружающий мир, что их скоро будут кормить крошками хлеба.
Дом был примечателен постояльцами. Он собрал тех, кто не успел за шестьдесят ими прожитых лет растратить всю энергию на приобретение никчемных вещей. Оставшаяся энергия была не востребована близкими, потому что этой энергии едва хватало на то, чтобы поднести ложку ко рту. Бывало не всегда к цели. Превратившись в обузу для работающих и служащих домочадцев, они нашли круглосуточное внимание к себе в этом доме.
Постояльцы были скромны в притязаниях на будущее. Они не успевали привыкнуть к дому, в котором теперь жили, и к персоналу, их обслуживающему. Через два-три года после знакомства с домом постояльцы исчезали, не успев попрощаться даже с соседями по этажу.
Наблюдавший за постояльцами изредка вспоминал тех, кто исчез за последнее десятилетие из поля зрения. Ему казалось, что он перебирает гербарий образов, щепетильно отобранных для коллекции памятью.
Вот ожил образ хрупкой старушки со звонким, как у девушки, голосом. Всякий раз, когда она выходила на крыльцо здания, призывно звала кого-то. Вернее, запевала низким альтом, чувственно растягивая гласные - «Тоообиии»! Поначалу наблюдавший думал, что она зовет внука, с которым ее разлучили, забыв, что она не в родном доме, а в заведении для престарелых. Звала она долго и безрезультатно.
Заинтригованный наблюдатель за постояльцами терялся в догадках, кто же этот таинственный «Тоообиии».
Оказалось, Тоби – жирный, обнаглевший от сытой жизни, ничем не примечательный серый кот. Развалившись под кустом ярко-красного тюльпана, он и не собирался отзываться, лениво покачивая из стороны в сторону своим пышным упругим хвостом. Уставившись в одну точку, кот сконцентрировался на желании задать трепку красногрудому снегирю, расчирикавшемуся неподалеку. Но под обильными лучами июньского солнца было так сладко лежать в полудреме, что Тоби и усом не шевельнул, чтобы исполнить тайное желание. И глаза не приоткрыл на второй, и на десятый призыв хозяйки, не на шутку расстроенной его отсутствием. Он знал, что и через полчаса его будут ждать вкусные подушечки Whiskas и Kitekat, а на десерт – сливочное мороженое. Поев сытно и вдосталь, он согласится лечь старушке на колени и позволит часами гладить его живот и подбородок.
Кошачье счастье, зависящее от человеческого, было недолгим. Старушка исчезла. Исчез и Тоби. Вот только имя его «Тоообиии», долго еще звенело в ушах всякий раз, когда открывалась входная дверь дома напротив. Это память так подшучивала над сознанием наблюдавшего за постояльцами.
Хрупкую старушку на год с лишним пережил ее сосед, седовласый мужчина, по-юношески молодцеватый, не носивший курток, плащей и головных уборов, привычный набор верхней одежды для мерзнущих стариков. Легкий серый пиджачок был на нем не только в теплый период года, но даже в ненастный зимний.
Этого соседа наблюдавший за постояльцами дома напротив окрестил Есениным: за овал лица, за рассыпанные на обе стороны головы соломенные волосы, за широко открытые голубые глаза, постоянную улыбку и детскость во взгляде. Хлестал ли дождь, падал ли снег, "Есенин" приподнимал воротник пиджака, зажимал большим и указательным пальцами левой руки прямоугольные лацканы, будто остерегался, что при быстрой ходьбе не по возрасту юношеское сердце выскочит наружу, и шел по улицам родного города, не обращая внимания на удивленные взгляды прохожих. Однажды пальцы левой руки устали держать лацканы пиджака и юношеское сердце выскочило. Старику было его не догнать.
После певчей старушки и ее морозостойкого соседа появилась экстравагантная супружеская пара: высокий, слегка сутулый, худощавый мужчина почтенного возраста и его дама. Рост дамы позволял ему смотреть на неё так, как смотрят на нас птицы во время полета. На этом сходство мужчины почтенного возраста с птицами заканчивалось. Птицам не дано было смотреть так внимательно и улыбчиво, как смотрел этот мужчина на свою ссутулившуюся под гнетом лет спутницу, готовый в любую минуту перед лицом опасности подхватить ее и перенести в укромное место. Супружескую пару никто и никогда не видел порознь. Складывалось впечатление, что это не два человека, а нечто единое, похожее на роскошное цветущее дерево. Он – стройный ствол, а она – пышные ветви. Это различие и единство подчеркивалось внешним видом каждого. Мужа за весь период проживания его в доме окружающие ни разу не видели неопрятным или небрежно одетым. Всегда в отутюженном костюме, в белоснежной рубашке, застегнутой до последней пуговицы, и в галстуке. Если на нем было пальто или плащ, то тоже застегнутые. Жена – явная ему противоположность. Пуговицы кофточек и жакетов никогда не знали тепла ее пальцев. Душа ее в прямом смысле была нараспашку. То ли от горячей любви к супругу, то ли от тучности или болезни сердца. Даже в студеную погоду, глядя на нее, прохожим казалось, что на дворе июль.
Июль их совместной жизни в доме престарелых был недолгим. Гроза сердечной болезни налетела так внезапно, как это бывает только в период знойного лета. Жена не пережила сердечную грозу.
Постояльцам дома трудно было привыкнуть к одинокой фигуре осиротевшего супруга. Теперь он был похож на искореженное молнией старое дерево, с обломанными ветвями, сохранившее неизвестно для чего стройность ствола. Прошло немного времени, после ее исчезновения, и одинокий старик рухнул под проливными дождями грустных воспоминаний.
Освободившееся место в доме престарелых долго не пустует. Через несколько дней состоялось очередное новоселье. Напряженные руки молодых грузчиков уже втаскивали в пустую комнату громоздкую мебель из массивного дерева и бесконечное множество других вещей, сопровождавших нового постояльца на протяжении всей его активной жизни.
Надолго ли?
Никто не знает!
Также как никто не знает, что испытывает пожилой человек на новом месте жительства. Эти ощущения нельзя сравнить даже с ощущениями тяжело больного, попавшего на больничную койку. У последнего теплится надежда: возможно выживет после операции и вернется в недавнее прошлое.
У пожилого такой надежды нет! Он обречен на ожидание исчезновения, на нестерпимое ощущение обузы, ненужности, обременительного своего существования для родных и близких, отгородившихся от него стеной лукавого оправдания – «Тебе там будет лучше!»
Поначалу и правда, кажется, лучше. Тебя окружают такие же, обреченные на глухое одиночество, как и ты. Мысль, что ты не единственный, оказавшийся в безысходном положении, поначалу утешает. Утешает до тех пор, пока кто-то из новых знакомых не исчезнет. Исчезновение соседа тотчас воскрешает надоедливый как тень вопрос: «Сколько тебе еще осталось?»
И что делать с тем, что «осталось»?
В прошлом - обязательства, опрометчиво данные самому себе, и невыполнимые в старости. В прошлом - надежды что-либо изменить в своей жизни из-за отсутствия сил и энергии.
Энергия! Теперь её хватает только на выполнение биологических потребностей, и то не в полной мере. К этому трудно привыкнуть. И все же привыкаешь. Как привыкаешь к тому, что не можешь уже бежать по аллее парка, раскинув от удовольствия руки, подпрыгивая от желания взлететь, словно бабочка в первые дни теплого мая. Как привыкаешь к тому, что ты не задыхаешься больше от ощущения весны, от избытка чувств, утерянных вместе со здоровьем.
За долгие годы жизни напротив этого дома наблюдавший за постояльцами ни разу не видел похоронных процессий, сцен безутешного горя, скорбных лиц, безудержного рыдания родных и близких, длительных соболезнующих рукопожатий знакомых и незнакомых людей.
Никакого трагизма, истерии и безысходности.
Всё, как всегда.
Жужжание газонокосилки перед окнами. Двигающийся как часовые стрелки обслуживающий персонал. Разгружающаяся у дверей столовой продуктовая машина.
Единственным признаком исчезновения постояльцев этого дома – деловито снующие родственники и грузчики с коробами вещей, ящиками посуды, деталями разобранной мебели. Все то, что оставил после себя исчезнувший постоялец.
«Неужели это все, что остается после нас, от людей, всю жизнь стремившихся преуспеть и благоденствовать?», - расстроенно спросил себя наблюдавший за постояльцами дома напротив.
За его спиной заскрипела входная дверь. Сын вернулся с работы.
«Вот и ответ!», - успокоившись, улыбнулся старик.
Проза пользователей | Просмотров: 162 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 18/05/21 09:39 | Комментариев: 4

Что изменилось в комнате?
Все вещи на местах.
Устало со стены глядят портреты. Неугомонные часы — тик-так, тик-так, тик-так. Электрочайник раритетный... Давно его, похоже, не включали. Скучает ложка чайная на блюдце. Ей некому спросонья улыбнуться. Футляр раскрытый для очков. Две линзы в роговой оправе в него, пожалуй, не вернутся. И куцый плюшевый барбос в углу сидит на этажерке. Застыл... Устал... Он долго память детства нес... Тому свидетель бутоньерка.
На месте вещи, как и прежде.
Что изменилось?
Сироты они!
Одни они теперь. Одни... Обманчива беспечная их внешность.
Даже пластинки приуныли. На них осесть успел слой пыли. Кумиры довоенных лет — Вертинский, Козин — не откликаются на просьбы, не возвращаются в уют, про осень больше не поют.
Причина?
В комнате немой нет той, что здесь жила, дышала. Дыханием своим одушевляла все эти вещи. Казалось, мир их вечен.
Она ушла как осень, напоминая о себе в вещах. И просит ее не беспокоить, вспоминать, заметив искры глаз ее в тускнеющих лучах, тех, что встречают ежедневно вечер.
Закат — предтеча. А тишина, обнявшая за плечи, ждет встречи с ней в спокойных вещих снах.

Безмолвие и пыль.
До хруста высохли цветы.
Синички на балконе.
Проза пользователей | Просмотров: 114 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 16/05/21 08:11 | Комментариев: 2

По соседству, за стеной, жила бабушка. Очень старенькая, но энергичная женщина. Жильцы называли ее Тетя Валя. Язык не поворачивался назвать непоседливую, динамичную женщину бабушкой.
Тетя Валя никогда не сидела на лавочке перед домом, никогда не выгуливала кошек и собак, хотя жила одиноко. По доброте душевной кое-кто из соседей предлагал ей «пушистый комочек», который смог бы скрасить одинокую старость. Не знали сердобольные, что Тетя Валя всю свою долгую жизнь была равнодушна к домашним животным. Некогда ей было ерундой заниматься. Быть активным членом комсомола, профсоюза – другое дело! Так она считала.
Однажды на ее подоконник приземлился воробей. Непоседливый такой, как шкодливый мальчишка. Все подпрыгивал у нее перед глазами. Переместившись на отлив, зацокал коготками по металлу, будто с помощью азбуки Морзе обращался: «Давай дружить будем, бабуля!»
И они подружились. Ни свет ни заря Тетя Валя спешила к окну и первым делом рассыпала крошки песочного печенья для Венички. Так она окрестила нового друга.
Веничка особо не торопился лететь к ней в такую рань, своих дел по горло было. Но с восходом солнца уже был в гостях. Деловито расхаживал по отливу и торопливо выбирал приглянувшиеся крошки, пока Тетя Валя рассказывала ему о войне, об эвакуации, о послевоенной жизни. За девяносто с лишним прожитых лет много чего можно было вспомнить. На ее глазах родилась советская власть и приказала долго жить. С любовью о ней вспоминала, потому что молодость с ней прошла, а с горечью, потому что не защитила ее на старости лет от нищеты и убожества. Мыслимо ли, ходить в «Универсам» как на ювелирный аукцион: все нравится, а купить средств не хватает. Веничка, как кот Васька из басни Крылова, «...слушает, да ест». Наевшись, исчезал в неизвестном направлении.
Привязалась Тетя Валя к Веничке. Решила сделать подарок любимцу: соорудила из коробки для печенья нечто похожее на пляжный короб, которыми курортное побережье Северной Германии усеяно. У короба для Венички был и навес от дождя, и ватное сиденье внутри, и площадка для корма.
Веничка не заставил Тетю Валю уговаривать себя поселиться в нем. Правда, селился он тогда, когда испытывал голод. Все остальное время проводил на воле. Через несколько дней Веничка-хвастун привел на свое новоселье друзей. Здорово веселились они в тот солнечный воскресный день. Тете Вале приходилось подносить все новые и новые угощения: то пшеничной крупы подсыплет, то сало меленько нарежет, то сухарики выставит. А на десерт гору семечек в виде торта соорудила. Пернатые гости от приятной неожиданности врассыпную сначала, а потом, как водится, все подчистую смели.
Венички друзья и подружки после новоселья часто прилетали к Тете Вале в гости, чтобы попеть и полакомиться. И она не скрывала своей радости и желания привечать гостей. Так они и жили душа в душу.
Кончилось лето. Пришла осень. Зачастили дожди. Одним неприветливым утром, когда желтые листья деревьев, будто пьяные шатались в воздухе, а затем небрежно валились на мокрый грязный асфальт, я услышал настойчивый цокот клюва по стеклу. «Что-то случилось», - подумал я, нехотя просыпаясь.
Зная, что сон ко мне не вернется, поднялся, выглянул в окно. Справа, на отливе окна Тети Вали, сидел Веничка и недоуменно барабанил в бесчувственное стекло. Равнодушная безучастная тишина вселяла страх пташке. И Веничка с еще большей настойчивостью продолжал своим крохотным клювиком стучать в равнодушное стекло.
Птица не человек, она не могла осознать и поверить, что окно ей больше никто не откроет. И что трепетная любящая рука старушки больше не насыплет ей щедро крошек. И не будет ей больше надоедать своими воспоминаниями.
«ДА, БОГ С НИМИ, С ЭТИМИ КРОШКАМИ!» - думал, наверное, в эту минуту ошарашенный горем Веничка.
«ТОЛЬКО БЫ ВЫГЛЯНУЛА, УЛЫБНУЛАСЬ!»
Окно, сомкнув плотно челюсти, не отвечало. За стеклом хозяйничала новая старушка – тишина. Я пытался помочь пернатому другу справиться с горем – рассыпал уже на своем отливе разные лакомства. Но Веничка не обращал на них никакого внимания. Постукивая клювом в стекло, упорно дожидался ответа на вечное, непостижимое умом и сердцем «ПОЧЕМУ-У-У?»
«Почему-у-у?», - озвучивал несогласие Ветер.
«Почему-у-у?», - скандировал заунывно дождь.
А Небо, всезнающее, всевидящее, вечное – мудро молчало.
И это непостижимое, как и время, молчание растворялось, рассеивалось, раскрывалось.
Кончилось Лето радостей. Прошла сытая Осень. Зашло Солнце жизни. Наступили промозглые дни одиночества. Надолго ли?
Веничка больше месяца прилетал еще на окошко Тети Вали, настойчиво стучался, ожидая чуда.
Луч, солнечный Луч, яркий, пронзительный, разорвал кромешную тишину. И Свет, ослепительный Свет народившегося дня ответил на все заданные жизнью и смертью вопросы.
Больше я Веничку не видел...
Проза пользователей | Просмотров: 209 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 27/04/21 09:44 | Комментариев: 6

На каву рiдина не схожа.
I як не дивно, це – вона!
Посмакувавши, кожний може
мистецького дiстатись дна.

Ряснiють роздуми вельможнi.
Духмяний творчий аромат.
Пробачте, банячок порожнiй!
I знову розум мiй пiрат.

Пручається нова iдея.
Недовподоби новосiлля.
Питає незнайомця: «Де я?»
Прийдеться знову пити зiлля!
Стихи пользователей | Просмотров: 122 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 21/04/21 10:42 | Комментариев: 3

Реальный свет
и тени от объемов.
Сдвиг плоскостей,
мерцание пустот.
Движение объектов
неуёмных,
цветов меняющийся тон.

Развитие,
метаморфоза форм
открыли перспективу:
усовершенствовать
обильный корм,
генетики программный код,
несовместимый
с личным субъективным,
с понятиями
«выход», «вход».

Неравномерный ритм,
гармония,
единство
и созидания бесчинство.

Самоубийство догм!

Освобождение
от собственного страха,
от недоверия
к проворному живому,
от неминуемого краха.

Симпатия к себе – другому!

Творение – не зеркало натуры,
не автономный
темный музы пир.
Продукт
немиметической культуры.

Акт созидания –
скандальный наш кумир!
Стихи пользователей | Просмотров: 161 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 07/03/21 10:56 | Комментариев: 0



Мир сотворен из Ничего.*
Из Примитива к Совершенству
стремится жизнь.
Поет щегол
о том, что в Прошлом
тесно.

Подумать стоит о Ничто,
как возникает Нечто.
Несовершенное не вечно.
В пространстве временном
Ничто,
как Хаос, бесконечно.

Ничто живет не зная штор,
свободно и беспечно.
Ничто не Кто, а только Что,
абстрактно, скоротечно.

Ничто – в Сознание транзит.
Условие – понять Насущное.
Покинув приземленно скучное,
летит в мыслительный зенит.

Ничто не родственник предметов.
Его возможности – несметны!
Он – вестник Бытия,
способность создавать себя.**

*Согласно Ветхому Завету ангелы и видимая Вселенная были сотворены из Ничего.

** Ж-П.Сартр в книге «Бытие и ничто» говорит о том, что сущностью сознания является ничто. Ничто – фундаментальная характеристика человека, который есть ничто, по сравнению со всяким что-то. Он не предназначен природой к какой-либо определенной деятельности, но может заниматься любой.
Он – бесконечная открытая потенциальность, важнейшей способностю его существования является способность к творчеству, в котором он как бы воспроизводит Божественную способность, творя новые, никогда ранее не бывшие вещи и ценности, творя из Ничто.

Фоторабота автора.
Стихи пользователей | Просмотров: 157 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 03/03/21 10:15 | Комментариев: 2

Люди сидели,
дни,
недели.
И слушали
как ветры пели!

А ветров
нервное стаккато
стократно
забивалось в щели.
И пропадало
безвозвратно,
найдя приют
в тщедушном теле.

Деревьев листья трепетали!
Безропотные гнулись ветви!

А ветры,
поскандалив,
в дали
бежали,
позабыв ответы.

Им отвечала тишина,
безмолвие разрухи,
осиротевшая стена
и крылья вялой мухи.

Им отвечал воскресший день.
Вовсю светило ярко солнце.
Исчезли страх
и бедствий тень.

Уйти в луга неймется!

Туда, где тоже тишина.
Но тишина совсем другая.
Не знающая запах гари.
Наполненная красотою сна.
Она
нам радость дарит!

Эта, земная тишина,
нам возвращает
жизни силы.

В ней каждый встречный:
люб и
милый!
Стихи пользователей | Просмотров: 168 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 05/02/21 11:51 | Комментариев: 0

В детстве мои братья и сестры, и я с ними, дождавшись 13 января, с нетерпением предвкушали события следующего дня. В этот долгожданный день, как правило, вечером, мы, внуки и внучки, вместе с бабушкой собирались у елки, чтобы разобрать ее.
Рядом с елкой, на стуле, лежала стопка старых газет, а на полу хвастались своим пустым днищем картонные коробки.
Самая старшая из нас, Света, становилась на стул, снимала гирлянды и передавала их нам. Затем, была очередь за звездой. Снять ее было не просто, так как она была крепко насажена на заостренную верхушку по-прежнему пышной и колючей сосны.
Бабушка всегда заказывала деду покупать на Новый год сосну. Она была не такая красивая как ель, но зато не осыпалась, не дождавшись второй встречи Нового года.
Снимая звезду, нужно было наклониться, вернее прижаться к ветвям сосны, чтобы дотянуться до вершины дерева. При попытке сорвать с вершины плотно насаженную звезду, все ветви дерева приходили в движение.
Сердито раскачиваясь из стороны в сторону, они грозили сбросить висевшие на них игрушки.
Не раз бывало, что после снятия звезды, нам приходилось собирать с пола осколки стеклянных игрушек.
Сняв звезду, Светлана еще некоторое время оставалась стоять на стуле. Аккуратно, неспеша она подавала нам игрушки, украшавшие верхние ветви дерева. А мы отрывали квадраты старых газет и осторожно заворачивали в них игрушки. После чего спелёнатые игрушки попадали в коробки, где беззаботно проводили свое игрушечное время до следующего Нового года.
Мы с азартом ожидали заключительного момента уборки: снятия конфет, орехов, мандарин и небольших по размеру яблок. Снимая конфеты, у каждого участника, за исключением бабушки, текли слюньки.
Наконец, последняя конфета легла на стол рядом с остальными, и мы приготовились к дележу сладостей. Бабушка брала в одну руку конфету, в другую орех или мандарин. Затем мы по очереди выбирали одну из двух рук, которые бабушка держала за спиной.
Естественно, волновались, надеясь, что выбрали конфету. Орехи и мандарины нам тоже нравились, но с конфетами они ни в какое сравнение не шли, особенно шоколадными.
После розыгрыша сладостей мы благодарили бабушку за подарки, но не торопились уйти со своим "богатством". Детская совесть не позволяла. Смущаясь, подходили к бабушке и предлагали ей выбрать сладости по своему вкусу. Бабушка чаще всего отказывалась брать, тогда мы сами выбирали сладости и мандарины и оставляли ей на столе.
Почему мы не оставляли ей орехи, вы, наверное, догадалась. Отсутствие множества зубов не позволяло ей насладиться вкусом этих плодов.
Сегодня городские дети лишены радости посленовогоднего розыгрыша сладостей, так как конфеты и фрукты более не висят на елках, а входят в ежедневный их рацион.
Плохо это или хорошо мы не узнаем, как не узнаем какие новогодние розыгрыши готовит нам новая эпоха.
Проза пользователей | Просмотров: 179 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 13/01/21 18:46 | Комментариев: 0

Ты слышал дождь?
Он лыка с вечера не вяжет!
Должно быть до сих пор
на пляже.

Седой песок.
Его знакомый след.
Похоже он вернулся восвояси.
В любимый звездный лес.
Влез на луну.
Спускается,
прекрасный!

Так опускается с небес
воды стена.
Так заполняют нервно щели
звуки.
Так плачет одиноко тишина
по памяти,
исчезнувшей от скуки.

У памяти нет
чувственного дна!

Покинув родину бессилья,
избавившись от сна,
расправив крылья,
спешит сознание
в край буйных встреч
с судьбой,
не обнажившей меч,
не начавшей
со временем свой бой.

Почувствовав боль
вечного пространства,
познало праздность
бинарной резвой пары.

Чем крепче единица,
тем нежнее ноль.

Завидная
у брачной жизни
роль!
Стихи пользователей | Просмотров: 226 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 04/01/21 11:47 | Комментариев: 0

В серых вздохах над землею
мчатся субмарины
ностальгической породы
и с душою мины.

Цвет асфальта – их любимый.
Дорог им хребет дорог.
Ненавистны лодкам зимы
и метелей монолог.

К пешеходам – равнодушны.
К светофорам – ненависть.
Вежливость? Нужна ли ушлым?
Так же, как и жертвенность!

В серых вздохах над землею
мчатся субмарины.
Воют и готовы к бою.
Странно, но любимы!
Стихи пользователей | Просмотров: 245 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 03/10/20 10:15 | Комментариев: 3

Прыткая улитка
на стену взобралась.
Для нее путь – пытка.
Для меня – рассказ!

Как она старалась
путь преодолеть,
чтоб соседи жалость
не дарили впредь.

Жалость унижает,
умаляет гордость!
Гордость прибавляет
веру, силу,скорость!
Стихи пользователей | Просмотров: 312 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 26/08/20 13:24 | Комментариев: 2

Бреду в ряду,
веду беду
тропой седой
с едой для жаждущих и лишних.

Сок мыслей перезревших, перегнивших
стекает в горло улицы, густой.

Затор!

Вздор неприятия
дыханье перекрыло.

Читатель у доверия перила.

Крыш крылья хлопают
пронзительно и нервно.

Наверно камарилья слов
им не дает подняться.
Нация жаждет зло.

Запутался дум дом
в ассоциациях.

Его хозяин – пень с глазами.
На шоу тянет, обалдуй.
Уверен на сто он – колдун!

Спешит взобраться дурандас
на политический Парнас.

Ждет звучный поцелуй
за вдохновенный глас,
ласк грубоватых неумелых
и авторский иконостас.

А в гранях ваз
цветет ухмылка
Мельпомены.
Стихи пользователей | Просмотров: 306 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 16/08/20 13:56 | Комментариев: 0

Когда война,
без разрешения,
приходит в парки,
на луга,
не жди от мая наслаждения.
Весенний цвет –
дым,
пепел,
гарь.

И листья новые как тень,
и контуры ветвей незримы.
Но верят люди в чудо-день,
когда цветами станут мины,
когда могучая сосна
доской не будет гробовою,
а долгожданная весна
окрашена не будет кровью.

Чтобы приблизить этот день,
неплохо было б пробудиться.
Патриотическая хрень
растает, если усомниться.
Стихи пользователей | Просмотров: 320 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 10/08/20 14:01 | Комментариев: 0

Лев Николаевич Толстой:
Патриотизм есть рабство.

Джордж Сантаяна:
Мне кажется ужасным унижением иметь
душу, контролируемую географией.

Джеймс Джойс:
На вопрос готов ли он умереть за Ирландию:
Пусть Ирландия умрет за меня!

Джордж Бернард Шоу:
Патриотизм – психопатическая,
разрушительная форма идиотизма.

Оскар Уайльд:
Патриотизм — это великое бешенство.

Альберт Эйнштейн:
Те, кто радостно маршируют в строю под музыку, получили головной мозг
по ошибке: для них и спинного было бы достаточно.

Все время должен
делать То,
а завтра - Это
до обеда.
До вечера еще раз сто.
Какой, скажите, в этом толк?
Чтобы затем пропасть бесследно?

Не брал я в долг,
не брал взаймы.
Но государству мы должны!
И за него всю жизнь воюем.
Чтоб вовремя с ним расплатиться,
мы бережем его границы.

А почему у нас их нет?

Неважно сколько жил ты лет,
ты даже не имеешь право
сказать:
долги твои – неправда!

И смерть не честь,
и не награда!
И мать совсем-совсем не рада
стоять с цветами у могилки
и умалять и вопль, и крики
не вырываться из души.
Сын этого не заслужил!

Он так хотел еще пожить!
Стихи пользователей | Просмотров: 367 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 03/08/20 08:11 | Комментариев: 3

Сегодня «компас Аристотеля»
должен быть заменен на «камертон ризомы».
(В.Ф. Шарков)

Вы читали произведения Галины Рымбу?
Прочитав однажды, не уверен, появится ли желание перелистать их заново.
Почему?
Потому что стихи ее жесткие, суровые, местами грубоватые, но предельно откровенные и неподдельные.
Потому что пишет она «…про стыд быть простым, быть рабочим, быть бедным…» *, описывает трансформацию современного человека, который (перефразируя слова поэтессы) уже не может жить в мире без насилия, так как он рожден в мире насилия, сформирован насилием.

Она певец и хроникер жизни бедного человека. Будучи летописцем его бытия, уверена, что «бедный человек сегодня живет в перманентной социальной катастрофе, он потерялся во времени и истории, он путает черты времен, но самое главное, чему все это способствовало – это полному отмиранию классового самосознания. Бедняк в России ни за что не признает себя таковым, потому что ему стыдно» *(Обе цитаты взяты из интервью Галины Рымбу слависту Джонатану Плату в 2009 году).

Понятное дело, политическая поэзия не может быть одной из практик медитации хорошего настроения. А ведь многие обращаются к поэзии именно за этим. У политического жанра иные задачи: открыть читателю глаза на происходящее, разбудить его классовое сознание, мобилизовать на активные действия. И читательская аудитория у этого жанра особая.
Чтобы расширить ее границы, необходимо иное осмысление событий, «…которые происходят сегодня в мире и завязаны на такие проблемы, как «ощущение общего», видение «общего мира», «новое рабство», «классовая селекция», изменение нашего вида и планеты, изменение языков, машин, чувств и тел»*.

Похоже расширить границы автору удается, так как ее стихи переведены на английский, шведский, немецкий, французский, нидерландский, итальянский, греческий, испанский, латышский, румынский, украинский, польский языки. Она лауреат премии фестиваля «Поэзия без границ» 2017 года.
В 2019 году Галина Рымбу стала также участницей 50-го международного поэтического фестиваля в Роттердаме, посвященного теме будущего. В сферу ее исследовательских интересов входит философия пространства и времени, утопия, современная поэзия, гендерная теория.

Свое творчество последних лет поэтесса определяет как «поэтико-феноменологический киберпанк, (анти? пост?) утопия, где важны не столько «атрибуты» будущего (техника, апгрейд тел, иерархии и т. д.), сколько то, что происходит с видом таковым, как изменяются его основные «внутренние структуры (политические, чувственные, пространственные, языковые)». (Предыдущая цитата и последняя взяты из разговора поэтессы с Мариетой Божович и Анастасией Осиповой, состоявшегося в Доме писателей им. Келли (Пенсильванский университет) весной 2019 года).

Понимание феноменологии из-за особенностей терминологии и сложности ее концепций доступно не многим. Феноменологов интересует взгляд на вещь, освобожденный от воображения, клише, шаблонного мнения о ней, имеющейся уже точки зрения, но раскрытый к первичному,
изначальному опыту сознания. Феноменологическое восприятие окружающей действительности позволяет четко различить, что принадлежит нашему сознанию, а что вещи, предмету.
Изучая природу сознания, феноменологи используют понятие интенциональность, «означающее центральное свойство человеческого сознания: быть направленным на некоторый предмет» (Википедия). А что такое «быть направленным»? Это означает быть заинтересованным в рассмотрении именно этого объекта размышления, а не другого. Исследование структуры переживаний, проживаний акта созерцания, с точки зрения первого лица, и есть феноменологический анализ.
Без понимания основ этой новой области современной философии вряд ли удастся постигнуть глубинный смысл сочинений поэтессы.

В июле 2019 года на своей страничке в Facebook Галина Рымбу опубликовала стихотворение «Лучи». Историк литературы, поэт, критик Юлия Подлубнова так отозвалась о произведении: «Для меня «Лучи» - практически манифест «новейшей искренности» в поэзии».

Первый, кто радушно распахивает двери публикации перед читателем, гостеприимно приглашая его сесть за стол и почитать, конечно же, заголовок. Он может быть загадкой, а может быть ключом к разгадке авторского замысла, потому как обладает прогностическими возможностями.
Только углубившись в содержание можно определить статус заголовка, выполняемые им функции и как он соотносится со структурой текста.
Заголовок «Лучи» выступает как самостоятельная информационная единица и одновременно элементом текста. Как самостоятельная информационная единица этот заголовок загадка, вызывает множество ассоциаций. Таким образом автор вовлекает нас в интеллектуальную игру – игру в ассоциации, предлагает расшифровать заголовок и с его помощью предугадать содержание произведения.

Ассоциативный эфир каждого прочитавшего может быть заполнен как позитивными примерами, так и негативными. Тому причин множество, зависящих от образования, воспитания, вкусовых предпочтений, настроения и других факторов. Важно не совпадение ассоциаций читателя с авторским замыслом, а вовлечение его в творческий процесс.
Для категории читателей, которая не желает принимать участие в игре, принципиальную смыслообразующую роль играет имя автора.

Есть ещё третья категория, не рассматривающая заголовок как часть текста, как высказывание о нем, а только называет текст.
Первичное знакомство с произведением, выделение ключевых образов и деталей позволяет определить и комментировать его магистральную тему. После прочтения первых двух строф становится ясно: автор не равнодушен к вечной теме мировой литературы «отцы и дети».

«мама я вижу как из твоих ладоней выходят свирепые лучи
они обжигают меня
я закрываю руками голову и не слышу удары»

«папа я вижу ты смотришь и твой взгляд уже не твой что с ним
из глаз вытекают какие-то сложные вещи
ты приближаешься».

Кто из русскоязычных читателей не помнит произведение А. С. Пушкина «Евгений Онегин», где тема «отцы и дети» трактуется, в основном, как тема воспитания?
Если для главных героев романа Пушкина стояла проблема выбора кем стать: приверженцем светской жизни, где стиль поведения диктовал подмену родного языка французским или, рискуя быть отвергнутым, предпочесть отечественную ученость, то для безымянной героини произведения Галины Рымбу «Лучи» стоит иная проблема – проблема выживания в среде эмигрантской жизни. В среде, где хозяйка жизненного быта – ксенофобия. Ее влияние социально опасное. Ксенофобия не только разъедает межличностные отношения, но и разрушает личность. Нетерпимость, неприязнь к «чужим», лежащие в основе ксенофобии, порождают конфликты, насилие, конфронтации.
Это вторая тема произведения, не менее значимая, чем первая. И, пожалуй, неотделима от нее в контексте описываемых автором историй.

Событийный ряд произведения представлен эпизодами эмигрантской жизни:

«папа раньше я думала что это потому что ты был чужим в этом обществе
сам бесконечно угнетаемый в чужой стране далеко от дома
когда даже заводские друзья с которыми ты пьешь водку
на волне расцветающего в головах в 90-е годы бытового национализма
говорят черножопый
чурка
говорят потом иди иди давай домой
тебя ждет твоя черножопая дочь

непонятная
что с ней делать
смотрит враждебно»

Процесс глобализации экономики и общественной жизни в конце 20 и начале 21 веков вызвал небывалый поток международных мигрантов, людей, родившихся в одной стране, но проживающих в другой. По сравнению с 1970 г. их численность в мире выросла в 3 раза. Каждый 30-й житель Земли сегодня международный мигрант.
Причина демографического «взрыва» этого периода не только поиск лучших условий жизни, но и войны, политические конфликты, природные катастрофы. Как говорят в народе, не от хорошей жизни люди бегут в другую страну, где им не очень радо коренное население.

С одной стороны, миграция способствует благосостоянию семьи, а с другой, затрудняя общение членов семьи, разрушает семью и затрудняет воспитание детей.
В своем произведении автор не прямолинейно, а через воспоминания травмированного ребенка воссоздает развернутую экспозицию насилия над ним.

«мама раньше я думала что это от нашей бедности
сходишь с ума сознание мутится агрессия жесткие вещи
ненавидишь того кто рядом».

Литературная героиня, вспоминая детство, раскрывает причины своего психического расстройства – депрессии:

«мама, перед сном я просила рассказать тебя истории из жизни
и ты рассказывала как родила меня, как оперировали твою грудь,
как дед бил бабушку собачьей цепью, гонял её как собаку по огороду,
как бил тебя, шестнадцатилетнюю, до кровоподтеков, ты ссалась
и икала, и никто не мог защитить, ты рассказывала это».

Это не сказка, погружающая ребенка в мир волшебства. Это – эмоциональное насилие, перерастающее в физическое:

«а на следующий день курила меня головой об кафель в ванной
и я не могла понять, что происходит, кто может меня защитить.
потом ты просила прощения».

Мать героини, хлебнув горя в собственном детстве, взрослела сломленной. Не наученная правильному обращению, передавала ребенку то, что получила от своих родителей: крики, вопли, побои, издевательства, унижения.
Возможно, отец дал ребенку то, что вправе ожидать от родителей каждый в этом возрасте: любовь, внимание, ласку, отзывчивость, удовольствие, уверенность, уважение, симпатию, спокойствие, безопасность, дружелюбие, гордость, восхищение, нежность. Насколько оправдались ожидания ребенка:

«и вот я стала старше
я уже прохожу судмедэкспертизу
ты сделал это шашлычным шампуром по спине
меня как животное
после школы
таким весенним днем».

После описания жестокого обращения с ребенком становится ясно, что именно является источником его психологических проблем.
Отклонения в поведении ребенка возникают тогда, когда родители заняты собой, а ребенок предоставлен самому себе. При эмоциональном отвержении он ощущает себя помехой в жизни родителей:

«виновата я которую просто нечем кормить
за которой не уследить чтоб осталась целой до брака
которой нечего дать
негде жить».

В видеопрограмме на тему «Обида – корень зла», состоявшейся в декабре 2019 года на Радио Свобода, философ Аркадий Недель отметил, что «…причина обиды – это неисполненные ожидания». Свое утверждение он обосновал: «Когда мы обращаемся к близким людям, мы заранее проектируем их ответы, мы хотим получить от них ответы, советы и прочее, которые мы хотим получить». Если наши ожидания не оправдываются, возникает ситуация несовместимых ожиданий, название которой конфликт. Конфликт порождает замкнутость, враждебность.
Подавление обиды и страха, внутренней тревоги в свою очередь порождают агрессию. Последняя может быть направлена не только на других людей, но и на самого себя. Имя такой разновидности агрессивного поведения – аутоагрессия.
Проявляется она в склонности самоунижения, в нанесении себе физических повреждений, а в тяжелых случаях – в попытках суицида. Это то, о чем рассказывает литературная героиня:

«с шести лет я думала о самоубийстве»,
«сегодня
я покончу с собой
мои руки превратятся в фарш».

Какие чувства и эмоции скрывает литературная героиня за исполненной укоризны скупой просьбой:

«прекрати
ненавидеть меня
мама»?

В первую очередь, чувство отсутствия любви, а далее по списку: ущемлённости, удрученности, угнетенности, тяжести, тоски, сожаления, смущения, ранимости, разочарования, потрясения, потерянности, подавленности, поражения, покинутости, отчужденности, ошеломленности.
Душевные боли, испытываемые литературной героиней, по характеру очень похожи на фантомные: жгучие, ноющие, зудящие, сжимающие, пульсирующие, колющие, стреляющие, как удары:

«сейчас я не могу плакать когда думаю об этом
меня просто трясет
глубоко
внутри
я всё вытеснила
как будто бы этого не было со мной
у меня не хватит сил объяснить
мама
из твоих ладоней сыплются громкие миры
на моё тело
как тяжелый дождь
через него всю жизнь путешествую».

Как известно, фантомные боли это - неприятные ощущения в разных частях тела, которых уже нет. Вот только в случае литературной героини у нее ампутировали не часть тела, а детство. При этом не следует забывать, что она испытывает дополнительно не болевые, но тягостные ощущения, вызываемые ксенофобией. И те и другие не покидают героиню на протяжении всей жизни.

Интересно представлены в произведении символы хронотопа. В своем единстве, взаимосвязи и взаимовлиянии они воспроизводят пространственно-временную картину события и организуют композицию произведения.
Рассмотрим временные символы. Отраженное в сознании литературной героини психологическое время в начале произведения остановилось в прошлом. Прошлое – воспоминание. Остановка мотивирована тем, что события, протекавшие в неопределенный промежуток времени, крайне важны для дальнейшего развития сюжета.
Время, свернутое до изображения пространственных символов: в первую очередь, необозначенного словесно узкого пространства, где пребывают участники события (папа, ребенок), из сновиденческого состояния

«папа я вижу ты смотришь и твой взгляд уже не твой что с ним
из глаз вытекают какие-то сложные вещи»,

внезапно, одной фразой возвращается в реальность:

«ты приближаешься»,

порождая физическое желание:
«обними меня».

Эта инверсионная композиция повторяется в произведении многократно:

«мама раньше я думала что это от нашей бедности»
(прошлое),
«папа раньше я думала что это потому что ты был чужим в этом обществе» (прошлое),
«теперь (временной символ) мне сложно об этом думать» (настоящее время).

На протяжении всего повествования автор то погружает читателя в прошлое, то возвращает в реальность, заставляя тем самым осознавать, что настоящего без прошлого не существует. И прошлое реально, если в нем до конца не разобраться. Размытые границы между прошлым и настоящим создают иллюзию единого временного пространства.

Физические и философские представления автора не отделяют пространство от времени. По этой причине текст следует рассматривать как природный объект, а его структуру как пространственное время.
Автор выстраивает необычную экспозицию происходящего, основанную на разнообразии повествовательных приемов и сложного взаимодействия фрагментарности увиденного и услышанного с воспоминаниями, наблюдениями, мыслями и ощущениями.
В произведении отсутствует ярко выраженный композиционный центр. События то надвигаются на читателя, то проваливаются в небытие. Затем снова возвращаются, как навязчивая идея.
Многоступенчатая композиция ассоциируется с метафорическим представлением подъема по крутой лестнице бытия с остановками на воспоминания.

Художественное пространство произведения ограничивается небольшим помещением общежития, на территории которого разворачивается семейная драма. Эпизодически, фрагментарно оно увеличивается за счет упоминания в описании событий: узкого коридора, ванной, полицейского участка, этажа общежития, помещения судмедэкспертизы, берега озера, района. Однако, сухое перечисление этих пространственных символов, без детализации, не позволяет читателю расширить свой ассоциативный кругозор.
Стих «Лучи» пробуждает эмпатию. Читая произведение, мы пытаемся войти в роль литературной героини или сопереживаем ей. Важно понять, что автор заставляет читателя не сочувствовать, не сожалеть, как сожалеет прохожий нищему, бросая на ходу монетку, а погрузиться в душевное состояние литературной героини, понять невысказанные, никем не разделенные, обуреваемые ею чувства: отчаяния, остолбенения, опустошенности, озадаченности, озабоченности, одиночества, обиды, обеспокоенности, нервозности, нелюдимости, неловкости, настороженности, изумления, изолированности, запутанности, досады, депрессии, грусти, горя, волнения, возбужденности, вины, взволнованности, боязни, боли, беспомощности.

Проживая сюжет, читатель соизмеряет свои собственные поступки, мысли и эмоции с состоянием литературной героини.
По форме метрической композиции произведение «Лучи» - свободный стих, верлибр. Определений этой формы великое множество.
В.Брюсов рассматривал верлибр как систему стихосложения, лишенную закономерностей. Согласно теории В.Жирмунского особую роль в организации верлибра играет графика. По мнению А.Квятковского, отмечая разностройность речевых рядов, основными конструктивными элементами верлибра являются ритмические показатели (рифма, метр, изотония). Академик А. Орлицкий считает верлибр самостоятельной системой стихосложения, лишенной всех вторичных признаков стихообразования.
Отечественные лингвисты полагают, что современный русский верлибр допускает не только метрические вкрапления, но и вкрапления рифменные, анаграмматические, аллитерационные, анафорические и т. д.
Cуммируя множество определений, можно прийти к выводу, что эта форма стиха – формально кусок прозы, произвольно разбитый на строки. Во время разбиения текста на стихотворные строки происходит кодирование стихотворной речи – наложение привычного синтаксического разбиения на ритмическое. Стихотворные строки могут объединяться в группы, каждая из которых включает в себя различное количество строк внутри стиха.

Процесс разбиения прозаического текста на строки – творческий, от него зависит эмоциональное восприятие и успешная читательская дешифровка авторского замысла.

Выбирая для своего произведения традиционный на сегодняшний день жанр стихосложения верлибр, Галина Рымбу наделяет его новыми качествами, совпадающими с маркетинговым жанром сторителлинг.
Несмотря на то, что цели поэзии и маркетинга полярно противоположные, методика и принципы их достижения на примере ее произведения оказались идентичными.

«Миссия сторителлинга, - как утверждает маркетолог Чернозубенко П.Е., - захватить внимание с первой секунды и держать его на протяжении всей истории, вызывая у читателя или зрителя симпатию к главному герою истории и, через симпатию, донести до аудитории основную мысль».

Интересно совпадение идеи произведения «Лучи» с идеей сторителлинга: «…история не должна быть оторвана от реального мира. Она должна проливать свет на то, что происходит вокруг нас, выявлять проблемы, противоречия и показывать возможные пути их решения, как удачные, так и нет» (Чернозубенко П.Е.). Дочитав произведение до конца, читатель убеждается, что героиня выбрала крайне неудачное решение своих проблем.
Несколько слов о требованиях создания сторителлинга и совпадения их с содержанием анализируемого произведения.
Чернозубенко П.Е. именует эти требования «Правилами сторителлинга»:

1. Будьте кратки.
2. Яркий герой.
3. История должна быть.
4. Событие уже случилось, даже если у истории открытый конец.
5. Не навязывайте мнение.
6. Не делайте очевидных выводов.
7. Влияйте на эмоции.
8. Для конкретной аудитории.
9. Используйте метафоры и фигуры речи.
10. Сделайте слушателя соучастником истории.

Даже самый придирчивый читатель не найдет в этом перечне правила, которое не было бы выполнено автором «Лучей».
Особенностью сюжетной, нарративной, жанровой организации произведения является использование литературного приема остранение. Суть его заключается в превращении знакомых нам вещей в странные.
Как писал автор этого термина Виктор Шкловский «Прием остранения у Л.Толстого состоит в том, что он не называет вещь ее именем, а описывает ее как в первый раз виденную, а случай – как первый раз происшедший, причем он употребляет в описании вещи не те названия ее частей, которые приняты, а называет их так, как называются соответствующие части в других вещах» («Искусство как прием»).

Уже в первой строке виден пример использования этого приема:

«мама я вижу как из твоих ладоней выходят свирепые лучи
они обжигают меня
я закрываю руками голову и не слышу удары».

Описывая процесс нанесения ребенку побоев, автор пытается не просто описать картину жестокого насилия, а представить физическое и психологическое воздействие этого насилия на его сознание и душевное состояние. При этом не следует забывать, что мироощущение взрослого человека и ребенка резко отличается. Ребенок в своем возрасте еще не успевает приобрести привычку взрослого человека воспринимать действительность автоматически. Осмысливая происходящее, он обильно использует метафоры, риторические вопросы, сравнения, восклицания:

«мама
из твоих ладоней сыплются громкие миры
на моё тело
как тяжелый дождь
через него всю жизнь путешествую».

В приведенном остранении следует отметить развернутую метафору
«из твоих ладоней сыплются громкие миры
на моё тело».

Это выражение, нарушая границы правдоподобия, придает содержанию фантастический оттенок, что соответствует жанру киберпанк. В отрывке также присутствует гиперболистичное сравнение «как тяжелый дождь».
В следующем примере остранения автор пытается объединить низкое, бытовое и возвышенное, лирическое:

«ты сделал это шашлычным шампуром по спине
меня как животное
после школы
таким весенним днем».

Описывая признание героини в любви к абьюзному отцу

«как я люблю твоё лицо твои плечи
твои шутки твою молдавскую стряпню»,

вступающее в противоречие с тягостными воспоминаниями, автор вновь прибегает к приему остранения:

«я хочу быть как ты и просто вырезать из себя из себя это насилие
языком губами».

Вспоминая образ отца, героиня «остраняет» неодушевленные предметы, используя их в качестве метафоры своих ощущений:
«твои глаза грустные камни, брови — тупые ножи».
Было бы несправедливо не обратить внимание на образное сочетание противоречивых понятий «грусть» и «камень», «тупой» и «нож». Пример удачного использования стилистической фигуры – оксюморон.

Гоголь в статье «Несколько слов о Пушкине» писал: «Чем предмет обыкновеннее, тем выше нужно быть поэту, чтобы извлечь из него необыкновенное и чтобы это необыкновенное было, между прочим совершенная истина».

Для придания тексту экспрессивности, а читателю оставить возможность создать в своем сознании картину собственного видения происходящего, автор использует разнообразные эллиптические конструкции.
Так как на данный момент общепринятой типологии эллиптических конструкций не существует, воспользуемся теорией Е.В.Падучевой, согласно которой они делятся на ситуативные и анафорические.
При ситуативном эллипсисе пропущенный элемент не упоминается в речи, а значит и не может быть восстановлен. Но может быть воссоздан логическими шаблонами, загруженными в нашу память ситуативными моделями, как наиболее вероятная бытийная гипотеза:

«мы потерялись (в жизни)»
«как-то догнало (произошедшее)»
На языке жаргона «догнало» это «понятно».
«так мало осталось (времени, лет, жизни)»

«мир меняется ( в худшую сторону, в лучшую сторону)»
«ты сделал это (нанес удары) шашлычным шампуром по спине»

«меня (избил) как животное».

Интерпретация перечисленных фрагментарных высказываний возможна лишь при знании ситуации. По этой причине задача восстановления ситуативного эллипсиса является весьма сложной и сводится к дискурс-анализу.
Вторая группа эллиптических конструкций – анафорическая. В ней отсутствующий фрагмент легко восстанавливается за счет контекста.
Чтобы речь была динамичной, напряженной и эмоционально насыщенной, автор использует разнообразные типы анафорических эллиптических конструкций.

Сравнительный эллипсис:
«я буду лежать
в другом мире
(лежать)
как ты».

Гэппинг:
«не узнает как я люблю твоё лицо (люблю) твои плечи
(люблю) твои шутки (люблю) твою молдавскую стряпню
(люблю) весь твой внутренний пиздец (люблю) запах одежды
(люблю) запах кожи и сигарет».

Слусинг:
«но не могу
понять
почему
это было
и ты никогда не скажешь
почему (это было)».

Чаще всего эллипсис появляется в разговорной речи, так как именно в ней наблюдаются такие явления, как непринужденность, спонтанность, ситуативность, эмоциональная окрашенность. Эти качества ярко выражены в монологической речи произведения:

«ты лежишь в нашем узком коридоре
(лежишь) без сознания»;
«я не могу дольше минуты
смотреть на тебя
(смотреть) на твое истощенное тело»;
«мы не говорим
об этом
(не говорим) ни о чем».

Для организации особой архитектоники текста автор использует фигуры убавления. Вернемся в начало произведения: после надрывных, чувственных, богатых на детальные подробности громоздких строф следуют скупые обрывочные высказывания – короткие одинокие строки:

«непонятная
что с ней делать
смотрит враждебно
мы потерялись»
или
«теперь мне сложно об этом думать
как-то догнало
только простить».

В их создании принимают участие такие фигуры убавления, как апозиопезис (внезапный обрыв высказывания, которое так и остается незавершенным), элизия. А возможно фигура размещения – парцеляция.
Мы этого никогда не узнаем из-за отсутствия пунктуации.
Нередко одна и та же фраза являет собой слияние нескольких фигур. Как в этом случае:

«обними меня
прочитай это
пожалуйста
полюби меня
прекрати
ненавидеть меня
мама
так мало осталось
мир меняется
папа
почему так темно».

К этому примеру подходят понятия фигур асиндетона и прециссио.

Риторические фигуры в тексте представлены с редкостным изобилием и разнообразием.
Среди фигур прибавления:

строфико-синтаксическая анафора

«мама я вижу как…»
«папа я вижу ты…»;
«мама раньше я думала…»
«папа раньше я думала…»;

лексическая анафора

«такой чистый
такой холодный»;
«не души
не царапай»;
«пусть бы меня никогда не было
пусть бы вы были другими»;
«почему так
произошло
почему я до сих пор
могу только простить»;

морфемная анафора

«пожалуйста
полюби меня»;
«понять
почему»;
«почему
помню как»;

рефрен

«обними меня
обними меня»;
«мир меняется»
«мир меняется»;

эпифора

«из глаз вытекают какие-то сложные вещи
сходишь с ума сознание мутится агрессия жесткие вещи»;
«полюби меня
прекрати
ненавидеть меня»;
«погладь меня
обними меня»;

климакс

«сейчас я не могу плакать когда думаю об этом
меня просто трясет
глубоко
внутри
я всё вытеснила».

Среди фигур мысли:

риторический вопрос

«где прочитать что детство это сон»
«что его можно просто развидеть»;

писма

«почему так
произошло
почему я до сих пор
могу только простить
просить о любви
но не могу
понять
почему
это было»;

эпиплекс

«и ты никогда не скажешь
почему».
В ряду стилистических фигур – аллитерация:

«мама раньШе я думала что это от наШей бедности
сходиШь с ума сознание мутится агрессия жесткие веЩи
ненавидиШь того кто рядом»;

«папа раньше я думала Что это потому Что ты был Чужим в этом обществе
сам бесконеЧно угнетаемый в Чужой стране далеко от дома»;
«говорят ЧерноЖопый
Чурка
говорят потом иДи иДи Давай Домой
тебя ЖДет твоя ЧерноЖопая ДоЧь».

Звуковая организация текста дана с особой подчеркнутостью благодаря звуковым повторам. Это отчетливо заметно на двух анафорических фонологических сегментах:

«мама я вижу как из твоих ладоней выходят свирепые лучи
они обжигают меня
я закрываю руками голову и не слышу удары

папа я вижу ты смотришь и твой взгляд уже не твой что с ним
из глаз вытекают какие-то сложные вещи
ты приближаешься».

Особенностью языка произведения следует также признать деконструкцию метафоры. На языковом уровне это - нагромождение метафор. С перевоплощением метафоры в метафору читатель сталкивается в произведении дважды:

«из твоих ладоней выходят свирепые лучи
они обжигают меня
я закрываю руками голову и не слышу удары»;

«из твоих ладоней сыплются громкие миры
на моё тело
как тяжелый дождь
через него всю жизнь путешествую».

Анализируя чередование глагольных форм настоящего (описательного) и прошедшего (повествовательного) времени, обращает на себя внимание тот факт, что повествование распадается на ряд сцен, каждая из которых дана с синхронной точки зрения.
Внутри событийного сюжета повествование строится как вереница замкнутых сцен-описаний, где каждый по смыслу соотносится с предыдущим.
Постоянная смена ракурса изображения осуществляется с помощью такой фигуры осмысления как эпимона – частый навязчивый повтор предложения:

«обними меня
обними меня».

Этот повтор можно квалифицировать также как итерацию – признак психиатрического возбуждения.
Следующая языковая особенность текста ризоматичность. Она не линейна, открыта и ориентирована на непредсказуемость дискурсивных трансформаций в любом направлении.

Ризоматический текст бесструктурен, умножает грани реальности, порождает нестандартные ассоциативные связи, новые смыслы.
Приводить примеры данной особенности нерационально, так как весь текст, от начала и до конца, пронизан движущимися линиями призматической логики.
Мир ризомы – это мир ускользания, предоставляющий возможность для новых конфигураций слов, образов и смыслов. Отсутствие непересекаемых границ позволяет непредсказуемым образом двигаться в любом направлении.

Например:

«прочитай это
пожалуйста
полюби меня
прекрати
ненавидеть меня
мама
так мало осталось».

Один читатель воспримет первые две строки как обращение:

«Прочитай это, пожалуйста!»

Другой изложит как просьбу:
«Пожалуйста, полюби меня!»

Оставшуюся часть текста можно прочесть в редакции:
«Прекрати ненавидеть меня, мама!»

А можно иначе:
«Мама, так мало осталось!»

Проанализируем следующий отрывок:

«мир меняется
папа
почему так темно
у нас больше нет света».

Первый вариант прочтения:
«Мир меняется, папа!»

Констатация того, что дочь повзрослела и замечает то, что уже не под силу отцу.

Другой вариант:
«Папа, почему так темно?».
Обращение ребенка к взрослому, у которого есть ответы на все случаи жизни.

Смыслообразующая функция отдана в полное распоряжение читателя. Автор, как действующее лицо феноменологического киберпанковского произведения, высмеивает не столько условность классической литературы, сколько шаблоны массовой сетевой. Издевается над ожиданиями читателя, приученного к поэтической речи с ее образно-символической системой и ритмической организацией, с признаками медитации, терапевтического эффекта.

Яркой особенностью ризомы является фрагментарность текста, коллажность, что усиливает впечатление общей хаотичности и бессистемности.

Произведение «Лучи» является доказательной иллюстрацией современных процессов развития языка.
От привычного, развитого грамматически, синтаксически, лексически, семантически, стилистически состояния современного русского языка на этапе глобализации мирового хозяйства мы наблюдаем тенденцию размывания границ между этими понятиями.
По наблюдениям исследователя В.Черняка сказывается «массовое вторжение разговорной стихии в текстовое пространство». В качестве регулятора синтагматических отношений внутри текста наравне с пунктуационной системой выступает графическая. Для полисемичности текста авторы полностью или частично устраняют знаки препинания, отказываются от классической строки, начинающейся с прописной буквы. Отказ от прописной буквы лишает высказывание однозначности, стирает границы синтагм, приводя к возникновению параллельных смыслов.

Анализируемый текст произведения только в трех местах записан со знаками препинания:

«когда я сказала об этом психиаторке, она спросила:
вы правда до сих пор думаете, что это заслужил
я ответила: я не знаю»;

«мама, перед сном я просила рассказать тебя истории из жизни
и ты рассказывала как родила меня, как оперировали твою грудь,
как дед бил бабушку собачьей цепью, гонял её как собаку по огороду,
как бил тебя, шестнадцатилетнюю, до кровоподтеков, ты ссалась
и икала, и никто не мог защитить, ты рассказывала это,
а на следующий день курила меня головой об кафель в ванной
и я не могла понять, что происходит, кто может меня защитить»;

«твои глаза грустные камни, брови — тупые ножи».

Если первые два фрагмента информационно важны для завязки произведения, и пунктуация призвана подчеркнуть их значимость, то третий пример такой важностью не обладает.

Настойчивое стремление поэтессы отразить самую жизнь обязывает ее использовать «народную этимологию» (выражение Д.С.Лихачева, 1997г.): черножопый, чурка, черножопая дочь, как-то догнало, психиаторка, ты ссалась, пацаны, прикольное по телику, газировка, менты, шнырять, стряпня.
Наряду с универсальной разговорной лексикой, автор использует и социально маркированную, нацеленную на определенную возрастную аудиторию.
Коммуникативный репертуар произведения изобилует примерами «крепких словцов» и выражений.

Вряд ли постсоветского читателя можно удивить обсценной лексикой. Она уже не вызывает эпатирующего эффекта и воспринимается естественно, стилистически нейтральной.
Однако, несмотря на «успешный побег мата из языкового ГУЛАГа» (по выражению Виктора Ерофеева), - он по-прежнему не воспринимается как норма.
Использование обсценной лексики в произведении ограничено зоной характеристики домашней атмосферы, в которой воспитывалась героиня, и характеристики приобретенного ею в социальной среде «культурного» багажа:

«как бил тебя, шестнадцатилетнюю, до кровоподтеков, ты ссалась»,
«а на следующий день курила меня головой об кафель в ванной»,
«тебя так жестко пиздили менты»,
«весь твой внутренний пиздец запах одежды».

Если вспомнить, что произведение написано в жанре киберпанк, которое ориентировано в основном на молодежную аудиторию, то обсценная лексика мотивирована. Мотивирована она еще и тем, что в мире киберпанка, наряду с развитием высоких технологий, соседствует нищета, бесправие, анархия городских трущоб.

Содержание текста полифонично, многоаспектно. По этой причине нельзя представить себе статический образ содержания. Но можно, прочитав текст, узнать, увидеть через осмысление перечисленных в нем событий, ситуаций, идей, чувств, побуждений – предметный образ реального мира. Это и будет образ содержания текста, существующий вне текста.

Резюмируя восприятие произведения, реципиент создает свой образ содержания текста. Мой образ склоняется к аллюзии на картину Эдварда Мунка «Крик», являющейся концентрацией трагизма человеческого бытия.

Ризомамыслие

Прошло несколько дней. Противореча самому себе, я прочел произведение «Лучи» заново. И у меня возникло ощущение присутствия, а также участия в моноспектакле.
Как правило, моноспектакль имеет драматический сюжет. В нем поднимаются темы любви, жизни и смерти, потери веры и предательства.
Читатель тот же актер, который в унисон с литературным героем, взволнованный поднятой темой, ищет для себя ответы. Путешествуя по жизни литературного героя, проходя вместе с ним те же испытания, которые проходит герой, он находит то, что ищет в повседневной жизни.
Придирчивый читатель мне возразит: а где декорации, где реквизит?
«Что касается «декораций» - они возникают в воображении слушателей, я несу их с собой», - писал создатель этого жанра – театра одного актера - В.Н.Яхонтов.
Моноспектакль – это всегда исповедь человека, это жанр самовыражения. А монологический текст поэтического произведения – благодарный материал для организации спектакля.
Проза пользователей | Просмотров: 430 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 09/07/20 11:27 | Комментариев: 0

Печатные книги нынче дорогие. Не каждому статистическому читателю по карману. А приобщиться к высокому, прекрасному, ай, как хочется! Вот он, статистический читатель, и пользуется публикациями, которые с барского плеча электронных журналов появляются в Интернете. Не трудно догадаться, что предметом наших раздумий и размышлений будет современная литература, а именно, сетевая поэзия.

Обобщающее исследование тенденций современной литературы невозможно без характеристики эпохи. Двадцать первый век, как и все предыдущие, немыслим без культуры. Ее влияние на все сферы человеческого бытия неоспоримы. Культура неисчерпаема, многолика и заполняет все время-пространство. Это особенно заметно в эпоху сетевой глобализации.

Проникновение социальных сетей в повседневную жизнь, а значит и в наше сознание, стало более глубоким, чем нам бы, возможно, хотелось. Когда мы заполняем анкету на Фейсбуке, в Контакте, мы открываем машине свои индивидуальные данные, рассказываем ей, что нас интересует, кого мы лайкаем, на кого подписываемся. На базе собранных данных машина создает наши профили и формирует для нас унифицированную, персональную правду. Изучая наше восприятие мира, наши привязанности, соответствующие нашим вкусам и настроениям, социальные сети выдают нам информацию, которая нам приятна. Тем самым погружают нас в несуществующую, эфемерную реальность, называемую «постправдой».

Сетевая поэзия, как и любой другой сетевой информационный продукт двадцать первого века, жаждет мгновенного отклика на свои творения и получает его в виде отзывов, комментариев.

По этой причине сетевой поэзии по сравнению с книжной продукцией принадлежит доминирующее место в литературном пространстве. Ежедневно на литературных порталах появляются десятки тысяч поэтических публикаций. Какая часть из них искусство – определяет количество лайков. Это они, лайки, а не конкурсы и фестивали, обуславливают популярность и предопределяют дальнейшую судьбу произведения и его автора. Хотя нельзя исключать давления на читательскую аудиторию такого уважаемого звания как лауреат. Неважно какого конкурса или фестиваля.

В настоящее время на поэтической витрине русскоязычного интернет-пространства чаще других мелькают имена Веры Полозковой, Ах Астаховой, Геры Шипова, Ес Соя. Знакомство с ними читателям обеспечивают популярные порталы «The Villag», «Yes!», ЖЖ, 45 паралель и многочисленные публикации в соцсетях.

Уже при первом знакомстве с их творчеством обращает на себя внимание участие современного автора в жизни всего мирового пространства. Молодые авторы вышли за калитку патриархального уклада этноса, миновали подъезды догматических ограничений государственной этики.

Использование современных средств коммуникации потребовало от современника знания английского языка. Знание английского языка позволило выйти за границы места оседлого проживания, предоставило возможность ознакомиться с творческими достижениями других языковых культур.

Для общения с коллегами других континентов уже не требуется разрешение властей, оформление виз. Достаточно пятиминутной регистрации на сайте, который пришелся по душе, и ты уже среди друзей, единомышленников, почитателей таланта.

Сетевая жизнь не может не отзеркаливаться в современной поэзии. Первое, что замечает читатель в творчестве сетевых авторов – это наличие слов на английском и других языках.

У Ес Соя в произведении «У света нет края»:

ты мне так непростительно веришь,
мнестановитсястрашно.
you speak english, french, spanish,
и наклонившись, словно пизанская башня,

У Геры Шипова:

Его детство проходило под звук
Iron Maiden и Judas Priest
Юность –
под Dad Religion и Massive Attack

У Веры Полозковой:

А где я? Я дома, в коме, зиме и яме.
Мурлыкаю в ванной медленно Only you,
Пишу себе планы, тут же на них плюю;
Ещё:
Туда же, всё с той же бирочкой на руке.
Я думала: я ворвусь и скажу: porque?!..

Второе, что замечает читатель – это выход современного автора за пределы этнической территории и осознание себя гражданином планеты, при этом сохраняя родовые традиции.

У Веры Полозковой, в произведении «Босса нова»:

В Баие нынче закат, и пена
Шипит как пунш в океаньей пасти.
И та, высокая, вдохновенна
И в волосах её рдеет счастье.

Это уже не степь да степь кругом, а вдоль обочины - кудрявые березки, это другие страны, другие обычаи. И в то же время мы слышим в заключительной строфе рядом с экзотической «сальсой» знакомое с детства из русских сказок «скомороший наряд»:

И той, высокой, прибой вспоровшей,
Уже спохватятся; хлынет сальса.
Декабрь спрячет свой скомороший
Наряд под ватное одеяльце.

У Геры Шипова:

иду по Великой китайской стене
позади треск стрекоз и страх перед степью.

Еще одна черта современной сетевой поэзии – обширная эрудиция авторов, которой они не щеголяют, а вплетая в содержание своих текстов фамилии, имена философов, героев сказок, книг и кинофильмов, рассчитывают на такое же знание, вернее не сомневаются в познаниях своих читателей.

У Веры Полозковой только в одном произведении «Детское» нас встречает множество знакомых имен.

Герои сказки братьев Гримм «Бременские музыканты»:
Я могу за Стражу и Короля,
За Осла, Разбойницу, Трубадура.

Непревзойденный сказочник Оле Лукойе Ханса Кристиана Адерсена:
Я могу тихонько спуститься с крыш,
Как лукавый, добрый Оле-Лукойе;

Знаменитая среди детей домомучительница Фрёкен Бок с Малышом:
Если без меня ты совсем не спишь?
(Фрёкен Бок вздохнет во сне: «Что такое?
Ты хорошим мужем ей стал, Малыш»).

Образ сокола-жениха в русском фольклоре: Финист Ясный Сокол.
Ты ведь мне один Финист Ясный Сокол.

А в заключении:
Я бы стала непобедимая, словно рать
Грозных роботов, даже тех, что в приставке Денди.
Мы летали бы над землей – Питер Пэн и Венди.

У Геры Шипова:

Нева сейчас – желтое молоко
деревья розовые
дома красные
солнце голубое
Об этом молчит Марк Аврелий.

Стих современных поэтов освободился от большинства традиционных ограничений. То, что в 19 и начале 20 века считалось признаком неумелости, неспособности выдержать выбранный размер от начала и до конца произведения, или зарифмовать все строки, сегодня является фирменным стилем некоторых популярных авторов. Взять хотя бы произведение того же Геры Шипова:

Мне ветер бьет в лицо
в руке букет
в другой кольцо
и через полчаса всего
полубольной седой поэт Кривулин –
неплохой мужик в общем-то –
мне скажет: «Снег».

Палитра жанров представленных авторов неповторимо разнообразная: от лирического ямба и хорея русского классицизма у Ах Астаховой

Я не прошу ни снега, ни огня,
Мне хочется от Вас отгородиться!
Я видела влюбленные в Вас лица
И помнила влюбленным Вас в меня

до гетероморфных произведений Геры Шипова

Внутренний я не имеет ни песен, ни книг
внутренний я никогда не ведет свой дневник
Внутренний я не имеет ни денег, ни лжи
Внутренний я не идет, не сидит, не бежит
Ему как лунный свет в ночи, как кораблю причал
Причина всех причин, Начало всех начал.

Еще одно наблюдение: зарождение нового литературного стиля – сетевого. Коммуникативный язык блогов эмигрировал и интегрировался в сетевой поэзии. По-другому и быть не могло. Нужно ли объяснять, что достучаться до сознания современного читателя, до его чувств, пробудить эмоции можно только с помощью привычного и понятного ему языка.

На первом месте в словарном запасе сетевого языка, конечно, местоимения. Особенно личные и притяжательные. Литераторы ушедших времен также не брезговали личными местоимениями, находя в них своеобразный источник речевой экспрессии, но не в таком изобилии.

Выступая от первого лица, современный автор создает впечатление достоверности описываемых событий, приближаясь к читателю на расстояние домашнего общения. А присутствие личных местоимений в прямой речи, производит эффект непосредственного участия. Достигается иллюзия перевоплощения автора в читателя и наоборот.

Эмоциональные всплески, вызываемые предложениями с участием местоимений «я, ты, мы», ярко выражены в любовной лирике АхАстаховой и Ес Соя.

Читаем у АхАстаховой:

Я видел, как Надежда собирает чемодан,
И я кричал ей: «Надя, не уходи, постой!»
А Надя наливала вино в пустой стакан
И говорила громко: «Ты как стакан пустой!»

Я отвечал: «Надежда, ну как я без тебя?
Ушли Любовь и Вера, осталась только ты!»
Но Надя отвечала, ладони теребя:
«Ты не забудь в прихожей своей полить цветы».

У Ес Соя:

ты вплетаешь в волосы цветы и целебные травы,
утро найдет нас в обнимку, в центре варшавы,
а позже утопим грусть,
в городе, что морем облагорожен.
;
я клянусь,
ты поклянись тоже

В произведениях этих авторов, так же, как и у большинства сетевых поэтов, прослеживается тяготение к прозаизации текста, к речевым обрывочным конструкциям, вариативности стопности стиха и схем рифмовки.

При всех очевидных различиях творчества упомянутых авторов, у них наблюдается то общее, что характеризует современную сетевую поэзию: нагромождение данных, порой неограниченная болтовня, вольность в обращении со словами, использование жаргонизмов, сленга, придающих тексту эмоциональную окраску. Для этой цели не брезгуют и матом. Манера изложения формирует впечатление, что автор пишет не литературный текст, а рассказывает историю за чашкой кофе.

С недавних пор у сетевой поэзии появился грозный соперник – видеопоэзия. Возникшая как прикладной жанр для поэзии, иллюстрирующая стихи, с годами она вышла на уровень искусства и стала называться медиа поэзией. Находясь в потоке эксперимента, видеопоэзия стремится воплотить что-то, что не может уже существовать вне этого жанра.

Учитывая главное достоинство видеопоэзии – кинематографичность, можно ожидать, что со временем она потеснит сетевую поэзию, как та потеснила книжную, и займет доминирующее положение в литературном пространстве.
Проза пользователей | Просмотров: 443 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 21/06/20 10:14 | Комментариев: 0

Маски, маски –
для наивных сказки.
В маске забываешь про обман.
Их надев,
друг другу строим глазки,
раскрывая шире свой карман
до тех пор,
пока не опустеет.
Хорошо тому, кто мягко стелет,
кто распространил Covid-дурман.
Мы теперь заботимся о теле.
Маска оберег наш, талисман!
Стихи пользователей | Просмотров: 364 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 17/06/20 10:23 | Комментариев: 0



Сын смотрит на отца:
останется тот дома.
И будет бить баклуши:
то сидя у окна,
то протирая уши,
новости слушать.
Про то,
как неизвестно кто
переберется в сороковом
жить на Луну.
Кто именно,
он точно не узнает:
кто водрузит флагшток,
поднимет знамя
и сообщит:
«Земля, земля, земля!
Вы слышите меня?
Я с ней,
с Луной
навеки обвенчался!
Не мыслю без нее теперь и часа!»

Стемнело.
Сын вернулся.
Звонит, звонит, звонит.
Отец не шелохнул и усом.
Пустое –
дожидаться, что откроет.
Кто-то решил:
отец пожил
и хватит!
«Эх, батя, батя!
На что ты жизнь потратил?
Спешил увидеть свет?
Приобрести квартиру
торопился?
Или кропал стихи,
великий писарь?
Кто их прочтет?
Кому они нужны?
Останется книжонка у жены.
Еще одна – у внука запылится».
Сын злится!
Не успел сказать,
что, правда,
собирался почитать.

Возможно, там ответы?!

Слова поэта – сухоцветы!
Им не нужна роса, рассветы.
Чтоб не исчезнуть без следа,
им не нужна вода!

Фото автора в жанре арт-парейдолия.
Стихи пользователей | Просмотров: 390 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 06/06/20 07:21 | Комментариев: 0


Чайник закипел.
Очередь в ванную комнату.
Мам, где мой ранец?

С утра припекает.
Крокусы шепчутся в траве.
Ползет луч по стволу.

На поверхности моря
Кленовый лист.
Чайки его не замечают.

Солнце в зените.
Тень юркнула в овраг.
В траве коровий нос.

Когда кошка спит,
Она такая милая.
Зябко на улице.

Фото автора в жанре арт-парейдолия.
Стихи пользователей | Просмотров: 392 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 21/05/20 10:50 | Комментариев: 0



Маленький садик,
дом небольшой.
День уже сзади,
был и ушел.
Желтое солнце
спит до утра.
Светится в небе
лунное бра.
Плещутся звезды
в ночной тишине.
Сказки рождаются
в радужном сне.
Детки проснутся
их встретят лучи.
Чистое небо –
от счастья ключи!

Фото автора.
Стихи пользователей | Просмотров: 395 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 15/05/20 11:48 | Комментариев: 0

Тюльпаны, крокусы, нарцисы
Подались с травами в артисты.
Пришли к весне на шумный кастинг,
А там бурлят газонов страсти.

Вокруг народ цветной толпится,
Знакомые цветочкам лица.
Пришёл и скромный одуванчик.
Мечтает получить приз, мальчик.

За ним явился подорожник.
Устроился, как врач-накожник.
Смотрите, кто ещё явился:
Трава... Знакомая нарциса.

Мечтает ярким быть букетом:
«Весной не стану, буду летом!»
На кастинге с судьбой играя,
Трава не хочет жить в сарае

С кролями жирными и в клетке,
Быть ежедневною «котлеткой».

Весной дорогу выбирая,
Не забывай, мест мало в рае!
Стихи пользователей | Просмотров: 383 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 01/05/20 07:23 | Комментариев: 0



Короновирус.
Минус, минус
друзей, знакомых.
Всех подряд.
Пустые полки.
Страха привкус.
К кому придет он завтра?
Гад!
Ад в голове!
Плодятся толки.
Всему виной сам человек.
Его желания – жестоки:
укоротить другому век.

Гуляет вирус по планете.
Стегает смертью без разбора.
Всех!
Даже тех, кто за забором.
И тех, к кому пришел успех.

Не скоро выпустит он плеть.
Не скоро люди станут петь,
смеяться,
ездить на курорты.

Но точно будут сожалеть,
что на цепи: день – два,
не годы!

Фото автора в жанре арт-парейдолия
Стихи пользователей | Просмотров: 392 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 17/03/20 17:33 | Комментариев: 0



Далеко еще идти?
Много лет уже в пути.
Истрепалась вся одежда,
но жива еще надежда
встретить нежность
и любовь.
Мне мешает только боль:
то в паху, то под лопаткой.
Чаще все-таки боль в пятках.
Кто-то скажет: психопатка!
Нет, неправда! Я – в уме!
Без любви жизнь как в тюрьме.
Не о плотской я мечтаю,
а о той, когда летают
стаи нежных светлых чувств.

Встречусь и не удивлюсь!

Фото автора в жанре арт-парейдолия.
Стихи пользователей | Просмотров: 392 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 17/02/20 11:09 | Комментариев: 0



Двадцатый ушел.
Двадцать первый спешит.

Амфибрахий задумался:
как дальше жить?

Дактиль с хореем
сохнут, зеленеют,
глядя на пышный
пятистопный ямб,
который, не верится,
тоже ослаб.

Ям на словесной дороге так много,
что строфы,
сломав пунктуации ноги,
забыв про режим ожидаемых рифм,
присвоили смыслу
секретности гриф.

Теперь содержание –
Кощея иголка.
Иголка познания истины – звонкая!
Едва уместилась
в денотатном яйце.

Цель творчества – маска,
гримаса, оскал,
ухмылка, улыбочка,
пот на лице.
И радуга жестов – в начальном конце.

Цель - спрятать идеи в степях стихопрозы.
На этих просторах отсутствуют розы
симметрии, ритма.
А логика связей
словесных – нож, бритва.

Здесь битва за ум
искушенных читателей.

Читатель прочел
и подумал: не спятил ли?

Фото автора в жанре арт-парейдолия.
Стихи пользователей | Просмотров: 439 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 09/01/20 13:11 | Комментариев: 3

[img][/img]

Мужчина в инвалидной коляске
на автобусной остановке
наблюдает за тряской
автомобильных шин
забыл откуда он родом
и где раньше жил

Ожил светофор
замигал глазами
в умилении заливаясь
трехцветными слезами

На краю тротуара мальчонка
тянется тощей ручонкой
в пространство
в поисках неродившейся
для него сестры

А мама
где его мама
в ней больше ста килограммов
она тоже ищет
любую
не обязательно разнообразную пищу

Как тот
заблудившийся в буднях нищий
Он лишний
никак это в толк не возьмет

Автобус подъехал
открыл шумно рот
народ как морпехи вперед прет
вперед

Год на исходе
женщины суетятся
несут домой хрупкие свежие яйца
высиживают яйца
для кого
для чего

Чтобы какое-то
высокопоставленное чмо
приказало поджарить их
или сварить
знает подлюка что будет бит
и все же и все же
в кроватке скукожив –
шись спит

А рядом охранники
в страхе немеют
вдруг город проснется
и их поимеют

Охранник, охранница, не боись
жизнь продолжается
слышится «Бис»

На сцене новые чмо и чмонята

Их речь будет образной
яркой парадной
для всех патриотов
пекут они пряники

О том как вкусны обещания-пряники
знает солдат
его мать и
охранники.

Фото автора в жанре арт-парейдолия.
Стихи пользователей | Просмотров: 501 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 17/12/19 13:24 | Комментариев: 6

Моргает небо,
Снежный пух летит с ресниц.
Дым сизый – птица.

Плывут снежинки
В лодках тишины небес.
Бабочки зимы.

Ночные звёзды –
Снежинки днём морозным.
Дальний фары свет.

Снега сверкают.
Резвятся дети солнца.
Вороньё ворчит.

Морозный воздух.
Бледнеют щеки окон.
Свеча смеётся.
Стихи пользователей | Просмотров: 431 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 12/12/19 10:32 | Комментариев: 0

Будучи закоренелым «чайником», стараюсь не пропускать тщательно отобранные редакцией сайта общеобразовательные материалы, с радужной надеждой стать образованным. По этой причине не мог не прочитать «Пособие для «чайников» как писать хокку и хайку» автора Тины Арген, а также обильные комментарии к этому материалу уважаемых на сайте авторов.
Прочитал и сразу закипел. «Чайники» имеют такую дурную привычку – закипать.
Отдельные читатели Пособия сетовали на отсутствие примеров в статье. А ведь автор предупреждал их, читателей, что
«Нет, это не будет текст по углубленному вводу в японскую поэзию и связанное с этим скучное, заумное и долгое растекание мыслью по древу».
Лично для меня, усвоить правило без наглядного примера, все равно, что почувствовать вкус блюда по описанию. Вот я и решил для убедительности и в оправдание своего «закипания» восполнить этот пробел: проиллюстрировать приведенные в Пособии правила и рекомендации произведениями Мацуо Басё и ещё одного, пожалуй, самого любимого в Японии, поэта Кобояси Иссы.
Правило первое:
# Сезонность. - В хокку всегда есть отсыл ко времени года - это дань рэнга, как правило, писавшейся по сезонам.

Действительно, важной особенностью хайку являются сезонные слова – киго. Существует даже словарь «сезонных слов» - «сайдзики», разделенный на пять частей. Четыре части принадлежат временам года, а одна Новому году.

И тем не менее, мы читаем у Басё:

В небе такая луна,
словно дерево спилено под корень:
белеет свежий срез.

О нет, готовых
я для тебя сравнений не найду,
трехдневный месяц!

Где ты, луна, теперь?
Как затонувший колокол,
скрылась на дне морском.

Замшелый могильный камень.
Под ним – наяву это или во сне? –
Голос шепчет молитвы.

Друг мне в подарок прислал
рису, а я его пригласил
в гости к самой луне.

И где здесь киго?

Правило второе, касающееся только написания хокку:
# Объективизм. - Никаких метафор. Автор прямо описывает то, что видит, или то, что возможно увидеть и реально, без троп и надуманных фантазий. Кстати, всё это, напротив, приветствуется в хайку.

С момента появления языка, как коммуникабельного средства, метафора сразу стала незаменимым инструментом точного отражения действительности, без которого человек не обходится. Сами процессы мышления человека, как правило, метафоричны. И чтобы их передать, донести до сознания других людей человек использует метафору.

Читаем у Басё:

Ива склонилась и спит,
И кажется мне, соловей на ветке -
Это её душа.

Плотно закрыла рот
Раковина морская.
Невыносимый зной!

Хризантемы в полях
Уже говорят: забудьте
Жаркие дни гвоздик!

Из сердцевины пиона
Медленно выползает пчела…
О, с какой неохотой!

Последнее хокку целиком – развернутая метафора. А ее прямое значение, скрытое в подтексте, станет доступным читателю, если он заинтересуется историей создания произведения. Это стихотворение Басё сложил, когда расставался с гостеприимным домом своего друга.
Приведенный факт вовсе не означает, что и другие произведения писателя хранят в себе двойной смысл.

Сидя у пруда древних поэтических трехстиший, мы с наслаждением наблюдаем как в нем резвятся и метафоры, и эпитеты, и сравнения, и антропоморфические олицетворения, на которые, уже другими теоретиками хокку, также наложено табу.
Не представляю, каким образом возможно избежать метафоричного изложения описаний природы или явлений, а также отношения к ним человека в поэтическом произведении.

А вот примеры из творчества Исса:

Кузнечики,
Усы по плечам распустив,
Звонко стрекочут.

Кузнечики, как известно, плеч не имеют. Взамен природа их наградила тремя грудями: заднегрудь, среднегрудь, переднегрудь. Поэтому выражение «Усы по плечам распустив» воспринимается как метафора.

Жемчужиной светлой
Новый год засиял и для этой
Маленькой ветки.

Эта сложная метафора «Жемчужиной светлой Новый год засиял» так богата своей многослойностью, что о ней диссертацию писать можно.

Правило третье:

# Обезличивание. - Хокку это философия природы и созерцания, но не прямое проявление чувств и действий человека/автора. В хайку это правило не так строго действует.
Читаем у Басё:

Вишни в весеннем расцвете.
Но я – о горе! – бессилен открыть
Мешок, где спрятаны песни.

Из сердцевины пиона
Медленно выползает пчела…
О, с какой неохотой!

Хотел бы создать я стихи,
С лицом моим старым несхожее.
О, первая вишня в цвету!

На мой, непросвещенный взгляд «чайника», все три произведения
указывают на прямое проявление чувств.
Следующее хокку Басё указывает на «прямое проявление действий человека/автора»:

Я выпил вина,
Но мне только хуже не спится.
Ночной снегопад.

Пример из творчества Исса иллюстрирует и восторг, и прямые действия:

Едва-едва я добрел,
Измученный, до ночлега…
И вдруг – глициний цветы!

Правило четвертое:
# Киредзи - "режущее слово" - В японском языке существуют такие слова, которые не несут за собой отдельного смысла, а являются проявлением эмоций и используются исключительно в связке, создавая нужную паузу -
"созерцательное удивление", "замирание", "тихий восторг". В русском языке такие акценты добиваются разделением на строки. В хайку киредзи не обязательны, но все же деление на слоги должно быть логичным и обусловленным.
Никаких анжамбеманов!

Наличие строчных анжамбеманов у Басё:

Бабочкой никогда
Он уж не станет… Напрасно дрожит
Червяк на осеннем ветру.

И осенью хочется жить
Этой бабочке: пьет торопливо
С хризантемы росу.

Далёкий зов кукушки
Напрасно прозвучал. Ведь в наши дни
Перевелись поэты.

Наличие строчных анжамбеманов у Исса:

На коже девичьей
Следы от блошиных укусов
И те прелестны.

Чем хуже меня
Этот гранат, пусть по нему теперь
Ползает вошь.

Громко пукнув,
Лошадь подбросила кверху
Светлячка.

Комментируя это правило, уместно вспомнить, что японцы, в отличие от других народов, записывают хайку одной строкой. Традиционно их писали сверху вниз. Сегодня можно увидеть и горизонтальное хайку.
Например, хайку поэтессы Ден Сутэдзё, написанное ею в шесть лет:

雪の朝二の字二の字の下駄の跡

Юки-но аса / ни-но дзи ни-но дзи-но / гэта-но ато
Снежное утро,
Двойка, двойка –
Следы гэта

Уместно ли при написании текста горизонтально, одной строкой, упоминать про анжамбеман?

Правило пятое:
# Слоги. - В русскоязычном хокку принято четкое количество слогов - 17-ть, также четкое деление по строкам (5-7-5). Это правило не обязательно (но желательно) для хайку.

Прочитав это правило, непозволительно для русскоязычного читателя не вспомнить хрестоматийное хокку Николая Степановича Гумилева:

Вот девушка с газельими глазами 11
Выходит замуж за американца… 11
Зачем Колумб Америку открыл? 10

Правило восьмое:
# Местоимения. - В хокку лучше обходиться без них, но всё же, если они присутствуют, то относиться они могут лишь к явлениям природы и ее объектам.

Так ли это? Поищем подтверждение этого правила у Басё:

"Осень уже пришла!"-
Шепнул мне на ухо ветер,
Подкравшись к подушке моей.

В саду, где раскрылись ирисы,
Беседовать с старым другом своим, -
Какая награда путнику!

Как свищет ветер осенний!
Тогда лишь поймете мои стихи,
Когда заночуете в поле.

В творчестве Басё таких примеров огромное множество, где присутствуют местоимения, относящиеся не «к явлениям природы и ее объектам», а непосредственно к человеку.

Возможно, нарушения рекомендуемого правила отсутствуют у Иссы:

Чужих меж нами нет!
Мы все друг другу братья
Под вишнями в цвету.

Я прилег в тени.
За меня толчет мой рис
Горный ручеек.

Правило девятое:
# Меньше глаголов. Не более двух. Для хайку это требование несёт рекомендательный характер.

А у Басё другая информация:

Где же ты, кукушка?
Вспомни, сливы начали цвести,
Лишь весна дохнула.

Слушаю, как градины стучат.
Лишь один я здесь не изменился,
Словно этот старый дуб.

Цветы увяли.
Сыплются, падают семена,
Как будто слезы…

Согласен с Басё и Исса:

Я наказал ребенка,
Но привязал его к дереву там,
Где дует прохладный ветер.

В каждом из приведенных хокку по три глагола, а в первом – четыре.

Правило десятое:
# Время. - Время в хокку и хайку только одно - сейчас. Поэтому какие-либо указания времени (через год, вчера, сегодня, завтра...) недопустимы.

Читаем у Иссы:

Ах, не топчи траву!
Там светлячки сияли
Вчера ночной порой.

Первый иней.
С прошлого года не по зубам
Соленая редька.

Сегодня утром
Тихонько упал на землю
С дерева лист.

А Вы говорите «недопустимы»!

Правило одиннадцатое:

# Знаки препинания. - Минимум. Восклицательный, вопросительный знаки и многоточие запрещены. Точка в конце не обязательна.

Стихи Басё:

Как тяжел первый снег!
Опустились и грустно поникли
Листья нарциссов…

Где же ты, кукушка?
Вспомни, сливы начали цвести,
Лишь весна дохнула

У очага
поет так самозабвенно
знакомый сверчок!…

Стихи Иссы:

Эй, окно!
Там за тобою – муха,
Ей не мешай!

Пролетный дикий гусь!
Скажи мне, странствия свои
С каких ты начал лет?

Ой, не бейте муху!
Руки у нее дрожат…
Ноги у нее дрожат…

Нехорошо, корифеи японской поэзии, употреблять табуированные знаки препинания.

Правило тринадцатое:

# Чувства. - В хокку стараются не применять названия чувств. Хокку вызывает чувства, а не называет их. (В хайку тоже)

Прежде чем иллюстрировать это правило, я отыскал в интернете наиболее полный список чувств и эмоций взрослого человека, насчитывающий 165 наименований (http://neacoach.ru/chtenie/avtorskie-stati/4482/naibolee-polnyy-spisok-chuvstv-i-emociy-cheloveka/).

Теперь можно и примеры привести.

Читаем у Басё:

Как тяжел первый снег!
Опустились и грустно поникли
Листья нарциссов…

Грусть – позиция 30 по Списку чувств.

Какое блаженство!
Прохладное поле зеленого риса…
Воды журчание…

Блаженство – позиция 8 по Списку чувств.

На голой ветке
Ворон сидит одиноко.
Осенний вечер.

Одиночество – позиция 71 по Списку чувств.

Читаем у Иссы:

Стаял зимний снег.
Озарились радостью
Даже лица звезд.

Радость – позиция 104 по Списку чувств.

О, до чего мне стыдно
Слушать, лежа в тени
Песню посадки риса!

Стыд – позиция 133 по Списку чувств.

О, с какой тоской
Птица из клетки глядит
На полет мотылька.

Тоска – позиция 136 по Списку чувств.

Последнее правило:
# Красивости - В хокку избегаем. Как и метафоричности, напыщенности, выспренности.

Я не стану его иллюстрировать, так как оно повторяет содержание первого «Сезонность» и второго «Объективизм». В каждом из трех правил настойчивое отрицание метафоричности текстов хокку. При необходимости можно привести более сотни произведений, насыщенных тропами, в том числе и метафорой.
Целью поиска иллюстративного материала к перечисленным Тиной Арген правилам было не опровержение их, и тем более не разрушение канонов восточного жанра, а утверждение авторского права на экспериментирование для достижения предельной выразительности глубинного замысла.
Нам, «чайникам», не следует забывать, что исключения из правил написания произведений того или иного жанра не являются забором из колючей проволоки от критиканов, стоящих насмерть у цитадели догматических представлений о творчестве.
И в то же время, нам, «чайникам», следует помнить, что право на поиски яркого выражения авторского замысла – не индульгенция на вседозволенность.
Отыскать золотую середину на просторах лингвистических возможностей означает отыскать аленький цветочек, который сохранит жизнь поэтическому произведению.

Большинство уже после первой страницы этого текста читать бросили, а я:

все пишу…
чайник
выкипел весь. Вильям Дж. Хиггинсон
Проза пользователей | Просмотров: 543 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 09/12/19 14:25 | Комментариев: 11



Не ведает он что на языке,
а за спиною
бури будней.
Устал.
Стар стал.
День судный
не настал!
Но каркают вороны.
Седые кроны ветер тормошит.
Ужи желаний греются на слове,
которое надеждою горит.
А корни
более не держатся за быт.
Забыт доходный небывалый бум.
И голова
за дело не болит.
Язык за душу
нынче бога молит.

Фото автора в жанре арт-парейдолия.
Стихи пользователей | Просмотров: 529 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 06/10/19 09:37 | Комментариев: 4



Девочка шла и пела,
А рядом… шел тихий дождь.
За ними мальчишка несмело.
Без курточки, в белой рубашке.
Не мог он унять в теле дрожь.

Та дрожь не от холода в теле.
Мальчишка был просто влюблен,
Как клён, шелестевший о ели,
Как в поле в ромашку бедняжка
Влюблён симпатичный был лён.

А девочка пела и пела
Про всякую ерунду.
Размахивала без дела
Руками у всех на виду.

Она и плыла, и летела.
Мальчишке её не догнать.
Душа вырывалась из тела,
Хотелось ей птиц обогнать.

Но кончилось лето и девочка
Из стройной как веточка ивы
Вдруг стала совсем невидимой
Среди миллионов прохожих.
Узнал ее только дед-дождик.

Фото автора в жанре арт-парейдолия.
Стихи пользователей | Просмотров: 530 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 06/10/19 08:56 | Комментариев: 0



Решайся,
не томись,
доверься чувствам!
Без них так пусто на земле.
Проснись,
открой глаза.
Любить – не грустно!
И не оглядывайся в прошлое,
назад.

Есть только мы!
Есть только этот миг!

Ты вспыхнула,
застенчиво зарделась.
Для нас, поверь, надежным
будет мир!
Не для борьбы нужна,
а для любви, родная,
смелость!

Есть только мы!
Есть только этот миг!

Фото автора в жанре арт-парейдолия.
Стихи пользователей | Просмотров: 528 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 06/10/19 08:41 | Комментариев: 4



У причала портового города стоял круизный корабль, доказывая снующим возле него местным суденышкам свое превосходство. Он и вправду был великолепен! Все восемь верхних этажей были заполнены суетливой публикой. Воодушевленные предстоящей поездкой, они не могли устоять, не могли усидеть на одном месте. Им необходимо было двигаться - реализовать накопившуюся после длительной автобусной поездки энергию. Пассажиры двигались вдоль бортика: кто вправо, кто влево, торопливо бросая взгляды на город, оказавшийся у их ног, на окна кают, уже заполненных их вещами, всматривались в лица тех, с кем придется делить свой досуг.
Другая часть пассажиров, наспех разместив свои вещи, отправилась в город, который не хотел их отпускать. На набережной круизные счастливчики смешивались с горожанами, не удостоившимися привилегии быть их попутчиками.
И тем не менее теплый сентябрьский день не лишал горожан звания быть соседями пассажиров: за столиками в уютных гостеприимных кафе, на пешеходных дорожках и многочисленных скамейках, напоминавших партерные ряды театра.
Сегодня сценой было не море, сценой был… круизный корабль. В отличие от театра не все зрители набережной пялились на сцену-корабль. Их внимание на нем долго не задерживалось. Горожанам, не имевшим счастья быть его пассажирами, было понятно: смотри, не смотри – останешься со своей мечтой на набережной. А пассажиры, сфокусировав объектив аппарата на силуэте лайнера, снимали себя для родственников и знакомых и в профиль, и в анфас. Затем, нисколько не смущаясь, отворачивались от героя дня и продолжали коротать оставшееся до отплытия время. Им приятно было ощущать под ногами привычную землю, а не гулкую палубу.
На одной из скамеек набережной сидела девушка. Пренебрегая этикетом, сидела по-восточному, поджав под себя ноги, спиной к кораблю. Возможно ее равнодушие к гиганту кораблестроения было искренним, а возможно напускным, протестным, так как все остальные, сидящие на скамейках, сидели к нему лицом.
У почтенной публики, проходившей мимо наполовину свободной скамейки, не возникало желание сесть рядом с ботинками, демонстрирующими свои грязные подошвы. Единственный, кто не отказал себе в этом сомнительном удовольствии был бездомный.
Каким ветром его сюда занесло? Судьба отмалчивалась.
Мужчина неопределенного возраста был одет не по сезону. На нем была теплая куртка, выгоревшая на солнце, полинявшая от дождей, местами рваная и потертая. Остальную часть тела прикрывали домашние брюки в жирных пятнах, потерявшие свой первоначальный привлекательный мышиный цвет и явно не водившие дружбу со стиральной машиной.
Брюки были закатаны чуть выше щиколоток. Создавалось впечатление, что их хозяин собрался войти в воду. Оголившиеся ноги были припухшими, болезненно-красного цвета. Ступни и пятки – глубоко потрескавшиеся. На ногах были пляжные резиновые шлепанцы. Не было сомнения, что это был весь его гардероб.
Обветренное лицо, загоревшее, с румянцем, как у человека, проводившего большую часть жизни на воздухе, выражало спокойствие и умиротворенное безразличие и к фешенебельному кораблю, и к опрятным пассажирам и к не скрывающим своего любопытства к кораблю горожанам.
Губы мужчины едва шевелились, беззвучно произнося монолог, понятный только их хозяину. Речь бездомного обращена была к бездомному. Судя по выражению лица, монолог содержал вопросы, на которые у него не было ясных ответов, но которые он не уставал ожидать.
От людей? Нет, конечно! От того, единственного, к которому люди обращаются в минуты отчаяния. Утомившись от бесперспективного ожидания ответов, он склонил голову, погружаясь в тревожную дрему. Сон тотчас овладел его сознанием. В таких снах он видел то, что ему не доставало в реальности.
Радужный сон не стер печальное выражение с лица, вызванное накатившимся чувством голода.
Усталость в сон клонит, а голод будит.
И бездомный пробудился. Огляделся вокруг, будто не мог вспомнить, как он в этом месте оказался. В животе настырно урчало. Желудок настойчиво требовал пищи. И руки тотчас машинально стали рыться в торбах, которые он с собой притащил. Не найдя в них ничего съестного, бездомный обвел пристальным взглядом набережную и увидел бетонную вазу: для обеспеченной части населения она служила емкостью для отходов, а для таких как он – источником питания. Правда, она не всегда имела в наличии то, что он искал. И тем не менее он надеялся отыскать что-нибудь для своего нетерпеливого желудка.
Не обращая внимания на окружающих, он подошел к урне и деловито, с усердием голодного человека, общупал ее содержимое. Наткнувшись на пакет с остатками йогурта, извлек его и поспешно выпил.
В желудке по-прежнему сиротливо урчало, напоминая хозяину, что этого количества съестного недостаточно! «Да, где же его, это съестное еще взять?», - обиделся на желудок бездомный. Не найдя решения, уныло побрел к скамейке, у которой, как сторожевые псы, ожидали его грязные торбы.
«Пожалуй, лучше еще раз вздремнуть, чем прислушиваться к нытью желудка», - рассуждал обескураженный бездомный.
Хозяйка ботинок, которые все еще пребывали на лавочке, выключила гаджет, шустро поднялась и, не глядя на бездомного, удалилась в противоположную от лайнера сторону.
Прошло минут десять, после того как девушка покинула скамейку. Ее место заняла супружеская пара, усевшаяся спиной к бездомному. Жизнь набережной по-прежнему кипела. Пассажиры и горожане продолжали двигаться в разные стороны, будто киногерои немого кино, не замечая одинокого измученного голодом мужчину, понуро опустившего поседевшую голову.
За потоками праздношатающейся публики трудно было заметить ту самую девушку, недавно сидевшую рядом с бездомным. Она целенаправленно приближалась к лавочке, на которой дремал мужчина. Подойдя вплотную к нему, она легким прикосновением руки разбудила его, передала пакет с гамбургером и вручила пять евро. Опасаясь благодарности с его стороны, она резко развернулась и исчезла в толпе так же быстро, как и появилась. Бездомный успел только проводить ее теплым взглядом.
Впервые за долгие годы голодных скитаний на его лице воскресла улыбка. Улыбка, вернувшая ему веру, что мир, в котором он живет, не остался без добрых людей.
Кто из сценических героев городского спектакля оказался сегодня самым счастливым: бездомный или четыре тысячи пассажиров круизного лайнера? Догадаться не трудно.

Фото автора.
Проза пользователей | Просмотров: 592 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 01/10/19 12:57 | Комментариев: 5

По мотивам картины из интернета.



Орнаментальный
фантастический
сюжет:
плывущая над залом крыша.
А выше крыши – окно распахнутое,
откровеньем дышит.
Те, что пониже, хмурят брови,
захлопнув ставнями ресниц
ажиотаж чувств нездоровых
и жар разгоряченных лиц.
За аркой, в нише – башня.
Страшно!
Над ней притихла стая голубей.
Пилястры страстно,
прижавшись к зданию,
ползут потоком змей.
Геометрический объемный фриз
украсил лентой нам
невидимый карниз.
В полплоти выступает барельеф,
заметный в сумерках густых и мгле.
Внизу, в просветах, за забором,
кирпич целуется с раствором.
Споро, скоро ночная тьма
фантазии сотрет узоры.
Исчезнут волшебства сюжеты.
А через час-другой:
ночь станет жертвой!
Стихи пользователей | Просмотров: 469 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 05/09/19 11:21 | Комментариев: 0



Он устало сидел у окна, мысленно листая зачитанную до дыр инструкцию утерянных событий. Он помнил ее наизусть, помнил какие кнопки нужно включать, чтобы механизм повседневной жизни работал исправно. И тем не менее включал другие: броские, яркие, привлекательные. Те, что освобождали силу эмоций, необузданных тайных желаний, скрывающих тягу к дурным страстям.
А над окном, у которого ютился старик, за паутинной арфой сидел другой старик – гигантский жирный мизгирь, исполнявший монотонную мелодию уходящего времени. Прожив множество дней с пауком, старик не хуже арахнолога знал повадки настороженного соседа, молчаливо наблюдавшего четырьмя парами глаз за вялыми движениями старческого тела.
Глазам старика не нравился оседлый образ жизни глаз паука. Даже их способность видеть в ультрафиолетовом спектре, воспринимать поляризованный свет не склоняла глаза старика к дружбе с паучьими.
Мириться с маятниковым образом жизни глаза старика не желали. Довольно часто, притворившись сонными, они дожидались пока старик и вправду поверит, что спит. Убедившись в неподвижности тела, выпрыгивали, словно шаловливые дети, в оконное пространство и погружались в аквариум ночи.
В аквариуме, волею творца, недосягаемые для пустых прикосновений, застыли, онемевшие альт, скрипка, мандолина, стремящиеся разглядеть кокетливые звезды сквозь тело плотной ночи. Чуть ниже, рядом, в толще колеблющейся массы звуков вальяжно развалился октобас. Нижняя часть его не поместилась даже в ночи, расплылась и превратилась в губку с множеством безобразных дыр, отверстий.
Наткнувшиеся на октобас глаза дедули, с испугу утонули в хриплом, густом и глуховатом тембре. Их оживил неугомонный раструб тубы, чем-то похожий на девичьи губы. Сменив суровый тембр в нижнем регистре на мягкий материнский в верхнем, туба втянула неспеша глаза, которые барахтались в суровых октобаса звуках.
Глаза, очнувшись, встрепенулись и… бежать! Куда? Было сомненье, при выборе нелегком направления. На помощь им пришла трамваерыба – сверкающая огненная глыба с хвостом как дольки апельсина. Глазам так сильно захотелось прокатиться не на ней, а в ней. Она, трамваерыба, стояла в ожиданье пассажиров. Но как в нее войти? Где двери? Глаза своим глазам не верят. Вход, кажется, на плавнике спинном. Озноб пытаются унять глаза. Плавник похож на лестницу крутую и в рыбе не найти другую, которая вела бы к цели. Глаза по лестнице скатились внутрь. Внутри нет кишек. Кошка есть, встретив глаза, просила есть. Глаза, известно, не едят, всю жизнь по сторонам глядят.
Что дальше?
За окном трамваерыбы: дно. На дне ползут чудовища в броне, ползут, скрепя металлоломом. Огромна тяга броненосцев источник жизни загасить. Живя на дне иллюзий, ползут они на пузе к свету, который источают недра. Безвредны их потуги, бесполезны. Железу не осилить путь войны. Об этом им напоминает суфлёрыба либо рыба-суфлёр. Флёр мудрости на плавниках-страницах. Стекает медленно он в тайные темницы коварных замыслов брони.
Раним мир яркий возрождения. Где торжествуют правь и явь, там есть ответ на зарождение, на появление на свет. В огне погибла птица Феникс, но вновь возникла из яйца. Яйцо открыто мыслям мудреца. Глаза, увидев жизни чудо, покинули трамвай. Настало утро. Вернулись к деду. В теле родном приятно и уютно.
Проза пользователей | Просмотров: 565 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 31/08/19 16:43 | Комментариев: 4

Обожаю слово «есть». Хорошо, когда есть, что есть. Когда на счету в банке есть. А то, что на счету, есть не просит.
Все это есть, если в голове что-то есть. А если нет? Тогда найдется тот, кто будет поедом есть.
Мало кто знает, что слово это - буква "е" старославянского алфавита . А еще – цифра 5.
Проза пользователей | Просмотров: 495 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 25/08/19 11:09 | Комментариев: 0

Он сидел на лавочке недалеко от магазина бытовой химии. Дожидался жену, которая с непостижимым ему энтузиазмом изучала ассортимент новых товаров.
Мимо него, как в документальном кино, текла река пешеходов. Течение этой реки время от времени менялось.
Он не обращал внимания на волны пешеходов, которые перекатывались то слева направо, то справа на лево.
На другой стороне пешеходной реки стояла еще одна лавочка. На ней сидела статная пожилая дама. Видно было: она никого не ждала. Курила и предавалась безмятежным размышлениям, блуждая взглядом поверх голов мельтешивших прохожих. Дым от ее сигареты также безмятежно и неспеша поднимался к макушке стоящего рядом дерева, а затем исчезал, как и мимолетные мысли, рожденные в ее голове.
Докурив сигарету, дама бросила окурок под ноги, притушив его кожаной подошвой своей изящной туфли. Мужчина собрался уже отвести взгляд от этой будничной сцены, но в это время дама решительно наклонилась и подняла растоптанный окурок. «Что она собирается с ним делать? – спрашивал мысленно себя мужчина.
Окурок был маленький, длиной менее полутора сантиметров. Не замарав руки об асфальт, поднять его было невозможно. А дама… Дама, удерживая окурок двумя пальцами, настойчивым взглядом искала урну.
«Европейское воспитание», - ответил мужчина на заданный ранее себе вопрос.
Рядом по-прежнему текла река. Река пешеходов, в которой уже смешивались культуры разных народов и континентов. До каких традиций докатятся воды этой реки человечество узнает чуточку позже.
Проза пользователей | Просмотров: 500 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 07/08/19 09:32 | Комментариев: 0

Деревья на берегу озера стояли голые, пожухлая трава прижималась к земле, а стебли камыша, гордо торчавшие из воды, недовольно шуршали, осерчав на порывы неугомонного ветра.
Одинокий рыбак и не думал прятаться в пустых кустах от настороженного карпа, который время от времени выглядывал из воды.
Только развеселившийся пескарь, радуясь внезапно появившемуся лучу солнца, беззаботно плескался у самого кончика удилища. Он и думать забыл о коварной щуке, которая на протяжении всего жаркого лета гонялась за ним, угрожая слопать.
Вечно голодная, хищная бестия, серо-зеленая от злости, в это самое не жаркое октябрьское утро прятала свое торпедное тело в густых зарослях водных растений на глубине полутора метров.
Даже не разглядев толком кто плещется на поверхности озера, щука молниеносно рванула вверх.
А пескарь, почуяв угрозу, тотчас схватил всей челюстью червя, болтавшегося на крючке у него под носом. «Будь, что будет! Уж лучше жариться на сковородке, - подумал пескарь, - чем быть оглоданным ненасытной щукой».
Заметив нырнувший под воду поплавок, рыбак тоже не растерялся и вытащил сверкающего в лучах солнца пескаря на воздух. Раздосадованная неудачной охотой щука со всей силы хлопнула хвостом по воде и исчезла в темных глубинах озера.
Пескарь, снятый с крючка ласковыми руками рыбака, трепыхался что было сил и не знал: радоваться ему или плакать. Так как плакать он не умел, то продолжал трепыхаться в ожидании своей участи.
А рыбак… Рыбак, убедившись, что обескураженная неудачей щука исчезла, опустил находчивого пескаря в озерную воду.
«Бывает же чудо!», - подумал пескарь и со всех плавников помчался к родному перекату.
Проза пользователей | Просмотров: 499 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 31/07/19 14:11 | Комментариев: 0

Стала снежница роптать,
ворон — суетиться.
«Скоро, скоро благодать!» —
хвалят луч синицы.

Заяц вышел подышать,
снег поля покинул.
Укрывает примул шаль
бурую равнину.

Одуванчиков корзинки
ищет прыткий шмель.
На траве горят росинки.
Марта — акварель.

Если б можно было стать
бабочкой беспечной.
Время целовать в уста
и присесть на вечность.

Ах, останусь тем, кто есть,
жизнь, в тебя влюблённым.
Для меня большая честь
быть в твоих ладонях.
Стихи пользователей | Просмотров: 540 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 24/05/19 19:10 | Комментариев: 4

В августе
улитка Эльза
по тротуару тихо лезла.
Ползла улитка не спеша,
хотела обогнуть весь шар.
И обогнула б,
если б только
тот тротуар не был бы колким.
И если б дней
было б побольше,
как день сегодняшний,
пригожий.

Еще бы жизнь была б длинней!

Улитка,
будь ты поумней,
и в притязаниях скромней,
ты не мечтала б утопично.

Невеждой быть так неприлично.

Пора бы знать,
улитка Эльза,
моллюскам
не дано быть резвым.
Они навек к земле прилипли.
Они не плавают как рыбы
через моря и океан.
И не летают словно птицы.
Это совсем другой талант.

Улитка Эльза,
всем известно:
мечтать — прекрасно,
не оспоришь.
Мечтает взрослый
и малыш.
Но если ты летать не можешь,
ты только голову морочишь
себе и близким.
Зря ты споришь!
Спроси свою подругу мышь.

Предел мечты твоей —
голыш,
тот,
на который часто смотришь!
Стихи пользователей | Просмотров: 489 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 24/05/19 18:39 | Комментариев: 0

Весь мир сегодня – марафон!
Бегут со всех сторон.
Где финиш?
Навряд ли ты его увидишь.
Жизнь наша – бег!
Без остановок.
Будь ты накаченный и ловок,
не добежать тебе до цели.
Первоначальная, на деле,
состарившись,
давно исчезла.
Осталось – передача жезла
другой
непознанной идее.
Сканирует идею мозг,
сжимаются рельефно мышцы.
И новый
виртуальный пост
нас убеждает:
мы счастливцы!
Стихи пользователей | Просмотров: 451 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 19/05/19 09:26 | Комментариев: 0

Тик-так, тик-так.
Иногда не в такт.
И не все так просто.

Простынь мокрая –
ребеночка кровать.

Наволочка мокрая –
встал взрослым.

Думал взрослым стать за так?
Недостаточно, дружище,
выйти ростом.

Тик-так, тик-так.
Наконец, женат,
судьбой опознан!
Что опять не так?
Да всё не так,
если ты живешь не До,
а После.

Осень приближается:
тик-так.
Неожиданно желтеют листья.
Дома, на работе – суета.
Разве не мечтал
стать взрослым быстро?

Все отдал бы нынче за пятак,
чтоб опять стать маленького
роста!

Поздно размышлять! Тик-так.
Ах, мечта – душевная заноза!

Время – неоконченный спектакль.
Зрители – из будущего гости!
Стихи пользователей | Просмотров: 639 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 07/05/19 10:33 | Комментариев: 26

Соседи
выгуливают
собак,
а я… –
постаревшее тело!
Ворона ехидно:
привет, слабак!
И мимо меня пролетела.

Не знает, дурёха:
и ей не дано
жить вечно,
беспечно каркая.
Лет через десять
в овраг
на дно
свалится
черная, яркая!
Стихи пользователей | Просмотров: 490 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 26/04/19 07:53 | Комментариев: 0

Слово – часть человеческой жизни. И как человек слово жаждет свободы. После возникновения первых грамматик оно столетиями подчинялось и продолжает неукоснительно подчиняться законам правописания. Трудно представить какой хаос воцарился бы в мире, если б дипломатия или юриспруденция, взбунтовавшись, стали жить, не придерживаясь грамматических правил.
Другое дело творческое пространство, особенно такой вид искусства, как поэзия, которая не мыслит существование без свободы. Тем не менее, и она из десятилетия в десятилетие обобщала опыт, устанавливала каноны. Сохраняя традиции, новое поколение ищет новые направления развития искусства. Создавая особые жанры, устанавливает неиспытанные временем системы стихосложения. Одно из таких новейших направлений в области литературы является герметическая поэзия. Не случайно два ярких ее представителя Эудженио Монтале и Сальваторе Квазимодо были отмечены Нобелевской премией за выдающийся вклад в развитие современной литературы.
Не так давно, в день рождения главного национального поэта России Александра Сергеевича Пушкина, были объявлены имена обладателей престижной премии его имени. Среди лауреатов - имя поэтессы Софьи Серебряковой, достойной продолжательницы линии герметической поэзии.

Для полноценного понимания достоинств поэзии этого направления читателю следует знать основные ее особенности: замкнутость, оторванность от действительности, уход в мир субъективных переживаний, абстрагирование от реальности. Как заметила Софья Серебрякова при вручении ей престижной награды: «Поэзия – это не про что-то необыкновенное, а про свободу. И про свободу слова».
О какой свободе слова идет речь рассказывает ее творчество.

ВЕСНА
А вели босиком да без слов да в медвежий лес
из медвежьего леса вслепую в кротовий лаз
торопили детей вынимали из сонных слёз
а вода прибывала внутри и лилась из глаз

не пускала земля говорила бери дарю
полых косточек флейты да песни из горл и утроб
говорила узнаешь огонь и щипцы и крюк
гуттаперчевой быть если силой не кинут в гроб

гуттаперчевой выйдешь полудницей рыбой вот
кастаньеты костяшек и ведьмин зрачок бери
говорила земля наполнялся землёю рот
а смола прибывала в глазах и лилась изнутри
торопили детей кастаньеты и флейты во двор
проливалась смола да на белые простыни сна
а как выйду из дому – чумная уродина вор
а как лягу на землю так слышу – весна
весна

Затаив дыхание, не спеша, читатель спускается по лестнице строк в удивительный, еще не осознанный разумом, волшебный сказочный мир образов. У лестницы строк нет перил - восклицательных знаков, нет поворотов - запятых, нет лестничных площадок -точек. Читатель волен останавливаться в любом месте, меняя ход мыслей, поток восприятия, придавать содержанию нескончаемое количество новых смыслов. Сокращение синтаксиса, полный или частичный отказ от пунктуации позволяет ему одну и ту же фразу интерпретировать по-разному, добиваться эффекта многозначности.
Чтобы понять логику автора, повествующего приход весны, нужно догадаться какими смысловыми пазлами пользуется автор, как он их соединяет в цельную картину текста. Такими смысловыми пазлами могут быть тема и рема.
Проанализировав текст, не трудно определить варианты их связок. В первых двух строчках - последовательное чередование: тема продолжается ремой, которая становится темой для следующей ремы.

А вели босиком да без слов (тема 1) да в медвежий лес (рема 1).
Из медвежьего леса вслепую (тема 2) в кротовий лаз (рема 2).

В другой части текста последовательное чередование тем и рем сменяется повтором с новым содержанием, но не буквально. В результате этой связки повторяющаяся тема – рема дополняется новыми смысловыми нюансами.

Торопили детей вынимали из сонных слёз (тема 1),
а вода прибывала внутри и лилась из глаз (рема 1).
Повтор:
Торопили детей кастаньеты и флейты во двор (тема 1),
Проливалась смола да на белые простыни сна (рема 1).

В тексте имеются и другие виды связок тем и рем, такие как детализация, укрупнение. Все разновидности связок работают на воплощение авторского замысла: уход от сочности в сторону прозаической аскетичности.
Текст изобилует самодостаточными символами, такими как «огонь», «щипцы», «крюк», «глаза», «гроб», «смола», «рот», «двор», «дом», «весна», которые не нуждаются в художественных определениях. Символами, наделенными широкими понятийными связями, устоявшимися аллегориями, предвещающими невысказанные, чувственно воспринимаемые, рожденные воображением знакомые явления.
Надо отдать должное новаторской идее использовать для описания такого яркого жизнерадостного явления, как приход весны, не энаргию (квазитроп, означающий живое описание какого-либо явления), а ламентацию. Изображение сильных эмоций беспокойства, страха, отчаяния, раздражения, сменяющихся не менее сильными чувствами восторга и радости, позволяет также отнести этот текст к другому виду описаний - донизису.

Медлительный, однообразный речитатив в сочетании с завораживающей эвфонией воскрешает в памяти обрядовые песни, сказания и былины древних славян.
Источник творческого вдохновения Софьи Серебряковой можно угадать, вспомнив отрывок былины о богатыре-пахаре Микуле Селяниновиче.

«А я ржи напашу, да во скирды складу,
Во скирды складу, да домой выволочу;
Домой выволочу, да дома вымолочу,
Драни надеру, да пиво наварю,
Пива наварю, да мужичков напою».

Сравните этот текст с первой строкой произведения:

«А вели босиком да без слов да в медвежий лес».

Содержание произведения тесно связано и с содержанием обрядовых песен веснянок, исполнявшихся во время празднования Юрьева дня и Ивана Купалы.
В праздник Юрьева дня крестьяне обращались к Юрию (название происходит от имени святого Георгия Победоносца, в народе его называли Юрием):

«Юрий, вставай рано,
Отмыкай землю,
Выпущай росу –
На теплое лето
На буйное жито»

Явное сходство с народным творчеством достигается также, благодаря художественному приему ретардации. Прием используется для замедления развития основного действия посредством включения в текст:
-дополнительных действующих лиц – полудница;
- лирических отступлений: а вода прибывала внутри и лилась из глаз; полых косточек флейты да песни из горл и утроб;
-философских размышлений: гуттаперчевой быть если силой не кинут в гроб;
-повторов: торопили детей, говорила земля.

Одно из главных действующих лиц народного творчества - земля. Древние славяне воспринимали ее как божество женского пола, соответствующее их Верховному Существу Сварогу, и называли не иначе как мать-сыра-земля.
Не случайно образ земли в произведении встречается четырежды. Насколько суггестивный этот художественный образ? В поэзии он воспринимается как понятный, наделенный образной силой знак, в противоположность рациональному понятийному значению. Образ, одухотворенный жизненной силой воображения, укрепившийся в сознании человека как образ матери, рождает параллельные сюжеты, автономные от темы произведения, и выдвигает его на первое место. Тема весны не более чем предлог для раскрытия особенностей поэтического языка герменевтики. Язык воспринимается не как инструмент передачи информации, а как нечто телесное, которое не столько отражает опыт мира, сколько само является этим опытом, благодаря равновесию звука и смысла, отсутствию внешней референции и многозначности.

Итальянские основоположники герметической поэзии считали важным в своем творчестве быть свободными от поэтической изощренности, императива метафорических образов. Эудженио Монтале говорил, что он «все еще, как певец, округляет рот, все еще недостаточно прозаичен».

Реалистичность языка присуща и творчеству Софьи Серебряковой. Чтобы убедиться в этом, достаточно пропустить словарный запас произведения сквозь сито 100-словного списка Сведоша для русского языка, содержащего минимальный набор важнейшей лексики. Двенадцать лексем из ста – внушительный показатель для небольшого объема.
Отдельного осмысления требует выражение «гуттаперчевой быть», казалось бы, стилистически неуместное в былинно-песенном контексте. Но вспомнив авторское кредо о свободе слова, читатель признает его метафоричность. Выражение, имеющее как очевидное, так и незаметное на первый взгляд, скрытное значение, вызывающее аллюзии, является квазитропом, название которого адианоэта.
Примером сигнификации служит символ «полудница», органично вписывающийся в стилизованный текст. Полудница родом из славянской мифологии - персонификация полуденного жара. А вот оксюмароновое словосочетание «выйдешь полудницей рыбой», согласно академической грамматике, не является словосочетанием. Однако такой принцип герметической поэзии как изменение традиционного синтаксиса дает ему творческое право на существование.

Проводя аналогии, читатель вынужден самостоятельно верстать сюжет, осмысливая каждый образ отдельно, складывая фрагменты в единое целое.
Шквал образов, захлестнувший берег читательского воображения, по природе своей не может быть безмолвным. Он должен быть рокочущим, перемалывая одинаковые согласные, он должен быть мелодичным, повторяя однородные гласные. Используя множество риторических инструментов, таких, как аллитерация, ассонанс, фонетическая эпифора, синтаксическая анафора, ритмический параллелизм, автор через ритм и гармонию передает скрытый мир душевных движений и состояний.
Отказ от традиционной поэтической лексики, от академического синтаксиса, от пунктуации, уделяя особое внимание «оголенному» слову, способному выразить потаенные чувства, вот те инструменты, с помощью которых автор добивается права на свободу слова.
Проза пользователей | Просмотров: 527 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 20/04/19 15:05 | Комментариев: 0

По содержанию статьи уместно использовать не термин «какография», а термины: какология и какозелия.
Термин «какография» имеет другое значение:

КАКОГРАФИЯ особый способ обучения правописанию, состоящий в том, что ученику дают списывать с рукописи, намеренноиспещренной ошибками, и заставляя его при этом исправлять их.
Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка.- Павленков Ф., 1907.
КАКОГРАФИЯ
способ обучения правописанию, состоит в том, что ученик исправляет чужие ошибки, списывая с безграмотной рукописи.
Полный словарь иностранных слов, вошедших в употребление в русском языке.- Попов М., 1907.
какография
[гр. плохой + пишу]– умышленно ошибочное правописание: педагогический приём, заключающийся в том, чтоученик исправляет умышленно сделанные в тексте ошибки.
Большой словарь иностранных слов.- Издательство «ИДДК», 2007.

В разделе «Орфографические ошибки» Вы пишите:
Черт побери, давайте запомним хотя бы одно правило из этого пункта и перестанем позориться, а?) Элементарно ведь задать проверочный вопрос: если «что делаете?» – то «пúшете», если «что делайте?» (повелительное наклонение) – то «пишúте».

Дело в том, что в русском языке повелительное наклонение глагола не сочетается с вопросительными местоимением «Что». Такое обращение: «Что делайте?» является речевой ошибкой. Квалифицируется такая ошибка, как употребление знаменательных и служебных слов без учета их семантики. Буду рад, если Вы укажите теоретический источник, опровергающий мое утверждение.

В разделе «Грамматические ошибки» в заключительной фразе нарушение нормы русского языка:
Кого интересует подробный набор морфологических ошибок для разных частей речи – можно сходить, например, по ссылке [5].

Согласно управлению русского языка глагол «сходить» требует предлога «за», а не «по».

Дат. п. - род. п.: а) с предлогом для: годиться кому-н. - для кого-н. (с неодушевл. сущ. только для чего-н.); сделать одолжение кому-н. - для кого-н.; приготовить что-н. кому-н. - для кого-н.; осветить путь кому-н. - для кого-н.; найти что-н. кому-н. - для кого-н.; сходить за лекарством кому-н. -больному - для больного); (http://rusgram.narod.ru/index2.html)

В разделе «Орфоэпические ошибки» по поводу Вашего предположения: в числе желающих нарушить правила

Н. Гумилев

«О пожелтевшие листы
В стенах вечерних библиОтек,
Когда раздумья так чисты,
А пыль пьянее, чем наркотик». (В библиотеке, 1909)

И. Анненский

«…Для чего ж с контУров нежной,
Непорочной красоты
Грубо сорван саван нежный,
Жечь зачем ее цветы?» (Дочь Икара, 1905)
Еще одна иллюстрация из произведения И. Анненского «Петербург»:
«…ни кремлей, ни чудес, ни святынь,
Ни мирАжей, ни слез, ни улыбок.»

Из поэтов 20 столетия у Симонова:

«Ровно сорок на термометре,
Замерзает ртути нить.
Где-то на шестом килОметре
Ни курить, ни говорить».

Список этот можно дополнить при желании примерами из произведений Фета, Тютчева, Некрасова, Блока, Гиппиус и др.
Эти примеры отнюдь не призыв к повальному нарушению орфоэпических норм русского языка, а напоминание о таком явлении как поэтическая вольность.

Думаю, автор прочитанной мной статьи позволил себе именно такую вольность в заключительной фразе:
Некоторым грамотеям кажется, что есть очень простой и хитрожолтый выход: если не дружишь с пунктуацией, можно писать вообще без знаков препинания))
Если Блок настаивал на написании «жолтый», отличая его от «жёлтый», почему в таком случае Алексу Фо недозволено писать «хитрожолтый».
С удовольствием присоединяюсь к борьбе за чистоту русского языка.
Проза пользователей | Просмотров: 636 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 18/04/19 12:53 | Комментариев: 11

Серый камень,
одетый в года,
дат непомнящий,
не ощущающий
тишину, ужас тления
всепоглощающий.

Серый камень,
одетый в года,
незнакомый
с удушьем сознания,
тень бросающий
днем в никуда,
ночью –
с прошлым на состязаниях.

Серый камень,
умытый слезами,
прикрывающий
исчезновения,
в ожидании новых жертв замер.
Был никчемным,
стал знаком забвения!
Стихи пользователей | Просмотров: 492 | Автор: Валерий_Розенталь | Дата: 13/04/19 10:08 | Комментариев: 0
1-50 51-100 101-150 151-180