Литсеть ЛитСеть
• Поэзия • Проза • Критика • Конкурсы • Игры • Общение
Главное меню
Поиск
Случайные данные
Вход
Рубрики
Поэзия [45163]
Проза [8997]
У автора произведений: 105
Показано произведений: 1-50
Страницы: 1 2 3 »

Листать года, касаясь взглядом фото,
на двадцать лет назад, потом на пять —
архив чудес, закатов и восходов.
Жена, невеста, школьница и мать —
всё это я.

На снимках оживут: родные, груша
и дом, теперь далёкий и чужой,
распродан и безжалостно разрушен,
но старенький альбом всегда со мной —
моя семья.

Потрёпанные десять на пятнадцать —
размер стандартен у десятков лет,
но каждый раз сложнее улыбаться
и дорожает в прошлое билет.
Мне не купить…

05.07.21

___________________________________

Сырое. Замечания приветствуются, поскольку полной удовлетворенности стишом нет от слова "совсем".
Поэзия без рубрики | Просмотров: 1074 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 06/07/21 20:43 | Комментариев: 9



Расплавленный город стекает в Неву
пломбиром со вкусом асфальта.
Жаровня проспекта — кошмар наяву,
дрожащая в мареве смальта
зашторенных окон и жухлой травы,
безмолвно молящей о чуде —
прохладных ветрах и дождях грозовых.
Обещано было, а будет?..

Белёсое небо глумливо молчит,
а солнце с рассвета в ударе —
себя не щадя, расплескало лучи
и Питер до корочки жарит…
Городская поэзия | Просмотров: 177 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 24/06/21 09:48 | Комментариев: 18

На всё ради лайков, просмотров, репостов:
подробный отчёт о походе в сортир,
публично проветрена грязная простынь —
уроки от гуру затёрты до дыр.

Звезда инстаграмма, тиктока, ютуба
охотно расскажет, как правильно жить,
как сделать по быстрому модные губы —
утопит в болоте проплаченной лжи.

И только сегодня со сказочной скидкой
научит косить в интернете бабло.
А если не вышло — обделался жидко,
она не при чём, просто не повезло.

Немамонты вечные радостным стадом
на звон колокольчика резво бегут.
Своей головой больше думать не надо:
советы, рецепты, решения — тут!

Беги от прививок, пей соду от рака,
эфирным телам — капитальный ремонт!
На сладкое фоточки, мемчики, ржака —
льют в уши отборное инфодерьмо.

Куражится в роликах пьяное быдло,
а в небо спешит табор инфоцыган.
Рассудок на кон, осторожность забыта —
манит новых мух сетевой балаган…

29.11.20
Иронические стихи | Просмотров: 128 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 23/06/21 12:08 | Комментариев: 11

Я не умею петь о любви,
Я не умею петь о цветах…
В. Цой


А я не могу о цветах и о звёздах,
о летних рассветах и чистой любви.
Возможно, еще научиться не поздно?
Но слишком привыкла себе «Не реви!»
приказывать жёстко, а следом – «Так надо.
Молчать, если больно, и слезы не лить!»
Другие споют о медовых закатах,
отыщут во тьме путеводную нить.
А я о тяжёлом, болезненно-остром,
о тёмном и горьком опять прокричу.
На небе моём лишь полынные звёзды,
но хочется света порой хоть чуть-чуть…
Психологическая поэзия | Просмотров: 108 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 18/06/21 09:29 | Комментариев: 4

Он без спроса приходит и цепко хватает за горло,
жжёт расплавленный мозг и толкает в ночной лабиринт.
Ноздри чуют её, а глаза видят мёртвой и голой —
он со смертью моими губами опять говорит.

Зверь рычит, припадая к земле, скалит острые зубы —
это он, а не я разрывает её на куски.
Нереально реальный, всегда ненасытный и грубый
полуночный хозяин моей задрожавшей руки.

Он из зеркала смотрит в глаза, обещая вернуться,
шепчет: «Ты — это я, мы с тобой навсегда, навсегда, навсегда…»
Вижу вновь не себя, а залитого кровью безумца,
отвечаю беззвучно ему: «Не-на-ви-жу… но… да…»
Мистическая поэзия | Просмотров: 122 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 11/06/21 10:54 | Комментариев: 4

Алло! Это клининг? Спасите! Испачкалась память.
Отмойте скорее до скрипа и блеска! Алло!
Сама не сумею. Аллергик. И трогать руками —
и даже в перчатках! — такое мне запрещено.
Насколько всё плохо? Ужасно! Увидите сами!
Надеюсь, нервишки в порядке у ваших ребят?
В траншеях извилин обиды шевелят усами,
мохнатыми лапами страхи в затылок стучат.
А лобная доля завалена всяческим хламом.
Чихает от пыли ненужность — пузатый паук.
Откуда он взялся? Его подарила мне мама…
Окурки сомнений рассыпаны щедро вокруг.
А в центре… Нет, я не могу! Вы должны это видеть!
Истлевшая ветошь кошмара… Немедленно сгинь!
А рядом давно проржавевший, поломанный видик,
кассеты с попытками ян отыскать на свой инь.
Источена шашелем дней картотека ошибок,
рассохлись и треснули полки, бумагой блюя…
И плесень повсюду, грибок, всё паршиво и вшиво —
с таким бардаком в голове обезумею я!

Когда ожидать? Только завтра? Могло быть и хуже…
Надеюсь дожить и дождаться. На цену плевать!
Как воздух мне клининг для собственной памяти нужен,
раз стала хранилищем хлама моя голова…

05.06.21
Поэзия без рубрики | Просмотров: 810 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 08/06/21 11:36 | Комментариев: 15

А.К.


Когда оборван последний якорь,
шагаешь смело в портал петли.
Глаза давно разучились плакать,
а смерть — единственный визави.

Любовь больная по венам ядом
и привкус имени на губах.
От жизни было так мало надо,
но не случилось. Из праха в прах.

Когда себе самому не нужен,
так просто выбить непрочный стул.
Не став любимым, отцом и мужем,
сломался. Тихо в петле уснул.

Не делал сотни звонков и фото,
задвинув с лязгом дверной засов.
Ушёл в портал, словно на работу,
без слёзных сторис и лишних слов.

Слабак? Возможно. Мужик не должен...
Пусть хоть Вселенная из-под ног!
За гриву жизни цеплялся долго,
но удержаться в седле не смог.

Когда оборван последний якорь...
Когда себе самому не нужен...
Жизнь не случилась.
Из праха в...

05.06.21
Поэзия без рубрики | Просмотров: 112 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 05/06/21 10:35 | Комментариев: 11

Когда осколки розовых очков
в трясине повседневности утонут,
на сердце станет пусто и легко,
слепой еланью обернётся омут.
И, больше не страша, ночная тишь
на плечи ляжет шалью липко-сонной.
«Люблю» не превращается в «прости».
Ненужных слов спрессованная тонна,
наивности разбитый монумент,
доверия оборванные крылья
украшены кусками чёрных лент,
засыпаны солёно-горькой пылью.
До судорог банально и смешно…
Включайте свет. Закончилось кино.
Любовная поэзия | Просмотров: 178 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 22/05/21 21:22 | Комментариев: 24

Прозрачные стены гранёной тюрьмы —
пристанище лишних и мудрых
рабов без цепей коматозно-немых
в дрожаще-недоброе утро.
Сахару гортани водой не спасти,
в зеркальном портале химера —
похмельного дня узнаваемый стиль
страшнее судьбы Робеспьера.
Бурлит в голове тошнотворная муть,
сметая остатки рассудка,
и птицей удачи влетает в тюрьму
холодная синяя утка.

Прозрачные стены однажды в ночи
кладбищенской станут оградой,
и Бог не услышит, кричи не кричи,
лишь смерть будет искренне рада…
Поэзия без рубрики | Просмотров: 96 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 13/05/21 10:29 | Комментариев: 6

Детям нельзя рожать. Страшно, нелепо, глупо.
Юная «яжемать» тихо впадает в ступор:
вместо уроков — плач, памперсы вместо сказок,
милый был так горяч, да растворился сразу.

В куклы бы ей играть, а не катать коляску,
если в пятнадцать — мать, не избежать огласки.
В шоу сверкнуть звездой и возвращаться снова
в муторный ад земной. Не покупать обновы,

не посидеть в кафе с яркой толпой подружек,
помнить, как подшофе стал нереально нужен
взрослый запретный мир, призом — пелёнок ворох,
больше не «я», а «мы» и бытовые ссоры.

Что можно сыну дать, если сама… пустая?
Манит ночами в даль вихрь, в голове витая.
Хочется снова стать, как стрекоза беспечной…
падает слово «мать» грузом вины на плечи.

Детям нельзя рожать.
Не торопите время.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 130 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 06/05/21 09:15 | Комментариев: 6

Довольно. Не буду больше кроить по чужим лекалам.
Хватает унылых копий — не стоит усугублять.
В погоне за идеалом себя почти потеряла.
Устала стучаться в стену. Пора начинать с нуля.

Напомнить себе, как можно словами на части резать,
и как наизнанку душу, наотмашь и прямо в цель.
Не лить понапрасну тонны словесного энуреза,
а смело писать на стенах эскизы сакральных сцен.

Камину скормить талмуды и ветхие свитки правил,
на бойню без сожалений священных погнать коров.
Войти на арену с гордым и бритвенно-острым «Аve!»,
забросив кривые мерки в набитый костями ров.
Психологическая поэзия | Просмотров: 156 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 30/04/21 21:01 | Комментариев: 10

Отправлено в архив.
Под слоем книжной пыли покоятся печаль, надежды и мечты.
Где образы, слова и рифмы дружно жили
хранилище страниц бессмысленно пустых.

Отправлено в архив.
Заброшено, забыто, затёрто, сожжено и пеплом по ветрам
отправлено в полёт недолгий и последний,
и больше не болит на сердце белый шрам.

Отправлено в архив.
Так странно и так дико, почти как отыскать свой крест среди могил.
Стать томиком стихов зачитанно-закрытым
и выпить до конца всю горечь слова «был».

Отправлено в архив…
Поэзия без рубрики | Просмотров: 176 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 16/04/21 19:45 | Комментариев: 16

Иногда так бывает — не тает невидимый лёд,
громоздятся торосы желаний, стремлений и чувств.
Время жидким азотом по зябнущим венам течёт,
замерзая в убийственном «я ничего не хочу».

В саркофаге сверкающем спит беспробудно огонь —
сны о пламенном прошлом к нему не приходят туда.
В ледяном «не случилось» застыл искривлённой дугой
ненаписанных строчек фонтан — неживая вода.

Через метры годами спрессованных паковых льдин
не пробиться лучам и росткам — не бывает чудес.
С недостигнутой целью оставшись один на один,
навсегда замурована в невоплощённом нигде.

23.02.2020
Психологическая поэзия | Просмотров: 260 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 23/02/20 15:14 | Комментариев: 14

А она улыбалась на все тридцать два
даже в самый нахмуренный день.
На вопрос «Как дела?» отвечала: «Жива»,
успевала всегда и везде.

Не вела инстаграм, не сидела в сети,
не просила кредит на айфон,
не ждала обновлений от блогосветил,
а ночами читала Дефо.

Не следила за модой, носила пальто
третью? пятую? осень подряд.
Вечерами по парку гуляла с котом
и не слушала, что говорят

о соседях, коллегах, мужьях-чудаках,
не копалась в нечистом белье,
воевала со страхом — купить паука
обещала коту и себе.

Робинзонить на острове, Пятницу ждать
с каждым годом хотела сильней
и хранила стихов и мечтаний тетрадь
в переплете из прожитых дней.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 272 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 07/11/19 18:18 | Комментариев: 11

Они скреблись отчаянно в ночи,
стучались в дверь, кромсая в клочья тишь,
забытых слов горячие лучи
писали в пыльном воздухе: «Услышь!»

Они касались сердца на заре,
будили беспощадно в пять утра,
шептали: «Отвори, впусти скорей»,
мне слышалось «пора... пора... пора...»

А я, зажмурив накрепко глаза,
ныряла в одеяло с головой,
забыв, что от себя сбежать нельзя,
хотела стать ослепшей и немой.

Не вышло, к счастью, и дверной замок
печально звякнул под напором слов.
Одна из тех, кто молча жить не смог,
вернулась. Суете сует назло.
Психологическая поэзия | Просмотров: 267 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 10/10/19 21:04 | Комментариев: 7

Техномагия. В каждой руке персональный портал,
горизонты открыты и личное тут напоказ.
От реальности серой и скучной безумно устав,
в паутине сверкающей ты добровольно увяз.

Здесь распахнуты двери и окна, замки́ не в чести,
сотни масок и тысячи образов, ворох чудес.
Безуспешно пытаясь себя в отраженьях найти,
забредаешь всё глубже в хештегов нехоженный лес.

Перекрёстные ссылки ведут на горячий контент,
инстаграмные дивы улыбками сводят с ума,
а тройное обвитие избранных пабличных лент
совершенно не душит, пьянит виртуальный дурман.

Техномагия. Мир без границ, расстояний, табу,
пальцы гладят экран, как любимой манящий изгиб.
Улетают мгновения, месяцы, годы в трубу.
Настоящая жизнь? Где-то там... Для неё ты погиб.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 268 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 05/10/19 00:00 | Комментариев: 6

Бабушке. Моему погасшему свету.


Под пергаментной кожей густыми чернилами вен
сетка пройденных троп, стенограмма промчавшихся дней
прорисована режуще-чётко — неравный обмен:
сила, молодость, страсть — на остовы гнилых кораблей.

Паруса изорвал на куски стылый ветер потерь,
тянут вниз якоря погодично нанизанных бед,
проступает в тумане всё чётче последняя дверь
и зажат в кулаке отпечатанный смертью билет.

Мёртвый штиль. Ожидание. Вязкие капли секунд
по трухлявому борту улиточно-сонно ползут,
саван разуму мерно, неспешно, уверенно ткут,
а над телом свистит увядания огненный кнут.

Угасания мертвенно-бледный мерцающий свет
позовёт наконец-то к себе, как болотный огонь.
Остановится счётчик десятков отмеренных лет
и осенним листом упадёт на подушку ладонь.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 367 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 05/02/19 22:31 | Комментариев: 4

Народ, не помнящий своего прошлого, не имеет будущего.
В.О. Ключевский



По улицам горящая река течёт под громкий рёв лужёных глоток.
Пылают жарко факелы в руках — эффектны будут красочные фото
на фоне флагов, лозунгов и рож, недавно бывших лицами, а ныне
от их оскалов пробирает дрожь, а дежавю, потоком чёрным хлынув,
отбросит на десятки лет назад, вернёт к таким же юношам плечистым,
разлившим по земле нацистский яд во имя высших людоедских истин.

Из низких туч посыплется не снег, а серый пепел заживо сожжённых:
на алтаре, воздвигнутом войне, распяты дети, матери и жёны.
Свинец сшивает намертво с землёй «недолюдей с нечистой кровью в жилах»,
разносит ветер обречённый вой расстрелянных за то, что просто жили.
За лесом вознесённых к небу рук Освенцим с ненасытными печами,
а эти снова славят волчий крюк — короткой слишком оказалась память?

Предателей в герои возведя, молясь на палачей, как на иконы,
врагов с безумной скоростью плодят арийцев искорёженные клоны.
Взбесившейся волчицы молоко глотают жадно и господством бредят,
плюют на человечность и закон сошедшие с ума «онижедети».
Вопят с трибун о славе и войне, забыв о том, чем кончилась Вторая.
Сверхчеловеки? Полубоги? Нет. Облезлых шавок лающая стая.

Они забыли сорок пятый, май и Трибунала приговор суровый.
Нацистская кровавая чума из старых схронов выползает снова.
Гражданская поэзия | Просмотров: 531 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 12/01/19 21:49 | Комментариев: 30

До размеров пивного бокала сужается мир —
белой пеной «сегодня» над тёмным осадком «вчера»,
ледяной неуют опостылевших съёмных квартир,
закольцованный квест — попытаться дожить до утра.

Болью траченный, жёвано-мятый последний герой
на балконе загаженном горький глотающий дым,
не стирает со сбитых костяшек засохшую кровь,
сожалея о том, что не смог умереть молодым.

На красивый и пафосный шаг за перила моста
не хватило всего-то пол-литра и пары колёс,
а потом понесла по крутым виражам суета —
сумасшедшим болидом летел прямиком под откос.

Жернова повседневности с хрустом сломали хребет,
раскатали мечты по асфальту разбитых дорог,
подчистую из памяти вытерли гордое «нет»,
преподав лицемерия архиполезный урок.

От себя оболочка осталась пустая внутри —
тошнотворно, хоть волком на бледные звёзды завой.
(Не)герой (не)последний, до фильтра печаль докурив,
по будильнику снова проснётся... условно живой.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 560 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 24/09/18 10:05 | Комментариев: 16

L'Oréal седину закрасит, перекроет Revlon морщины,
День рождения — грустный праздник, лишний повод для зимосплина.
Всё быстрее песок струится, превращая года в секунды,
выцветают на фото лица, пролетевшие дни секутся,
истончаются, словно косы, остаются на зубьях гребня.
Проступает сквозь краску проседь, зеркала отражают бледный,
постаревший, линялый образ — шарж на девочку в школьной форме.
Время, мерно качаясь коброй, ядовитые тянет корни,
обвивает, буравит тело, сеть морщин разбросав по коже,
и неспешно обводит мелом год, который мгновенно прожит.

Не замедлить поток песчинок — slow mo в кинофильмах только,
слишком быстро горит лучина, а шампанское хинно горьким
вместо сладкого льётся в горло, не пьяня, как назло, ни грамма,
и несутся стрижами годы, в день последний летя упрямо.
Лирика | Просмотров: 405 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 21/02/18 21:43 | Комментариев: 11

Эспрессо ночи выпит без остатка, от никотина горечь на губах,
пощипывает сердце боль украдкой — дописана ещё одна судьба.
Тревоги, испытания, заботы исчерпаны — утих водоворот,
ещё одна закончена работа, а ты не рад — совсем наоборот.

Сидишь, безмолвно глядя на страницы, и заливает душу пустота,
а еженощно продолжает сниться сошедшая с тетрадного листа
и ставшая до боли настоящей твоей рукой написанная жизнь,
терзает сердце, как голодный ящер, по венам и артериям бежит.

И потому так больно ставить точку, не хочется прощаться навсегда,
печаль упорно сердце червоточит и падает на темя, как вода
в средневековых камерах для пыток, грозя лишить рассудка до утра.
Ещё одна дверь наглухо закрыта, героев отпустить пришла пора.

Но как же сложно… Хоть и знаешь — надо. Узор сплетен, последний сделан штрих,
а ты, не отводя от строчек взгляда, над эпилогом, сгорбившись, затих.
А вскоре это повторится снова: из искры — пламя, а потом — зола,
и как всегда вначале будет слово, а после — новый бой добра и зла.

Бессонница и декалитры кофе, и скомканных листов шуршащий рой,
наброски о вселенской катастрофе и новый мир, придуманный тобой.
Любовь и горе, ненависть и счастье — всё это будет завтра, а пока
опустошен и над собой не властен, и грусть разящей пулей у виска.
Лирика | Просмотров: 535 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 30/01/18 10:00 | Комментариев: 6

Утонув в суете, забываешь, что есть небеса,
облака и рассветы, звенящий январский мороз.
Мегаполиса бледный заложник, спасай себя сам,
если в серость бульварную намертво сердцем не врос.
Не забыл, как вдыхать грозовую прохладу весны,
босоного по лужам бежать без плаща и зонта?
Рисовать на оконном стекле фантазийные сны,
не бубня недовольно, что снова погода не та.

Строить дом из песка, вместо радио слушать прибой,
ночевать у костра, не боясь комаров и клещей.
Вопреки городской суматохе остался собой?
Или падаешь каждое утро в прокрустову щель
псевдонового дня — ксерокопии сотен других:
завтрак/офис/курилка/метро/телевизор/постель?
Бесшабашности голос в душе безнадёжно затих?
Суета обглодала живое в тебе до костей?

Зеркала отразят лакированно-гладкий типаж —
от улыбки до жестов регламенты строго блюдёшь.
Лучший менеджер фирмы и профи по части продаж,
жизнь — сплошная, блестящая глянцем, красивая… ложь.
Обмануть можно всех, но себя, к сожалению, нет,
не залить коньяком по свободе глухую тоску,
не купить на eBay в беззаботное детство билет.
Бросишь вызов рутине? Песчинки мгновений текут…
Городская поэзия | Просмотров: 592 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 26/01/18 11:57 | Комментариев: 7

Было их много — похожих и очень разных:
ждущих, курящих нервно, порой хмельных.
Я разделял невольно и боль, и радость,
а засыпая утром, не помнил их.
Лица сливались, слова забывались сразу,
ночь прогонял, играя, шалун-рассвет.
Богом фонарным за что-то я был наказан —
помнить её и видеть десятки лет.

Она вечерами птицей ко мне летела,
вру, не ко мне, конечно же, а к нему.
Он приносил цветы, говорил несмело:
«Замёрзла, синичка? Можно, я обниму?»
Она улыбалась светло, прижималась молча,
я слышал, как бьется сердце в ее груди.
А он говорил: «Там холод, законы волчьи,
но я ненадолго. Вернусь. Только очень жди…»

Я был уверен — забудет, найдет другого,
память людская короче моей стократ.
Мне вопреки она приходила снова —
я удивлялся, а после был просто рад.
Теплой рукой касалась легко и нежно,
гладила робко, задумчиво глядя вдаль,
я замечал, как тает в глазах надежда
и серебром проступает в косе печаль.

Она приходила в дожди, снегопад и стужу,
а мне так хотелось светом её согреть,
уверить: нельзя исчезнуть, когда ты нужен,
напомнить: любовь всегда побеждает смерть.
Но даже от ветра её защитить не в силах
(какой из меня защитник? — обычный столб),
всем сердцем желал я, чтобы она забыла
того, кто когда-то в ночь от неё ушёл.

…Сегодня она не пришла, я прождал напрасно,
но видел ее в дневном беспокойном сне:
по волнам седым ковыльным и макам красным
спешила в наряде белом она ко мне…
Поэзия без рубрики | Просмотров: 629 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 15/02/17 10:30 | Комментариев: 15



У моря с небом не было границ — они смешались на палитре Бога.
Корсетом жестким сдавливал гранит извилистую горную дорогу.
Бросало солнце зайчики в глаза и золотило облака и волны,
в стекло упрямо билась стрекоза, а ты смеялась: «Шеф, гони на полной!»

Ромашковый букет покорно ждал глотка воды, обняв твои колени.
Зонты, шезлонги, яхты и причал — до них осталось несколько мгновений.
Неспешное вращение руля — на серпантине ухарям не место.
От света все сильней глаза болят, мне дотянуть бы до финала квеста.

И будут море, солнце и песок — рай на земле, а мы — Адам и Ева,
сдержать бы рулевое колесо: направо нужно, а уводит влево,
и выдохнуть, нажать на тормоза... Но сквозь педаль нога проходит снова,
и вырваться из прошлого нельзя — я временной петлей треклятой скован.

Будильник. Утро. Снова темнота. Растает сон, как лед в стакане виски.
Я жив. Не сдох под тяжестью креста, на рубиконе ДТП зависнув.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 542 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 10/02/17 17:14 | Комментариев: 8

«Пизанская» груша, верно, уже упала —
она каждый год все больше клонилась вниз.
Безлюдный перрон пустого ж/д вокзала
грустит о вчера и ждет в послезавтра виз.
Ковер спорыша все так же щекочет ноги,
над липой кружит азартно гудящий рой.
В заплатах и швах бульвары/дворы/дороги —
далекий, чужой, но все же чертовски мой
родной городок под южным вихрастым солнцем,
вплетен в ЦНС*, на совесть прошит в коре,
накоплен в костях — фонящий печалью стронций,
и заперт, как шум не знающих сна морей
в ракушке витой, стоящей на книжной полке,
в моей ДНК, триплетно туда внесён.
Себя не забыть — сизифов удел. Без толку.
Смирилась,
не трачу силы
и помню
всё.

_________________________________________
* Центральная нервная система
Городская поэзия | Просмотров: 784 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 05/02/17 23:09 | Комментариев: 24

Кто-то выломал зверски F5 — сохраниться in real нельзя,
загрузиться и переиграть шансов нет у тебя и меня.
Если умер и черный экран, значит всё — не будет кина,
в луже крови, натёкшей из ран, утонула слепая Луна.

Непришедшей весны журавли заблудились в седых небесах,
на клочке обожжённой земли напоследок бы написать
имя с датами, R.I.P. и «Прощай»… Не позволит застывшая грудь.
На останках сиреневый май прорастёт. Хоть когда-нибудь.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 503 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 18/12/16 15:56 | Комментариев: 2

Посвящается любителям расставлять препинаки от балды и щедро удобрять стиши многоточиями.


Стремясь в стихах загадочность блюсти, я высыпаю пачку многоточий
в прерывистую борозду строки неравномерно — так, как Муза хочет.
Добавлю капса, смайлов, запятых, разбросанных, как семена по полю,
получится в итоге чудо-стих: неоднозначен, неформален, волен.
Подскажут смайлы место, где смешно — читатель нынче туговат на юмор.
Я в новую паэзь рублю окно, а недокритик глупый не подумал,
что истинный, помазанный поэт земным не подчиняется законам,
в его стихах ошибок вовсе нет, он — камертон поэзии, икона,
пророк, оракул, Прометей, маяк, ведущий к свету робких неофитов,
и каждый препинак не просто так — в нём таинство великое сокрыто!
Поэт могучим кондором парит над толщей скучных и ненужных правил,
а критик — недалёкий индивид, завистливыми зенками буравит
поэтью спину, крылья, мощный хвост, но зуб неймёт, хотя и видит око.
Мне жаль его, он просто не дорос до истины сияюще-высокой:
творцы превыше правил и границ — юпитеры над сирыми быками,
они крушат условностей гранит и заставляют плакать даже камень:
обычно равнодушный ко всему, и тот в немом восторге мироточит,
но критик слеп и не узреть ему животворящей силы многоточий.
Иронические стихи | Просмотров: 777 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 24/11/16 11:35 | Комментариев: 26

«Стыдитесь тела, желаний, страсти!» — религий ветхих звучит рефрен.
Запреты скалят щербато пасти, не позволяя поднять с колен
«сосуд премерзкий пороков смрадных», а проще — тело, что нам дано.
«Молитвой похоть смиряйте, братья, а кто не сможет, тому на дно
геенны вечной, горящей серой, неугасимой, платить за грех,
подбросят черти смолы и сена, там хватит места и дров для всех:
неверных женщин, девиц развратных и содомитов любых мастей,
им нет пощады, пути обратно, на них не капнет святой елей!»

Трясут клюками, крестами машут, грозят, пугают не первый век,
но искры страсти пророков даже, сверкая, манят горячим «секс».
Ночами снятся борцам духовным Лилит и Евы во всей красе,
бедняги стонут, дыша неровно, а утром снова себя в корсет
моральной нормы пакуют споро, кляня дрожащие пальцы рук,
и с новым пылом вопят и спорят, себе и пастве безбожно врут.
Чем чаще снятся святоше груди, крутые бёдра и крепкий зад,
тем громче вопли: «Господь осудит, за блуд и похоть воздав стократ!»

Смешно и грустно... проходят годы, но не стихает неравный бой:
каноны против людской природы, война до смерти с самим собой.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 611 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 13/10/16 21:41 | Комментариев: 2

Мне пятнадцать. Беременна. Парень исчез в никуда.
Посоветуйте, где отыскать понадёжней врача?

— Малолетняя дура!
— Шалава!
— Тупая п*зда!
— Даже думать не смей!
— Не убий!
— Не руби сгоряча!

Но мне только пятнадцать, я в школе пока что учусь...
Мама с папой узнают — из дома прогонят взашей!

— Не мели ерунды!
— Гадко слушать подобную чушь!
— Сотни женщин хотят, но не могут иметь малышей!

Я рожать не хочу! Я пока что ребенок сама!
За душой ничего: ни гроша, ни кола, ни двора!

— Успокойся!
— Подумай!
— Неужто совсем без ума!
— За поступки свои отвечай и рожай, будь добра!

— Ты себе не простишь никогда ни за что этот грех,
а родишь — и полюбишь, иначе не может и быть!
Ну а как же карьера, работа, семья, как у всех?
— Ты желаешь себе одинокой «успешной» судьбы?

— Локти станешь кусать от обиды и боли потом.
— Будет некому даже стакана воды поднести!
— Мама с папой поймут и помогут, проводят в роддом
и поддержат на верном, хотя и нелегком пути.

— Ты сюда погляди: разрывают дитя на куски.
Не хочу, не могу, я не буду на это смотреть!
— Так спаси малыша от жестокой врачебной руки!
— Разве можно родную кровинку на лютую смерть?

Хорошо... Я подумаю... Может быть, мама поймёт...
Говорите, что Бог ничего не даёт просто так?..

— Образумили!
— Слава Всевышнему!
— Тронулся лёд!
— Станешь мамочкой ты, ну а всё остальное — пустяк!

***

Это ты виноват! Ты всю жизнь мне пустил под откос,
это из-за тебя одиночкой живу до сих пор!

Мама, в школе сказали: за лето я сильно подрос...
— Ну и что? Мне плевать. Убирайся, скотина, во двор!

Ма, за что по рукам? Я случайно тарелку разбил!
Ма, мне больно! Ты слышишь? Я больше не буду! Пусти!
Замолчи, недоумок, ублюдок, собака, дебил,
ты какого забыл сигарет и бухла принести?


Мама, мама, скажи, почему ты не любишь меня?
Я учусь хорошо, не шумлю, если ты не одна...
Почему ты не можешь меня хоть разочек обнять?
Рот закрой и вали в магазин, притаранишь вина!

Дядя Саша не будет тебя до полуночи ждать,
шевелись, дрянь такая, пока не схватил по рогам!
Ты обязан мне жизнью, немедленно слушайся мать,
а кобениться станешь — по жопе ремнём наподдам!


***

С*ка, снова в говно?! Почему не подохла ещё?!
За*бала бухать и водить кобелей, слышишь, ты?!
Пасть захлопни, щенок! Отпусти, я сказала, плечо
и не гавкай на мать! Принеси-ка мне лучше воды

и за пивом сгоняй, а не стой тут дурак дураком!
Мне спасибо, паскуда, скажи, что родился на свет,
что тебя воспитала, а не запихала в детдом!
Что ты делаешь? Стой! Больно! Господи, боженька, нет!..


***

Подсудимый сознался во всём, сам с повинной пришёл.
Двадцать два ножевых, но смертельное только одно.
По удару за год получила. Как раз хорошо.
Вы раскаялись?
Нет. И теперь мне уже всё равно.

Не жалеете?
Только о том, что родился на свет.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 835 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 11/10/16 13:18 | Комментариев: 27

Мертвые правы всегда, потому что... мертвы:
их аргументы как мрамор надгробий тверды,
им безразличен докучливый шорох молвы,
горла не требуют пауз, не просят воды.

Мертвых бессмысленно тыкать в ошибки лицом —
их черепов иронично-застывший оскал
с хрустом ломает на части дискуссий кольцо,
и забываешь невольно о том, что искал

в старых тетрадях — хранилищах выцветших строк,
и для чего до утра прокопался в сети.
Комом по горлу полынью пропахший урок —
у неживых удивительно правильный стиль.
Психологическая поэзия | Просмотров: 698 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 05/06/16 19:11 | Комментариев: 6

В кривых зеркалах перепутались зло и добро,
а чёрное в белом плаще притаилось в углу,
и ложью экранной питается каждый второй,
а каждый четвёртый угодливо-преданно глуп.

На Поле Чудес не протиснуться от буратин:
несут медяки, уповая на скорый барыш,
не зная/не веря, что станет богаче один,
а все остальные получат сверкающий… шиш.

Страна дураков в параллельной вселенной живёт,
в которой сильнее её не бывало в веках.
Дерьмо первоклассное здесь выдается за мёд,
а рты бетонирует липкий, пупырчатый страх.

Но этих убогих нисколько не жаль, потому,
что радость для них боль чужая/страдания/смерть.
Призвать бы на головы их камнепад и чуму…
Не стоит. Наказаны трусостью. Им не суметь

порочного круга порвать проржавевшую цепь,
подняться с коленей под треск выпрямляемых спин.
Куда безопасней вопить с разукрашенных сцен,
а после вприпрыжку нестись за бухлом в магазин.

С протянутой гордо рукой подаяний просить,
взамен отдавая с процентами завтрашний день,
лететь под откос в потерявшем колеса такси
и будущий рай рисовать на болотной воде.
Гражданская поэзия | Просмотров: 761 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 03/05/16 10:39 | Комментариев: 12



Настоящий мужчина могуч, волосат и пахуч
или тонкий ценитель искусства и марочных вин?
Разгоняет усилием воли нашествие туч?
Погружен с головой в благородно-изысканный сплин?

Может, он книгоман, прочитавший сто тысяч томов,
или повар от бога, на кухне творящий дива?
Тренированный воин, что к бою любому готов,
или тот, для которого женщина вечно права?

Настоящий мужчина не пьёт и не курит совсем
или может за раз опрокинуть пивка полведра?
В пятьдесят без недели он выглядит на двадцать семь?
Виртуозен в постели, способен любить до утра?

Настоящий мужчина железно подарит цветы,
с полуслова поймёт и конечно подставит плечо?
С ноутбуком, стиралкой, проводкой и плазмой на «ты»,
и с любимой готов без умолку болтать ни о чём?

Настоящий мужчина... какой он, скажите? Вопрос,
над которым ломаются копья десятками лет.
Дискутируют дамы и спорят об этом всерьёз,
а ответа как не было, так до сегодня и нет.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 771 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 24/02/16 23:26 | Комментариев: 10



Ты вливаешься утром в глубокие вены метро,
ощущая себя клеткой крови огромного города.
В ритме пульса несешься его полутемным нутром,
вспоминая, как ветер трепал белоснежные бороды
кучевых облаков высоко в синеве над Невой,
как ложился туман одеялом на плечи Дворцового.
Оглушило тогда понимание — Питер живой:
дышит, любит, мечтает и верит — всё будет по-новому.
Он открылся тебе, признавая частицей своей,
принимая со всеми грехами, долгами и ранами,
изумляя таинственной магией белых ночей —
это было до дрожи интимно, пронзительно, странно и
ты на миг онемел, осознав, что едины теперь
и бескровно нельзя разделить — вы поатомно смешаны:
город, силу черпающий в горькой настойке потерь,
и вчерашний чужак, опьяневший от радости бешеной.
Городская поэзия | Просмотров: 933 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 22/02/16 11:25 | Комментариев: 26

Известным писателем быть нелегко — это факт,
на куче порталов нетленки свои разместив,
нельзя укатить по-геройски в багровый закат,
пора подсчитать, сколько сотен добавить в актив
читателей новых — на сайтах есть, благо, учет
просмотров, увы, не прочтений, но это не суть!
Известный писатель статистику строго ведет,
не может позволить себе и на миг отдохнуть.

На вычитку клал он с размаху — не царское же
занятие это, и в опусах гениев нет
ошибок/описок/повторов/картона/клише,
а в литере каждой сияет божественный свет,
манящий к себе ежечасно десятками их —
читателей новых, которых так сладко считать.
Известный писатель над сметой свежайшей затих,
на душу его снизошла, затопив, благодать.
Сатирические стихи | Просмотров: 953 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 06/02/16 22:22 | Комментариев: 23



А может, послать всё к чёрту и крысой — работа-дом —
метаться, вдыхая спёртый и колющий горло льдом,
отравленный бытом воздух — так проще наверняка:
не пачкать бумагу вовсе, и пусть не дрожит рука,
до хруста сжимая ручку и комкая новый лист.
По первости будет скучно и мозг идиотски чист,
а после каноном станет крысиный шуршащий бег,
роллеты из прочной стали на шторах закрытых век,
слепая елань обычных, до жути похожих дней —
потертый ковер привычек и вязкая грязь на дне.
Психологическая поэзия | Просмотров: 1308 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 31/01/16 23:37 | Комментариев: 21

Рождение Господа — повод напиться
до свинского визга, в дрова, в лоскуты.
Покинув собор, сбросить постные лица,
как тесные маски; плевать с высоты
на догмы, каноны, хоралы, кадила;
спешить по домам, продолжая банкет,
под вечер забыть — в честь чего это было,
сведя благочестие за ночь на нет.

А утром по пиву: поправить здоровье —
святейшее дело! Иначе — никак.
И совесть зудящую плотно укроет
привычного хмеля ласкающий мрак.
Поэзия без рубрики | Просмотров: 1364 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 08/01/16 10:40 | Комментариев: 64

Бедненькие девочки — их не любят мальчики —
режут руки лезвием строго поперек.
Кровь стекает струйками по дрожащим пальчикам,
а в глазах заплаканных горе и упрек.

Пожалеть бы девочек, успокоить ласково,
если б не безделица: фото в Инстаграм,
в пабликах в контактике заблестели лаково —
поделиться бедами требуется вам.

Налетят подруженьки, приголубят сразу же,
предоставят ссылочку на фотоотчет
собственных порезиков, утешая фразами:
«Правильно ты сделала! Парень — идиот!»

Сами так же резались и увековечили —
телефон-то рядышком, не заснять нельзя! —
чтоб потом на пабликах утром, днем и вечером
проклинать изменщиков, карами грозя.

Тонкую душевную отражают фоточки
и богатый внутренний уникальный мир.
Общее сочувствие похмельнее водочки —
поскорей выкладывай, душу не томи!

Личное в публичное превращай по-быстрому,
толку в одиночестве резать и рыдать?
Насладись сочувствием сострадалиц искренних —
их скорее скорого соберется рать.

И не знают девочки, не имея опыта,
в пабличных истериках не спасешься от
непреложной истины (быть ей трижды проклятой!) —
счастье настоящее за углом не ждет.

Не спешит по вызову, словно МЧСники,
и не верит пролитым крови и слезам.
Одолеть — не сразу пусть — все ступени лестницы,
к счастью притороченной, каждый должен сам.
Сатирические стихи | Просмотров: 913 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 05/12/15 11:44 | Комментариев: 5


Быть ребром у медали/монеты, наверное, здорово:
не терять никогда равнодушно-спокойного холода,
свысока наблюдать за боями, страстями и спорами,
сохраняя молчания дьявольски ценное золото.

Хорошо не гореть, даже если осыпало искрами,
не кипеть и при сотне критических градусов Цельсия.
Уклоняться легко от плевков, оскорблений и выстрелов,
отмечая с улыбкой: атаки конечная цель — не я.

В мертвой зоне с комфортом, без риска/тревоги/опасности
можно славно прожить, не считая года и мгновения.
А случайно попав под прожектор всевидящей гласности,
обрести ореол мудреца/преподобного/гения.

***

И дойти до конца, сохранив монолитность гранитную,
проморозив до звона потоки эмоций и чувств.
Гордо кутаться в плащ, изукрашенный белыми нитями...
Почему же я быть равнодушным ребром не хочу?..
Психологическая поэзия | Просмотров: 1110 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 02/12/15 23:40 | Комментариев: 34



Обезумевший мир сам себя разрывает на части,
заменяя вино на горячую свежую кровь.
Здесь одни упились до чертей безлимитностью власти,
а другим новомодных гробов предлагают покрой.

На куски, на клочки, не считая потерь и ошибок —
опознает своих, говорят, милосердный Господь.
Здесь ракетой навылет вечернее небо прошито,
там — у райских ворот собрались неофиты толпой.

Кровь — не черное золото, если прольется — не жалко,
миллиарды в активе — простор для серьезной игры.
Знал ли пращур далекий, врага убивающий палкой,
что потомки его будут слишком на смерти щедры?

Мегасчетчик включен: минус сто, минус триста и двести —
капля в море, людей накопился излишек давно.
Боль и слезы — не бомбы, а значит, планета не треснет,
осыпаясь осколками, как под прикладом окно.

Ненавидеть легко, убивать — не сложнее пятнашек,
а, не видя глаза, проще в тысячу долбаных раз.
До тех пор, пока кто-то чужой или кто-то из наших
не отдаст, усмехаясь, последний безумный приказ.

А потом тишина, абсолютная, плотно закроет
до костей обожженной Земли перекошенный рот.
Хлопья пепла поднимутся ввысь потревоженным роем,
и ослепшее солнце на умершем небе взойдет.
Гражданская поэзия | Просмотров: 1119 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 22/11/15 18:12 | Комментариев: 21



Между мной и бумагой железобетонный барьер,
протаранить его невозможно от слова «совсем».
Знаю, что от меня ожидают горячих премьер,
но мой голос теперь безнадежно, безвременно нем.

Завязаю в словах и теряюсь на первой строке,
равнодушно смотрю на по-прежнему девственный лист.
Может, Музы мои в Анкару подались налегке?
Оккупируют пляж на прекрасно-далеком Бали?

На горячем песке у лазурно-прозрачной воды,
попивая коктейли, лениво считая медуз,
Музы греют бока, позабыв про дела и труды,
а меня в сотый раз поджидает досадный конфуз:

дальше первой строки – ничего, в голове пустота,
не додуман сюжет, не окончен последний роман.
Я ночами теперь не пишу, а считаю до ста,
наблюдая за тем, как густеет за окнами тьма.

Между мной и бумагой железобетонный барьер.
Где угнать БТР, чтоб его разнести на куски,
чтобы мир перестал быть паскудно, удушливо сер
и разжались, скрипя, заржавевшие клещи тоски?
Психологическая поэзия | Просмотров: 877 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 21/11/15 22:31 | Комментариев: 13

Смотреть на то, как прошлое стирают,
азартно рвут из памяти листы,
их жгут и верят, что шагают к раю,
идя по краю призрачной черты.

Смотреть на то, как исчезают лица
под масками безумных обезьян.
Надеяться, что это просто снится –
навеял на ночь голубой экран.

Смотреть на то, как черное – белеет,
а белое – чернеет на глазах,
как фанатизм скрепляет суперклеем
вонючий, никому не нужный прах.

Смотреть в глаза своих вчерашних братьев
и, провалившись в пустоту зрачков,
о том, что всё устроится, соврать бы,
но подавиться рвотной массой слов.
Гражданская поэзия | Просмотров: 798 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 04/11/15 14:20 | Комментариев: 4



Река зовет, блестя под фонарем:
«Не бойся, друг, смелей вперед шагай.
Представь, что ты сегодня за рулем,
а я — хайвей, ведущий прямо в рай.

Дави на газ! Не медли, не жалей,
Всё будет так, как хочешь только ты.
В ладони не считай остаток дней,
прислушайся: тебе поют мосты.

Спеши к мечте, покою, тишине,
к желаниям, несбывшимся вчера.
Приди скорей, приляг на грудь ко мне.
Я заждалась. Твой ход, mon cher. Пора».
Психологическая поэзия | Просмотров: 899 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 09/10/15 12:07 | Комментариев: 23



В шейкере столичной суеты
взболтаны надежды и мечты,
смешаны с тоской по тишине
и боязнью оказаться вне
правил, протоколов и обойм.
Прекращая быть самим собой,
плыть в потоке пестром у метро
картой из столичного Таро.
Изживать привычки и акцент
тысячным прогоном мизансцен,
втискивать себя в модельный ряд
и сдавать кому-то напрокат.

В шейкере столичной суеты
незаметно растворишься ты.
Психологическая поэзия | Просмотров: 1002 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 23/07/15 09:46 | Комментариев: 13

В прошлое обе руки погрузить по локоть,
чувствуя, как между пальцев струятся дни.
Смахивать с них облепившую грани копоть
и соскребать затянувшую раны гниль.

Пыль пережитого едкой смолой на легких
плотно осела и водкой её не смыть.
Память – зараза, не зная погод нелётных,
снова подсунет, паскудно хихикнув, сны.

Ими поманит, клянясь сотворить стабильный
и не опасный ни капли проход туда,
где ни за что беззащитных вовек не били,
«да» означало всегда непременно «да»,

где не играли в любовь, не носили масок
и никого в переулках ногами по
телу/душе/голове не лупили часто,
не разрешали ножом алкогольный спор.

Не предавали, не лгали, лепя из грязи
новых князей и калифов на полчаса.
Там оставляли драконов у коновязи,
верили Богу и в сказки, и в чудеса.

В этой вселенной, в которую вход завален,
спрятаться можно от боли, дерьма и слёз,
только туда, к сожалению, не позвали
и не сказали ответа на ключ-вопрос.
Психологическая поэзия | Просмотров: 1120 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 21/07/15 10:51 | Комментариев: 19

— Привет, — я стараюсь сказать это как можно спокойнее, естественнее, что ли, только получается хреново — голос дрожит, выдавая, что на самом деле я все же волнуюсь. Странно.

— Привет, — отвечает он, поднимая голову от ноута и разгоняя рукой сизые клубы дыма, — проходи, чего стоишь? В ногах правды нет.

— Я знаю, — это получается уже лучше, не так напряженно. Нужно взять себя в руки, в конце концов — это всего лишь встреча двух сетевых друзей.

— Чего тогда стоишь? — он иронично приподнимает бровь, в карих глазах мелькают чертики.

— Уже нет, — я наконец-то отклеиваюсь от двери и шагаю в комнату.

Обычный одноместный гостиничный номер: кровать, стол, два кресла, шкаф и табачный дым, от которого я, давно бросившая курить, начинаю кашлять.

— О, черт, — он поднимается с постели, — совсем забыл, сейчас проветрим.

Подходит к балконной двери и рывком ее распахивает. Я невольно скольжу взглядом по его фигуре — ничего особо выдающегося, но и ничего лишнего. Высокий, стройный, светлые джинсы сидят как влитые, но футболка висит, будто на пару размеров больше.

— Я только из душа, — улыбается в ответ на мой взгляд, — а эта ветошь, — приподнимает двумя пальцами футболку, — моя спецодежда. Смешно, но писать могу только в ней.

— Не смешно, — я тоже улыбаюсь, доставая из сумки шариковую ручку. Обычную, пластмассовую, красного цвета, цена ей всего-то пять гривен. — Я вот без нее писать не могу, даже теперь, когда набираю сразу на ноуте.

Он улыбается, подходит почти вплотную и осторожно берет мой «писательский» талисман в руку. Невольно обращаю внимание на отсутствие обручального кольца, хоть и знаю, что он развелся полгода назад. Мое кольцо — на своем законном месте. Не хочу снимать. Зачем? Это же просто встреча двух сетевых друзей.

Он крутит мою ручку в пальцах и спрашивает, не глядя на меня:

— Подаришь?

— Зачем? — срывается ревниво, вызывая у него очередную ироничную улыбку.

— На память, — взгляд скрещивается с моим. Карие, темно-карие... почти черные глаза. Снова. Почему именно так? Почему всегда карие? Просто совпадение? Или у судьбы свое чувство юмора?

— О чем? — невольно хмурюсь, не собираясь отдавать ему свой талисман.

— Как о чем? О встрече, — широко улыбается, но глаза остаются пристально холодными.

— Нет. Без нее я не смогу писать, — произношу вслух, на середине фразы понимая, как смешно и по-детски это звучит. — Могу только обменять, — добавляю, озаренная внезапной мыслью.

— На что? — слишком внимательно и серьезно для шутки.

— На твою футболку. Только так.

— Хитрая, — улыбка приподнимает лишь углы губ. Глаза серьезны, пронзительно-внимательны. — Нет. Неравноценно.

— Почему? — моя ручка до сих пор в его руках, не отнимать же. — Как по мне — в самый раз. Суть не в самой вещи, а в том, что она значит. Ты не согласен?

Молчание и смех, громкий и, как мне кажется, искренний. Потом моя ручка оказывается на столе, а рядом — футболка, которую он стаскивает.

— Жаль, нет весов, не находишь?

— И не надо, — отвечаю, отчаянно пытаясь не смотреть на него слишком пристально.

Просто сетевые друзья. Но почему сейчас так сложно разговаривать? Почему то, что так легко слетало с губ и набиралось пальцами, теперь застревает в горле, першит и колет. Я теряюсь под этим взглядом — это странно, и даже пугает меня.

— Права, — он снова улыбается, — пусть пока лежат, потом решим, что с этим всем делать. Согласна?

Молча киваю. Интересно, неужели он не испытывает этого странного смущения? Похоже, это со мной что-то не так. Слишком сильно привыкла общаться в сети? Править сообщения? И теперь просто боюсь ляпнуть что-то не то? Но зачем тогда я согласилась на встречу?

Просто так вышло. Я оказалась в его городе по делам, и у меня были два свободных часа. Два часа до поезда, который вернет в обычную жизнь. И тогда он просто сказал, что будет ждать и написал адрес. Только и всего, ни слова больше. В его стиле.


Пока я ехала сюда, думала — а стоит ли? Я знаю, как часто встреча в реале разрушает крепкую сетевую дружбу, это случалось уже не раз. А что если?.. Ничего. Лучше жалеть о том, что было.

— Да, — в конце концов, это он сейчас без футболки, а не я. — Ты... Черт, похоже у меня приступ...

— Косноязычия?

— Типа того, — сознаюсь, хоть так не хочется.

— Сейчас вылечим, садись, — указывает мне на кресло, и я покорно опускаюсь туда, тут же оценив «удобство» этого предмета мебели. — Говно, правда? Я про кресло.

— Полное, — я возвращаю улыбку, кажется, теперь получается, — и кто их...

— Жопорукие мастера, — ответ полностью в его стиле.

В стиле, который я уже успела полюбить за эти два года. Именно столько мы общались по сети, изучали друг друга, принюхивались, почти ссорились и снова возвращались. Мне было с ним сложно, но и без него — никак. В чем-то слишком похожие... Мы так и не смогли стать соавторами, хоть время от времени такая мысль посещала то меня, то его. Но... Мы солисты, и этим все сказано. Слишком разные, чтобы написать что-то вместе, чтобы слились мысли, и родилось нечто действительно стоящее, и мы оба это понимали.

А потом узнали от общих знакомых, что у нас, оказывается, бурный роман, вот потому-то мы и помогаем друг другу! Мой муж смеялся над этими байками, его жена ревновала и закатывала истерики. Именно ревность была одной из причин их развода. Она слишком боялась потерять мужа и, сама того не поняв, убила в нем остатки любви.

В день их развода мы разговаривали долго, но ни слова о ней он не сказал, просто показал руку без кольца и тут же перевел разговор на тему своего нового рассказа. Он не жаловался никогда и ни на что, и за это я очень быстро начала его уважать за силу, ту, которая мне всегда нравилась в мужчинах.

А еще он умел успокоить парой фраз. Не жалел, не утешал, а смеялся надо мной — истерично-придурочной. И назло ему, я вытирала слезы сама и доказывала, что не такая, как все «бабы», которых презирала как раз за эти сопли...

Мы читали друг друга, писали друг другу, посвящали стихи и рассказы, но никогда и ничего не написали вместе. Не срослось. Не вышло. Не склеилось.

А сейчас склеится?

— Лечим, — его рука протягивает мне бокал с вином. Красное, с терпко-бархатным ароматом, от которого тоже отвыкла.

— Но я...

— Будешь, — спокойная властность в голосе и взгляд, после которого дальнейшее сопротивление будет выглядеть, как самое что ни на есть тупое кокетство, которое я не выношу. Принимаю бокал, случайно касаясь его пальцев.

Случайно?..

Конечно.

А разве может быть иначе.


— Ну, давай, союзник, — задевает своим бокалом мой. В какой-то момент в моей голове мелькает идиотская мысль, что сейчас последует предложение выпить на брудершафт, но нет, только не он.

— Давай, — подношу вино к губам, вспоминая, что слово «друг» он не употреблял никогда. «Сеть обесценила это», — бросил как-то давно. Я согласилась, к тому времени уже наелась сетевой дружбы.

Лекарство помогает, чувствую, как отпускает дурацкое волнение, и встречаю насмешливый взгляд:

— То, что надо, верно? Не отвечай. Я знаю. Закурю, — ставит меня в известность, выбивает из пачки сигарету. Щелчок зажигалки и струя дыма устремляется к потолку, расплывается под ним какой-то недотучей. — Я рад.

— Я тоже, — отвечаю, отставляя пустой... Уже пустой? Бокал. — Просто как-то...

— Знаю. И кресло говно. Иди сюда, — он плюхается на кровать и призывно машет рукой. — Кое-что покажу. Пока ждал...

Новый рассказ. Что же еще? Или это у меня, после всех своих опусов кровать вызывает нездоровые ассоциации? Вероятно.

— Бокал прихвати, тут на сухую не разберешься.

Сажусь рядом, не слишком близко и не слишком далеко, как раз на том расстоянии, чтобы видеть текст. Вчитываюсь и уже через пару минут начинаю доказывать ему, где он ошибся, что тут надо вот так, что герой ведет себя неверно, и я бы на его месте... Увлекаюсь, жестикулирую, прихлебывая вино и забывая о смущении окончательно.

Все, как и по сети, тогда мы тоже до хрипоты доказывали друг другу свою правоту. Порой почти ругались из-за расхождения во взглядах, но он умел тормозить, а я — нет. Так всегда: меня заносит, и я не успеваю сорвать стоп кран.

— У меня спина затекла, только с дежурства. Я лягу, — он вытягивается на постели и указывает глазами на место рядом. — Падай и докажи мне, где я не прав.

— Запросто! — желание хоть раз утереть ему нос захватывает меня целиком, сбрасываю туфли и устраиваюсь на постели, касаясь его плеча своим. — Ну, смотри же, — зачитываю отрывок, который меня просто бесит, вслух. — Ну, нельзя же так! Ну, лажа же!

— Можно. Только так, — невозмутимо отвечает он и тянется к стоящей на полу бутылке. Тянется через меня, задевая рукой плечо и чуть вдавливая в кровать. — Смотри, — делает глоток прямо из горлышка и протягивает мне, — тут нельзя иначе, потому что он...

Я слушаю, слушаю внимательно, очень внимательно. Ловлю себя на том, что слишком пристально смотрю на его губы. Отвешиваю себе мысленно плюху и поворачиваюсь к экрану. Так о чем это мы?..

Просто слишком давно я вот так: в одной комнате и на одной постели с мужчиной. Не мужем. Просто рядом, но, похоже, слишком близко. Лучше будет встать и вернуться в это чертово кресло. Я не уверена в том, что стоит продолжать играть с собой.


— И вообще я тебя сейчас трахну...

— Что? — ошарашено поворачиваюсь к нему и вижу ту же самую улыбку.

— То. Надо же было как-то привлечь твое внимание. Ты не слушала.

— Нет. Прости, я...

— Думала о высоком?

— Скорее, о неудобном.

— О сексе?

— О кресле, — я сглатываю, чувствуя, что идиотски краснею. — Я хотела пересесть в кресло.

— Зачем?

— Так будет лучше, — набираюсь наглости посмотреть в его глаза.

Улыбки в них больше нет и чертиков нет. Есть то, что я видела в последний раз слишком давно, то, что иногда снилось ночами, то чего мне...

Не нужно.

Вовсе.


— Лучше? — бровь приподнимается, а рука берет меня за подбородок, не давая отвести глаз.

Не сбежать.

— Да.

— Врешь. Хоть и краснеешь, — пальцы касаются края губ, — сотри.

— Что?

— Ложь и помаду. Не люблю.

Теперь мы слишком близко, но я не хочу отодвигаться и пересаживаться в говенное кресло. Не-хо-чу. Все слишком просто и очевидно, как и горячая волна, плеснувшаяся внизу живота. Почти как приступ. Почти больно. То, что было в его глазах и есть в моих, я знаю, что есть.

И я стираю. Одним движением, не боясь того, как это выглядит со стороны. Стираю и смотрю в еще сильнее потемневшие глаза. От него пахнет вином, табаком и... мужчиной. Не моим. И мне слишком сильно нравится этот запах.


— Так лучше? — не узнаю свой голос, он чужой и хриплый. Не мой.

— Да, — он отодвигает в сторону ноут, — два часа, это мало.

— Мало, — повторяю эхом и касаюсь его волос.

А потом... потом губы оказываются слишком близко, а я — под ним. Тяжесть полуобнаженного тела и поцелуй — незнакомый и властный. Отвечаю, уже не пытаясь сбежать от того, от чего убежать нельзя. Не могу. Не хочу. Не буду думать ни о чем сейчас, когда его рука скользит по телу вниз и задирает юбку.

Губы настойчивые и умелые, я не могу перехватить инициативу, не хочу. Не сегодня. Не с ним. Слишком горячо становится внутри, слишком давно это только снилось. Стон срывается сам, когда он быстро расстегивает пуговицы на блузке, и грудь, освобожденная из бюстгальтера, оказывается в его руке. Я запускаю руки в его волосы и теперь уже сама целую. Наверное, слишком жадно, выдавая себя. Нет сил на слова, они не нужны, их время прошло. Наощупь нахожу его ширинку и расстегиваю, рывком стаскиваю джинсы с бедер, не обнаруживая под ними белья, зато горячая твердость члена тут же упирается в мое бедро.

Прелюдии?

Ласки?

Чушь.

Не сейчас.


Желание уже отзывается болью, пульсирует в висках, я закидываю ногу ему на бедро, радуясь, что современные трусики можно и не снимать. Просто сдвинуть и податься навстречу, принимая его плоть, врывающуюся внутрь одним толчком. Резким. Сильным. До упора и до дрожи. До стиснувших его плечи пальцев. Его хриплое дыхание и мои стоны заполняют собой комнату. Кровать скрипит, как любая растраханная гостиничная кровать, но мне плевать. Поцелуи все грубее, движения — резче, даже раздеться до конца нет ни сил, ни желания.

Не останавливайся.

Не смей.


Но, похоже, он и не собирается. Хотя нет — замирает ненадолго, оставаясь внутри, и так же хрипло на ухо:

— Не хочу кончать... Не так быстро, — губы касаются шеи. Поцелуй-почти-укус. Медленное движение бедер. Дразняще-неспешное скольжение. Почти выходит, чтобы снова резко и до конца. И мой крик получается очень громким, потому что все это слишком... Слишком ярко, слишком остро, слишком хорошо, чтобы длиться долго.

Дразнит, позволяя почти кончить и снова замедляясь, играет собой и мной. Но два часа это слишком быстро... слишком мало... слишком...

Выгибаюсь, чувствуя, как крупная дрожь пробегает по коже, оргазм зарождается где-то там внизу живота и ударяет горячей волной вверх. Кричу что-то бессвязное и непонятое, не слышу ничего кроме своего сердца, которое стучит слишком громко.

Он замирает, позволяя мне немного прийти в себя, а потом снова начинает двигаться. На губах появляется та самая улыбка победителя.

— Я знал, что так будет, — произносит, срываясь в рычание, и на мое тело падают капли семени. Его дыхание — тяжелое и хриплое, испарина покрывает наши тела, но так хорошо мне не было уже очень давно, и плевать, что случится потом.

Он ложится рядом, закуривает и молча притягивает меня к себе. То, что нужно — близость тел и ни слова. Говорить не о чем. Не сейчас. Может — потом, а может — никогда, потому что не сто́ит. Он протягивает сигарету мне, автоматически беру, затягиваюсь и... закашливаюсь почти до рвоты. И это разом напоминает о том, что я не курю, не пью и не... Резко сажусь на постели и слышу:

— Не надо.

— Что?

— Жалеть. Так было нужно. Ты знаешь.

Киваю, понимая, что он прав, что возразить нечего, да и незачем. Так было нужно обоим: слить, соединить, склеить. Ненадолго и только один раз. Горечь от этой единственной затяжки до сих пор во рту, и я делаю глоток, тоже прямо из бутылки, чтобы ее смыть.

Вот и все. Часы, висящие на стене, показывают, что мне пора уходить, поезд не будет ждать. Есть время, чтобы сходить в душ, но я не хочу смывать с себя его запах. Пусть. Он исчезнет сам, пока я доберусь домой.

Домой. В свою прежнюю, обычную жизнь еще на десяток лет.

— Мне пора, — встаю, привожу себя в порядок, чувствуя спиной его взгляд.

— Знаю. Два часа...

— Прошли.

— Да.

***

О том, что моя ручка так и осталась в номере, я вспоминаю только в поезде. После того, как он плавно трогается с места, а я достаю из сумки блокнот и... безуспешно пытаюсь отыскать ручку. Последний раз я видела ее... на столе, рядом с его футболкой, там она и осталась.
Пусть. Память нельзя измерить ручками, футболками, бокалом вина и одной сигаретой на двоих, но в чем она измеряется — я не знаю. Строки-стоны навязчиво кружат в голове и, чтобы избавиться от них, я достаю из сумки ноутбук, включаю и выхожу в сеть.

Сообщение. От него.

«Ты была права. Насчет рассказа. Герой действительно не так себя ведет».

И все. И ни слова о том, что было всего-то час назад. Было? Или это просто — тот самый рассказ, который мы наконец-то написали вместе?..

«Я же говорила, что лажа», — набираю, принимая условия игры.

Потом следует долгое обсуждение того, как же можно это исправить, и уже прощаясь:

«Я вышлю тебе его».

«Что?» — не понимаю сразу.

«Талисман».

***
Он сдержал слово, как и всегда. Спустя неделю после возвращения домой, я получила посылку, в которой была... его футболка и записка, небрежно набросанная на обычном стикере: «Суть не в самой вещи, а в том, что она значит. Согласен».
Рассказы | Просмотров: 1392 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 18/07/15 09:28 | Комментариев: 12

Алевтина всегда считала, что к психологам обращаются только слабаки и дамочки с тонкой душевной организацией. Она же — умная, сильная, имеющая за плечами два высших образования и кандидатскую степень, сама сумеет разобраться с любой проблемой. Но так вышло, что пару дней назад женщина все же записалась на прием, будучи изрядно подшофе и почти отчаявшись.

Протрезвев утром и увидев запись в ежедневнике, Алевтина решила плюнуть на это и отменить прием. Но взгляд упал на ушедший в режим гибернации ноутбук, потом скользнул по неубранной квартире, по нескольким пустым бутылкам и переполненной пепельнице, и Алевтина подумала, что иногда в пьяную голову забредают трезвые мысли. Например, такие, как визит к психологу.

Приведя себя в порядок, женщина разболтала в кружке растворимый кофе, скривилась, вдохнув «божественный» аромат коричневой бурды, в котором не ощущалось никакого «бархата», обещанного навязчивой рекламой, и вытряхнула из пачки последнюю уцелевшую сигарету. Щелкнула зажигалкой, затянулась и закашлялась, а тошнота стремительно рванулась из желудка в горло, заставив Алевтину вскочить с места и нестись в туалет, дабы успеть излить душу фаянсовому другу.

Излить душу. Той пьяной ночью эта мысль показалась Алевтине единственно верной. Должен же быть человек, который сумеет ей помочь, а не покрутить пальцем у виска и назвать сумасшедшей, как сделал ушедший полгода назад муж.

Сначала Михаил радовался тому, что у нее, временно сидевшей дома с детьми, теперь есть новое увлечение — сайт в интернете, посвященный литературе. Почти литературе. Но главным было даже не то, что у Алевтины появилась возможность публиковать рассказы и статьи на этом сайте и приобретать там известность. Главным было, что женщина больше не доставала его жалобами на скуку, не трепала нервы и даже стала более пылкой в постели, что приятно удивило Михаила. Как это было связано с сайтом, он не понимал ровно до той поры, пока не заглянул на экран и не увидел, что именно увлеченно строчит Алевтина, зажав в углу рта дымящуюся сигарету.

Его жена и мать двоих сыновей-погодков писала порно. И не просто порно, которое Михаил и сам любил посмотреть при случае. Это было... гей-порно, со всеми вытекающими, а точнее, запихиваемыми подробностями. Вчитавшись в текст, мужчина ощутил, что его затошнило, и поспешил ретироваться на балкон. Закуривая и глубоко затягиваясь горьким дымом, он пытался понять, почему Алевтина пишет это?

Неужели он не удовлетворяет ее в постели? Быть того не может! Хоть они и стали заниматься сексом реже, чем пять лет назад, когда только поженились, но качество этих занятий ничуть не снизилось. В этом Михаил был совершенно уверен, не давали сомневаться плечи, на которых острые ногти Алевтины всякий раз оставляли глубокие царапины. Да и стонала она так, что приходилось закрывать жене рот поцелуями, чтобы не разбудила сыновей. Так почему же тогда порно? Гей-порно?

И тут Михаил кое-что вспомнил. Тогда они только-только поженились и продолжали узнавать друг друга, как в быту, так и в постели. И в одну из ночей, когда оба они изрядно выпили, Алевтина и предложила попробовать нечто новое, пообещав, что это будет очень приятно и обязательно понравится. Михаил, во всем доверявший жене, согласился и вытянулся на постели, ожидая обещанной новизны.

И она не заставила себя долго ждать, выразилась в том, что после нескольких минут особо искусных оральных ласк, Алевтина перевернула его на живот и принялась поглаживать ягодицы. Это было приятно и не так уж необычно, но когда женщина коснулась пальцами входа в его тело, Михаил почти протрезвел и резко развернулся к ней лицом:

— Эй, Аль, я не из этих, — сообщил, сжимая запястья жены, — не по этой части.

— Миш, не бойся, тебе понравится. Я знаю, о чем говорю! — облизывая пересохшие губы, ответила женщина.

— Откуда? — теперь Михаил протрезвел окончательно, возбуждение схлынуло, и проснулась подозрительность. — Только не говори, что вычитала в книжках!

— Нет, понимаешь, я... — и дальше последовал рассказ о том, что его супруга, оказывается, обожает делать мужчинам массаж простаты — так невинно называла она то, что Михаил определил проще и конкретнее:

— Так ты собралась меня вые...? — он осекся, ведь никогда не матерился при женщинах. — Забудь об этом! А я сделаю вид, что этой ночи просто не было, договорились, Аля?

Она помолчала, тяжело вздохнула и, наконец, кивнула, соглашаясь. И действительно, за прошедшие с той ночи пять лет, Алевтина ни разу не делала попыток раскрутить мужа на «массаж». Но, как выяснилось, тяга к мужским задницам никуда не делась и вот теперь нашла выход в рассказах, от пары абзацев которых Михаилу становилось дурно.

Может, запретить ей посещать сайт? Но эту мысль мужчина тут же отбросил — пусть лучше так реализует свои бредовые фантазии, чем подбирается к его заду!

В конце концов, зарегистрирована она там под левым ником, а с аватара на Михаила смотрела какая-то курящая девица, совершенно не похожая на Алевтину. Так что можно быть уверенным: о том, что пишет его супруга, коллеги Михаила, негативно относящиеся к «радужной» братии, никогда не узнают. Вряд ли их когда-то занесет на сайт, где пасутся, в основном, малолетки.

Решив не отнимать у жены новую игрушку, он еще не знал, что подписал смертный приговор их браку. И подумать не мог, что некоторых нужно останавливать насильно, потому что они не способны сделать это сами. Алевтина не смогла. Но разрушило семью вовсе не гей-порно, которое она сочиняла, оно вскоре показалось Михаилу невинной детской забавой. Шуткой, хоть грязной, пошлой и отвратной, но шуткой.

Настоящие проблемы начались, когда Алевтина открыла для себя еще одно развлечение — сетевые разборки или «холивары», как назвала она это действо, отнимавшее у женщины все больше времени. Когда это началось? Михаил не заметил, слишком много проблем было на работе, по сути, дома он в последние полгода только ночевал. Содержать одному семью из четырех человек, да еще и выплачивать ипотеку за трехкомнатную квартиру — задача не из легких. Пока что он справлялся, но времени на жену и детей ощутимо не хватало.

Возвращаясь домой уставшим, голодным и издерганным, Михаил хотел только поесть, принять душ и отрубиться до утра, даже на секс времени и желания не было. Впрочем, Алевтину это вовсе не расстраивало. Казалось, она с трудом замечает происходящее вокруг и постоянно погружена в какие-то свои проблемы. Сначала это выражалось в резкой смене настроения и отсутствующем взгляде, с которым Алевтина смотрела на Михаила, пока он ужинал.

Бывало, жена встречала его с улыбкой, потом отходила «на секунду», а возвращалась мрачнее тучи или же с блестящими от сдерживаемых слез глазами. На вопросы Михаила, что же случилось, Алевтина отвечала, что это сетевые проблемы, в которых она сама прекрасно разберется, а ему и знать об этом не нужно. Слишком уставший, чтобы возражать, мужчина молча кивал, доедал ужин в одиночестве, немного играл с сыновьями и отправлялся спать.

Алевтина ложилась гораздо позже, полночи стучала по клавишам, часто забывая убрать со стола грязную посуду и поставить в холодильник остатки еды. Она вся была там — на виртуальной войне. Защищала одних друзей, потом эти друзья почему-то оказывались врагами и она так же пылко обороняла от них тех, кто был друзьями теперь.

Все это Михаил понимал из отрывочных рассказов Алевтины, когда ему удавалось ненадолго вернуть жену в реальный мир. Ненадолго — это слово и стало ключевым. Сайт оказался заразой, исподволь разрушавшей их брак, Михаил это видел, Алевтина — упорно отрицала. А вместе с тем, теперь у нее почему-то уже не хватало времени на то, чтобы вовремя приготовить ужин, постирать белье и погладить ему рубашки. Женщина перестала заниматься с детьми, и сыновья были предоставлены сами себе. Не до них!

В интернете кто-то не прав!

Эту фразу Михаил сначала произносил с улыбкой, намекая жене на чрезмерную увлеченность сетевыми разборками, а потом улыбаться перестал. Предпоследней каплей стал вечер, когда, вернувшись домой, Михаил увидел, что оба сына — грязные и, по всей видимости, голодные, спят в обнимку перед телевизором, а Алевтина... яростно стучит по клавишам ноутбука, не замечая ничего вокруг.

И тогда его накрыло. Молча подойдя к женщине, Михаил схватил ноутбук и грохнул его об пол. В ответ на ошарашенный, полубезумный взгляд жены так же молча развернул ее в сторону зала, где на ковре спали дети. И по-прежнему не говоря ни слова, толкнул Алевтину к ним, а сам вышел на балкон, опасаясь, что сейчас может окончательно сорваться и впервые поднять на женщину руку.

После этого случая их жизнь стала почти нормальной, если не считать того, что блеск из глаз Алевтины совершенно исчез, она снова была примерной женой и матерью, но радости от этого Михаил не испытывал. Укоризненные взгляды, которые бросала на него женщина, когда думала, что муж не видит, заставляли его чувствовать себя виноватым. И через неделю Михаил сам купил новый ноут, правда, предварительно долго разговаривал с Алевтиной, убеждая ее не рушить семью из-за... виртуала. Жена обещала, но как только снова получила возможность выходить в сеть — все вернулось на круги своя.

Теперь у нее появился персональный враг — какая-то девушка, с которой Алевтина совсем недавно постоянно переписывалась и называла лучшей подругой. Что там у них случилось, что не поделили женщины, Михаил не знал, но имя «лучшей подруги» теперь действовало на Алевтину как красная тряпка на быка. Рухнув с головой в виртуальные страсти, она опять отодвинула реал на задний план. И хоть еда была готова вовремя, дети — чисты и накормлены, уюта в доме не наблюдалось. Он куда-то исчез. Ушел в виртуалье?

Второй грандиозный скандал и предтеча окончательного разрыва произошел, когда Алевтина ни с того ни с сего сорвалась на Михаила. В ответ на замечание, что суп снова несоленый, она визгливо заорала, что это нормальный суп, а если ему не нравится — может обедать в ресторане!

— Если бы ты меня любил, то поддержал бы, а не донимал придирками! — голосила Алевтина, собирая с полу осколки того, что еще минуту назад было тарелкой. — У меня и так сил больше нет, не могу видеть ее! А ты... Ты ничего...

— Замолчи! — Михаил встал, взял жену за плечи и встряхнул, чтобы привести в чувство. — Не пугай детей! Истеричка! — процедил ей в лицо и встряхнул еще раз. — Не можешь видеть — не смотри. Удаляй, к чертовой матери, свой профиль с этого гребаного сайта! Сейчас же!

— Что ты сказал? — ошарашено спросила Алевтина, приходя в себя и пугаясь ярости во взгляде мужа.

— Удаляй. Свой. Профиль. Сейчас же, — почти по слогам повторил он и потащил женщину к ноутбуку. — Или я завтра подам на развод. Ты совсем обалдела с этой виртуальщиной! Удаляй!

Поняв, что муж не шутит, Алевтина сделала то, что он хотел, и еще на некоторое время неизбежный крах брака был оттянут. Несколько недель Михаил выносил ее хмурую физиономию, старался как-то развеселить, дарил подарки, но ничего не помогало. И тогда он разрешил Алевтине снова зарегистрироваться на сайте, но взял с нее слово — никаких холиваров, просто публикации и общение.

Она держалась три недели, а потом... Потом все стало по-прежнему. Виртуальные скандалы рикошетом отражались на реале, дети и муж снова отошли на двадцать пятый план, потому что главным было — уничтожить как вид «подругу», которая продолжала жить и здравствовать на том самом сайте. Вернувшись в очередной раз домой и застав жену в пылу виртуальной войны, Михаил молча одел детей и отвез их к своей матери. Пока он собирался, Алевтина даже не подняла головы от клавиатуры.

Помириться она предлагала. Когда адвокат Михаила передал женщине документы на развод, Алевтина вспомнила о муже и детях и примчалась к свекрови, желая поговорить с пока еще супругом. Разговор был коротким и резким:

— Тебе никто не нужен. Ни я, ни дети, — сказал Михаил, глядя на женщину, которую когда-то любил. — Так к чему этот фарс? Сыновей я воспитаю сам, а ты... воюй и дальше, тебе же это надо, верно? Знаешь, на энергии твоей ненависти мог бы отлично работать вечный двигатель, но не семья. И последний совет — найди себе врача, ты больна, Аля.

После этого Михаил захлопнул дверь перед носом женщины, не дав ей сказать ни слова.

Тогда Алевтина заорала в закрытую дверь, что это ему нужен врач, а отнять у нее детей у Михаила не выйдет, потому что она мать. Но у него вышло. Деньги и связи всегда много значили в этом мире, и судья вынесла вердикт в пользу Михаила, отдав ему опеку над обоими сыновьями. Алевтину же суд обязал выплачивать детям алименты, что стало еще одним пунктом в длинном списке того, почему же она так ненавидит бывшую подругу.

Ведь именно она, та девушка, и была виновата во всем! Это из-за нее Алевтина потеряла все и осталась одна, была вынуждена устроиться на нудную работу, чтобы содержать себя и выплачивать алименты. Она, и только она, виновата и как жаль, что нельзя заставить заплатить по счетам! Если бы Алевтина знала, где живет «подруга», приехала бы и своими руками удавила паскуду, чтобы восстановить справедливость!

Но этого женщина не знала, а вычислить реальный адрес не представлялось возможным, потому ей оставалось одно — всячески отравлять подруге жизнь на сайте, давно превратившемся в ристалище.

И она делала все, чтобы заставить ту сдаться и снести аккаунт. Писала с разных профилей разгромные рецензии на рассказы «подруги» или просто хамила, зная, что это обязательно ударит по нервам. Потом принялась жаловаться администрации на «подружкины» работы, якобы являющиеся плагиатом. Пусть понервничает, сучка, доказывая, что не лошадь! Она-то докажет, но нервишки потрепает знатно! Особенно если подавать по нескольку жалоб за день.

Представляя, как дергается «подруга» всякий раз, открывая сайт и видя «Новое личное сообщение», Алевтина мстительно улыбалась. Но надежда на то, что на своей публичной странице «подруга» обязательно расскажет об этих злоключениях, чтобы ее пожалели хомячки, не оправдалась. Ни слова. Ни в профиле, ни на страницах в соцсетях, и даже ни одного гневного стиха, которые «подруга» была горазда строчить, стоило наступить ей на хвост.

Неужели поумнела? Быть того не может! По всей вероятности — сумела найти того, кто будет думать за нее! И Алевтина легко вычислила этого человека и щедро отсыпала и ему того же проса, которым кормила «подругу». Только тот оказался удивительно толстокожим, и ни одна стрела не достигла цели.

Глядя на то, как эта парочка публикует свои поганые сочинения и собирает все больше читателей, Алевтина скрежетала зубами от злости и не могла думать о чем-то другом.

Отомстить. Уничтожить. Сделать жизнь невыносимой. Облить союзничков грязью везде, где только возможно! Благо соцсети предоставляют для этого массу возможностей. И Алевтина старалась, как могла, но все было впустую. И тогда она начала пить, надеясь хоть так забыть о той, что разрушила ее жизнь одним фактом своего существования.

Все это Алевтина теперь и вспоминала, сидя на кухне, глядя на полную грязной посуды мойку и словно впервые почувствовав, что в квартире невыносимо воняет пылью, испорченными продуктами и еще чем-то невыразимо гадким.

И эта мысль — посетить психолога? Что это было? Остатки здравого рассудка? Попытка спасти хотя бы себя саму? Ответа Алевтина не знала и поначалу отмела эту крамольную мысль. Но внимательно оглядевшись вокруг, женщина поняла, что если ничего не сделает — то очень скоро просто сойдет с ума от ненависти, с которой не смогла справиться. А потому, она убралась в квартире, перемыла посуду, привела себя в порядок и в назначенное время постучалась в кабинет психолога.
Рассказы | Просмотров: 1405 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 13/07/15 11:17 | Комментариев: 10

Стреляли всю ночь — обычно,
и за ́ год вошло в привычку
искать в переходах нычки,
но к черту такой расклад.
В печёнках засели стычки,
надежда горит как спичка,
полгода пустует личка —
молчанию кто-то рад.

Подвалов сырые пасти
на завтрак глотают детство,
а после икают сыто,
гурмански смакуя страх.
Забытое слово «счастье»
в короткое «не» одето,
стыдливо полой прикрыто,
синицей дрожит в руках.

Привыкнуть возможно к боли,
на слух отличать раскаты,
не путаясь в грозном рыке,
иначе — обречены.
Но сердце упорно молит,
ему неотложно надо
набросить на иглы крика
полотнище тишины.
Гражданская поэзия | Просмотров: 1184 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 07/07/15 20:32 | Комментариев: 12

— Мужи Афин, — начал Астин, обводя взглядом собравшийся ареопаг, — сегодня я буду говорить о преступлении, подобного которому еще не знали эти стены. Я расскажу вам о том, как была использована во зло власть Эрота над сердцем юноши, как был он превращен в убийцу расчетливым и холодным человеком, — говоря это, молодой афинянин глянул сначала на Кассандра, потом — на Лаэрта, сохранявшего на лице надменное выражение. — Я расскажу о том, как любовь к золоту и роскоши уничтожила честь, и буду просить вас вынести справедливый приговор. Я говорю об убийстве Реса, сына Оригена, случившемся два года назад. Тогда в нем был обвинен отец Кассандра — Эвмел.

— Ты утверждаешь, что суд вынес неверный приговор? — громко спросил седобородый толстяк из верхнего ряда.

— Только потому, что гелиастам было неведомо то, что знаю я, — спокойно ответствовал Астин.

— Астин, сын Агенора, ареопаг готов выслушать тебя, — громко и властно произнес Офелос, председательствующий на этом собрании.

— Мужи Афин, я обвиняю Лаэрта, сына Реса в предумышленном убийстве собственного отца из желания завладеть наследством, которое тот собирался завещать своему младшему сыну. Вдова Реса Атэна может подтвердить мои слова, — Астин указал на сидящую тут же женщину, которую и в этот раз сопровождал отец. — Зная, что кара за отцеубийство — смерть, Лаэрт решил совершить это чужими руками, а кто может лучше подойти на роль убийцы поневоле, чем влюбленный мальчишка, готовый на все, лишь бы помочь избраннику? Всем нам известно, какую власть имеет над нами Эрот, как превращает в безумцев даже зрелых мудрых мужей, так что говорить о юноше, впервые познавшем любовь? Лаэрту ничего не стоило влюбить в себя отцовского воспитанника — боги щедро одарили его красотой и мужественностью, и некоторое время он тайно встречался с Кассандром, уверяя юношу в своей любви. Когда же Лаэрт понял — время пришло, посетовал на то, что тайное перестало быть явным, и разгневанный отец собирается отослать его вон, лишив наследства. Нетрудно представить, какое решение принял ослепленный любовью юноша, как именно задумал спасти возлюбленного от бесчестья, будучи уверенным, что никто не узнает о том, как умер его наставник. Однако же, как только дело было сделано, Лаэрт вызвал стражу и подал жалобу в суд. И сейчас я спрашиваю вас, о, мужи Афин, справедливо ли это? Справедливо ли карать меч, вместо руки, сжимавшей его рукоять? Будет ли такое решение мудрым?

— Лаэрт, что скажешь ты в свою защиту? — обратился Офелос к мужчине, и тот мгновенно поднялся с места и заговорил:

— Мужи афиняне, нужно ли защищаться тому, кто невиновен? Позвольте мне пояснить вам, откуда берут начало эти нелепые обвинения, которые вам довелось выслушать. Но прежде я хочу обвинить Кассандра в покушении на мою жизнь, которое он совершил прошлой ночью, явившись в мой дом незваным вместе со своим любовником Астином. Чудом удалось мне избежать смерти, пообещав им признать свою вину в том, чего не совершал, но я не могу солгать вам, мужи Афин, мой отец учил меня, что ложь недостойна мужчины.

— Правда ли это? — сурово спросил у Кассандра Офелос. Юноша поднялся со своего места и ответил:

— Да, клянусь водами Стикса, я хотел убить его, потому что так велели боги, но я пришел туда сам, не зная, что Астин последует за мной, его вины в этом нет, и если желаете судить, то судите меня.

— Ты сказал — боги велели тебе убить Лаэрта, — задумчиво протянул мужчина, собирая густую бороду в горсть, — как это было?

— Я пошел в храм Зевса к оракулу и там увидел сон, в котором новый возлюбленный Лаэрта убивал его жену, — прямо глядя в глаза Офелоса, сказал Кассандр, — и когда пришел в дом, все было точно так же, как во сне.

— Кроме того, что никто никого не убивал! — насмешливо перебил Кассандра Лаэрт. — На прошлом суде ты вел себя достойнее — хотя бы молчал, сейчас же сочиняешь нелепые сказки, думая, что кто-то поверит в это? Ты просто хотел отомстить мне и уговорил своего любовника помочь тебе, а боги тут ни при чем.

— С этим обвинением мы разберемся позже, — решил Офелос, — Лаэрт, сказал ли правду Астин, обвиняя тебя?

— Ни единого слова, — совершенно спокойно ответил мужчина, — я никогда не был любовником Кассандра, а значит — не мог ничего ему сказать. Юноша этот был воспитанником моего отца, которого и убил по до сих пор неизвестной никому причине.

— Что может служить тому доказательством?

— Мое слово, слово афинского гражданина, — гордо изрек Лаэрт.

— А чем докажешь свои слова ты, Астин, сын Агенора?

— О том, что Лаэрт и Кассандр встречались тайно, знали не только они, — спокойно ответил Астин, — это было известно еще одному человеку.

— Он здесь? — задал вопрос заинтересовавшийся Офелос.

— Да. Идей, подойди сюда и поведай ареопагитам о том, что ты видел, — позвал Астин мальчишку, все это время стоявшего у двери.

— Раб? — расхохотался Лаэрт. — Чего стоит слово раба, которого Астин выкупил у меня в то время, когда шел суд? Полагаю, если допросить Идея с пристрастием, он скажет совсем другое! Возможно, мы даже узнаем, сколько заплатил ему Астин за ложные свидетельства.

— Закон запрещает пытать свободных эллинов, — парировал Астин, глядя в глаза соперника и читая в них неприкрытую ненависть, — а Идей более не раб.

— А ты щедр! — иронично бросил Лаэрт. — Оплачиваешь свободой ложь? Неужели ласки этого Ганимеда стоят так дорого? — теперь полный презрения взгляд уперся в Кассандра, но юноша глаз не опустил.

— Идей, — Офелос осадил взглядом Лаэрта, — расскажи нам то, что говорил своему хозяину.

— Лаэрт и Кассандр, они на самом деле были любовниками, — начал мальчишка, смущаясь под тяжелым взором эллина, но все же сумел пересилить свой страх и подробно рассказал о том, как стал свидетелем тайных встреч в апотеке.

— Ты клянешься в том, что не лжешь?

— Клянусь водами Стикса, — честно глядя в пронзительные глаза пожилого мужчины, ответил Идей.

Следом за мальчиком к ответу призвали Кассандра. Юноша встал, ощущая на себе десятки взглядов — таких разных и таких похожих, и приготовился отвечать.

— Кассандр, подтверждаешь ли ты сказанное Идеем и Астином? — спросил Офелос, внимательно рассматривал юношу, невольно отмечая, что тот действительно красив, как Ганимед.

— Да, — односложно ответил Кассандр.

— Говорил ли Лаэрт с тобой о том, чтобы убить своего отца?

— Нет, это решение я принял сам и не снимаю с себя вины.

— Почему ты так решил?

— Я хотел помочь Лаэрту, — спокойно и ровно ответил юноша, — спасти его от отцовского гнева и бесчестия.

— Почему же ты не сказал ничего, когда гелиасты слушали твое дело? — задал вопрос тот самый толстяк из верхнего ряда. — Я был на тех заседаниях и слышал все своими ушами.

— Неужели это непонятно? — ответил вместо юноши Астин. — Преданный суду тем, кого любил и ради кого совершил преступление, Кассандр не желал более жить, пораженный Антэросом в самое сердце.

— Но он говорит сейчас… — протянул толстяк и спросил безо всякого перехода: — Это правда, что вы — любовники?

— Да, — не колеблясь, ответил Астин, а Кассандр просто наклонил голову в знак согласия. — Именно потому я и пошел вслед за Кассандром. Я хотел остановить его, не позволить убить, однако любовь не заставит меня солгать. Да и разве имеет это значение сейчас, когда речь идет о преступлении против чести? Философы учат нас, что наставники должны вести юношей к свету знания и добродетели, давать им лучшее и подталкивать к достойным свершениями. А что сделал Лаэрт? Как воспользовался он им же разожженной любовью? К чему толкнул доверившегося ему юношу? Он, именно он, вложил в руки Кассандра оружие, и вы не можете не понимать этого!

— Твой отец может гордиться тобой, Астин, — произнес Офелос, — он вырастил себе достойную замену. Однако у меня остался еще один вопрос к тебе, Кассандр. Ареопаг желает знать, отнял бы ты жизнь наставника, если бы не жалобы Лаэрта на отцовский гнев?

— Нет, — без колебаний и не отводя синих глаз ответил юноша, — я не испытывал к учителю ненависти.

— Лжешь! — вдруг закричал Лаэрт, срываясь со своего места. — Не ты ли жаловался мне на то, что с трудом выносишь прикосновения отца? И только мысли о наших ночах помогают сдерживаться?

— Лаэрт, эти твои слова ареопаг трактует как признание в тайной любовной связи с Кассандром, — осек мужчину Офелос. — А раз это — правда, то и все остальное слагается в единый узор, теперь же займи своё место, а мы желаем задать несколько вопросов вдове Реса.

Атэна поднялась со своего места, и совсем скоро ареопаг услышал подтверждение того, что причиной убийства было наследство, которое не желал выпускать из своих рук Лаэрт, не желал настолько сильно, что использовал влюбленного мальчишку как оружие. Отец женщины подтвердил ее слова, сказав, что его дочь вернулась домой только с тем, что уносила, а внук не получил ничего.

Ареопаг загудел, как большой пчелиный улей, обсуждая услышанное, подобное преступление действительно требовало особого наказания. Обсуждение прервал Лаэрт, снова поднявшийся с места и обратившийся к эллинам:

— Мужи Афин, хочу напомнить, чтобы вы не забыли и о моем обвинении! Попытка убийства должна быть наказана так же, как и мое якобы преступление против собственного отца, которого я любил и чтил, как всякий хороший сын.

— Чтил настолько сильно, что поспешил жениться, не дожидаясь, пока остынут угли его погребального костра? — насмешливо бросил Астин. — За то, что мы проникли в твой дом, я готов уплатить назначенный ареопагом штраф и не отрицаю нашей вины, которая не так уж велика, учитывая то, что ты до сих пор жив. Жив, благодаря мальчишке, за спину которого спрятался! — жестко добавил молодой афинянин. — И будь моя воля, я вывел бы тебя на агору, наряженным в женское платье, потому что ты не просто подлец, но еще и трус!

— Позовите сюда мальчика, о котором идет речь, — тут же велел Офелос и через пару мгновений перед ареопагом предстал Димант, с лица которого до сих пор не сошли следы слез или же он плакал все это время.

— Расскажи нам, что произошло вчера в доме твоего наставника? — мягко задал вопрос пожилой мужчина. — Не пытайся обмануть нас, спасая кого-либо, этим ты только навредишь своему покровителю.

— Вчера ночью я проснулся внезапно, словно кто-то коснулся моего плеча, — начал Димант, а потом рассказал о том, что случилось, не поднимая низко опущенной головы.

— Так ли все было? — спросил Офелос, когда мальчик замолчал, и все трое мужчин синхронно кивнули. А после прозвучал вопрос, заставивший напрячься в ожидании весь ареопаг.

— Скажи нам, Димант, говорил ли твой покровитель о трудностях, возникших у него в последнее время? Жаловался ли тебе на кого-либо?

— Нет, — не колеблясь, ответил мальчик, и на лице Лаэрта расцвела торжествующая улыбка, но тут Астин сказал мягко и спокойно:

— Вчера ты был готов умереть, защищая своего наставника, и я восхищен силой твоего духа, а убить ради него ты смог бы?

— Да, — так же не задумываясь ни на миг, ответил Димант.

— Мужи Афин, я протестую! — громко воскликнул Лаэрт, вскакивая с места. — Мало ли что может прийти в голову мальчишке? Да и какое отношение домыслы Астина имеют к нашему делу?

— Согласен, — кивнул Офелос, отпуская знаком мальчика. — Однако мы и так услышали достаточно. Лаэрт, в начале заседания ты сказал, что не был любовником Кассандра, потом — что не смог бы солгать нам, а спустя немного — сознался в том, что тайная связь все же была, — спокойно и тяжеловесно говорил Офелос. — Ареопаг больше не верит тебе. Мужи Афин, мы услышали достаточно, пришло время принять решение. Мой вердикт таков — за совершенное чужими руками отцеубийство Лаэрт, сын Реса приговаривается к смертной казни или же лишению гражданства и вечному изгнанию из Афин. Имущество его надлежит отдать сводному брату, исполнив таким образом волю убитого. Кассандр, сын Эвмела и Астин, сын Агенора приговариваются к штрафу в три мины за проникновение в особняк с целью убийства. А сейчас я прошу вас голосовать.

Эпилог


— Лаэрт выбрал изгнание, — сказал Астин, когда они с Кассандром стояли в храме у статуи Эрота.

— Я так и знал, — кивнул юноша, возлагая свою жертву к ногам бога, — он слишком любит жизнь и себя, чтобы выпить чашу. Но меня куда больше волнуешь ты…

— О чем ты, эроменос?

— Тебя могут никогда не выбрать в гелиэю из-за этой истории, — все же произнес Кассандр то, что мучило с самого окончания заседания, — по моей вине ты расстроишь отца. Может, я и правда проклят, как сказала моя мачеха?

— Не говори мне, что хоть на мгновение поверил женщине, да еще и ненавидящей тебя! — Астин обнял юношу за плечи. — Она сказала это, чтобы уязвить тебя и только. Каждый из нас сам выбирает, как ему поступить, выбор этот не всегда верный, но он есть. Я мог не идти за тобой, и тогда ты убил бы Лаэрта, скорее всего — попался и снова был бы осужден, хотя… нет, не мог. Сердце последовало бы за тобой, как и всегда, а разве сумею я жить без него и без тебя?..

— Эрот свидетель, если бы не ты, я убил бы его, — прижимаясь к возлюбленному, сказал Кассандр, — но сейчас я рад, что этого не случилось. Ведомый гневом, я совершил бы ошибку, исправить которую невозможно, и принес бы в дар Антэроту нашу любовь. Прости меня… — он заглянул в глаза Астина, но не увидел в них осуждения, только мягкое тепло, к которому уже успел привыкнуть, которое давало силы жить и врачевало нанесенные другими раны.

— Ты не виновен передо мной ни в чем, будь ты другим, вряд ли я полюбил бы тебя, — серьезно сказал Астин, — боги одарили тебя не только красотой, но и пылким сердцем, ты ничего не делаешь наполовину — будь то ненависть или любовь, или… ведение записей. Ты отдаешься весь, потому что в груди твоей пылает божественный огонь.

— Никогда прежде не слышал я от тебя таких слов…

— Я плохой оратор, — сморщил нос Астин и улыбнулся, — и вот это может действительно помешать мне стать гелиастом, как желает отец.

— Неправда, на суде ты говорил прекрасно, — возразил Кассандр, — я видел, как слушали тебя все эти мужи, как довольно улыбался Офелос, да он сам отметил твою речь!

— Я говорил о тебе, защищал тебя и обвинял того, кто поступил с тобой подло, но смогу ли быть столь убедителен, говоря о чужих мне людях?

— Сможешь, — уверенно сказал юноша, — боги помогут тебе, я знаю.

— Ты снова видел сон? — приподнял бровь Астин.

— Да.

— И что снилось тебе в этот раз?

— Я не могу говорить об этом в храме, — на мгновение опустил взгляд Кассандр.

— Даже в этом? — указывая взглядом на статую Эрота, спросил Астин.

— Даже в этом, не хочу, чтобы слышал он, — синие глаза метнулись в сторону статуи Антэрота, находящейся в этом же храме, но чуть поодаль. — И, кроме того, я забыл кое-что.

Спустя мгновение, Кассандр подошел к статуе бога, тяжесть власти которого уже успел познать, и положил свою жертву, после вернулся к Астину и произнес:

— Не хочу, чтобы он обиделся на меня и явился снова.

— Пока Эрот владеет нами, другим богам тут делать нечего, — уже без улыбки сказал Астин. — Но мне не терпится узнать, что же снилось тебе, эроменос, и кроме того, отец ждет нас к ужину, а значит — стоит поспешить.

— Хорошо, — снова заулыбался Кассандр, — а свой сон я расскажу тебе после ужина, иначе дикаст рискует лечь спать голодным!

— О, боги, пошлите мне терпения! — воскликнул Астин, снова обнимая юношу за пояс и направляясь к выходу из храма.

08.10.14
Повести | Просмотров: 1002 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 07/07/15 01:55 | Комментариев: 2

…Особняк оставался таким, как в то время, когда Кассандр позировал Алкиною, даже статуи те же и на тех же местах… а вот и несколько новых, последняя все еще в мастерской. По всей видимости, Лаэрт и тут решил продолжить отцовское дело — увековечивать воспитанников. И эта, последняя, еще незаконченная статуя изображала того мальчика, который так доверчиво прижимался к Лаэрту на стадионе.

Увидев это снова, но уже не во сне, Кассандр замер на месте, всматриваясь в черты мальчишеского лица: большие глаза, капризный изгиб губ, прямой нос и спадающие на плечи волосы. Так сильно похож на него самого, что немудрено и спутать, только мальчику этому лет еще меньше, чем было тогда Кассандру. Проведя пальцами по щеке изваяния, Кассандр огляделся, ища свою статую, но в мастерской ее не обнаружилось, равно как и в уже посещенных юношей комнатах.

Он проник в дом глубокой ночью через ту же потайную дверь, которой пользовался, спеша на свидание с Лаэртом. К счастью, все оставалось точно таким же, словно годы обошли стороной дом, принесший юноше столько горя. Босые ноги ступали неслышно, а легкое дыхание было столь тихим, что только Боги могли различить его.

Свет Кассандру не требовался — он прекрасно помнил расположение комнат, а дорогу в женскую половину ему подсказал сон. И сейчас юноша спешил туда, надеясь, что успеет и не позволит пролиться крови. В правой руке он сжимал остро заточенный стилос — точно такой же, которым когда-то отнял жизнь Реса. Однако в эту ночь все должно быть иначе — виновные покараны, невинные спасены.

Быстро поднимаясь по лестнице и моля Морфея даровать обитателям дома самый крепкий сон из всех возможных, Кассандр приближался к двери, которую уже видел во сне. На мгновение юноша замер, приложил ладонь к груди и прошептал краткую молитву, моля Фемиду благословить его, а потом осторожно открыл дверь.

Как и в его сне, на стоящем посреди комнаты ложе спала молодая черноволосая женщина. Тонкое покрывало было сброшено во сне, и сейчас она лежала перед юношей совершенно нагой. Однако красота ее не заставила сердце Кассандра забиться чаще, он просто подумал, что такое тело могло бы вдохновить не одного скульптора. Однако… мальчика с ножом около ложа не было. Неслышно передвигаясь по комнате, Кассандр осмотрел ее всю и не обнаружил никого, кроме спящей супруги Лаэрта.

Решив, что боги просто привели его сюда раньше, юноша так же беззвучно выскользнул за дверь и направился к комнате, которую когда-то занимал сам. Кассандр был уверен, что найдет нового Ганимеда именно там, и не ошибся. Мальчишка крепко спал и казался сейчас совсем юным. Это его теперь целует и ласкает тот, кого Кассандр когда-то любил сильнее всего на свете, ради кого был готов умереть, ради кого убил… И этот мальчик тоже… точно так же. И есть только один способ не допустить этого.

Уже выходя, юноша заметил на полу у постели папирус, так, словно мальчик читал его, засыпая, а потом выронил. Наклонившись ниже, Кассандр всмотрелся в написанное, благо лунный свет, падавший в раскрытое окно, позволял это сделать, и почти не удивился, узнав строки, когда-то написанные своей же рукой.

Горькая усмешка скользнула по губам Кассандра, захотелось схватить папирус и разодрать в клочья, а еще лучше — бросить в огонь и смотреть, как тот рассыпается пеплом. Юноша даже руку протянул, но тут же одернул себя — не за этим он тут, да и шорох разбудит нового Ганимеда, а причинять мальчишке вред не хотелось. Бросив полный ненависти взгляд на папирус, Кассандр покинул комнату, которой когда-то так восхищался, и направился к спальне Реса, резонно решив, что найдет Лаэрта там.

Юноша снова оказался прав, его бывший возлюбленный спал на ложе, которого Кассандр не помнил. Похоже, Лаэрт сменил его после смерти отца, что было неудивительно, учитывая, как тот умер. Глядя на спящего мужчину, Кассандр ощущал, как откуда-то со дна его души снова поднимается ненависть, как заставляет она крепко стиснуть в руке стилос и подойти ближе, не отрывая взгляда от лица Лаэрта.

Чувствуя, как все чаще колотится сердце, как стучит в виски кровь, Кассандр подкрался к постели с того края, около которого лежал Лаэрт, понял руку со стилосом, а потом резко опустил ее, метя в сердце. Но в этот момент мужчина повернулся набок, и острие вонзилось в матрас. «Проклятье!» — еле слышно прошептал Кассандр, занося руку для нового удара, но опустить не смог.

— Так кровь не смоешь, — произнес Астин, крепко сжимая руку возлюбленного, — ты выбрал не тот путь, эроменос.

— Пусти, — прошипел Кассандр, пытаясь высвободиться, — боги велели мне сделать это!

— Во имя Зевса, что… — раздался голос проснувшегося Лаэрта, Астин от неожиданности разжал руку, и тут же Кассандр вскочил на постель и приставил к горлу Лаэрта свое оружие, увидел страх в когда-то любимых глазах и услышал: — Ты?..

— А ты хотел бы никогда не видеть меня больше? — усмехнулся юноша, сдавливая острие сильнее. — Боги сказали мне, что ты хочешь сделать с тем, кто занял мое место, я не позволю.

— Ты болен, — прохрипел Лаэрт, успевший понять, что положение его на редкость незавидно, — ты пришел сюда со своим любовником, чтобы убить меня, хотя… чего хочу я от убийцы?

— Не лги, когда стоишь в шаге от Стикса, — теперь уже громче сказал юноша, — из нас двоих это клеймо куда больше подходит тебе.

— Кассандр, — Астин снова подошел ближе и по взгляду Лаэрта понял, что тот его узнал, — если ты убьешь его сейчас, я должен буду предать тебя суду.

— Все равно, — на мгновение юноша глянул на возлюбленного и тот прочел в синих глазах печаль и спокойную уверенность в своей правоте, — я готов к смертной чаше, уже давно.

— А я нет! — воскликнул Астин. — Я не готов потерять тебя из-за отцеубийцы, однажды уже толкнувшего тебя на преступление.

— А ты не глуп, сын дикаста, — прохрипел Лаэрт, придавленный к постели сидящим на его бедрах юношей. — Но у тебя по-прежнему нет никаких доказательств. Только домыслы, я не давал ему приказа убивать отца, и это подтвердит любой мой раб или даже вольный слуга, подтвердит и под пыткой! Я не знаю, почему он это совершил тогда и почему хочет убить меня сейчас, а ты… ты будешь соучастником убийства, если позволишь сделать это. Ты настолько пленился его красотой, и я могу тебя понять… мой отец тоже был очарован этим… Ганимедом, он даже заплатил его отцу, чтобы тот прислал Кассандра сюда, получается — купил свою смерть, так дешево…

— Лаэрт, — как можно спокойнее продолжил Астин, медленно опуская руку на плечо Кассандра, — я могу доказать, что ты был любовником Кассандра в то время, когда он жил здесь, и точно так же я знаю, почему ты вложил в его руку оружие. Твой отец собирался отдать все имущество твоему сводному брату, и ты случайно узнал об этом. И я не просто знаю, я могу доказать это в суде, куда и вызову тебя, обвинив в устройстве убийства собственного отца. — Молодой афинянин видел, как на мгновение расширились глаза Лаэрта, понял, что попал в цель, и продолжил: — Ты влюбил в себя мальчишку и убил его руками — и я уверен, что на сей раз ареопаг вынесет верное решение. Потому и прошу тебя, Кассандр, убери оружие. Не пачкай рук в крови подлеца, Фемида сама покарает его.

— Я не уйду отсюда, пока он жив, — отрицательно покачал головой юноша, — боги велели мне не позволить истории повториться. Тот мальчик… он тоже убьет ради него, как и я, вот что приснилось мне в храме.

— Нет, этого не случится, уверен, ареопаг накажет Лаэрта! — все еще надеясь убедить Кассандра, продолжил Астин.

— Прости… но боги сказали иначе, — твердо и печально произнес юноша, резко поднял руку вверх, а его крик слился с криком Лаэрта и мальчишки — нового Ганимеда — влетевшего в спальню и в последний момент схватившего руку Кассандра.

— Нет! Нет! Не смей! — кричал мальчик, пытаясь закрыть Лаэрта худеньким обнаженным телом, а тот… усмехался, понимая, что следующий удар придется по этому кричащему щиту.

— Отойди, — приказал Кассандр, но мальчишка упрямо сжал губы и покачал головой, и юноша прочел в глазах, так похожих на свои, такую же любовь, какой тогда был одержим сам. — Ты не знаешь, кого защищаешь!

— Это ты не знаешь, кого собираешься убить! Я люблю его, и если ты хочешь его жизнь, сначала забери мою! — так же твердо сказал мальчишка, не собираясь отодвигаться. Он был готов умереть.

— Прятаться за спиной ребенка недостойно мужчины, — презрительно бросил Астин, — я не думал, что увижу такое своими глазами… Как не думаю теперь, что стоит оставлять тебе жизнь. Кассандр, если ты сейчас убьешь его, никто об этом не узнает, клянусь водами Стикса.

— Эй, ты… ты не смеешь, — захрипел Лаэрт, — вы оба не смеете, Димант будет свидетельствовать против вас!

— Мертвецы не могут говорить, — холодно сказал Астин, — ты все равно уготовил ему участь Кассандра, так какая разница — когда и как он умрет? Заканчивай, эроменос, — бросил, резко подаваясь вперед, хватая брыкающегося мальчишку и оттаскивая с постели, зажимая одновременно рот.

— Стойте! Нет, вы сошли с ума, — выпученными от ужаса глазами смотрел Лаэрт на уже испачканное в его крови острие, которое Кассандр поднял для более удобного удара, — клянусь Зевсом, я расскажу суду всю правду… сделаю так, как хочешь ты, и пусть ареопаг решает — достоин я жить или нет, ареопаг… пусть… решает…

— Ты сознаешься в том, что устроил убийство отца руками его воспитанника Кассандра сына Эвмела? — ледяным тоном спросил Астин, по-прежнему удерживая уже затихшего от услышанного мальчика.

— Да, — прохрипел Лаэрт.

— Ты признаешь, что сделал это из-за наследства?

— Да.

— Клянись водами Стикса, — так же холодно потребовал Астин.

— Клянусь, — выдавил из себя мужчина.

— Ты поклялся в присутствии трех свободных афинян и признал свои преступления, сегодня же утром я заявлю об этом в ареопаге. Ищи защитника, Лаэрт, сын Реса. Кассандр, — это было сказано совсем другим тоном — мягким и полным любви, — отпусти его, он сказал то, что нужно. И я клянусь тебе — наказание будет суровым.

Несколько мгновений Кассандр колебался — сейчас жизнь Лаэрта была в его руках… Случайный взгляд на мальчика и… юноша спрыгнул с кровати, брезгливо вытирая руки о хитон. Слезы на щеках и отчаянная мольба в глазах, так похожих на его собственные, стали последней каплей, склонившей чашу весов в сторону благоразумия.

— Ты недостоин жить, — бросил он все еще лежащему Лаэрту, — но и смерть — это слишком просто, есть вещи и похуже.

Затем Кассандр развернулся и пошел к выходу, заметил стоящую у двери спальни свою статую и изо всей силы толкнул ее. Изваяние упало и раскололось на несколько кусков, ударившись о камень пола. Так не должно было быть, обычно мрамор не трескается так легко, но это случилось, потому что такой была воля богов.

Выйдя из дома, Кассандр почти не удивился, увидев Идея. Мальчишка и несколько вооруженных слуг дикаста поджидали около двери.

— Как ты догадался? — спросил юноша, глядя в полные тревоги глаза раба.

— Это не я, а господин Астин, — ответил тот, — я просто показал ему, куда ты пошел…

— Ты следил за мной все это время? — сузил глаза Кассандр.

— По моему приказу, — послышалось сзади, и на плечо легла знакомая рука, — я не мог позволить тебе сделать это.

— Откуда ты узнал?..

— Я смотрел и слушал сердцем, — Астин приложил ладонь к груди, потом привлек юношу к себе, — ты стал сам не свой с третьего дня Олимпиады, когда победил твой друг, а после я узнал, что Лаэрт тоже был там… и не один.

— Боги… — прошептал Кассандр, прижимаясь к возлюбленному, — ты снова спасаешь меня…

Повести | Просмотров: 917 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 06/07/15 11:17 | Комментариев: 2

В громком гуле голосов тысяч эллинов, собравшихся на стадионе, сложно было расслышать имена атлетов, выходящих на арену. Да и рука Астина, все это время лежащая на плече, тоже мешала сосредоточиться, а потому Кассандр просто-напросто не поверил своим глазам, когда узнал в одном из борцов Нелея.

Прошедшие со дня последней встречи годы изменили бывшего друга, превратив из сильного юноши в мускулистого и прекрасного атлета. Его покрытое бронзовым загаром тело казалось сейчас — на залитой жарким солнцем гекатомбейона арене — ожившей статуей воина или даже бога. Кассандр внимательно вглядывался в атлета, надеясь окончательно убедиться в том, что это Нелей. Но вот глашатай еще раз громко и четко назвал имена соперников и юноша прошептал:

— Аполлон, даруй Нелею победу.

— Похоже, ты очарован этим атлетом, — не сумев скрыть пробудившейся ревности, произнес Астин, уже некоторое время внимательно наблюдавший за выражением лица возлюбленного. — Он и вправду красив и, судя по мускулам, имеет все шансы получить сегодня венок.

— Изгони ревность из своего сердца, — улыбнулся Кассандр, касаясь руки Астина, — когда-то мы были учениками в палестре, помнишь, я рассказывал тебе.

— Так это тот самый Нелей?

— Да, и сегодня боги подарили мне возможность увидеть его триумф!

— Ты настолько уверен, что он победит? — приподнял бровь молодой афинянин. — Нелей силен, но молод и неопытен, а его соперник уже принимал участие в нескольких олимпиадах.

— Ты не знаешь того, что знаю я, эроменос, — Кассандр наклонился над ухом Астина и прошептал: — Мать Нелея — спартанка, а его отец был когда-то победителем игр, в палестре не нашлось никого, кто мог бы одолеть Нелея в бою или драке.

— Похоже, ты был влюблен в него? — Астин сильнее сжал пальцы юноши.

— Нет, — спокойно ответил тот, не отводя и не опуская глаз, — в то время Эрот облетал меня стороной, а ученики даже звали статуей…

— Из-за твоей красоты?

— Всего лишь из-за моего равнодушия к любви, — так же спокойно пояснил Кассандр, — тогда мое сердце было таким же холодным, как статуи.

— Мне сложно поверить в это… — протянул Астин, вспоминая ночи, проведенные ими в объятиях друг друга. — Я знаю, насколько горячо твое сердце.

— Сейчас, тогда все было иначе, — ни капли лжи не было во взгляде юноши, — если ты не веришь мне, можешь спросить об этом у Нелея после соревнований.

— Нет, — отрицательно покачал головой Астин, — если я перестану верить тебе, а ты — мне, о какой любви можно будет говорить? Ложь и любовь не делят одно сердце.

— Ты прав, — невесело усмехнулся юноша, снова вспоминая о прошлом, но тут же стряхнул с себя печаль, — но хватит об этом, начинается поединок, и я готов спорить с тобой на что угодно, что лавровый венок украсит Нелея!

— Было бы глупо спорить после всего, что я узнал об этом атлете, — покачал головой рассудительный Астин, — а мне бы не хотелось прослыть глупцом. Да и на что мы могли бы поспорить? Я и без того готов выполнить любое твое желание, эроменос.

— А я — твоё, — улыбнулся юноша, а после оба они обратили взгляды на арену, где соперники сошлись по сигналу, и начался бой.

Крепко стискивая пальцы Астина, Кассандр напряженно следил за поединком, невольно вскрикивая всякий раз, когда ему казалось, что Нелей слабеет и поддается сопернику. Солнце — жаркое и неумолимое — слепило как атлетов, так и зрителей, и если по телам последних тек только пот, то первые были перемазаны кровью, смешанной с потом и пылью.

Не замечая, что его хитон пропитался испариной и прилип к телу, Кассандр то и дело облизывал пересохшие от жары и волнения губы, но не мог ни на мгновение отвернуться от арены. Он помнил, как мечтал Нелей победить на играх, как горели азартом и упрямством карие глаза тогда еще совсем мальчишки, и сейчас молил богов даровать эту победу своему другу.

Кассандру казалось, что он видит, как наливаются синевой следы ударов на телах обоих борцов, как багровыми полосами перечеркивают кожу царапины, как вздуваются могучие мускулы. Он даже мог расслышать, в те краткие мгновения, когда зрители не шумели, как вырывался из горла атлетов хрип и тяжелое дыхание, как Нелей что-то говорил своему сопернику, после чего тот приходил в еще большую ярость. Поединок длился уже три часа и пока никто не признал себя побежденным.

— Твой друг удивляет меня, — сказал Астин, так же внимательно наблюдавший за борцами, — его соперник был победителем прошлых игр, и тогда бой не длился так долго…

— Нелей победит, — хрипло ответил Кассандр, на мгновение переводя взгляд на возлюбленного, — скоро ты увидишь, что я был прав! Сегодня боги на его стороне и сила спартанских воинов, наполняющая его тело, и кровь его отца.

— Похоже на то, — кивнул в сторону арены Астин и Кассандр резко повернул голову, как раз вовремя, чтобы увидеть, как противник Нелея, в очередной раз брошенный молодым атлетом на песок, поднимает вверх палец, признавая поражение.

Стадион разразился криками ликования и радости, тысячи эллинов вскочили со своих мест, славя победителя и богов, даровавших ему такую силу. Астин и Кассандр так же встали со своих каменных сидений, и голоса их влились в общий рев толпы. Решив, что обязательно отыщет Нелея после соревнований, чтобы поздравить его, Кассандр собирался сесть на место — ведь голову бывшего друга уже увенчали лавровым венком, как вдруг взгляд его упал на противоположную сторону стадиона, и тут же улыбка исчезла с лица юноши, а щеки покрыла бледность. Там, как раз напротив, сидел Лаэрт, обнимая за плечи молоденького юношу, почти мальчика. Тот был таким же светловолосым, как сам Кассандр, а разглядеть цвет глаз отсюда было нельзя, но почему-то Кассандр был уверен — они такие же, как и его глаза.

Опустившись на свое место, юноша продолжал смотреть на того, кто превратил его в убийцу, воспользовавшись любовью. Тогда бороды Лаэрт не носил, сейчас же она — черная и густая —курчавилась на его подбородке, а волосы он теперь стриг коротко. Все это делало мужчину старше и солиднее, а красота его по-прежнему поражала, недаром ведь этот мальчик смотрит на Лаэрта, словно на бога, так, как когда-то смотрел сам Кассандр.

Интересно, а в его руки Лаэрт тоже вложит оружие, чтобы убрать очередное препятствие на своем пути? Мысль пришла внезапно, и Кассандру стало холодно, несмотря на то, жара пока что и не думала спадать. От кого Лаэрт захочет избавиться теперь? И почему так больно смотреть на него сейчас? Почему сердце ноет и кажется холодным, как мрамор. Как статуя. Та самая, которую когда-то изваял с него Алкиной…

— Ты не хочешь пойти и поздравить своего друга с победой? — голос Астина с трудом пробился сквозь сковавший юношу холод, и Кассандр заставил себя улыбнуться и ответить:

— Нет, не думаю, что ему будет приятно видеть меня.

— Но вы же были друзьями?..

— Не только, — еще мгновение назад, Кассандр не собирался об этом рассказывать, но сейчас передумал, — я сказал тебе не все. Мы поссорились перед тем, как я уехал в дом Реса. Нелей сказал, что больше не хочет меня видеть, я не собираюсь портить самый счастливый день его жизни своим появлением.

— Я могу узнать причину ссоры? — негромко спросил Астин, обращая внимание на резкую перемену в поведении возлюбленного.

— Нелей хотел от меня любви, я же мог дать только дружбу, — пояснил Кассандр, глядя в глаза любовника.

— Что ж, в таком случае тебе действительно не стоит искать с ним встречи, — суховато произнес Астин, — иногда любовь так же трудно изгнать из сердца, как и ненависть. Она живуча, словно Лернейская гидра, и вместо одной отрубленной головы тут же отращивает две. Только огонь новой любви способен убить такое чудовище, а ни ты, ни я не знаем, свободно ли сердце Нелея.

— Да, так действительно лучше… и, похоже, сегодня было слишком жарко, — Кассандр потер рукой лоб, а после коснулся висков, — я так хочу искупаться перед тем, как мы ляжем спать.

— Не только ты, — Астин сморщился, — никакими благовониями не скрыть этого запаха!

— И не нужно, — юноша поднялся, — идем к реке, пока вода в ней еще не воняет потом всех этих эллинов.

***

— Скажи мне, о чем ты думаешь целый вечер, эроменос? — спросил Астин, когда они с Кассандром поужинали и устраивались на походных постелях.

— О том, что боги очень любят играть с нами, смертными… — не сразу ответил юноша, которому не хотелось лгать возлюбленному, но и правду сказать было нельзя. Астин не должен узнать о том, что Лаэрт здесь. — Они дарят нам встречи, когда мы меньше всего ожидаем и желаем этого.

— Богам ведомо скрытое от нас, — задумчиво протянул Астин, глядя на мерцающие в бархатно-черном небе аттические звезды, — они направляют наши шаги, они решают, сколько нам жить и когда умирать. Но разве не рад ты тому, что увидел Нелея?

— Рад, — Кассандр улыбнулся в темноту, — я всегда буду помнить его дружбу, а сегодня был один из самых радостных дней в его жизни, и самых утомительных для меня. Пусть сон твой будет сладким, — негромко сказал юноша, устраиваясь удобнее и закрывая глаза.

— И твой, да хранят тебя боги, — так же улыбаясь, произнес Астин, видя, что юноша действительно очень устал. Впрочем, это было неудивительно, учитывая, что спали они в эти дни мало, часами сидели на жарком солнце, а ели то, что удавалось купить. Олимпиада была испытанием на выносливость не только для атлетов, но и для зрителей, потому ничего подозрительного в неразговорчивости Кассандра Астин не увидел.

Не знал он и того, что закрывший глаза юноша не спит, а думает о такой неожиданной и вовсе ненужной встрече с Лаэртом, что все попытки Кассандра выбросить бывшего возлюбленного из головы проваливаются одна за другой, а сердце заполняет черная ненависть, грозящая залить его целиком.

Почему это должно было случиться именно сейчас, когда он наконец-то обрел покой и любовь — взаимную, сильную и чистую, именно ту, о которой мечтал со школьных лет? Неужели Эрот действительно — жестокий бог?

Приказав себе не богохульствовать более и немедленно успокоиться, Кассандр лег навзничь, моля Морфея подарить ему спокойный сон, который унесет все печали и заботы.

***

Первое, что сказал Кассандр, пробудившись на следующее утро, удивило Астина, потянувшегося к возлюбленному в желании утренней ласки:

— Вчера ты сказал, что исполнишь любое мое желание, это…

— Истинная правда, клянусь Зевсом, — прошептал Астин, привычно лаская юношу и удивляясь необычной холодности Кассандра. — Чего ты желаешь, эроменос?

— После того, как завершатся игры, — сжав пальцы любовника в своих, начал Кассандр, — я хочу сходить к оракулу, в Храм Зевса.

— Ты желаешь узнать будущее? — изумленно приподнял бровь молодой афинянин.

— Не совсем, я буду просить жрецов об очищении, не хочу, чтоб кровь на моих руках убила нашу любовь, — юноша сел и по лицу его было понятно, что он совершенно серьезен. — Ты позволишь мне это?

— А разве я могу запретить? Ты не мой раб и волен распоряжаться собой так, как тебе вздумается, — не понимая, с чего это Кассандр решил очиститься, сказал Астин. — Я даже пойду к оракулу вместе с тобой.

— Нет, — как можно мягче сказал юноша, — я должен сделать это сам, будет лучше, если ты подождешь меня в храме. Меньше всего я хочу обидеть тебя, но так нужно.

— Я сдержу свое слово, — улыбнулся Астин, видя, как напряжен возлюбленный, как дрожат пальцы юноши, сминающие край одеяла. — Но почему-то мне кажется, что ты сказал мне не все…

— Поверь, я не посмел бы скрыть от тебя ничего важного, — Кассандр улыбнулся и провел рукой по щеке Астина, — ложь и любовь не делят одного сердца, помнишь?

— Конечно, я сам сказал тебе это, — решил больше не настаивать молодой афинянин, поднимаясь. — Но нам пора завтракать, соревнования скоро начнутся.

— Благодарю тебя, — на мгновение юноша прижал ладонь возлюбленного к своему сердцу и улыбнулся, хоть глаза по-прежнему оставались печальными.

И таким же печальным и задумчивым был теперь сам юноша, Астин даже подумал, что Кассандр и вовсе не смотрит на арену, а если и смотрит, то не видит происходящего там. Синий взгляд казался невидящим, а слов, обращенных к нему, Кассандр просто не слышал. На вопросы, о чем он думает, юноша рассеянно отвечал, что о предстоящем походе к оракулу, но Астину все сильнее сомневался в том, это вся правда.

А Кассандр, хоть и смотрел на стадион, видел перед собой Лаэрта и его воспитанника, и тьма, залившая сердце, не желала исчезать. Тьма эта была тяжелой, как мраморная глыба, и такой же холодной, она остудила сердце и отняла желания. Несколько раз юноша ловил себя на том, что невольно выискивает среди зрителей Лаэрта, и усилием воли заставлял себя перевести взгляд на атлетов. Радость, с которой он ехал сюда, исчезла совершенно, он словно вернулся на два года назад, в гелиэю, в те дни, когда даже дышать было тяжело, а жить не хотелось совершенно. Неужели совсем недавно он был так счастлив?.. Одним своим видом Лаэрт окунул его в то прошлое, когда по рукам стекала кровь наставника, а пальцы судорожно сжимали стилос.

Спасение от прошлого юноша видел в оракуле, который силой, дарованной Зевсом, легко очистит его от скверны пролитой крови, вернет покой сердцу и все будет по-прежнему. Погрузившись в переживания, Кассандр не замечал тревожных взглядов Астина и толком не запомнил, кто же стал победителем в пятиборье. Имя атлета тут же забылось, а забег гоплитов*, знаменующий конец олимпиады, Кассандр встретил с облегчением и радостью.

Поднимаясь к храму Зевса, юноша слышал, как все чаще колотится сердце. Сейчас ему предстоит увидеть знаменитого оракула, а из храма он выйдет совсем другим — оставит там всю боль и горечь, и снова будет наслаждаться любовью Астина, не вспоминая о прошлом.

Никогда прежде не приходилось Кассандру бывать здесь, и сейчас, несмотря на тяжесть, лежащую на сердце, он не мог не восхититься великолепием храма, с каждым шагом вырастающего перед глазами. Шуршание гальки под ногами сливалось с приглушенным рокотом голосов эллинов, так же направляющихся к храму, а белизна уходящих в небо колонн слепила глаза. От высоты их кружилась голова и захватывало дух — не верилось, что это построили люди, такие же, как сам Кассандр.

Когда же юноша вошел в храм и увидел сидящего на троне Зевса, то и вовсе лишился дара речи и стоял, восхищенно глядя на Громовержца. Из этого состояния его вывел Астин, коснувшийся локтя и прошептавший в ухо:

— Думаю, нам стоит спросить у жрецов, где искать оракула.

— Мне, — поправил возлюбленного Кассандр, — ты и так привел меня сюда, а теперь… я должен сделать это сам.

— Пусть будет так, — нехотя согласился Астин, и молча наблюдал за тем, как юноша подошел к одному из жрецов, а спустя пару мгновений оба они направились вглубь храма. Решив подождать на улице, Астин вышел из храма и присел на каменную скамью, стараясь не думать о том, что сейчас происходит сейчас с возлюбленным.

Шагая вслед за жрецом, Кассандр ощущал, как все сильнее кружится голова от странного запаха, пропитавшего воздух в этом помещении, скрытом от посторонних глаз. Чем ближе подходили они к оракулу, тем резче становился запах и усиливалось головокружение, казалось, что мир вокруг медленно меняет свои очертания, расплывается, а стены становятся все выше.

— Оракул примет тебя, — сообщил жрец, несколько мгновений назад исчезнувший за одной из дверей, — однако случится это не сразу. Идем, — он поманил юношу за собой, и вскоре Кассандр оказался в комнате, погруженной в полумрак.

Луч света, падавший в отверстие в крыше, был слишком узким, чтобы рассеять эту темноту, пропитанную все тем же запахом и укутанную то ли дымом благовоний, то ли туманом. Пересекал комнату полупрозрачный занавес, за которым смутно угадывались очертания человеческой фигуры.

— Присядь здесь, — жрец указал на низкую мраморную скамью, — и молись. Оракул сам обратится к тебе, если будет на то воля богов.

Кассандр послушно выполнил приказание, вот только молитвы почему-то в голову не шли, она кружилась все сильнее, а веки отяжелели, и юноша сам не заметил, как закрыл глаза и уронил голову на грудь.

Когда же вновь открыл их, то увидел, что находится уже не в храме, а в доме Реса. Пробирается по нему, видя, что дом остался таким, как в то время, когда Кассандр позировал Алкиною, даже статуи те же и на тех же местах… а вот и несколько новых, последняя все еще в мастерской — по всей видимости, Лаэрт решил продолжить отцовское дело — увековечивать воспитанников. И эта, последняя, еще незаконченная статуя изображает того мальчика, что так доверчиво прижимался к Лаэрту на стадионе.

Пока что Алкиной закончил только голову и плечи, все остальное было слово укутано белым саваном необработанного камня. Это показалось Кассандру плохим знаком, и юноша ускорил шаги, надеясь, что успеет, и новый Ганимед не совершит его ошибки.

На женской половине дома Кассандр не был никогда, но отыскал ее безошибочно, ведомый сладким запахом благовоний, которые не мог использовать мужчина. Открыв дверь в большую комнату, юноша увидел стоящее посреди нее ложе, на котором спала молодая и красивая женщина, а над ней склонялся тот самый мальчик, сжимая в руке нож.

Кассандр закричал и рванулся вперед, желая остановить уже занесенную руку, но из горла не вырвалось ни звука, а ноги не сдвинулись с места, словно слившись в одно целое с камнем, словно превратился он в собственную статую, способную только видеть. Видеть, как резко опустилась рука мальчика, и нож вонзился в грудь женщины по рукоять — раз, другой, третий. Её крик тут же оборвался, а кровь быстро заливала постель. Мальчик ошарашено смотрел на свои руки, словно не понимая до конца, что только что совершил. В этот миг резко сдвинулось в сторону то, что Кассандр принял за ковер, и что оказалось дверной занавесью, и в комнату ворвался Лаэрт, громко кричащий:

— Убийца! В моем доме убийца! Немедленно зовите стражу!

Нож из рук мальчика выскользнул и громко зазвенел, падая на каменный пол, глаза изумленно расширились, а с губ совалось…

— Боги сказали свое слово, Кассандр, сын Эвмела.

— Кто… — вскинул юноша голову, резко вырываясь из странного полузабытья, в котором только что пребывал, и понимая, что голос этот — глубокий и сильный — доносится из-за занавеси.

— Кровь с твоих рук будет смыта, как и позор с имени.

— Но…

— Боги сказали свое слово, — повторил оракул, а вслед за этим на плечо юноши легла рука жреца, указывавшего на дверь. И только выйдя из комнаты, Кассандр понял, что не просто так уснул, ожидая слов оракула: видение и было тем, что сказали боги, и теперь ему оставалось только следовать зову сердца.

Выйдя из храма, Кассандр увидел, что уже наступил вечер, а встревоженный Астин подтвердил его догадки, что времени прошло достаточно:

— Слава богам, ты вернулся! Я уже собирался отправляться на поиски!

— Не стоило беспокоиться, — улыбнулся юноша, — теперь все в порядке и мы можем отправляться в обратный путь.

— Оракул…

— Да, — ответил Кассандр, кладя руку на плечо возлюбленного, — поспешим, эроменос.

_________________________________________________________________
Примечания:

* бег в шлеме, поножах и со щитом на две стадии. Позднее из вооружения оставили только щит. Добавлен в Олимпийские состязания на 65-й Олимпиаде в 520 до н. э. Атлеты соревнуются обнажёнными, как и в других Олимпийских видах за исключением скачек. Бегом гоплитов игры завершались.

Повести | Просмотров: 950 | Автор: Лариса_Логинова | Дата: 05/07/15 10:43 | Комментариев: 2
1-50 51-100 101-105