Женька «дедморозил» уже третий Новый год. Золотая пора для нищего студента факультета Театральной режиссуры. Снегурочки менялись. Самая первая — Лена, вышла замуж, вторая была Инга. Хорошая Снегурочка, но в прошлом году она закончила учёбу и уехала в родной город. Поэтому, уже с ноября, Женька стал приглядываться к девчонкам (на предмет коллеги по новогоднему чёсу). Тут всё не так просто. Девушка должна быть… ну, хотя бы смутно похожа на сказочную Снегурочку, уметь импровизировать на ходу, ладить с детьми и нуждаться в заработке. Это важно! Много красивых девчонок, но подходят под строгие критерии отбора далеко не все. Самых красивых быстро разобрали более удачливые «дедморозы».
А Женьке досталась Новикова. Второй курс, рыжая, веснушчатая, больше похожая на Пеппи Длинный Чулок.
Чёс начинался уже с двадцатых чисел декабря. И резко усиливался к концу года.
Сразу после занятий, в общагу за Женькой и Новиковой, заезжал старенький Nissan, с Петром Ивановичем — шофёром агентства «Праздник каждый день» и списком адресов.
Двадцать пятое декабря ничем от других дней не отличалось. Шёл мягкий ласковый снег, город сверкал огнями, народ толкался по магазинам в поисках подарков. У Женьки осталось всего два адреса, один — в новых, спальных районах (девочка Лиза, семь лет, подарок — Барби и Домик для Барби), второй — в старом центре (мальчик Гоша, восемь лет, подарок — планшет Apple iPad mini).
— Ничё так подарочки деткам! Мне помню дарили коньки, мячик, клюшку.
— А мне альбомы для рисования, краски, книги, ну и кукол тоже дарили.
— Эх, молодёжь, вот мне, в моём советском детстве, помню, раз подарили модель самолёта для склейки, а ещё, помню — пластинку. Очень крутая была вещь! «Али Баба и сорок разбойников» — шедевр! Там такие актёры, такие голоса, а песни… До сих пор помню. Вот — это подарок, так подарок.
Так, за разговорами, новогодняя команда приехала к дому девочки Лизы.
У второго подъезда их встречал папа, замахал руками — «здесь я, здесь!»
Протянул Женьке две подарочные коробки, попросил подождать минут десять, чтобы «полностью исключить фактор недоверия».
Ждать решили в подъезде — не май месяц. Вошли в крашеный бежевой краской холл, Лизин папа вызвал лифт, ему надо было, «как бы вернуться с работы»… ничего не подозревая о визите Деда Мороза. В углу, рядом с батареей, стояла коробка.
Такая обычная картонная коробка, но в новом чистом холле она смотрелась странно и чужеродно. Новикова потянулась к батарее — рукавички положить, и
заглянула внутрь.
— Ой! А здесь пёсик маленький! Какой хорошенький, смешной.
Щенок — белый, только на спинке рыжее пятно, засопел радостно, лизнул Новикову в подбородок, заегозил, тоненько затявкал.
— Подкинули вчера с утра. Вроде и подъезд на кодовом замке, а вот — проникли. Я его уже несколько раз покормил. Взять бы себе, да нельзя — у Лизы аллергия, от мамы досталась. Обе собак-кошек любят безумно, но — пятнадцать минут в одной комнате с ними — и всё прелести жизни: насморк-кашель-хрипы. Астма… вот такая беда.
Заходя в двери лифта, сказал Лизин папа и поехал на 14 этаж.
Женька и Новикова остались ждать и гладить щенка. Есть какая-то магия у маленьких зверей — не может нормальный человек пройти мимо.
Руки сами тянутся погладить, потрепать, брюшко там… ушки, лапки… Взять. Взять его себе. Как он, маленький и тёплый останется здесь в коробке? Вон он как радуется! Шерудится, открывает розовый ротик, лижет протянутые руки…
— Давай заберём — заныла Новикова
— Куда! В общагу не пустят, сама знаешь… куда ты его заберёшь?
— Жень, ну он же, смотри какой классный, мы его тайно пронесём, дадим объявление, найдём ему хозяев… ну, за пару недель — точно найдём!
— Всё, поехали к Лизе. Оставь его, может кто-нибудь из местных возьмнёт.
Ребята позвонили в дверь. Симпатичная молодая женщина им открыла, со словами: «Здравствуйте Дедушка Мороз! Ой, и Снегурочка! Проходите-
проходите. Лиза! Смотри кто к нам пожаловал!»
Дальше, всё по сценарию: Лиза выскочила из комнаты — глаза круглые, удивление совершенно искреннее, даже робость. Женька стал привычно спрашивать: «хорошо ли себя Лиза вела в прошедшем году?», оказалось — хорошо, Новикова посоветовала Лизе спеть дедушке песенку или стишок рассказать,
Лиза, блестя глазами, спела про ёлочку, сорвав «шквал аплодисментов», получила красивые коробки с подарками, явно желанными, папа стал приглашать
гостей к столу, прозвучало столь привычное и вечное «на посошок», но Женьке надо было ещё писать ночью курсовик, а Новикова утром сдавала зарубежку —
и «нет, пойдём мы с внученькой, нас ещё много ребят ждут! И — счастливого Нового года!
И — удачи тебе, Лизонька, оставайся всегда такой же хорошей девочкой, слушайся маму и папу, встретимся в следующем году!»
— Жень, ну как мы его здесь бросим? Он же маленький совсем, смотри — он так рад. Жень, ну давай заберём, я попробую местным из группы предложить…
— Бери. Что ж я, по-твоему, без сердца што-ли. Бери, Новикова, что-нибудь придумаем.
Пётр Иванович, хмыкнув, полез ручищей в коробку, погладил найдёныша, и сказал: «Отличный пёс, да? Жаль, у меня полный комплект: два кота, собака Нюша.
Поспрашиваю тоже… может, кто в гараже заберёт. Ух ты, мой хороший...»
И они поехали в последний, на сегодня, адрес.
Подъехали, набрали записанный на заказе код, дверь в подъезд открылась, дальше — четвёртый этаж, без лифта (дом сталинской постройки), квартира №10.
Звонок — мелодичная трель, открыла мама, быстро сунула коробку с планшетом в мешок Деда Мороза и, чуть наигранно запричитала: « Ой, какие гости! Проходите, Дедушка Мороз! — И в комнату, — Гоша, Гошенька, глянь кто к нам пришёл!»
Мальчик выскочил навстречу. В глазах удивление, и вера пополам с недоверием.
Застеснялся, прижался к матери. Худенький, черноволосый, смуглый.
— Здравствуй, Георгий! Получил я твоё письмо, внученька моя Снегурочка мне его прочитала. Как ты учился в этом году? Как себя вёл? Что нового узнал!
— Здравствуйте, правда получили… на самом деле?
— Конечно. Мы все письма получаем на самом деле.
Тут Новикова заулыбалась, на щеках ямочки. Голосом нежным, колокольчиковым спрашивает:
— А что ты нам в подарок приготовил, Гошенька? Песенку или стишок?
— Рисунок.
Сказал и побежал в глубь квартиры. Вернулся, сжимая в руке листок.
— Вот!
На картине, нарисованной детской рукой, были Дед Мороз со Снегурочкой (она, кстати, была рыжая… рыжие косы лились из-под шапочки, прямо, как у
Новиковой), против них стояли мама и Гоша, сзади — новогодняя ёлка в огоньках.
Снегурочка протягивала нарисованному Гоше большую коробку, из которой торчала голова белого щенка. Белого с рыжим пятном на спинке.
— Подожди-ка, Дедушка, я сейчас вернусь…
Уже на бегу шептала Новикова. Женька важно рассматривал картинку, хвалил мальчика, за успехи в рисовании, спрашивал, дежурно, о поведении, об оценках — по всему выходило, что Гоша — молодец.
Мама подтолкнула Гошу: «Давай, Гошенька, спой!»
— Jingle Bells, jingle Bells…
Неожиданно звонким и чистым голосом затянул мальчик. Дверь в квартиру отворилась и Новикова предстала со щенком в руках.
— Вот тебе, Георгий, наш с внученькой подарок. А это тебе от мамы.
Но мальчик уже ничего не слышал, он смотрел на щенка во все глаза.
А счастье, счастье, оно заполнило всю квартиру, перелилось за порог, и полетело по всему предновогоднему городу. И дальше, дальше…
Вот такая история. А щенка назвали — Санта.
А Женька и Новикова в июне поженились.
Под Новый год бывает много чудес — важно верить.
