Литсеть ЛитСеть
• Поэзия • Проза • Критика • Конкурсы • Игры • Общение
Главное меню
Поиск
Случайные данные
Вход
Рубрики
Поэзия [45163]
Проза [8997]
У автора произведений: 184
Показано произведений: 1-50
Страницы: 1 2 3 4 »

Laura Li. Стихи про Пегасилису Парнасовну

Она была с рождения крылата,
но вышла замуж и осела в быт,
а муж частенько лётывал на запад –
бока лоснились, искры из копыт,
молниеносно прыгал в небо с мыса
и облетал раскатные умы.
Скучала у окна Пегасилиса,
облизывая краешек луны.
И сена, и соломы было вдоволь,
рассвет был розов и закат багрян,
а ей хотелось разогнаться в поле,
чтоб догонял породистый хадбан,
чтоб спутались навек хвосты и гривы,
и жеребёнка в яблочный окрас...
"О чём мечтаем?", — дико ржал игриво
внезапно появлявшийся Пегас.
И запах не бомонда, не притона,
а рифм чужих ей резал тонкий слух.
Пегасилиса шмыгала в попону
и наливала в таз овсяный суп.

Юрий Борисов. Легенда

Где пляжи красит глянцевая галька,
Где распростерся гордый Гондурас,
Жила себе была Пегусигальпа,
И с нею рядом муж Тегусигас.
Есть вещи посильней отека Квинке
И черной кошки в черной темноте -
У дамы были крылышки на спинке,
У мужа – два крыла на животе.
Он целый день валялся на матрасе
И без конца пергаменты читал
И вредные стихи сжигал на газе.
Короче, был министром по стихам.
Он говорил, что так писать не нужно,
А нужно только так, как он решит.
Пегусигальпа восхищалась мужем,
Особенно отрывистым «bullshit».
Варила суп овсяный постоянно,
Подкладывала сено в кабачки,
Отшила многомудрого Сунь Яна,
Что преданно глядел в ее зрачки.
Благоговея возле изголовья,
Храня очаг летающей семьи,
Решила анонимно и с любовью
Подсунуть стих с признанием в любви.
Тегусигас прочел ее записку,
При этом поедая ветчину,
И что-то, то ли в рифме, то ли в смысле,
В шедевре не понравилось ему.
И страшно возмутившись не по-детски,
В своем беспрекословии жесток,
Он руку протянул к плите турецкой
И на конфорку выложил листок.
Мне больно, но признаюсь откровенно,
Хотя все это страх и беспредел:
Пегусигальпа вспыхнула мгновенно,
А стих лежал в огне и не горел.
И до сих пор, считают филосОфы,
В глуши лесов загадочной страны
Горят и не сгорают эти строфы
Под блестками булгаковской луны.
И каждую весну Пегусигальпа
Из пепла, словно Феникс, восстаёт,
Поет романсы бархатным контральто
И нежно произносит: «Идиот».

Laura Li

Она могла ругаться нежно матом,
но всё легенды переврали — факт,
есть вещи хуже хвори Минамата,
а у Тегусигаса был инфаркт.
Ему бы не живот растить, а мудрость,
не пиво пить, а тёплый бифидок,
и не монашкам-гейшам темя пудрить,
а встать в энергетический поток
и размышлять неспешно о нирване,
и совершая добрые дела...
Вот потому и умер на диване,
а дама от Сунь Яна родила!
Сунь Ян законно занял пост министра,
жену в любой рекламе продвигал,
а суп овсяный запивал канистрой
тибетских вин и сладостно рыгал.
Пегусигальпе это было странно,
особо если Сунь к ней после лез.
А в ней весной была такая прана,
что эндорфинов осенью в обрез.
И эти пятна жира на лампасах,
остатки сена сзади премоляр...
Кобыле снилась жизнь с Тегусигасом,
хоть он и был сварлив и крутояр.
Не от того болит, что жизнь — конина,
не от того, что Сунь ей смотрит в рот,
а от того, что грубое: "Любимый"
не лучше, чем нежнее: "Идиот".

Елена Лерак Маркелова

Однажды, заявившись в жо... дупель пьяным,
Пегас кричал, что чаша, мол, разбита,
(мочил слюнями спинку у дивана
и сильно в грудь стучал себя копытом)
Что, мол, давно не любит, только терпит
коровищу, доставшуюся в жёны,
что сыт по чёлку, и сама Евтерпа
не прочь теперь стирать его попону.
Пегасилиса в раж впадать не стала,
сгребла кастрюлю и запас овсянки -
ушла. Самой давно насто... (ужасно надоело)
терпеть пегасьи выходки и пьянки)
Сосед - орел, болеющий гастритом
от горькой прометеевской печёнки,
немало лет не оставлял попыток
переманить пегасовскую жёнку.

Теперь орёл питается весьма разнообразно,
а у Пегаса колики и диарея с язвой )))

Laura Li

Это на легенду не похоже,
но похоже на арбатский шарж...
Дело в том, что у коней на жо... на роже
есть клеймо "конь наш" или "не наш".
Ну так вот у "нашего" Пегаса
существует брачный договор —
если кончит брак, идёт на мясо.
Не, шучу!))) Для мяса он старпёр.
Просто пусть идёт в любое стойло
и оттуда вылетает в свет,
а Пегасилиса многих стоит,
у неё вся жизнь – кардебалет,
скачки, поло, выездка, массовка...
Было всё заброшено, но вот
вышла меж кобылок рокировка,
ржёт реально – кто последний ржёт)))

пы.сы: Орлу, конечно, сможет чем — поможет,
дружить с соседом — это древний тренд,
помёт помётом, а навоз дороже,
рождённой ветром быть – парить негоже.
Да и травы хорошей в гнёздах нет.

Александр Старших

Она была с рождения капризна,
чуть что не так – копытом промеж глаз…
и прыткого её зооморфизма
боялся даже ветреный Пегас.
Он втайне от своей Пегасилисы,
бывало, так заливисто ржанёт!..
но пожалеет, что повеселился
и тут же хвост трусливо подожмёт.
И ужас беспощадной анакондой
сжимает сердце бедного коня…

и в запахе столичного бомонда
вдруг проступают нотки ячменя.
Циклы стихов | Просмотров: 377 | Автор: Со-творение | Дата: 17/10/21 06:04 | Комментариев: 6



Варя:

Доротея

Доротея, держись за свет
и лети над пропастью голубой.
Ничего в этом мире нет
кроме войн, кроме горьких бед
и крестов над чёрной землёй.

Ты единственная из них
умеешь свободно летать.
Помнишь, как спросила у меня:
– Зачем?
Зачем эта боль,
зачем руки так распрямлять…
Я смеялся – такая свобода, такая судьба у тебя.
Ты – дарована богом, но
они попытаются тебя распять.

А теперь спасайся!
Они не простят иных.
Им убить тебя проще, чем поверить,
Что твоя способность заложена в чистой человеческой природе.
У них, у каждого живёт червь сомнения.
Червь убивает, поэтому они живут на земле,
и никогда в небе.

Доротея, держись за свет,
не складывай свои синие крылья.
Они не поймут ни тебя, ни твоей жертвы,
даже если вырежут сердце
и измерят длину твоих рук.
Доротея, они считают до двух,
и ответов у них два: да и нет,
но «нет» – это самый частый.

Помнишь, как пришивал пёрышки,
подбирая одно к одному...
Я дал тебе жизнь,
пожалуйста, не разбейся,
держись!

.
Марара:

Раскаяние

как-то слепишь из крови и плоти
назовешь например доротея
и на землю
где сумрак не дремлет
и чудес не бывает
и в ужасе вдруг сознаёшь
всю нелепость жестокой затеи
эта девочка вышла живая
ей больно и страшно
это слишком серьёзно
и вся доброта твоя - ложь
но назад уже не повернёшь
вот и мечешься бьёшься в гондоле своей светоносной
неприступной как башня
вопишь ей
малышка держись
это жизнь
эти люди не звери
и бездну глядишь не дыша
и она тебе глупая верит
живая душа
а когда оборвется твоя светоносная нить
чем ее заменить
доротею упавшую это ж
не какой-то там образ
не ветошь
доротея
живая душа
и вторую такую не слепишь
Циклы стихов | Просмотров: 1300 | Автор: Со-творение | Дата: 15/08/21 19:29 | Комментариев: 12

Sade:

В ботинок или нет? – Вот в чём вопрос.
Что правильнее – с подлостью смириться,
или же выразить своё негодование?
Терпеть ли далее жестокий беспредел
и быть ничтожеством покорным как ссабака,
или же злость свою, носимую с утра,
излить немедля в обувь супостату?
Обжаловать! Решительно и твёрдо.
Пока обиды ядовитые осколки
терзают грудь, и требует возмездья
поруганная честь. Ведь будет поздно
потом, когда заноет в животе,
когда рука, державшая тот тапок,
откроет банку вискаса и дрогнет
уверенность моя. Сейчас. СЕЙЧАС!!!
Какими всё же делает безвольными
и мнительными нас зависимость от пошлых провиантов.
Когда умел бы кити-кэты добывать,
не будучи прирученным бесстыдно,
то стал бы их терпеть, глумливых гордецов,
тиранов жалких?.. Впрочем,
таким бывает милым иногда он.
Так гладит нежно спинку, и с любовью
ласкается со мной, ребенок словно.
Беспомощный такой…
Ведь не попал по мне почти тогда
смешным нелепым тапочком домашним.
В лоток, пожалуй…
Всё-таки ведь больно!
Обидно было! Вам не передать,
за жалкий и ничтожный кусок телятины,
практически ненужный,
коварно и предательски мне в спину!
Сомненья прочь! Закончить этот фарс
и точку положить раздумьям тяжким!
Хозяин, помни впредь по запаху в туфле своём
свою ошибку, сволочь.

Женя (Гнедой):

тебя ли я с помойки не принес
котенком, жалобно мяучащим и грязным?
брать иль не брать - так не стоял вопрос...
за милосердие жестоко я наказан…
не смог постичь ты отношений суть
и начал шкодничать в моей квартире рьяно...
отъевшись молоком и путассу,
драл беспринципно ты обои и диваны ….

к тебе привык я, каверзный малыш,
но не прощу за то, что в тапки ссышь...

Sade:

я думаю о вечном и себе,
что, вобчемто, почти одно и то же.
и это всё печалей и скорбей
в сознании моём никак не множит.
а ты, влюбленный в свой евроремонт,
ему отдавший силы все и соки,
не Пушкин, не Гнедой, и не Бальмонт
да разве знать ты можешь о Высоком?!

терпеть тебя я буду, свысока
и больше не зови меня. никак.

Женя (Гнедой):

ну, сиганул… спесив и горд -
останется хозяин с носом…
высокий шкаф, и что с того?
тебя достану пылесосом…)))

Sade:

достать котэ способен каждый
унизить – только пылесос.
..........................................
Опубликовано
Монолог кота Гамлета
Юмористические стихи | Просмотров: 312 | Автор: Со-творение | Дата: 13/08/21 14:15 | Комментариев: 3

Татьяна Демина:

Ты называл меня по имени — Джейн,
А иногда, в минуты нежности, — Дженни,
Совсем девчонку: были щёчки свежей,
Пленяли молодость и лёгкость движений.
Вот только дурочкой мне быть не дано,
И даже в сладкие минуты свиданий
Цепляли мелочи — раскрыто окно,
Ботинки в глине, шорох в комнате дальней.
Завёл интрижку ты, возможно, влюблён —
Я поняла, исподтишка изучая
Твою походку, жесты, мимику, тон,
И в размышлениях за утренним чаем
Чуть позже вычислила: это Мадлен,
Швея-француженка. Немного усилий,
Щепотка яда в подходящий момент...
Какая жалость, молодая — в могиле!
Не очень сложно пару-тройку улик
Тебе подбросить, намекнуть полисменам,
И вот на виселице сдавленный крик
Того, кто мне казался центром вселенной.
А что за месяц был? По-моему, март.
Ах, столько лет прошло, и я постарела.
Живу в деревне, нет, не миссис — мисс Марпл,
Вяжу, распутывая новое дело.

Андрей Яковлев:

Как видно, от судьбы не убежишь.
Петля уже почёсывает шею,
и слово в голове свербит – "итог".
Ах, Дженни, Дженни, милый мой малыш, –
я всё равно люблю тебя, жалея
о том, что рассказать, увы, не смог
насколько ты спасительна была,
для гаснущей души моей, греховной.
Души, в которой властвовала тьма.
Которую назвать "обитель зла", –
и каждый согласился бы, бесспорно,
когда б узнал… и не сошёл с ума.

Ах, Дженни, Дженни! Женщина – суть грех.
Она скрывает ангельской личиной
порок и грязь! Не женщин убивал,
а чистил мир, уничтожая тех,
кто дорожил лишь тем, что я мужчина –
Джек Потрошитель был мой идеал.
Но я – любил! Тебя! И до сих пор
люблю, меня предавшую, такую,
какая ты была, какая есть.
Ревнивица, я твой взял приговор –
и за тебя в агонии "станцую"…
И бог простит, быть может… наконец.
..................................................
Опубликовано
Мисс Джейн
Дженни
Любовная поэзия | Просмотров: 577 | Автор: Со-творение | Дата: 06/08/21 16:29 | Комментариев: 5

Татьяна Демина:

"Накинь мне фуфайку, Ваня,
И сам бы надел бушлат.
На холоде да в тумане
Коленки давно дрожат.
Осенняя мокрядь злая,
Пугает ночная тишь,
Ужасный ковид гуляет —
Ты ж в майке одной форсишь.
Кому выставляешь плечи?
Не той ли толпе девчат,
Что крутятся недалече,
Поглядывая, молчат?
Шестнадцать — я сосчитала,
Отплясывают гурьбой
Бесстыдно вокруг фонтана,
Заигрывают с тобой.
Любая из них обманет,
Коварна такая прыть.
Ведь я же невеста, Ваня,
Нам вместе вовеки быть.
Надумаешь обниматься
С одной из бабёнок тех —
Получишь серпом по пальцам...
Не к месту дурацкий смех!..."
Вот так коротают ночи
До первого петуха
Колхозница и рабочий
Над спящим ВДНХ.

Воскресенский:

Звать меня Колхозницей (не шучу ни грамма),
Место проживания – парк ВДНХ.
Скульптор Вера Мухина, названная мама,
Мне до пары сделала супермужика.
Были мы повенчаны при социализме.
О тандеме сложены повесть и сонет.
Только настроение, как на горькой тризне:
Брак всегда бракованный, если секса нет.
Млеют соглядатаи: – Ах, какая пара!
Парень-то накачанный, но какой в нём толк?
Нет в моём избраннике страстности гусара,
У него в исправности только молоток.
Не влюбляйтесь, бабоньки, в то, что выше бюста!
В браке не насытитесь вы "сухим пайком".
Если ниже пояса у мужей не густо, –
Бегать вам к любовникам, аки мне, тайком.

Татьяна Демина:

Так тебе отвечу я, милая Маруся:
Ты сама гораздая только речь толкать
Да серпом размахивать. Я тебя боюся —
Смелостью обидела Вера, наша мать.
Мускулы приделала, стильную причёску
И штанишки модные типа "комбензон",
Образ мой на видимость мужественно-жёсткий,
Но характер — так себе, вечно клонит в сон.
Кто тебя, супружница, сексом озаботил?
Тьфу, откуда вызнала эту срамоту?
Группа интуристская? Кровельщик Володя?
Вечно отирается и шныряет тут.
Ты давай завязывай со своей любовью,
Если так приспичило — Родину люби.
Может, переселимся в домик в Подмосковье?
Там кукушки, ласточки. Здесь — лишь голуби...

Воскресенский:

От имени скульптора:

Дети, хватит ссориться, вы не на базаре!
Ваши разбирательства в парке на виду.
Если не закончите эти тары-бары,
Я порядок надобный властно наведу.

Дочка, ты находишься нынче в группе риска:
Зоркие блюстители смотрят за тобой.
Зря ты приключения ищешь на пиписку,
Клеишься к Рабочему – он же голубой!

А теперь, Колхозница, слушай ультиматум:
Если не изменишься, то пойдёшь на слом.
Власти приказали мне, выругавшись матом,
Вставить в композицию Девушку с веслом.
..........................................................
Опубликовано
Песня о беркуте
Циклы стихов | Просмотров: 1392 | Автор: Со-творение | Дата: 26/07/21 12:28 | Комментариев: 11

Алекс Фо:

По небу солнце ползло со скрипом, из речки туча себя пила.
Смеясь, над лесом летела рыба, и тень макушки дубов скребла.
Деревья злобно тянули сучья, крича ругательные слова,
Рожденный плавать – умри плывучим! Но рыбе правила – трын-трава.

Она свободна, юла-гуляка, из моря родом ее семья –
А тем, кто в море, не стоит плакать – а то расплещется за края.
Читать морали ей бесполезно: что очень хочется – то дано!
И вы, деревья, идите лесом – в глазу ревнивом искать бревно.

Взлетают камни, в крылатость веря, от жажды скалы к воде идут…
У нашей рыбы такие перья – павлины в обморок упадут!
У нашей рыбы бока упруги, хребет – титановый монолит,
У нашей рыбы такие руки – шахтер от зависти заскулит!

Порой для счастья всего-то надо – чтоб ветер в жабры да хвост трубой,
И ни сомнения, ни преграды, и птицы стаями за тобой…
Пусть врут вражины, что рыбы немы, а наша – мастер по болтовне,
Ведь так прекрасно лететь по небу, а не, разбившись, лежать на дне.

Елена Лерак Маркелова:

среди утопленников кораллов и всяких прочих морских медуз
по дну морскому идёт коала ей не подвешен на шею груз
ея не мучили не топили как злой герасим свою муму
свободно мерит морские мили презрев древесную кутерьму
ушами водоросли ерошит гоняя крабов медуз акул...
на побережье кричит алёша что странный зайчинька потонул

Татьяна Демина:

По рыжей глине, по чёрной пашне,
Гортанным клёкотом матерясь,
Ползёт чумазый орёл бесстрашный,
Крылами мощно взрывает грязь.
Жалеют люди больного птыца,
Выводят скудные их умы:
И перья слиплись, и клюв тыц-тыц, а
Здоровый должен бы к солнцу взмыть!
Небесный царь, не какой-то голубь,
С чего бы вдруг в чернозём полез?
А вот: летающим — по приколу
Ползти, ведь это экспириенс!
Бунтует против рутины пресной
Упрямый беркут, не хочет в высь,
Безумству храбрых ползёт он песню —
Хоть нецензурно, но зашибись.

Koterina:

Там, где давно не восходит солнце, тела и мысли сковал мороз,
Суровый зверь неписец крадётся, метёт страницы шикарный хвост.
Хоть графоманы тянули когти, крича ругательные слова,
Но он пробрался – не лис, не котик, и три поэмы легко сжевал.

Ужасно любит, подлец, искусство, стихи вообще для него – магнит,
Кого коварный зверёк укусит – ни строчки больше не сочинит...
Палач с повадками вурдалака, утащит смыслы трудов на дно.
Потом останется только плакать и на диване лежать бревном.

Притихли рифм и метафор зубры, но снова жертвы на сайт идут...
У злого зверя такие зубы – админы в обморок упадут!
Взлетают камни, скрежещут перья, а он бросается на творцов,
И кто пока что в него не верит – однажды встретится с неписцом!
.......................................................
Опубликовано
Рыба счастья
Песня о беркуте
Циклы стихов | Просмотров: 790 | Автор: Со-творение | Дата: 01/07/21 17:05 | Комментариев: 23

Martimiann:

луиза гавриловна, пылая щеками, наполняет стаканы.
спиридон пантелеевич достаёт свой любимый табак.
за окном в метельной нирване от ветра рваной,
едва различимые многоэтажки танцуют
томный медляк.

время, доставшееся обоим, скоро сыграет в ящик.
спиридон пантелеевич открывает дверь на балкон.
и снежный дым тут же смешивается с настоящим.
луиза гавриловна, куртку надев, накидывает капюшон.

говорит, что не любит, когда причёска пропитана запахом дыма.
это враньё - потому что будет скучать по нему потом.
по дыму, который, как время, тянется мимо, мимо
и повисает под серым, треснувшим наискосок,
потолком.

по трубке, похожей на полированный знак вопроса,
отвалившийся от вопроса о смысле бренного бытия,
когда само бытиё исчезло в дыму белёсом
и не видно уже ни неба, ни многоэтажек,
и ничего.

Татьяна Демина:

родион романович кромсает извилины алёне иванне,
порфирий петрович готовит концепции "правоимеющих" крах,
а я — геннадий леонтьевич — в трусах лежу на диване,
держа фёдор михалыча и сигарету
в руках.

супруга розалия карловна, вернувшись, будет скандалить —
типа "схрена дымишь в гостиной, прожжёшь палас",
опять припомнит, что я мигнул соседке алле,
как там её, вадимовне... просто
чесался глаз...

отпрыск, яков геннадьевич, придя ввечеру со школы,
начнёт крутить василию барсиковичу хвост.
явится тёща галина пална ставить в совесть уколы,
заорёт надрывно мулинекс тефалевич,
пылесос.

но сейчас тишина покоевна здесь повисла.
блаженно курю, глаза в потолок задрав,
даже слышу, как по трубе, похожей на большой знак дефиса,
пробегает глава семьи таракашек
станислав.

Татьяна Василевская:

родион романович кромсает извилины алёне и ванне,
ванна чугуновна в шоке, новых впечатлений полна -
в неё влюблён душ мойдодырович умывальник,
но алые розы - эмблемы печали растекаются,
на хрена?

а я — геннадий леонтьевич - сын трудового народа -
руки мои мускулисты и мозолист кулак.
хочу обнимать на диване классиков длиннобородых,
право имею любить и желать им
всех благ.

федор михалыч вырывается , стонет, целует крестик,
а я — геннадий леонтьевич - фактически кузькин сын
кричу: наша ориентация правильная - курим вместе,
держим в руках себя, сигареты и
трусы.
............................
Опубликовано
дымлю
Пародии | Просмотров: 208 | Автор: Со-творение | Дата: 06/06/21 20:33 | Комментариев: 15

или Чувственные игры разумов

Илахим

Пускай соврут мне расчеты майя
и все другие календари,
что день - недели одна седьмая,
а зимних месяцев целых три.

Мне верить в чудо еще охота, в болезни\здравии быть с тобой. Однако нет вариантов хода – я запатован самой судьбой. А мне б хотелось нырнуть дельфином, как раньше, в нежности наш Гольфстрим. Но в жизни верить нельзя мальвинам. Хороших девочек портит грим. Пусть лучше жабрами станут фибры, раз ложью воздух отравлен весь, и я на нервах в режиме вибро вдыхаю горькую эту взвесь, фильтруя речь побледневших копий в театре жизни мадам Тюссо, чтоб червь сомнения в телескопе острастки быть перестал гюрзой. Луна белеет, как будто шляпка гвоздя в мечтаний моих гробу. Твой язычок для меня – не кляп, как хотелось мне бы. Уже табу. На нежность падким я был сластеной, теперь ломает без губ твоих. Любовь кусает и пригвозденной к ночному небу, где гром затих. Она сгорела последней спичкой, однако мне прикурить дала.
Но сколько дымом себя не пичкай –
Душа не вспыхнет. Мертва.

Дотла.

Glück

Мы верим в чудо, хоть знаем – сказка, но так, поверь мне, полегче жить. И пусть желанья летят савраской, иди смелее на контргамбит. Не бойся шаха. Ответив матом, разрушишь комплекс своих границ. Пусть явь на паты порой богата, но цимес - «вилкой» закончить блиц. Пусть невезуха, да так – хоть тресни! Зачем к фиаско взывать на бис? Назло фортуне вперёд и с песней! И пусть рыдает всяк фаталист…
От многих знаний печали множим,
Вокруг деля всё на нечет/чёт.
Чем чёрт не шутит, а вдруг поможет -
И рокировка тебя спасёт?

Илахим

Когда «мы любим» сошло в «любили»,
Больнее страсти в сердцах скребут.
Игра наскучила в миттельшпиле.
Был слишком ярок ее дебют.
И вот мы счастье свое кузнечим, когда железо не горячо. Поём душою, хотя и нечем. И получается ни о чем. Зов сердца редко зовет направо. Его послушал - попал впросак.
На королев не найти управы, ведь им позволен любой зигзаг. Любивший крепче остался пешкой. Предписан только один маршрут - больное сердце лечить пробежкой, пока все боли не отомрут.
Судьбу легко обмануть кунштюком. Себя сложнее во много крат.
Питон сомненья страшней гадюки:
В душе, как водится, спертый мат.

Glück

А что поделать? Лишь время лечит, оно мудрее, как ни крути… Тут важно, душу не искалечив, пойти по правильному пути. Пусть фатум строгий, но есть и шансы, на тропку новую повернуть. Всевышний милостив, и авансом наставит, только постигни суть. И если ход с головы ты начал, то чётко правила соблюдай. Шеш-беш так сразу? Лови удачу, кушей подбросит тебе онлайн. Но можно тупо щелчком по носу словить от жизни банальный марс. Тут могут быть лишь к себе вопросы, включи все чувства, забыв про фарс! Пусть будут блоты твои лишь! Даром был драйв недавний от куража?
А можно просто бросать ду-бара, и к цели двигаться не спеша… Гораздо хуже, при всём уменьи, иметь в наличии лишь ду-ег… Поставив, к слову, нас на колени, Фортуна выяснит, кто стратег… Но ты в приятной уже истоме, ведь к цели шёл всё и всех круша… Четыре шашки осталось в доме? Пустяк приятный, коль шеш куша!
Советы просто давать о многом,
Хватив порядком и через край…
Вот только зары, жаль, не помогут,
Хоть сколько раз на любовь бросай…

Илахим

Приятней верить, что стОят свечи хорошей мины, плохой игры.
А время врач, и притом советчик, пока сильны мы, пока бодры.
Сегодня 20, а завтра 30, а послезавтра за 50.
Когда советует жизнь бодриться, на поворотах не тормозят.
Бывает так, что слегка заносит, но без издержек процесс любой сведется к гладкой бумажной гнозе. Важней быть в мире с самим собой. Везет сильнейшим. Чтоб мир был выгнут, как хочешь ты, не бросай свой гуж. Шестерки к взглядам горЕ привыкнут. А сильный духом получит куш.
Удача - редкость, но не феномен. С любовью тоже примерно так. Кто в плане страсти не экономен, пройдя шатанье, разброд, бардак, свой новый мир для себя откроет, хотя предание и старо.
Хотя душа, словно астероид, попасть горазда и на зеро.
Унынье, слабость и сил упадок - внутри чернеющая дыра.
Но выход есть из любого пата.
И вот поэтому жизнь – игра…

Glück

Вот это мудро!
Прими, как данность, где надо, случаю покорись. Запомни, падать нам было б странно с чего-то вверх, а не строго вниз… Пускай потерпишь сейчас фиаско - потом настанет твой звёздный час, не надо Бога гневить напрасно, кикс не случаен, хоть ты и ас… А как хотелось? Всегда дуплетом? Пул чёрт лукавый сведёт на ноль…Не призывай никого к ответу и проглоти этот карамболь. Присядь, задумайся с чувством, с толком, припомни Библию - «Аз воздам!» Ведь Бог даёт нам сполна и столько, чтоб это вынести смог ты сам! Не потому что мы все плохие, судьба на прочность нас гнёт опять… Тут легче выучить суахили, чем все законы любви понять…
А раз заносит, как без потери?
Не надо жить только этим днём,
Ты тормоза не забудь проверить
И пристегнуться ещё ремнём…

Илахим

В отдельно взятом бою фиаско - цена победы в большой войне. Венчает дело всегда развязка. И все, что кроме - гори в огне.
От крови чуть розовее сопли. Но если высморкал, не жуя - выходит, все-таки приспособлен; на сердце крепкая чешуя.
А новобранец - всегда Аника. И потому эта жизнь - муштра.
И там, где молча пасует книга, шпицпрутен учит.
Любовь мудра.
Она имеет и в хвост, и в гриву от боли плачущих в 3 ручья.
А задний ум - это задний привод.
И с ним в игре потолок -
Ничья.

Glück

Ты знаешь, чувства точить синхронно, как будто завтра в последний бой – не комильфо. И на взгляд сторонний тут больше просто борьба с собой. В такой войне и героев судят, и проигравших, и взятых в плен…
Наш задний ум лишь ломает судьбы, всё превращая во прах и тлен.
Но ты порвал бы всех с чувством, с толком, ведь прёт мощА и страстей накал! Но почему-то бодливым тёлкам Отец-создатель рогов зажал…
Обидно? Очень! Сдаваться рано, чтоб неповадно лить слёзы впредь, тут зализать бы сначала раны, а после б взгляды пересмотреть…
И бесполезно ногами топать,
Коль равнодушие, как гранит…
Ведь, согласись, что из полупопий
Навряд ли путным чем осенит…

Илахим

Инстинкт - разнузданный идеолог. Предпишет - значит, и быть тому. Пацан имеет доступных телок. И разве это не по уму?
А чья-то боль - априори чья-то. Нам дела нет до чужих туник. Ведь если совесть подпустит яда, его разбавит живой родник иных романов, стихов, элегий. Каноны жанра весьма тесны. И если судьбы людей - калеки, здесь больше собственно их вины. Цинично? Жизнь откровенный циник. Ее исправить не сможем мы.
В стихах не выйдет, как в медицине,
Смущая души, лечить умы.
Бессильна эта лоботомия.
Любовь жестока, но ведь нельзя
Добрее быть хоть чуть-чуть с людьми ей,
В их жизнь эмоции не внося.

Glück

Что до эмоций… А разве плохо хоть чем-то скрасить суть бытия? Бездушной куклой окучить рохлю, лишь позволяя любить себя – заслуга есть ли?
Сомненья гложут, ведь сам беднеешь, раз страсти нет. Как на алтарь, восходя на ложе, воспринимаешь любовный бред. Лишь существуешь, увы, старея, раз полюбить так и не дано…
А про портрет Дориана Грея читали все! И давным-давно...
Вот имплантировать чувства в душу не удавалось. И в тот же мозг. Всё чаще сами мы счастье рушим и поджигаем последний мост,
Ссылаясь – в этих делах не спец, и
Глотаем, (боль заглушить), глицин…
Но не придумано, жаль, инъекций
любви… сочувствия нет вакцин…

Илахим

В любви обыден досрочный финиш. Ее дистанция непроста. Сперва крылатые кони двинешь,
чтоб завтра - с чистого все листа.

Любовь - как правило, эстафета. На марафон не хватает сил.
Не все вопросы найдут ответы. Но кто повинен, что не спросил?
А без сомнений дойти до сути… Давным-давно поросли быльем десятки сотен примеров-судеб. Учиться надобно на своем.
Услуги мозга порой медвежьи. В таких делах не найти спеца, чтоб нос ни раз и ни два не вешал, из грязи не извлекал лица.

Любовь - как море. И кто-то тонет,
А кое-кто на плаву всегда.
И если в сердце, как в том притоне -
Иным на счастье, иным - беда.

Glück

В любви всегда на плаву не будешь, взаимность выпадет или нет – как карта ляжет… Средь сотен судеб не факт, что счастье - на твой билет.
Чужих ошибок мы не приемлем, с разбегу б грабли на приступ взять, ушибы, шишки залечит время, а мы, как в омут, в любовь опять…
Мозги ещё б тут не помешали, и пониманье, как жить вдвоём.
С успехом трудности разрешаем, да только сами их создаём...
Эрато к тем только благосклонна, кто и пожертвовать сам готов. И если щедрость всех чувств бездонна, тебе поверят без всяких слов.
Коль тяжек груз, то его не взвалишь на плечи… да и потом куда? Кто позволяет любить себя лишь, не будет счастлив тот никогда.

Ничто не ново, спроси у Клио,
Под этой бледной ночной луной,
Есть опыт предков, чтоб жить счастливо -
Спираль всё та же, виток иной…

2011 г.
Циклы стихов | Просмотров: 151 | Автор: Со-творение | Дата: 04/02/21 18:04 | Комментариев: 6

Илахим

Ты знаешь, сказка уже давно быль. Улегся мой поэтичный шквал. Как будто я человек-чернобыль - реактор чувств изнутри взорвал. Живут эмоции, сплошь мутанты, в своем холодном поту-соку. И где-то здесь наблюдает Данте Иуду в тесном его кругу. Но что с того? Прощены обиды. На то и Бога подобим мы: Луною, вылезшей из орбиты, прощая души, лечить умы. Он спит, не трогая погремушку Ему развешенных куполов. А ты кусаешься шпанской мушкой и не жалеешь избитых слов: что когти рвутся от инквизиций, а свист толпы - это Божий глас. Но я не в силах перебеситься от красоты погоревших глаз. В угретом городе так зыбучи давно желтеющие снега, что тает вера в счастливый случай - его не будет наверняка. Кто сильно любит - за все заплатит. «Однако» значит не «чересчур». Опять Луна, как глазок в палате - столь ироничен ее прищур. Я понял - ложь это вроде течки для растревоженных кобелей. А что б такое найти в аптечке, чтоб снег казался еще белей? На шрамах улиц не видно гноя, желтеют тающие бинты.
Надеюсь, это не паранойя -
Увидеть то, что не видишь ты.

Glück

А знаешь, сказка – скорее триллер, герой всегда в ней – Иван-дурак. И потому в нашем грешном мире с мозгами будет всегда напряг. В колеса палок вставляют тыщи, хотя ты знаешь, что много б смог… Чуть больше вылез – тебя освищут, но могут в клетку - и под замок. А свист толпы – это чувства стада, кто громче блеет, тому почёт. Светить, как Данко? Оно мне надо? Кто сердцем чистый – наперечёт. Ярмо найдётся, была бы шея, тут быдло ценят, а не умы. И потому-то снега желтеют, как гнойники, у больной страны. Урвать побольше, и жить красиво, в душе хоть с Богом, хоть с сатаной. Ведь жёлтый снег – это крекинг пива, а не палитра Луны шальной. Увы, надежда живёт всех дольше, но блефом - чудо, всё - миражи… Елейный привкус свободы горше, ты просто вязнешь в потоках лжи. Ловить за копчик счастливый случай в таком разрезе – напрасный труд. Со всеми блеять тут было б лучше, но только к звёздам мечты влекут. И тесновата супонь холопа, а значит, жилы рвать будешь впредь… Но если крылья растут из ж@пы, какие звёзды? Тут не взлететь…
Как жаль, не ангел ты, не мессия, и лишь сильнее зажим оков…
Надеюсь всё же, шизофрения
Хоть чуть ослабит захват умов…

Илахим

Прямая сущность сюжетных линий в надрыве кажется кривизной. Надежда есть, что растопишь иней не милосердием, а весной. Не хватит силы, не хватит веры, чтоб изменить то, что не дано. Не будет правды, не будет эры, когда кому-то не все равно. Зато собаки скулить продолжат, но будет двигаться караван. И кожа будет грубей и толще. И ритм все так же безмерно рван. Что Данко? вымерли мастодонты. Они исчезли почти, как вид. Не слушай прошлого вечный стон ты, который жалобить норовит. Вперед - и с песней. Она мудрее. Пускай везде гнойники цветут, как псориаз или гонорея. Как этот город, который тут. Но он не вечен, как пирамиды. А время-сифилис портит нос седому сфинксу, чтоб он флюиды смертей не чуял, ведь здесь - не Оз.
Дорогу сам выбирает каждый. Кому - стерня, а кому и шелк. Но по Земле не гуляют дважды. А значит - если уже пошел, то хоть нормальный, хоть шизофреник, иди, чтоб мир прогибал твой шаг. И в рот летел сам собой вареник и не упрямилась жизнь-ишак.

Glück

Питают вьюнош надежды ложно, максимализмом скрепляют дух. Пинков от жизни приняв подкожно, - извилин стало чуть больше двух…
Всё сносим молча, заткнув хлебала, обида гложет и не до сна… А что поделать? Ведь правит балом, (причём давненько), сам сатана… Все обещанья покрыты лаком, к набору выгод – комплект оков… С благоговеньем, по стойке «раком», речам внимаем своих «богов». Не хлеб насущный - булыжник льготный, чтоб увернуться, лови момент… Знать, над страною поставил кто-то какой-то зверский эксперимент. И ты бессилен исправить сущность, хоть пальцем в небо, хоть лбом об пол. Лизать противно зад власть имущим? - мышьяк в аптечке и валидол… Хоть не личинки, - летаем камнем, откуда, помнишь, по паре крыл? Но на имаго пока не тянем, - пришёл бы дядя и всё решил…
Марионетки бывают прытки, но только слепы от катаракт… Нас кто-то сверху тянул за нитки, да затянулся в фойе антракт… «Мы наш, мы новый», вот-вот построим, вперёд и с песней… все на погост!
Шизофрения иль паранойя червём могильным проела мозг?
Душой нищаем мы год от года, а сыр бесплатный кто б обещал…
Настобубело всё кукловоду,
он, нить обрезав, ушёл в астрал.

Илахим

А что есть истина в этом мире? Все относительно - правда\ложь. Кому-то рай, а иным делирий, но душу все-таки вынь-положь. А жизнь пинала Адама с Евой. Она и наших потомков пнет. Иди направо, иди налево - придешь к тому же: что разум - гнет. На всех не хватит простых иллюзий, поскольку опий всегда в цене. Барыга в рясе стабильно в плюсе, когда уверены в новом дне все те, кто хочет бубнить заветы и получать небольшой барыш. Ведь им не выдано право вето, а лишь обязанность жить до грыж. А править мир - дуракам забота. Кто хочет - должен начать с себя. И сделав полного антипода подохнуть, искренне мир любя.
Таких рожают для новой эры. Раз в тыщу лет. Или даже в две. Возможно, Данко вообще химеры. Реальность их отрыгнула с «фе». А мы простые играем роли. Не нам поправки вносить в сюжет. Всевышний выставил нам пароли, ведь мир - по сути его планшет. Мы не заметим прикосновений, команд невольно не ощутим. И будем думать, что нам до фени все то, что задано сверху им.
Скажи о Боге, скажи о роке -
Твоя реклама на небеси
Могла б маячить, но в этой проге
Нет функций, чтобы за так - в ферзи.

Glück

Пролезет в дамки упрямый юзер, пусть лбом не в стену, а в монитор. Лишь в мышеловках всё аll inclusive, но разве видишь ты что в упор? И выбор истин безумно труден, в своём глазу не бревно – изъян… В архив заслав трудовы ебудни, апгрейдит мозг, применив Троян. Паролить файлы? Но хакер дерзкий и хочет масла на белый хлеб, - тут не поможет, увы, Касперский, боюсь, бессилен тут Доктор Веб… а так же глупый аутотренинг, и слишком поздно менять винду…
Послать весь мир бы к ибене фене, а кукловодов заслать фпесду… Хотя, по сути, а много ль надо? Мол, будет пища, раз будет день. И ты клянёшь примитив Аркады, но инсталлируешь снова хрень… С упорством вечным залижешь раны, game over вспышкой, летя в Тартар… Пусть твой аккаунт с небес забанен, реанимируешь аватар… И тупо глушишь в припадке совесть, в обменный буфер - боль от обид…
Догнать бы сдуру ушедший поезд
простым нажатием на Delete…

Илахим

Запаса жизней хотел бы хакер, но у него есть всего одна. Тоска, пестрящая цветом хаки в его глазах, ибо жизнь - война. Напрасно людям твердят пророки, что в сердце должен идти джихад. Никто не выучит их уроки. И на Земле натуральный ад. Система рвется не там, где тонко, а там, где допуски широки. Что рай не стоит слезы ребенка опять расскажут нам дураки. Тех слез и так пролилось немало. И будут литься они всегда. За звон металла и шелест нала, который черен не от стыда. И если скучно без революций, то это бесится сытый жир. Никто не даст ничего на блюдце, как бает пламенный дебошир. На свете нет непреложных истин. Универсальных рецептов нет. А кто упорен - тот ненавистен. Свистят обычно ему вослед. Дорога к небу должна быть узкой. Проспект широкий - толпы удел.
Иди с нательной своей нагрузкой.
Крестообразной, как и хотел.

Glück

Террор кровавый кому наградой? Но в прошлом время плетей и дыб… А что пророки? Им кушать надо, не хлеб ячменный и пару рыб… Мессию можно назвать Иисусом, (в Коране, кстати, зовут Исой), будь хоть чеченцем, арабом, русским, итогом будет – Она, с косой… Умняк, наверно, включать излишне, зови, как хочешь, вбивая клин, хоть Саваофом, Аллахом, Кришной – суть не меняет, ведь Бог един. В Талмуд с Кораном и Аюрведу вникать профанам – напрасный труд, похерят знанья Его зампреды, иль к фарисейству опять сведут. Увы, не стоят слезы ребёнка ни кущи рая, ни ад, ни власть… И не проплатишь монетой звонкой всех индульгенций, чтоб не пропасть.
Ждёт дивидендов, плодов успеха, пока жар страсти в мозгах не стих, и трёт ладошки с безумным смехом всё заваривший какой-то псих…
Фанат безмозглый уже блябесит! Хоть ваххабит он, хоть самурай…
А крест нательный иль полумесяц –
фетиш обычный , не пропуск в рай…

Илахим

Давно заброшены все святыни. Шедевры пишут не на койне. А мат у нас диалект латыни. Аминь звучит вроде ***нанэ. Запудрит голову лингва-франка, засушит истину фолиант. И ювелир наведет «огранку», чтоб ярче выглядел бриллиант. Поправит истину переписчик, добавит к истине прозу-ГМО, как привкус яда к духовной пище. И на зрачке зацветет бельмо. Увы, былое настолько мглисто - увидеть что-либо тяжело. Возможно, правы и дуалисты: что равноценны добро и зло.
А рынок душ - это тоже бизнес. Ну что ж, удачи и веры фут под киль-алтарь. В эту жизнь на бис нас уже повторно не позовут. И чем закончится эта драма, мы не узнаем скорей всего. Но сожаления нет ни грамма. Жалеть опять же не комильфо. К тому же, не о чем, да и нечем. Уж лучше, выписав рубаи, осадок истин ловить в вине, чем фуфлом мозги захламлять свои.

Glück

Планета стонет, как под прицелом, из обороны: цунами, СПИД, землетрясения – это, в целом, как человечества геноцид… Стряхнуть пытаясь с себя заразу, (так чешет псина зудящих блох), покончит с нами, со всеми разом, вселенский сделав трахтибидох… Экспериментом Он недоволен, подобий божьих достала прыть! А потому лишь в всевышней воле с орбиты ловко наш шарик сбить.
Комета мимо? Горою с плеч, но есть астероид, в засаде ждёт… А люди так же, увы, беспечны, кто в завтра смотрит? Лишь идиот… Ведь мы, как дети - совок, игрушки, ведёрко делим, … отнимут вдруг? А что же будет с Землёй-старушкой? Глобально мыслить нам недосуг… Воронки взрывов, как яд проплешин, и гриб «ядрёный» взлетает ввысь… Надеждой глупой себя утешим, что в «светлом завтра» всё зашибись! И сахар, точно, там будет слаще, и что проблемы решат на раз… Мы, как на паперти, в настоящем - вдруг кто на будущее подаст?
А что оставим своим потомкам «Аллах акбар» или «Иже с ним»?
Джихад сознаний. Наркотик, ломку…
И пару-тройку из Фукусим…

2011 г.
Циклы стихов | Просмотров: 224 | Автор: Со-творение | Дата: 30/01/21 20:00 | Комментариев: 13

Пара Воскресенский и Glück


.....Воскресенский




В ушах – мазурка, во рту – ириска. Кружатся дамы, но не со мной.
Оттанцевался, я – в группе риска: проблемы с сердцем и со спиной.
А был танцором и в ритме вальса в минувшем веке по жизни шёл.
Теперь у стенки обосновался. В руке – подарок. Чего ещё?
Очки вспотели. И, как в тумане, у входа образ возник такой...
Такой знакомый, всегда желанный, к себе манящий и дорогой.


.....Glück




Вплываю в залу шикарной яхтой, (снося вазоны, столы, мужчин)…
И вижу, (щурясь подслеповато) – у дальней стенки в углу блондин.
Он? Неужели? Высок и статен, пиджак растянутый – «оверсайз»,
Кефир в авоське (подарок, кстати!), всё так же страсти кипят в глазах!
Давай, как прежде, кутить, смеяться, кружить под музыку, пить вино!
(ещё бы скинуть лет десять-двадцать… и килограммы бы – заодно!)

А помнишь юность, диплом, букеты? Как мы любили! Ах, боже мой!
А брошку видишь? Ну да, вот эту – её дарил мне на выпускной…
Прости, всплакнула. Кружи – не бойся… И брось авоську – да хоть под стол!
Забыть про астму – уже геройство! Да не кряхти так – тебе ж не сто!
Сомкну ресницы: пускай погасят давно забытый (но страстный!) блеск –
Ещё не время, пока неясно, взлететь удастся ли до небес?


.....Воскресенский



Взлетаем в танце, расправив крылья. И не пытайся меня вести!
Себе внушаю, что воспарил я в тисках объятий моей звезды.
Заносит вправо, заносит влево, но мы заходим на пятый круг.
Король манежа и королева, магнитим колкие взгляды. Вдруг
Рулит по встречной мужик с подносом. Вжимаюсь грудью в её объём
И жму ногами на тормоз... Поздно. Слетев с орбиты, посуду бьём.


.....Glück




Зашкалил просто накал эмоций: в безлюдном мире – лишь мы вдвоём!
И в ритме сальсы сердечко бьётся (да жаль, помехой – грудной объём!)
Ну хоть сегодня нам выпал случай – не ждать, что страсти сгорят дотла…
Упс! Как неловко – гарсон в отключке… всего лишь плечиком повела… sad

Снимает мидий король нетрезвый с горжетки, брошкой – укроп, кинза,
Ест с декольте эскалоп и «Цезарь» – с ключицы соус ещё б слизать!
На платье льётся кефир привычный – а дальше пляс языка и рук…
Ах, шалунишка, как эротично! – слюной давился бы Микки Рурк! *
_____________________________________________________________
* - имеется в виду фильм «Девять с 1/2 недель»


.....Воскресенский


Такой натуры не видел Микки – тут все размеры со знаком плюс.
Горчичный соус вкусней клубники, когда размазан по нитке бус.
Давай продолжим в двухместной ложе, с собой прихватим букетик роз.
Была бы мельче, а я – моложе, то на руках бы тебя понёс...


.....Glück




В меню лангусты и томный вечер? (пардон, дыханье в зобу свело!)
Всё те же розы, интим и свечи… Поностальгируем о былом?
Кипели страсти, сжигала ревность – была любовь тыщу лет тому…
Вить, что в итоге? – финал прескверный! И вот чего никак не пойму,
Так долго мучимая загадкой: куда пропал ты на столько лет?


.....Воскресенский


Меня послали... по разнарядке… sad


.....Glück


                               Тебя ещё раз послать в ответ? angry


.....Воскресенский


Зачем ругаться? Не надо, Зая! Интим, цветочки, а ты "послать".
Сломаешь зубы, других кусая... Простишь, быть может, меня – осла?


.....Glück


Прощаю, ладно. Ну что, доволен? А помнишь, как ревновал ко всем?
Взгляд вправо-влево – всё под контролем. А мне не нужен мужской гарем!


.....Воскресенский


Но ты же льстила другим ребятам, а я в сторонке стоял, как лох...


.....Glück


Да, косоглазила я когда-то, но офтальмолог исправить смог!


.....Воскресенский


А помнишь, был я баскетболистом-штырём, державшим тебя в горсти?


.....Glück


Наивный чукча, ребёнок чисто - сейчас мне дышишь в пупок, почти! tongue
Была тростиночкой... Помнишь, кстати? Вот не поверю склерозу, Вить!


.....Воскресенский


Обнять хотел бы, но рук не хватит. В два раза руки бы удлиннить. wink


.....Glück


Мужчины нынче на кости падки? Фигура сдобная – наше всё!
Где оливье? Я хочу добавки! Гарсон очнётся – пускай несёт!
Случайно крабов с клешнями съела… Ты почему ничего не ешь?
Идея встретиться – это дело! Ну дай хоть чмокну (где кудри?) в плешь!
Укроп остался. Не хочешь? Точно? Тьфу – гадость! Эти веганы – фи!
Достал авоську? Ну дай глоточек… был всё же раньше вкусней кефир!
Да, в наше время всё было лучше: родней объятия при луне,
Стройнее я (лишний вес не мучил!) и ты повыше и посильней!
Была крамольна и мысль о блуде, (и с плешью так не сливался лоб!),
Был климат лучше, добрее люди и даже солнце сильней пекло!
sad
А нынче много неясным стало. У молодёжи не жизнь - игра!
Красотка-дочка вчера пеняла, что я не юзаю инстаграм!
Да где ж мобильник? Я в шоке, честно! Что лузер – верно! И нечем крыть…
Партнёр по танцу какой-то местный, ты это видео посмотри!



.....Воскресенский


Я упивался своим кефиром. Она, как воду, вино пила.
О, как прекрасно смотрелась Ира – пьяна, болтлива и весела...
Уплыл и вспомнил с душевной болью, что я от счастья тогда сбежал
Без разнарядки по доброй воле. Видать, попала под хвост вожжа...
В реал вернулся я со словами "Ты это видео посмотри".
На пару глянул... И, как цунами, волна эмоций прошла внутри.
Сынок танцует с блондинкой! Это он с ней резвился на Кипре всласть?
Послушай, Ира, так значит Света – твоя дочурка? Не понял, ась?


.....Glück


Да что за нравы! Да что ж такое? «Червяк» на дочь заявил права?!
Плевать на сальсу! Хочу – не скрою, «как Тузик грелку» его порвать!
И возмущению нет предела! Заткнись! Подумаю – заодно!
Как смеет он?! Как она посмела?! Постой-ка… чей, говоришь, сынок?
Вот это номер… Да как же так-то? Всевышний, видно, из шутников…
Прости за резкость и за бестактность. Такое разве принять легко?
И ревность жжёт раскалённой спицей… Кровинка всё же – о том и речь!

А знаешь, пусть всё у них случится!
                               Всё то, что мы не смогли сберечь…

Циклы стихов | Просмотров: 230 | Автор: Со-творение | Дата: 17/01/21 09:52 | Комментариев: 19

Прапорщик Наливайко обнаружил на военном складе в ящике с гранатами неизвестное науке существо.



Татьяна_Вл_Демина
:

... Потом не помню ничего...
Наутро сушь, рассола надо,
Сойдут кефир и кислый фрукт.
А вот, написано: "гранаты" —
Принёс, наверно, тайный друг.
Их целый ящ... Какого хрена?
Кто мне доставил неликвид?
Затем я вспомнил, что военный,
Затем увидел: там сидит,
Чихая и вздыхая тяжко,
Рогатый с хоботом тушкан.
Его назвал я Чихбарашка.
За месяц вырос Чихбаран.


Talya_Na
:

Еще неделю изучал
Подвид гранатовых тушканов,
Упырь какой-то мне с плеча
Орал: «Дави его! Стакаааном!»,
А я привык, он был так мил,
Привёл нам двух кудлатых белок..
А этот... на плече...вопил,
Метался, словно оголтелый,
Потом затих. И был мне глас:
«Придурки! Всем - по три наряда!
Гринько, сними противогаз!»
И белкам, с матом, грозно: «Рядом!».


Татьяна_Вл_Демина
:

Товарищ ротный, я Гринько!
А Наливайко — там, на складе,
Он самогон, как молоко,
Как воздух, пьёт, цистерну за́ день!
Откуда? Гонит из гранат.
Пропил и ум, и честь, и совесть.
Рецепт секретный, сам бы рад...
Ой, виноват, не знаю, то есть.
Не по уставу говорю?
Забыл слова, струхнул немного:
На складе, там, рогатый хрюн
И белки. Две! Размером с догов!
Не пил... Дыхнуть? Сильнее? Ххухх!
Товарищ ротный, гляньте сами
На тех гигантских белок. Двух.
И злого гоблина с рогами...


Talya_Na
:

Тем временем у склада:

- Шо это было? Не пойму...
С хозяином пошли по парку,
Он закурил и все...в дыму
Я вдруг забыл, что я - овчарка.
Полез как бешеный на ель,
В дупле сожрал ведро орехов,
По парку проскакал олень,
А я за ним как делать нех... Ой!
А ты откуда, почему
В пилотке? Морда, хвост - в помаде...

- Дружище, тоже не пойму...
Я был на службе, кто-то сзади
Меня по голове бу-бух,
Очнулся, два безумных черта
Гранатами фигачат мух,
От страха в краску тыкнул мордой.
Я, в принципе, армейский пёс,
Но труханул, ты глянь, весь белый.
Тут ты прибег, пургу понёс,
Что ты - пахан у местных белок.
(Задумчиво):
В нирвану я ушёл от краски,
А там... провал... ниче не помню...
Потом приперся этот... в каске,
И вечер перестал быть томным.


Татьяна_Вл_Демина
:

А я комар, живу на складе,
То кровь сосу, то самогон.
Мне бросить пить? Чего бы ради?
Смотрите, вымахал, как слон,
Отнюдь не с прапорской кровищи —
Меня с настоек так и прёт!
Заныкал прапорщик. Отыщем —
Вот ящик и лазейка вот.
Открыть легко, я тут прилягу.
У Наливайки крепкий сон,
Покараулю бедолагу,
А утром будем пить рассол.


Talya_Na
:

Из рапорта:

Объяснительная жены Наливайко

Увы, супружеские узы
Не для возвышенной натуры.
А Наливайко... Плешь и пузо
И с поварихой - шуры-муры.
Рога, рога... Побойтесь Бога,
Да разве то рога, так - рожки,
Никто - не ангел: понемногу,
Чуть-чуть, под мухой, понарошку...
А доктор, он - влюблён и юн,
Пилюли дал, чтоб спал, зараза,
Но Наливайко - злобный хрюн,
Напился, взял противогазы...
Обычно мы с ним чудно ладим,
А в этот раз - все кувырком:
С Гринько он заперся на складе,
А я...ах, да, роман с Гринько...


Татьяна_Вл_Демина
:

Жалоба

Тут в объяснительной писали,
Что внешний вид у нас не гуд,
Так на картошке да на сале
Рога не шибко нарастут!
Должна примерная хозяйка
Кормить прирученных мужчин,
И вы, гражданка Наливайко,
Купите мужу кальцемин.
Заколосимся мы ветвисто,
Пока с Гринько вы там... ага,
Вот витамины полным списком.
Число...
Фамилия: Рога.


Talya_Na
:

Из рапорта ротного:
Пошёл до ветру, мимо склада,
Тут - залп, туды его в качель,
Я пил...Но залпы? Канонада?
Ворота сорвало с петель.
Я грешным делом думал - фрицы
(Не в тему что-то понесло),
Потом просек, что до границы
Три дня пути, схватил весло
(До ветру я с веслом обычно
Хожу, такой вот странный бзик),
Глотнут для храбрости «Столичной»,
(Мужик я или не мужик?!)
А у ворот как в зоопарке:
Две белки, слон и, вроде, лось,
И я от ужаса как гаркну...
(Орал, что к слову вдруг пришлось).
Потом пошли метаморфозы:
Слон хобот оторвал ... рукой (!?),
Икнул и пьяно прогундосил:
«Товарищ ротный, я Гринько».


Татьяна_Вл_Демина
:

Из ненаписанного рапорта прапорщика Наливайко

Сидим с Гринько, а тут вдруг ротный,
Меня штормит: жара, июль...
А всё жена — пихала в рот мне
С утра неведомых пилюль.
Тут белки, лоси, Чихбарашка —
До глюк упившийся комар,
Лежит в углу пустая фляжка
Семилитровая... Кошмар.
Гринько с чего в противогазе?
И у меня противогаз.
Комар из ящика вылазит,
Кричу ему зачем-то "фас!"
Краснеет ротный, что-то будет,
Надулись вены возле скул,
Смешались в кучу белки, люди,
И я смешался и заснул.


Talya_Na
:

Фигура последняя: Печальная

Сон в летнюю ночь
Автор: Прапорщик Наливайко

Действующие лица:
Прапорщик, его жена и статисты (две коматозных овчарки и пьяный в стельку комар)

Место действия:
Склад

Час страшной казни близок. Айболиту
Четыре дня осталось развлекаться.
Гринько убью практически последним -
Он обещал со мной ещё раз выпить...
(Смотрит на длинный список имён)
Даааа, здесь работы на год, может больше...
И даже ротный ?! Вот же - сучий потрох...
А что же делать с ней? (глаза наливаются кровью) А-ха! Гранаты!
Осталась пара в ящике... Приступим!
Ты помолилась на ночь, Наливайко?
...
Grand Finale
Циклы стихов | Просмотров: 189 | Автор: Со-творение | Дата: 26/11/20 16:15 | Комментариев: 3

Недоглядели. Бояре сослепу засмолили царицу в бочке с Диогеном.

Ок74:

Скрутило ноги в кренделя,
Корона колет бюст.
Ну а под мышкой - вуаля! -
Храпит какой-то хлюст.
Бояре, чёрт их подери,
Куда смотрела рать?
Не могут в бочку, упыри,
Одну упаковать.
Эй, дрыщ подмышечный, очнись,
Ручонки прочь с колен!
Ты кто такой? Давай колись!
И звать как?
Диоген???


Елена_Лерак_Маркелова
:

Откуда взялась ты, скажи, о дородная дева,
впихнувшая тучные бёдра в жилище аскета?
Не Зевс ли суровый в припадке великого гнева,
за что — непонятно, послал испытание это?
С чела моего убери необъятные груди.
Подвинься чуток. И не кличь непонятно "дебилом".
Задушишь философа - боги и люди осудят.
Расселась, корова. И амфоры все раздавила!


Ок74
:

Какие, к бесам, амфорА?
Снижай, хад, самомненье!
Наперстки. Даже полтора.
Огрызок и сиденье.
И хватит лапать мой размер,
Скажу нескромно - пятый.
Зачем ты в бочку-то полез,
Вуайерист проклятый?
Окстись, какой, к собакам, дом?
Стояла в женской бане,
А ты туда проник козлом,
Еще и "на стакане".
Вещал народу, мол аскет,
Синопский эпатажник...
Дай только вылезти на свет.
Тебя повесят. Дважды!


Елена_Лерак_Маркелова
:

Вижу, конфликт назревает меж мною и вами.
Счастливо жил я доселе, как Ной до потопа.
Что ж, проясним ситуацию, дама... с грудями.
Да не крутитесь! Вы ж в морду мне лезете попой!
Счастливо жил, но меня обуяла охота
мир повидать, а точнее — поплавать по миру.
Русичи долго смеялись, назвав идиотом,
но, устыдившись, потом подарили квартиру.
Та, на которой явился я в княжество ваше,
Вся прогнила. Пожалели бояре мигранта.
Бочку отдали. Добавили хлеба, и каши,
но не сказали, что будут ещё квартиранты!


Ок74
:

Боярам выпишем люлей,
Допились охломоны.
Нам плыть шесть дней и семь ночей,
Уже шалят гормоны.
В пути эскорт - два корабля
До острова Буяна,
С собой вино и конопля,
Чтоб смочь достичь нирваны.
Я собиралась потребить
Все это в одиночку,
Но коль неделю вместе жить,
Поможешь скрасить ночку.
Придвинься ближе, Диоген,
Устроим нынче праздник,
Как Спицион брал Карфаген
Возьми меня, проказник!
И хватит выкать мне, плейбой,
Не сметь ломать квартиру,
Зачем ты тычешь шаурмой
Куда попало, Ирод?


Елена_Лерак_Маркелова
:

Всесильная Гера, к стенаньям не будь глуха.
не дай искуситься и выколи мне глаза!
Алкает безумно восставшая плоть греха,
но в пифосе этом любиться никак нельзя.
Бесстыдная дева во мне разжигает страсть.
И я бы отдался со всею охотой, но
в бидоне проклятом и яблоку негде пасть!
Боюсь, что нефритовым стержнем пробью я дно.


Ок74
:

Камней из нефрита мои закрома полны,
И Геру не стоит в наш тесный мирок вплетать.
Случайный сожитель, я вижу, что вы пьяны,
Когда вы успели недельный запас сожрать?
Мы сослепу впихнуты в этот дубовый сруб,
Давайте распишем, как дальше нам быть вдвоем.
Подкат ваш к царице уже облетел Ютьюб,
Свяжите свой стержень себе на носу узлом.


Елена_Лерак_Маркелова
:

Да что ж такое делается, братцы,
Среди, ну предположим, бела дня?
Я против этих вот инсинуаций!
Сама царица лезла на меня.
Вертела так и сяк мясистой попой,
а обломавшись - возвела поклёп.
Хорош мне по ланитам дланью хлопать!
Я протестую! Это - фотошоп!


Ок74
:

По-русски грек заговорил,
А притворялся перцем!
То вставшей плотью нам грозил,
То гневом громовержца.
В Афинах у него жена
И подружайка в Ницце,
За клевету тебе хана.
Бидон тебе гробницей.
Что за мужик пошёл? Квашня!
Заставил материться..
Я мстю и мстя моя страшна.
(На то мы и царицы.)


Елена_Лерак_Маркелова
:

Медитировал я — и открылась великая тайна.
Дура-баба, уймись и внимай же речам мудреца:
В эту бочку тебя запихнули отнюдь не случайно.
Цель простая — шалаву отправить в аид к праотцам.
Я, несчастный, пошёл, как бы это точнее... в довесок.
(То-то, помнится, всё ухмылялся в бородку Салтан)
Твой супружник давно приглядел в заграницах принцессу.
Две живые души порешил загубить шарлатан!
Надо силы беречь. Ты, царица, меня не насилуй.
И на уд не косись, и грудями не двигай срамно.
Вот прибьёт к сухопутью плавучую нашу могилу —
жезлом твёрдым ударю — и выбью у пифоса дно.


Ок74
:

Ты чего здесь бубнишь, эпатажный?
Шлюхой грубо царицу назвал,
Жезлом дно изнасиловал, дважды!
Это был однозначно провал!

Разойдясь и пихаясь коленом,
В стиле лучших агентов Моссад,
Диоген (а по жизни - Елена)
Начал сходу сдавать всех подряд.

Так на белом листе протокола,
Извиваясь сквозь строчки ужом,
Проступало судебное дело,
Где главарь опг - Соломон.

И писал вместе с ним небылицы,
Неумело пока (но пока),
В тесной бочке под маской царицы,
Прапор русской разведки - ОК(а).


Елена_Лерак_Маркелова
:

Ты, словно младенец, доволен моим фиаско.
Но рано ликуешь... Доносится вой сирен.
А значит могу я сорвать Диогена маску
и этот огромный, но не настоящий член.

Под кодовым именем "Бешеная Царица"
Скрывается склонный к разврату двойной агент!
(От гадкого дилдо никак не освободиться.
Ну кто догадался приляпать на клей "Момент"!?)

Завязывай, ирод, при даме ругаться матом.
Под маской аскета ловила тебя давно.
(ну слава богам, наконец-то отлип проклятый.
Зато депиляцию сделала заодно)

Не спя, не едя, я три года тебя искала
По всем городам и весям, в лесах, горах...
Послушай, кудрявый, а ты ничего так малый.
И вовсе не малый... огромный во всех местах.

А я за три года ни разу. Ни с кем. И точка...
Да к лешему всё! Ну-ка, милый, газку поддай.
Да мы до луны доберёмся на этой бочке —
там нет экстрадиции. Слушай, махнём в Китай?

На атомной бочке махнём через все кордоны.
Забудем про службу, в любви заживём вдвоём.
Сынка непременно потом назовём Гвидоном.
А дочку, конечно, Аспасией назовём.
Циклы стихов | Просмотров: 219 | Автор: Со-творение | Дата: 25/11/20 16:45 | Комментариев: 5

         Суббота не всегда свободный день:
         Работа, дача, гости - в общем, планы,
         Но тут - венок сонетов долгожданный,
         За перья! Не откликнется лишь пень.

         Тем более, за окнами - сирень,
         А, может, пальмы, кактусы, каштаны.
         Эризн, Сергей, Елена и Татьяны
         Марара, Мурр и все, кому не лень,

         Кто вечером, кто ночью, кто с утра
         (Смотря какая в их краях пора)
         Плетут венок в экстазе упоённо.

         Хоть слышны стоны Никины: "Непра...",
         И лезут нагло под руку вороны,
         The end. Голосование. Ура!
                  (Татьяна_Вл_Демина)



1

В окошках красота: цветёт сирень,
И облачность прозрачно-перьевая,
Пришла вторая половина мая,
Шепнула: "Платье лёгкое надень..."

Сомнений не мелькнула даже тень,
В коротком сарафанчике гуляю.
Надвинулась погода штормовая,
Ненастье, град, промозглая мокрень.

Неправильны весенние законы!
Сирень - к дождю, черёмуха - к циклону,
Цветы на вишне - будут холода...

Синоптики мрачны и непреклонны:
Июня ждите, будут лишь тогда
И солнце, и мерцающие кроны.
        (Татьяна_Вл_Демина)

2
И солнце, и мерцающие кроны
Весне сегодня здравицу поют.
Какой простор! Какой во всём уют!
Как радуется свету мир зелёный!

Зима скорбела, плакали иконы.
Всё чёрно-белым выглядело тут.
И ветер выл в плену морозных пут,
И панихиду каркали вороны.

Оттаял свод. Разрушены препоны.
Проснувшейся природы нежны тоны.
Пришла весна - зимы окончен срок.

Лучист ручей, и зелены газоны.
И вот уже в окне и вдоль дорог
Стрижей полёт, на ветках птичьи звоны.
        (Ольга_Альтовская)

3
Стрижей полёт, на ветках птичьи звоны
Доносят миру радостную весть,
Что всё живое так спешит расцвесть,
А небо безмятежно и бездонно.

Охрипшие беснуются вороны -
Мол, беды грянут и числа им несть.
Но счастье в миге. Вот сейчас и здесь -
В ещё нераспустившихся бутонах.

Коснется неизбежно смерти тень.
Живому недоступен вечный день.
Покинем все любимых мы однажды.

Но в молодых побегах старый пень
И лишь одно незыблемо и важно -
Приветливой весны живая сень.
        (Елена_Лерак_Маркелова)

4
Приветливой весны живая сень
Под трели птиц, весёлые напевы,
Явилась молодой румяной девой!
За нею вышел солнечный олень.

Махнёт рукой, раскрасив новый день
Штрихами изумрудностью посевов,
В деревья свой забрасывает невод,
Чтоб в ветках распустилась листьев тень.

Трудится ей с утра уже не лень –
И вот цветёт кудрявая сирень
В петлице пиджака красавца мая.

В восторге даже старый дряхлый пень
О всех своих печалях забывает -
Лишь накануне мучила мигрень.
        (Самапосебе)

5
Лишь накануне мучила мигрень,
Стучала молотком в височной вене,
Отбойником вбивала в мозг мгновенья,
Сбивала стуком крышу набекрень.

На скосе, как ты шляпу ни надень -
Не держится, зараза, без крепленья,
Чтоб вихрь её не сдёрнул в упоенье,
С гвоздём в мозгу ходила целый день.

Всю ночь стыдили траурно вороны,
Был слабый пульс нечастым и неровным
И не хотело уходить вчера,

И укоризненно качались кроны,
И к совести взывая, до утра
Выматывали душу ветра стоны.
        (Ветровоск)

6
Выматывали душу ветра стоны.
Я так просила: «Ветер, не стони!»
День без любви... Да, выдаются дни,
Когда немолчно каркают вороны.

Под ветром до земли сгибались клёны
Ещё вчера сидела в их тени,
Твердя себе: «Спокойствие цени
И солнца луч, пробившийся сквозь кроны...»

День угасал, он не принёс надежды.
Сном наливаясь, тяжелели вежды.
Остался недопит бокал вина...

Как мне хотелось снова быть влюблённой!
Светила равнодушная луна,
И сумерки серели, как затоны.
        (Сергей_Кодес)

7
И сумерки серели, как затоны,
в которых поселилась тишина.
И груз в душе, тяжёлый, многотонный…
И свет любви закрыла пелена…

И в этой пелене, тягучей, сонной –
Вдруг слово прозвучало: "Прощена!"
И ангелов с небес спустились сонмы.
И рухнула бесчувствия стена.

Ночь в сердце завершилась, ясный день
Открыл глаза мне, слышалось: "Надень
Одежды шёлк, и празднуй – время счастья!"

Но дьявол жив! И прежний мрак и тлень
Вернулись вновь, продолжила молчать я.
И двигаться, и думать было лень.
        (Андрей_Яковлев)

8
И двигаться, и думать было лень.
Минуты проходили за минутой.
Нехорошо быть камнем или Буддой
И в сумраке торчать как некий пень.

Взбодриться что ли пивом, чтоб тюлень
Мой внутренний очнулся – так, как будто
Понадобился вдруг – тебе, кому-то?..
Сорваться сдуру к морю ли, в Тюмень?..

Партнеры мы с бессонницей моей.
Не нужно нам ни моря, ни людей.
Так и помрем на ветреной веранде.

Не повторяй «пора мой друг пора» –
Отныне безучастны к пропаганде...
Но – чудо! Изменилось всё с утра.
        (Гладких)

9
Но – чудо! Изменилось всё с утра.
Рассеялись печальные приметы;
Ночные призраки блуждают где-то
И нам о них давно забыть пора!

Часок-другой и с визгом детвора
Рванет на речку: за окошком лето.
И мне бы за детьми в потоки света,
Разбрызгивать чешуйки серебра.

Как хочется на волю со двора!
И не чернила с легкого пера
(С киборда, детка, но скажу красиво!
Уж такова старинная игра),
А гимн о чем-то светлом и счастливом:
Природа ожила, ко мне добра!
        (Марара)

10
Природа ожила, ко мне добра
С утра, и солнца луч в стекле дробится, —
Бросая бликов вязь на наши лица,
Нас разбудил своей игрой и рад.

Ты слышишь щебет птиц в лесу? Пора
Бежать к ручью, где в ледяной водице
Так весело плескаться и резвиться,
Пока не затопила мир жара...

К полудню всё вокруг впадёт в нирвану,
И мы замрём в оцепененье странном...
Но холодок закатный гонит лень.

А дома полутьма и тишина, но
Закатом алым, завершая день,
Просвечены оконные экраны.
        (Murrgarita)

11
Просвечены оконные экраны
Какой там акт на сцене бытия?
Что вынырнет в душе из забытья
В лад смене декораций непрестанной?

То день, то ночь, то горе, то нирвана.
Рванье бомжа и золото шитья
На королевской мантии... А я
Предпочитаю счастье, как ни странно.

Грустны и одиноки вечера?
Забудьте, всё уйдёт, как мишура.
Да, жизнь полна трагедий, я не спорю.

Пусть в Лету канет завтра же с утра
Все то, о чем, тоскуя в давней ссоре,
Печалилась душа ещё вчера.
        (Марара)

12
Печалилась душа ещё вчера,
Тревогой и тоскою одержима.
Всё суета и жизнь проходит мимо.
И долгие унылы вечера.

Всё кончится. Бессмысленна игра.
Оттягивать уход неотвратимый?
Не скрыть морщин ни полутьмой, ни гримом.
И каркает усталость, мол, пора...

Но ангел за плечом шепнул, что рано.
Он обо мне печётся неустанно.
И бережёт. Печалиться о чём?

Мой путь ведёт к земле обетованной.
Сверкнуло утро солнечным лучом.
Прошла гроза, развеялись туманы.
        (Елена Лерак Маркелова)

13
Прошла гроза, развеялись туманы,
И снова даль прозрачна и светла.
Весенних бурь я много прожила -
Они сильны, но редко постоянны.

Внутри меня страшнее ураганы,
Ведь сердце в них твердеет, как скала,
И, нарастив налёт обид и зла,
С большим трудом затягивает раны.

Я опытна? Или весна мудра,
И пусть прольётся дождь, как из ведра -
За солнце это плата небольшая?

Стихи дрожат на кончике пера,
Из камня в небо душу превращая,
И лёгкости полёт - как с плеч гора.
        (Эризн)

14
И лёгкости полёт – как с плеч гора,
Как трепет крыльев на просторе синем,
Напейся впрок восторгом стрекозиным,
Забудь о том, как тягостна хандра!

Друзья, за легкость! Зря ли мастера
Не утомляют нас прологом длинным:
Два-три штриха, - перед тобой картина,
И как понятна зависть школяра!

Учись, мой друг, хоть это - дребедень,
Умение лишь первая ступень...
Ведь перед тем, кто создал птичьи стаи

Любой - школяр, беретик набекрень!
Забудь про зависть, и тоска растает:
В окошках – красота: цветёт сирень.
        (Марара)

Магистрал
В окошках – красота: цветёт сирень,
И солнце, и мерцающие кроны,
Стрижей полёт, на ветках птичьи звоны –
Приветливой весны живая сень.

Лишь накануне мучила мигрень.
Выматывали душу ветра стоны.
И сумерки серели, как затоны,
И двигаться, и думать было лень.

Но – чудо! Изменилось всё с утра.
Природа ожила, ко мне добра.
Просвечены оконные экраны.

Печалилась душа ещё вчера.
Прошла гроза, развеялись туманы,
И лёгкости полёт – как с плеч гора.
        (Ольга_Альтовская)
Твердые формы (запад) | Просмотров: 342 | Автор: Со-творение | Дата: 27/05/20 20:09 | Комментариев: 11

Оригинал: Светлана Водолей. А снег идёт, хоть бей его, хоть режь...

А снег идёт, хоть бей его, хоть режь...
Придумай Новое. Иди на побережь.
Круши объятия из бывших на лучи,
потом из звёзд соделай кирпичи.
И Дом сложи, дворец из сотен спален.
где в каждой будет Памяти развалин
из предыдущих - вновь сиять Сонет
на сотни тысяч /световые!/ лет.
И помудрев на фаустовский лад,
стань молодой как этот снегопад.
Смотри вперёд... Сотри слезы слезу.
Возобнови лыжню или лозу.
Дави вино! Дай жизни в натюрморт.
А я пришлю за ним большой эскорт.
И новогодний бриз как тот сюрприз,
и белых хризантем на твой карниз.
Живи и пой. Любовь тебя найдёт.
И по-медузьи ляжет на живот...


Граф Тимофеев ТТ
:

Пошел я как-то раз на побережь ...
А там пурга – хоть бей ее, хоть режь,
Круши ей челюсть, выцарапай глаз…
Ведь это ж тварь, зараза из зараз!
Будь бодр и храбр, неистов и брутален,
Вали ее до самых до развалин.
А так как счастья в жизни как бы нет,
Возьми восьмизарядный пистолет
И замочи на месте всех и вся,
Под киллера серийного кося.
Смотри не дрейфь! Утри сопли соплю,
На всякие сомнения наплюй.
Дави ее! Устрой ей натюрморт -
По типу дичь, засунутую в торт.
Организуй под Новый год сюрприз -
Повесь, скотину, наглой рожей вниз!..
Нет, все, ребята, больше не могу.
Давайте дальше вместе гнать пургу.


Koterina:


Гони пургу - взбесившуюся тварь,
Побей, повесь под глазом ей фонарь,
Бросайся на неё, как самурай,
Жестоко искусай и отпинай,
Держи её, свяжи её, души,
Вали ее, кроши её, круши,
Красиво отметель, поймав кураж,
Порви её, развей, рассей, размажь,
Развороти, прикончи, развали -
Пусть всюду будет сюр как у Дали.
Расправься, расчлени и затопчи,
Пусть не скребется жалобно в ночи.
А если вновь шуршать начнет в тени –
Лови её, казни её, распни!
Безжалостно тащи на страшный суд
Безумно завывающую жуть,
А после, победив метельный глюк,
Небрежно размотай сопли соплю,
Останки снега с рукава стряхни
И сочини десятки строк фигни)))


Елена:
Понять пургу


В больной пурге прослеживаю грусть,
А что почём, я вряд ли разберусь.
Ведь отчего-то воет та пурга,
Быть может, флюс или болит нога?
Пургу я вовсе не возьмусь судить,
Пусть воет, лишь бы не несла беды,
Пусть совершает все свои "круть-верть",
Я буду из укрытия смотреть.
Я сочинила десять строк пурги!
Но есть в ней мысль,
хоть не видать «ни зги».)))


Danish:


Хоть режь, а хоть о стенку приложи -
Мне чудятся дворцы и миражи,
Объятия из бывших, прочий треш,
И тянет в снег прийти на побережь.
Там начерчу на снеге пентаграм,
Как Фауст душу дьяволу продам
И стану молодой, как снегопад.
За мной пришлёт эскорт маркиз Де Сад
И вломит с правой в жизни натюрморт,
От вин хмелён и от находки горд
(Такой вот сексуальный фантазёр).
Переживу нокдаун, как боксёр,
Смахну слезу, тряся челом чела,
Припоминая, где была вчера,
Припомню: был кирпич. Пробел... затем
Карниз и куча белых хризантем...
Но между тем Де Сад меня найдёт
И покладёт медузу на живот.


Talya_Na:


Пошла за всеми я на побережь
Гонять пургу (над волнами и меж).
Смотрю - лежит, безглазая в песке,
Раздавлена, размазана, в виске
Дыра зияет, как в сосне дупло.
Похоже, здесь вино текло.
Медузы в стельку. Скользкий волнорез.
Лыжня? Дельфины, кто на лыжах, а кто - без.
Смотрю во все глаза, из слез слеза
Скатилась, зацепив у носа нос
(Возможно, ветер!). Губы губ вдруг затряслись (им жаль пургу), их потянуло вниз,
Они повисли (бедные!) на бис,
Как хризантемы на загаженный карниз.


Елена_Лерак_Маркелова


Накинулись на бедную пургу.
Гони, мол, в шею. Гни её в дугу.
Зарезай, изнасилуй, изничтожь,
Плювай ей в душу, стукни прямо в рожь (не которая
пшеница, а которая лицо )))
Чтоб не мелась отныне присно впредь...
А пург убогих надобно жалеть!
Терпень и незлобивость - наша твердь.
Где ваши доброта и милосердь?
Вы о душе подумайте допрежь -
Гонять ли сироту по побережь.
Её родили с неба облака,
Но по дороге стукнули слегка.
И потому у ней уродный вид,
Но вовнутрях пурги душа болит!


Koterina:


Пурга привычно терпит жуть и жесть –
Ужасная, но милая в душе.
Хоть видит лишь пинки и нелюбовь –
Как горец, воскресает вновь и вновь.
Хоть мстительно топчи её, хоть режь –
Всё воет, и ползет на побережь...
Смотри, неубиваема она,
Поэтов не боится ни хрена.
Хоть поркой измени её окрас,
Хоть выбей сгоряча ей глаза глаз,
Хоть радостно сними ей скальпа скальп
И пытками сотри её оскал.
Но веселей толпой пургу мочить…
…До вечера глумились палачи.
Там, где шутя растоптан был закон,
Пурга ползла как раненый дракон,
Шептала своенравно «I'll be back»,
И под ногами быстро таял снег...


Murrgarita:


А мне мила идея про Сонет!
Погнать пургу в суровой строгой форме,
На Памяти развалиновом фоне
Звездить и кирпичить сто тысяч лет...

Вот Фауст - помудрел, оставил след,
И стал, как юный снегопад, моложе,
И ты не медли, стань моложе тоже, -
Всем можно, а тебе с чего бы нет?

Пришла пора стереть слезы слезу,
И на лыжне возобновить лозу,
И написать Сонет о натюрмордах.

А я стою тут рядышком и гордо
Гоню пургу про бриз и про грозу,
Которую пришлю с большим эскортом.

Мари Гардэ:

Весь день пишу - хоть бей меня, хоть режь,
а где-то пляжью манит побережь,
дворцы, лыжня и всякая фигня.
Паэзь не любит бедного меня...
Всего корёжит! То - не вери гуд!
Никто не учит, как гонять пургу!
Смотрю в себя, гоню мыслёй мыслю.
Писать сонет - не типа ай-лю-лю!
Тут надо в столбик строчки уложить
и натюрмортом сдобрить этажи,
затем соделать лозы с кирпичом -
финал иначе будет ни о чём.
Кричу я хелп, на помощь, ком цу мир!
Ведь мог же влёт писать сонет Шекспир,
а у меня настрой души другой -
никак не может справится с пургой!

Я по-медузьи брякнусь на кровать,
уйду в рыдать и в рюмку наливать!
Мне б поберечь для женщин этот зуд,
ведь молодой давить слезой слезу!
Пародии | Просмотров: 365 | Автор: Со-творение | Дата: 01/03/20 13:59 | Комментариев: 6

Алекс Фо:

Как водится – вначале было слово. И слово было краткое – твори. И ты творил… К исходу дня седьмого кругом уже теснились алтари. И отзвуки твоих заветов пастве, летевших в мир с бестрепетной руки, то щедро размножались копипастом, то вырождались в стихосорняки… И сам собой разросся тихой сапой ассортимент игрушек и ролей: здесь для юродцев есть кнуты и кляпы, для правоверных – лавры и елей; по-царски всякой твари – по глаголу, по искре божьей, стопке и трубе; хламиды цвет, и сорт мозгов, и голос тут «каждый выбирает по себе»…
Что выбрал ты?.. Когда застыла глина и мира твоего окрепла стать... Закрыть глаза и ухнуть в нельсон сплина, сложив ладошки, и – не кантовать? Неужто не видать со дна стакана, что, как всегда, в заброшенных мирах прекрасно выживают тараканы, а тонкокостье тихо ляжет в прах? Не глушит мысли барабанной дробью – что избранным и так урезан срок, что палец их по твоему подобью заточен под перо и под курок, и не спасет ни вера, ни апостол принявших в лоб безбожный статус-кво...
И только слово-шваль поднимет тосты в бесславие молчанья твоего.

Марина Славина:

Вначале было слово. Просто – звуки, разросшиеся, словно снежный ком; и люд корпел над сложностью науки - выталкивать несмелым языком гортанный рёв сквозь частокол оскала, пытаясь модулировать им смысл... Верстался мир, застыла глина в скалы, мизЕр в игре сменился на ремиз, давно покорена ионосфера, сплетён гамак искусственных орбит... Но туз козырный истины и веры бывал шестёркой атеизма бит. Идёт обмен хоралов на канканы, у золота, как прежде, взгляд свинцов… Чувствительного времени мембраны скрывают беззащитное яйцо, хранящее в себе зародыш мира с пространством закоулков и углов, где только нам – убогим, глупым, сирым – оставлена в наследство горечь слов...

Алексей Порошин:

Но только поначалу было клёво…Гремящее, как бур, как автомат, божественно отточенное слово перетекло в привычный русский мат. И плесенью разросся рой созвучий в ассортимент сентенций и фонем, чтоб каждый мог, ну так, на всякий случай, читать свой рэп как ихний Eminem. Нам впарили за сёмгу фунт селёдки, и на него потрачен весь аванс. Но в мир пришёл изобретатель водки, и слово получило новый шанс.
На стыке секса, пьянки и эклектик, языковых традиций не храня, теперь умеет каждый эпилептик писать и про себя, и про меня. Продрав глаза и ухмыльнувшись пьяно, а улыбаться трезво не в чести, он даже не поймёт со дна стакана, что есть слова и кроме тех шести, которые, используя ретиво, сваяет он фундаментальный труд из грязи, что зовут ненормативом и что обсценной лексикой зовут.
Разрушен дом, давно ушла невеста, и время так стремительно бежит, но как пройти перипетии квеста, когда рука на джойстике дрожит, когда в клавиатуре крошки пиццы, и кетчупом измазан монитор, когда уже давно пора напиться, но слишком сложно выползти во двор, когда, валяясь голым, как гомункул, он спит среди объедков и бычков, внезапно извергается фурункул противно-мерзопакостных стишков. И русский дух, и пафос православный, и через слово мать и перемать, и вот уже стишок висит на Главной, и мы ему обязаны внимать. И ты недоумённо чешешь проседь, и от стыда кружится голова. И хочется писать навеки бросить, залив поллитрой рифмы и слова…
…А просыпаться утром так хреново, на ощупь находя стакан воды..
Вот так всегда. Вначале было слово. Молчал бы, блин, и не было б беды.

Алекс Фо:

Пока творец на мир взирал, стеная, из абстинентно-матерной сети, зловеще эволюция иная ползла по параллельному пути. Он сам не помнит, как такое вышло: продрал глаза – на тумбочке ребро… И, проседь почесав деталью лишней, на креатив беспечно дал добро.
И – понеслось… Создание крепчало, гомункулом – попробуй назови! Училось с аппетитом каннибала мять под себя любого визави, мешать коктейль из брюликов и секса, плевать на право-словие и честь, язык точить до уровня рефлексов… в итоге – вышел толк. Буквально весь.
Создание отлично размножалось, копя шмотье, диагнозы, грехи, и все бы ничего, когда б не малость – оно узнало: в мире есть стихи… Теперь ногтем акриловым чего-то царапает на пикселях страниц, и зрителю со сцены вирт-болота выносит мозг (в подставке для яиц). Курлыканье и чмоки коромыслом – икай, творец, бреди среди пурги, по слово-свалкам с обреченной мыслью – ну да, какие ж в ребрах-то мозги… Когда летят сырые рифмы с кровью и сопли пузырями из-под ног, измятое душевное здоровье не исцелит ни водка, ни чеснок; среди запоев, квестов и традиций бессильны дух и матерная медь… Что остается? По углам щемиться и по Его подобию седеть…
Рассудок частоколом ног ломая, шагает сердцеедческий глагол, и мы, ему внимая, вынимаем – стаканы, пистолеты, валидол… Цветут продукты контр-эволюций, что метко деградацией зовут… Я знаю, стыдно. Черти вон смеются. Молчи, творец, молчи – а то сожрут… )))

Алексей Порошин:

Молчи, творец гортаней и гортензий, и прочих флоры/фауны цветов, я на тебя ещё мешок претензий уже сегодня вывалить готов. Когда Адам, страдая от поллюций, писал стихи ребру, пока что в стол, в цепочке потаённых эволюций внезапно зародился третий пол. Не то, чтоб третья палуба на судне, а в смысле сексуальности. Смешно, но в замкнутом потоке райских будней вдруг появилось некое ОНО. Теперь хоть вой, хоть бейся лбом об стену, судьбе кранты, не выплывет муму. Ребро-ребром, но выпав на измену, Адам не сразу понял, что к чему. Ты сам прикинь, ну, как на самом деле здоровому, красивому самцу все ночи коротать с ребром в постели, что, в общем, и гиене не к лицу. Задумался Адам – а почему бы не поскрести в сусеках у творца? А там…и силиконовые губы, и томный взгляд, и локон у лица, осанка, стать, красивая фигура (других не знали), мышцы как гранит. А речь-то, речь! Почти литература. Однако, нет ни персей, ни ланит.
Короче, ни король, ни королева. Но было им не скучно до утра. А где-то там уже страдала Ева, внезапно залупившись из ребра. Вот так вот, вдруг, Господь себя и высек. Ресурсов-то в раю наперечёт. Поскольку не раскрыта тема сисег, он сразу получает незачот.
Творец, понятно дело, чешет репу и Змея приглашает в редсовет, чтоб обсудить повестку дел вертепа, прозрачности в котором больше нет. Мол, всё пошло совсем не так как надо, мол, всех за борт, плюс радиобуёк. Змей предложил всей тройке выпить йаду и яблоками выдать сухпаёк. Закончен разговор, закрыта тема, творец уже от гнева сам не свой, всю живность выселяет из Эдема и тут же погружается в запой.

А дальше понеслось без всяких правил – Адам с ОНО, у Евы сыновья. Однажды отказал братишке Авель, и Каин…в смысле, брату не судья. Ну, надо ж так бесславно облажаться! Всё шире их привычный ареал. Но как ОНО способно размножаться? Причём быстрей, чем каждый натурал. Теперь ОНО царит над целым миром, на гей-параде мы уже внутри. И по стопам Содома и Стихиры пошли поэты, чёрт бы их дери! Иной уже сейчас кусает локти, что он ни кутюрье, ни просто гей, что не его акриловые ногти царапают колонки пикселей. Его стихи бессмысленно-бесполы, но быстро продвигаются в народ. Теперь ОНО сердцами жжот глаголы, хотя давно пора наоборот.
Подумаешь! Твори, и дело в шляпе. Но хочется схватиться за топор…

Увидев всё, творец, понятно, запил. Вот так и спит в запое до сих пор.

Алекс Фо:

Абзац. Эдем усох, творец в запое, Адам в ОНО, ОНО выносит мозг; ребро уже поклеило обои, на новый ареал наводит лоск; а фауна среди подмерзшей флоры, пакуя в лопухи нагую стать, глядит на эволюцию с укором и добрым словом поминает мать…
Пока в бардак перетекала пьянка и растекалась устно и в строку, маляву Змей уволенный морзянкой отстукивал по радиобуйку. Известие о вышних неполадках по цокольным звенело этажам – мол, дождались, творец ослабил хватку – ввиду того, что натворился в хлам; мол, жоп… ой, кризис... без царя негоже…
И, сам недавно из небесных сфер, намылил глаз на мировые вожжи находчивый электрик Люцифер.
Внизу ж не рай, ресурсов – слон наплакал, удобнее престолы возводить. С тех пор узнала каждая собака: пахан сказал – а значит, будем рыть! И заскрипели мышцы и лопаты, буравил тверди, словно лазер, взгляд, и даже геев – оптом, прям с парада – определили временно в стройбат. Сентенций сложных флер сметя, как плесень, с броневика лосем орал прораб, жалел, что каска на рога не лезет и ощутимо не хватает баб. Прорабий взгляд скользил по круговерти, сползая землекопам в декольте, и, по уши в стихах, рыдали черти над чертежами некого ДантЕ.
Масштабы – жесть! Для всех найдется место, бригада впереди планеты всей: получит по жилплощади и квесту любитель си… ликоновых персей, и блудный рыцарь топора и йада, и тот, кто по чужим сусекам скреб, и отпрыск разобиженного гада, стучавшего на ближнего взахлеб… А там, где не врубились в мизансцену сквозь жесть метафорических колен, на всякий случай сделали геенну – то ли для геев, то ли для гиен.
Осилили постройку. Пусть не сразу, под матюги, сквозь тернии и смог… А под литературную заразу определить забыли уголок!…
Итог известен: да, со словом туго. Но, не желая жечь глаголом стол, писака борзый ищет пятый угол, восьмую пядь в затылке, третий пол… Ни в ад, ни в небо не берет цензура, из непонятных мест растет перо… Но выжила почти литература: нашла инет – и бродит, бродит, бро…

Ирина Корнетова:

Творец проснулся в величайшем гневе: так извратить божественную суть! Хотел повесить всех на первом древе, затем решил творенья в прах вернуть.
Огромный бак вселенского комбайна смешает души, плоть, свинец и медь. Всего-то пара кнопок: «вира», «майна» и пимпочка, чтоб массу подогреть.
Адам с ребром – первооснова фарша, его мясистость, глупость, густота. Лапша из рифм, стихов увядших спаржа; бездарность, леность, зависть – три кита.
Ингредиент второй – конечно, Ева: истерики, обиды, слезы, ложь, пучок волос и полцентнера гнева.
Комбайн взревел, превозмогая дрожь…
Теперь охапку пупсиков сладчайших швырнул творец в изрядно полный бак: бесполых дев и геев, шлюх жалчайших.
Затем – десяток бешеных собак . « Для остроты!», - промолвил с любопытством седой Творец, процессом увлечен, а Сатана сказал ему с ехидством обычное своё: «Я восхищен!»
Как сахар с перцем – ангелы и бесы (дружище дьявол! Помогал, как мог…)
Последний миг последнего замеса… Всё замерло, и появился – БОГ.

Алексей Порошин:

Он Андрогин. Жена и муж по крови, капризен, непослушен и сердит, меконием залепленный по брови, уже четвёртый пол – гермафродит. Да что уж там, слепили, так слепили. Творца и так расстроили спьяна. Дитёныша помыли, накормили котлетками из свежего овна. Над полом слишком париться не стали, Эдем и так трещит на вираже. Но, судя по размерам гениталий, он был намного больше М, чем Ж. Наука не умеет много гитик, судьба наук давно сошла на нет. И записав в церковной книге: «Критик», ребёнка сразу слили в интернет. Ну вот, последний выдворен из рая, и допивая свой аперитив, творец довольно руки потирает, задумывая новый креатив.
А в паутине буря и торнадо – устав от стихотворных адских мук, стучит челом паетская громада – помилуй нас, великий царь-Паук! Отбросив мишуру мирских политик, Паук, стряхнув стихи с могучих ног, им заявил: «Я ваш верховный Критик. Аз есмь Царь и ваш паетский БОГ. Конечно, всем достанется по вере. Кому песец, кому-то целый слон. Но все круги маэстро Алигьери для вас всего лишь лёгкий моцион. О чувствах и страданиях не надо. Сегодня Мы опять не с той ноги. А чтобы на Олимп попасть из ада, об этом даже думать не моги. Не рыпайся – окажешься на плахе, Не возражай – очутишься в гробу. Зачем пеон, анапест, амфибрахий? И чёртовым хореем заямбу.»
Тем временем, устав копать до крика, совать, куда попало, мощный бур, махать кайлом, дорыв до Мозамбика, ребята поднялись на перекур. А наверху – торжественная встреча, симфонии, кантаты, па-де-де, актёры, мушкетёры, слёзы, речи, фуршеты, поэтессы и т.д. От дивного, невиданного чуда расслабились копатели ядра. И я сейчас рассказывать не буду, какая там потом пошла жара. Как кто-то матерился, кто-то гадил, кто в номера ломился без ключа, а кто уже кого по персям гладил, об этом мы не здесь и не сейчас.
Танцуют все! Какие там сомненья, эй, Люцифер, давай поярче свет! И только поутру пришло прозренье – есть всё. Вот только Слова больше нет.

Когда миров подкопана основа, поскольку сомневаешься в творце, нельзя кричать: «Вначале было слово!» Задумайся, что вызреет в конце…

Ник Туманов:

Пока Плеяд, заползших тихо в койку, любил Отец, напившись словно тать, Сын-Андрогин не званый на попойку, задумал быстро сделать перестройку, а дело начав, начал ускорять. И нацепив легко за плечи ранец – учёный (чтоб его!), почти Сократ, он объявил, что папа, мол – засранец, сломал в пустой борьбе протуберанец, и Андрогин отныне мирозданец, и всё перекроит на новый лад. Что это, мол, пустяшная работа – строгать, как папа Карло, из бревна тупых людишек, проще – идиотов, и назначать, кто муж, а кто – жена. А чтобы проще шёл процесс созданья, он тотчас кастинг объявил для тех, кто б стал ему подмогой в начинанье, и поддержал в развитии успех. И в жажде новизны, и креатива поставил им задачу новый Бог – клепать побольше модных и красивых, не важно, что у них там между ног.
И понеслось! Строгают, пилят, бурят, и во вселенной ширится дефолт, а раз дефолт, так значит не до дури – здесь гайку вставят, там прикрутят болт. Идёт работа – стройными рядами уже полки шагают буратин. У них на всех одна теперь забота – попей, пожри, да в гайку болт ввинти. И каждый равен, каждый обозначен, и каждый гордо шествует ослом, и только так отныне – не иначе, ты или донна Анна, или мачо, а кто чуть-чуть иной – идёт на слом. Всех буратин учтя на поголовье в числе стихи читающих ослов, Бог новый выдал квоту пустословью на производство знаков, букоФФ, слов. И вот уже по-взрослому читают, и узнавать пытаются слова – а там всего дефис и запятая, а между ними частое «Иа».
"Иа-иа!" – несётся по вселенной. "Иа-иа" – вершина высших сфер! И Ад захвачен племенем поленным, а Люцифер отныне просто пленный – у буратин в обслуге Люцифер.
Но Бог-Отец, проснувшись, отряхнувшись, попив рассола, разогнав Плеяд, промыв глаза, прочистив пальцем уши, решил вселенцев сосчитать по душам, а душ-то нет – сплошной вишнёвый сад! Опешил Бог… к чему такие страсти? И кто посмел? И кто велел, и кто?..
Тут Люцифер огнём из тухлой пасти, мол: "Ваш сынок, етти его в пальто! Совсем с катушек съехал, оглашенный – отправил всех чертей растить дубы." Мол: "буратин, потребных для вселенной он нафигячит вволю! Эх, кабы, создатель, вы решились на отмену всех демократий, вы же либерал, я сам легко убился бы об стену, но завсегда б за вас голосовал!"
И Бог махнул рукой, озлясь конкретно, и напустил на землю пал и мор, и был конец родившемуся свету, когда потоп вселенский землю стёр.

Ну, а когда утихла буря, снова он строил мир, и Люцифер помог.
И зарождалась жизнь.
И было слово.
И это слово снова было –
Б О Г!

ВесНа:

И не было начала – только звезды туманностей, пульсирующих в такт. И вдруг Его душа коснулась прозой безвременнопространственный антракт.И что ж? Отсек материи в тумане огромный кус, не видя зги во мгле, скруглил умело, истово все грани.(Затем гончар так делал на Земле).Он медленно и трудно слепок глины надел на ось. И этот теплый ком руками мял и гладил, сгорбив спину, и вдруг подумал: «Будет людям дом». Взял палочку иль косточку – не важно, и клинописью знаки выводил. Урал, Памир, Везувий – поэтажно морщинил горы. Выцарапал Нил. И капля пота вдруг со лба упала на этот шар. (А с виду-то – горшок) Она Азовом, звезды помнят, стала. Он до сих пор соленый и большой. Озера, реки, кровь мозолей – зори… Тот вечер был безоблачен и тих! С рубахи соль полощет Мастер в море... Устал Господь. Когда ж напишет стих? Но нет стихов. Пока – зверье, овраги, поля, луга, цветы в густой траве. И лес. Ну, слава, Господи! Бумага! (Куда ж писать всё то, что в голове?) Уже и парень ходит меж деревьев, жует плоды, оскомину набил. И хитрый змей старинный, самый древний, собою ствол в готовности обвил. А что же Бог? От тягостного груза за будущую грешность всех людей творит себе (Адам потерпит) Музу. О, Женщина!!! И стих слагает ей.
......................................
Опубликовано
Твори
Размышления о Слове типа дуэли такой с Алексом Фо
Циклы стихов | Просмотров: 631 | Автор: Со-творение | Дата: 04/10/19 13:41 | Комментариев: 4

Юрий Борисов:

Я, следуя Данте, по аду гулял,
Водил меня тот же Вергилий.
"Друзья ли мы с ним?" - я в пути размышлял,
И эхом Вергилий: "Враги ли?"

Меня он ужасно хотел удивить
Пейзажем иных наказаний.
"Мне смехом ему благодарность явить?",
И эхом Вергилий: "Слезами".

Горели, горели кострами в ночи
Убийцы, предатели, воры.
"А этот за что от страданий кричит?",
И тихо в ответ: "Разговоры".

"А это вот ты", - показал вдруг поэт
На тело у каменной стенки.
Огонь здесь имел потрясающий цвет,
В котором резвились оттенки.

Валялись обрубки рогов и копыт.
"Нет, так, - я сказал, - не играю,
Хоть тело мое постоянно горит
Буквально на подступах к раю".

Laura_Li:

У ворот нерайских коменданты,
демонов чернеющая рать.
С кем на этот раз явился Данте
рейтинг адских туров поднимать?

Сладкий запах мятных барбарисов
облачком поблизости осел -
ласково приветствует Борисов
крохотного чёртика в росе.

И шагает прямо сквозь ворота,
совершая дерзкий променад:
"Где у вас тут сад и огород-то?
Адски вкусным фруктам был бы рад!"

И подводят тут к нему и к Данте
милые скелеты жеребцов,
мол, езжайте, господа-таланты,
навещайте дедов и отцов.

Настоялась чудная погодка,
что совсем не свойственна местам,
и вай-фай ловился очень ловко
в девяносто случаев из ста.

Всё вокруг изысканно пылало,
маковые плыли языки
обнимая целые кварталы,
где никто не мог поднять руки,

но тянулся к странствующим мимо,
вызывая внутренний озноб.
Люди были цвета солонины -
так поэт запомнил эпизод.

И словоохотлив был Дуранте,
аж Борисов чуточку устал,
и уже подумывал: " Дурак ты."
И ещё сильней сжимал уста.

Жеребцы скрипели позвонками,
весел стук мосоликов больших...
Впереди адчане замелькали,
среди них (о, Господи!) – Старших...

Нет, не показалось. "Едем быстро!
Надо вынуть друга из толпы!", –
в череп жеребца орал Борисов.
Данте принял нервные понты,
и послушно следуя по следу,
врезался в горящую толпу...

Это всё случилось ночью в среду,
а в четверг квартал почти потух,
потому что был огнетушитель
на плече отважного Старших.
Он сказал спокойно: " Разрешите?!"
И отпенил разом – этажи,
улицу и грешников пропащих.
Прослезился выползший народ.

А Борисов взял ничейный ящик,
и залез в ничейный огород.
Там они втроём расположились,
бес налил вина им от души,
и мололи всякое о жизни,
спорили, кто больше согрешил.

Музыка играла им живая,
девушки выплясывали в лад...
Долго три товарища жевали
то, чем был богат прекрасный ад.
Благо удобрений здесь в достатке,
овощи и фрукты - высший класс.
Напоследок, выписав на грядке,
фразу века - "Помните о нас!",
взобрались два друга на скелеты
и галопом к выходу - адью!

Данте, никогда не пьющий летом,
спать пошёл в Харонову ладью.
А Харон в четверг был тоже датый,
день прихода Данте отмечал.
Снова перепутал чьи-то даты...
Даты не пришедших на причал.

Александр Старших:

По ТВ в аду объявлен поиск
тех, кто вёл тушение огня…
вот бы нам туда пожарный поезд,
а огнетушитель так – фигня!

Им чуть-чуть мы только сбили пламя,
но не устранили весь пожар,
да и Алигьери (между нами)
против наших действий возражал.

Он давно с нечистой силой в доле -
от минкульта получает мзду;
и воскликнул я в сердцах:
- Доколе?!!
А потом послал его в 3,14-зду.

Он пошёл вздремнуть к Харону в лодку,
старый хрыч давно уже храпел…
а Борисов танцевал с молодкой -
что-то ей на ушко сладко пел.

Не допел буквально полкуплета
(без меня он там бы и торчал) …
Мы вскочили с Юрой на скелеты
и скорей покинули причал.

Юрий Борисов:

Я иду извилинами ада,
Забредаю в горе-тупики.
Плод познанья счастья авокадо
Надо мною гнется и скрипит.

Нас огни щекочут языками,
Обжигают слизистую глаз.
Экскурсанты ходят с рюкзаками,
Страхи извергая на палас.

Лаура, Вергилия похлеще,
Поясняла что и почему.
Грешники горели, словно вещи,
Растворяясь в розовом дыму.

Вы, скелеты конские, спешите!
Впрочем, нам пожары не страшны,
Ведь Старших достанет свой тушитель
И погасит души и штаны.

Laura_Li:

Боже... вы, как маленькие, оба,
здесь вам ни какой-нибудь Эдем,
где никчёмны шмотки или обувь
и под каждой яблоней биде.

Здесь любая вещь – предмет обмена
на одну трансляцию живым,
а пожары – мёртвым по колено,
лишь чернее связки вен и жил.

Скажем, захотел хандрящий трупик
передать привет своей родне,
он меняет найденные туфли
на одно мгновенье на Земле.

Друг у друга трупы мародерят
и туристов грабят там и тут.
Те, конечно, могут сделать дёру,
но от быстрых трупов не сбегут.

Так что повезло скелетам вашим,
вы ещё отделались легко.
Был бы Саня более безбашен,
то не ускакал бы далеко.

"А LL в аду, как рыбка в море,
всё избороздила до и от.
Кто в аду не слыхивал о Лоре?
Здесь о Лоре знает каждый чёрт.

Перед Лорой тает даже Цербер,
и ломает графики Харон.
Что там график... Лора знает цену
каждой смерти, охраняя фронт.
Стоит ей коснуться диадемы,
больше ничего на Лоре нет...

Много Лора знает об Эдеме,
ад не меньше знает много лет.
Ад живёт на кончиках извилин,
рай меж строк изысканных бесед...",

– молча улыбается Вергилий
и ведёт Борисова на свет.

Александр Старших:

Кто в аду не слыхивал о ЛОРе?
Здесь о ЛОРе знает каждый пёс;
вкруг его жилища на заборе
кто-то вывел: ухо, горло, нос!

Черти тащат эскулапу горы
кровяной копчёной колбасы,
он за это лечит уши, горла
и свинообразные носы.

Нет для ЛОРа хуже этой кары,
колбаса уже не лезет в рот…
он послал бы их к ветеринару,
да земная карма не даёт.

Дело в том, что он до самой смерти
продолжал работать ЛОР-врачом,
только, как свидетельствуют черти,
был жлобом, хапугой и рвачом.

Потому его земная должность
с ним осталась после похорон…
говорят, что в Стиксе за безбожность
чуть не утопил его Харон.

Должность ЛОРу сразу утвердили –
стал он первым адским главврачом;
у него лечил ринит Вергилий…
ну, а мы тут с Юрой не при чём!

Андрей Яковлев:

Три поэта пьяных, загулявших –
веселятся… позабыв о том,
что ничейный опустелый ящик
молча догорает под котлом.

Laura_Li:

Ящику

Три поэта, с рифмами играя,
доживут нескоро до трухи...
Не грусти, ты тоже несгораем,
если несгораемы стихи.
..............................................
Опубликовано
Комедия
Юмористические стихи | Просмотров: 448 | Автор: Со-творение | Дата: 30/09/19 11:23 | Комментариев: 3

Алекс Фо:

Луна желтеет над уснувшим лесом,
Неясная, как выцветший пергамент.
Плетется жизнь – затянутая пьеса,
Что по забору писана рогами…
Не спи, не спи… так сладко скинуть сбрую
Долгов, обид, любви, надежд и страхов –
Но память на развалинах пирует,
В колодец сердца падая с размаху,
И толку нет судьбы бояться, ибо
Что страшно – происходит непременно.
Тоска блуждает, как слепая рыба,
Из боли в страсть, от клятвы до измены,
Хрипят в гробу мечтаний недобитки,
Романтика к луне летит из пушки…
Лишь пьяный ветер дергает за нитку,
Прибитую к паяцевой макушке –
Не спи…
Еще полно в душе изюмин,
Еще стихи не заслужили мессы –
Не спи! Настало время для безумий –
Любви, долгов, надежд, луны и леса…

Сергей Жабин:

Богемское:

Не сплю, не сплю...Опять кропаю пьесу -
Обрывки мечт и мыслей недобитки
Пытаюсь вновь - фу, как неинтересно -
Связать хоть как - хотя бы белой ниткой.
И мир вокруг,в моих мозгах вращаясь,
Колышит мысль - ковёр из ламинарий;
Бьюсь на крючке повисших обещаний -
Мне б завтра сдать - кровь из носу - сценарий.

Сергей Кодес:

Луна и художник

Луна из туч проглянула, как здрасте,
Похожая на выцветший пергамент.
Несётся жизнь – затянутый ужастик,
Плюс – снятый неумелыми руками…
Не спи, не спи, ведь мнил, что ты – художник,
А не набор обид, надежд и страхов,
Ты всем твердил: «Я – вечности заложник!
Пишу свободно, искренне, с размахом...»,
И перестань судьбы бояться, ибо
Что страшно – то случится непременно.
Не громозди тяжёлых мыслей глыбы,
Не выбирай – что тленно, что нетленно.
Хрипят в гробу мечтаний недобитки,
И на ядре к луне летит романтик,
А пьяный ветер дергает за нитку,
Пытаясь снять со всех остатки мантий...
Не спи…
Ещё полно в душе изюмин,
Ещё стихи не заслужили мессы –
Не спи! Приходит время для безумий –
Любви, долгов, надежд, софитов, прессы…

Koterina:

Ночь – время стихотворных вурдалаков
И в мутном лунном свете пляшут бесы…
Здесь можно отхлебнуть чернил и плакать,
И мрачная рифмованная пьеса –
Как разума внезапные капризы,
Как выданная дьяволу расписка…
Сомнения – безжалостные крысы –
Изюм души грызут с голодным писком.
Но ты, полночный словоблуд, забудешь
Все, что тебя избило-изломало.
Привычно пишешь с пофигизмом Будды
И, между строчек придушив немало
Иллюзий и надежд – котят пушистых,
Судьбы небрежно комкаешь пергамент.
И с воющей облезлой ведьмой-жизнью
Бодаешься корявыми рогами…

Наталья Матвеева:

Соседский бык изрешетил забор.
Теперь не сплю, не ем. Всё караулю
рогатого. Вот выстрелю в упор -
для недобитка в карабине пуля.
Кто думает. Что страшно мне -
ничуть!
Поем изюм и вмиг в душе везувий!
Гормон бесстрашия во мне, как ртуть
блуждает -
ищет повод для безумий!

Галина Пиастро:

Луна и бесы
(Пальну любезно)

Луна желтеет над уснувшим лесом,
(Из льна, всё укрывая занавеской)
Неясная, как выцветший пергамент,
(Неясыть – как поделка оригами).
Плетется жизнь – затянутая пьеса,
(Печётся булка сплошь с изюмом в тесте),
Что по забору писана рогами…
(Что, ох, позорно, но оригинально).

Не спи, не спи… так сладко скинуть сбрую
(«Неспиннер» разливает сладкоструи)
Долгов, обид, любви, надежд и страхов –
(Долдонит, мол, всё обернётся крахом).
Но память на развалинах пирует,
(Не паинькой ведь станешь после бури),
В колодец сердца падая с размаху,
(Вколоться опиатом – хоть на плаху).

И толку нет судьбы бояться, ибо
(И только б ей успеть сказать: «Спасибо!»)
Что страшно – происходит непременно.
(Чёрт в саже принесёт к огню поленья…)
Тоска блуждает, как слепая рыба,
(Таскается… глядь, и уткнулась в глыбу)
Из боли в страсть, от клятвы до измены,
(Извольте так страдать попеременно).

Хрипят в гробу мечтаний недобитки,
(Храпя, как кони, что тащАт кибитку)
Романтика к луне летит из пушки…
(Рогатину припрятав под подушкой)
Лишь пьяный ветер дергает за нитку,
(В плешь пятнами – нацелить бы зенитку:)
Прибитую к паяцевой макушке –
(Рябит она на лысине Петрушки – )

Не спи…
Еще полно в душе изюмин,
(На спил...
Рога твои, как у изюбря),
Еще стихи не заслужили мессы –
(Расчёт: стихиры не равны по весу).
Не спи! Настало время для безумий –
(Настиг с изюмом булку… эх: беззубый!)
Любви, долгов, надежд, луны и леса…
(Обвил он нитью горло – ведь балбес он…)
.........................................................
Опубликовано
Луна и бесы
Циклы стихов | Просмотров: 441 | Автор: Со-творение | Дата: 20/09/19 13:31 | Комментариев: 7

monterrey:

Я очень рада тебя не видеть,
тебя не слышать, не знать совсем…

Холодный ветер наш город выдул
и адский холод не милосерд.
Проснулась в восемь, открыла ставни,
вчерашний кофе решив допить,
и стала думать, что было главным,
о том, что больно от слов-крапив -
бросался ими, а я угрюмо
в окно смотрела на ливень злой,
где отраженье немытых рюмок
ещё хранило твоё тепло.
Ушёл и двери захлопнул глухо,
а я осталась стоять одна -
не молодая, но не старуха -
ещё не осень, но не весна.
Вдруг оживилась, но голос дрогнул,
когда запела в тиши ночной,
луна смотрела в немые окна
и разливался покой виной.
Уснула быстро, в кроватный омут
нырнув как в детстве, не помня зла.
Проснулась утром, а дома, дома -
холодный кофе... Рыдать нельзя.

Женя (Гнедой):

............................ а я угрюмо
в окно смотрела на ливень злой,
где отраженье немытых рюмок
ещё хранило твоё тепло. (с)

мне на душе так паршиво было,
допив оставшееся вино,
помыть я рюмки дождем решила,
и их поставила за окно…)))

monterrey:

Разбились рюмки, как наше счастье,
взяла метлу и давай мести,
но вдруг взлетела назло причастным
и сочинила дурацкий стих.

Женя (Гнедой):

ты с кофеваркой моей утопал,
за мультиваркой прийдти грозя...
лишь недопитый холодный кофе
остался в чашке... рыдать нельзя)))

monterrey:

И в шкаф подальше засунув чайник,
смеюсь и плачу - ну и дела! -
ведь нет на свете судьбы печальней:
я - ни любовница, ни жена.

Женя (Гнедой):

стояли вместе, срастаясь кожей,
мы, как три тополя… чья вина?
теперь не во поле, а в прихожей
я, как береза, стою одна…)))

monterrey:

Немая статуя - нет, как туя,
стою и думаю: это всё.
И ни прощального поцелуя,
и гонит ветер с таёжных сёл.
А перемены-то неизбежны,
и снова рядышком пустота...

Придётся думать о жизни прежде,
чем постучится в мой дом беда.

Женя (Гнедой):

не избежать житейской драмы -
когда томится милый друг,
поить вином, себе рыть яму
и портить радостный досуг…

уехал мачо на трамвае,
в душе везя унынья боль…
знал, некрасивых не бывает
ни Анжелик, ни Тань, ни Оль,
он - мачо первый в околотке…
да только чаянья пусты -
отсутствие случилось водки
и не познал он красоты…)))
............................................
Опубликовано
Рыдать нельзя
Юмористические стихи | Просмотров: 324 | Автор: Со-творение | Дата: 19/09/19 22:03 | Комментариев: 4

При всём моём уважении к дискутирующим,
не вполне понимаю, зачем нужно
анатомировать стихотворение? Кто просил?

Клювик

Алекс Фо:

Воистину, любовь бывает зла –
вот я люблю пиитов растревожить:
могу критиковать хоть вилкой в глаз,
хоть гаечным ключом судить по роже.

Но тут анатомировать не смог –
боюсь попасть в объятия кондрата…
Я аффтару пытался вправить моск –
а надо было просто всыпать йаду.

Ветровоск:

Порыв душевный и понятный, но
не надо исправлять пиита йадом,
а надо - фимиам ему в вино:
эффект такой же, но ему приятно :)))

Koterina:

Приличные и вежливые гости
Не треплют грубо авторские нервы.
И только живодеров самых злостных
Влечет анатомировать шедевры.

Приходят с ядом, ножиком и вилкой,
В распахнутую душу тычут скальпель...
Коварные михрютки и мурзилки
С пушистых скальдов здесь снимают скальпы)))

Женя (Гнедой):

чтоб стать поэтом, нужно сбиться в стайку
соратников… и кучно ставить лайки
друг другу, быть все время на виду
с теплом сердечным, от восторгов тая…
в ответ друзья заслуженно похвалят
и мимо однозначно не пройдут….
великолепно, страстно, нежно, с чувством,
душевно, выразительно и грустно-
эпитеты к стихам твоим простым…
лишь так удостоверишься, что лучший…
и о себе ты скажешь:«Ай да Пушкин!»
добавив скромно: «ай да сукин сын!»)))

Ветровоск:

Известный в мегаполисах и сёлах,
в своём венце из лавра и моркови,
пушистый скальд, такой живой, весёлый,
тепло несёт с восторгом и любовью.
Уже готовит сладостный эпитет
(нет ничего важней, чем мёд, для скальда)...
И вдруг, рыча, выскакивает критик -
на колбасу пушистика пускает!
Он - варвар, пьёт одно... А нет, другое.
Не важно, критик - зло, маньяк из ада!
Пушиста колбаса... Но мёд не гонит
из-под хвостов божественных пернатых )))

Женя (Гнедой):

написанных стихов... не первый томик…
но шляются в сети, кто не прикормлен….
столкнуться с ними.. страшная беда…
тем, кто в твоем таланте не уверен,
с надрывом крикнешь: "господа, вы - звери!
а может быть вы - тролли, господа!"

Koterina:

Все ближе, злее и клыкастей звери,
Они же - тролли. Робко хвост поджав,
Ты прячешься в тени/в норе/в пещере,
Но не сбежать от их когтей и жал)))

Женя (Гнедой):

ты, как невинный агнец на закланье,
но ни к чему здесь позднее метанье...
тролль, в общем хоть и добрый человек,
задаст вопрос прямой и неудобный…
и смех его зловещий и утробный
поднимет волос твой на голове...)))

Murrgarita:

Ну что сказать? Здесь нечего добавить.
Вотще рыдает скальд, давя на жалость.
А звери-тролли-критики зубами
им рецы выгрызают на скрижалях.

Danish:

Живёшь, такой, растишь в себе пиита,
Уходишь сеять в сеть от прозы быта
Божественную, стало быть, паэзь,
А тут ночами шляются кретины
(Тьфу, критики) с колами из осины,
И норовят с советом в рецы влезть.
Придет такой патологоанатом,
И ну учить, как надо, как не надо.
То вправит моск, то гаечным ключом...
В отчаяньи орешь ему: "Нинада!"
А он тебе предложит выпить йаду,
И свалит вон, как будто не при чём.

Ветровоск:

Божественной поэзии творитель -
я сердце нёс, ну прям как данко, в массы,
но тут пришёл какой-то злобный критик,
мои шедевры по стене размазал!

И хохотал, что это, мол, граффити,
кол из осины в грудь мою нацелив...
но он забыл, наивный этот критик:
там сердца нет, оно давно бестселлер.

А наша встреча станет лишь прологом:
и буду я как наше всё отныне:
ведь я восстану и на всех обломках
сам выгрызу своё навечно имя :)))
...............................................
Опубликовано
Клювик цитата
О живодёрах
Сатирические стихи | Просмотров: 787 | Автор: Со-творение | Дата: 27/07/19 19:28 | Комментариев: 75

Ветровоск:

беда беда раскрыта в небо дверь
швейцар у двери важен и услужлив
и гуси-лебеди уже стремятся вверх
последним шагом задевая лужи
вода вода смерзается в хрусталь
все линии внизу вскрывая лаком
я молча за крыло держусь устав
тебе кричать что бесполезно плакать
беги беги по скользким площадям
плутай среди чужих домов-торосов
распугивай замёрзших лебедят
ещё до осознанья не доросших
потом забудь и никому не верь
я никому не стану больше братом

швейцар за мной закроет плотно дверь
и не вернутся лебеди обратно

Андрей Яковлев:

Крыло, крыло… (их два у гусака).
За них держусь, взлетая над планетой.
Доска, доска… опять доска, доска… –
ты там, внизу. Гуляешь по паркету.

Тоска-тоска… Душевный лёд, лёд, лёд…
Меня уносят лебеди, не гуси.
И ты прервать не сможешь мой полёт,
как ни зови, – на землю не вернусь я.

Лечу-лечу. И множество дверей.
Швейцар у каждой. (Двери, двери, двери –
меня пугают… Но поверь, поверь –
я всё ж держусь, слабея и слабея.)

Забудь-забудь – закончился наш день.
Беги-беги по льдистым перекресткам.
Я не вернусь. Совсем. Совсем-совсем.
Но выбрать дверь непросто мне… непросто.

Ветровоск:

лети лети а у меня ремонт
я отвечать тебе смогу едва ли
во-первых у меня взорвали моск
а во-вторых паркет опять взрывают

я им твержу вскрывайте нужен лак
они в ответ мол динамитом проще
уже сама давно б всё взорвала
но держит мысль что может ты вернёшься

мысль о побеге знаю в голове
но долг превыше я хвалю за это
ты двери выбирай паркету в цвет
вернись хотя бы без дверей с паштетом.

Андрей Яковлев:

Так вот откуда двери в вышине!
Взлетали вверх, когда паркет взрывали, –
вот и попались на дороге мне.
Откуда только гуси и швейцары?

Я полагаю, гуси – ты рванул
на кухню дверь, а с нею – холодильник.
Но вот, швейцары – сложно. Не пойму
откуда их так много? Здесь – бессильна.

Но – твой ремонт. Не стану уточнять
его необъяснимые моменты.
Мне с лебедями нравится летать.
Вот только в спальню дверь взорвал зачем ты?

Ведь вот она: в цветочках полевых,
скопированных с жостовских подносов…
В неё войду, вернусь – и дам под дых!
И ты готовься к этому… готовься.

Сергей Кодес:

швейцар и гостья

швейцар швейцар раскрой пошире дверь
я дам на чай нескупо за услуги
поверь поверь я добрая не зверь
и расстаюсь с деньгами без натуги
вода вода готова для гостей
а прежде здесь стоял бокал с шампанским
устав устав от всяческих страстей
машу крылом со свистом хулиганским
беги беги услужливый швейцар
средь багажа наставленных торосов
неси неси за мною вещи в бар
не задавая всяческих вопросов
забудь забудь о том что я была
незваной гостьей этого отеля

швейцар швейцар расправлю два крыла
мы с лебедями дальше полетели
.......................................
Опубликовано
гуси-лебеди
Циклы стихов | Просмотров: 423 | Автор: Со-творение | Дата: 27/07/19 18:38 | Комментариев: 3

Галка_Сороко-Вороно:

“Я хочу, чтобы ты, к возвращению нашему с бала
Стол накрыла бы, печь истопила, постлала постель,
Все полы перемыла, бельё постирала,
Полила б огород... Впрочем, этого мало,
Надо полку на кухне повесить. За печкою - дрель”.

Ай да мачеха! Список такой не осилить и Фее!
Но до нашей глуши докатился прогресс наконец!
Платье в стразах надену, накрашусь и вымою шею...
(С новым роботом я обращаться умею:
Я программу задам, а сама поскорей во дворец).

Я на бал - не плясать! Я спешу подцепить жениха,
Да, сюжетная линия сказки весьма неплоха!

Я хочу, чтобы был он, к примеру, сынком депутата,
Иль отец у него - олигарх, шоколадный король,
Чтоб с квартирой, машиной, с деньгами (отнюдь не с “зарплатой”),
А не принцем, как в сказке волшебной когда-то.
Ради дела стерплю от хрустальных кроссовок мозоль!


Сергей Кодес:


И прошу не подсовывать тыкву мне вместо кареты,
Ненавижу мышей и не нужен мне крыса-шофёр!
Мне подать Кадиллак и, желательно, чёрного цвета,
И не нужно лакеев, лакеи – плохая примета,
В Кадиллаке – мужчину, чтоб мог поддержать разговор.

Неизвестно заранее – хватит мужчин на балу?
Прихвачу своего, коль не нужен, напьётся в углу.

Да, насчёт сыновей депутатов, желательно, Гарвард,
Плюс – свободный английский, и домик в предгориях Альп...
И не надо, прошу, свысока называть меня лярвой,
На себя посмотрите: вы – закомплексованный варвар!
Для домашних оставьте свой нравоучительный залп.


Euphorious:


Хрустальные кроссовки? Лучше шпильки -
семнадцать сантиметров каблуки.
Чтоб рты пораскрывали, будто кильки,
смотря на них с восторгом женихи.
Не все, конечно. Это актуально -
чтоб очень состоялись материально.

Арабский шейх, сынок миллиардера,
и можно даже сам миллиардер.
Из сотни Форбса дяденька, к примеру -
к чему нам мелочевки полумер.
От бедности я утомилась с детства.
И главное, чтоб передал наследство.

Ведь я устала, лежа на диване
смотреть успехи разных теле-див.
Хочу я тоже постить в Инстаграмме
крутые фотографии с Мальдив.
И чтоб фотограф делал не халатно.
За счет супруга (для меня - бесплатно).

Ну что я, разве многое желаю?
Нельзя в роскошной жизни побывать?
Бесплатно и собака не залает,
раз в мире стало модно потреблять.
Вы на меня свои не хмурьте брови -
ну разве будешь сыт одной любовью?
.......................................................
Опубликовано
Современная Золушка
Сатирические стихи | Просмотров: 478 | Автор: Со-творение | Дата: 25/07/19 06:21 | Комментариев: 7

Андрей Яковлев:

На океанском дне, ракушками усеянном, –
огромная скала, а в ней чернеет грот.
И в гроте том, одна в своём уединении,
русалочка прекрасная живёт.

– Русалочка, скажи, зачем ты в одиночестве,
укрытая от всех, в тиши глубинных вод,
скучаешь в темноте? Ужель тебе не хочется
подняться к свету и – взглянуть на небосвод?

– Нисколько не хочу! Я здесь живу с рождения.
Средь этих чёрных скал родной мой дом, а там –
чужой и скучной покажусь я вам.

А здесь мои привычные придонные течения.
Приятна мне их свежесть, мощь... и грусть.
Зачем мне свет? Он с вами – вот и пусть!

Laura Li:

<...>Den Schiffer in kleinen Schiffe
Ergreift es mit wildem Weh;
Er schaut nicht die Felsenriffe,
Er schaut nur hinauf in die Höh’.

Ich glaube, die Wellen verschlingen
Am Ende Schiffer und Kahn;
Und das hat mit ihrem Singen
Die Lorelei getan.

Heinrich Heine
“Die Heimkehr”, 1823-1824
***

<...>Пловец в челноке беззащитном
С тоскою глядит в вышину.
Несётся он к скалам гранитным,
Но видит её одну.

А скалы кругом всё отвесней,
А волны- круче и злей.
И верно погубит песней
Пловца и челнок Лорелей.

/перевод Самуила Маршака/
***

Недолго быть русалке вековухой,
не слиться с одиночеством в одно.
Придонный мир своё нашепчет в ухо
о том, что с неба падает на дно
звезда её судьбы бесповоротной,
запутавшись в траве морского льна;
о том, как сладко сок в разрывы грота
роняет полноспелая луна;
как дрожь волнует холмик нежной ульвы -
от медленных, тяжёлых кораблей;
как разрывает челюсти акульи
острогом победителя морей.
По бисеринкам света плыть до мели
с молящимися, слабыми людьми,
когда их боги слепнут и немеют,
и ей решать, что выживет один,
кто в зеркале над девичьей кроватью
являлся бытием сакральных снов.
Она его увидит на закате.
Она услышит свой врождённый зов.
Не рыбье безразличие, а тягу
невольно пасть перед колдуньей ниц,
чтоб не морская, а другая влага -
солёней, горче - падала с ресниц.
Её заклятье - полюбиться многим
и многих от любви свести с ума,
чтоб слушала их стон и монологи,
родившаяся заново, луна.
Единственный рыбак, спасённый ею,
кому она отдаст себя до дна,
полюбит чистый звук её свирели,
но слова не услышит никогда.

Александр Старших:

Досадно жить русалке златокудрой
одной среди прибрежной мелюзги…
нет никого, кто мог бы ей запудрить
недюжинные девичьи мозги.
И вот, благодаря своей смекалке
(хитрей русалок не было пока),
на сказочной русалочьей рыбалке
она себе поймала рыбака.
Впустила в сны, укутала любовью,
забыв про мелководный интернет;
вот только рыбаку без рыбной ловли,
как ни крути, блаженства в жизни нет.
За что ему такая злая кара –
подводный плен её сакральных снов…

Довольно экзотическая пара -
русалка и спасённый рыболов.
.............................................
Опубликовано
Почти сонет об одинокой русалке
Русалочья свирель
Циклы стихов | Просмотров: 507 | Автор: Со-творение | Дата: 13/07/19 08:24 | Комментариев: 5

Андрей Тенигин:

Томная степь дремлет.
В небе Чумацкий шлях.
Ветра мотив древний,
Как и сама земля.
Тёплым, седым морем
Плещет у ног ковыль.
Скрипкам цикад вторят
Волны сухой травы.
Жалобный всхлип ступиц…
Путник замедлит ход.
Будто вот-вот вступит
Стройный небесный хор.

Koterina:

Стомлений степ марить.
В небі – Чумацький шлях.
Вітер зминає хмари -
Вічний, немов земля.
Сивим, бурхливим морем
Стогне у ніг ковиль.
Скрипкам цикад вторять
Хвилі сухої трави.
Шурхіт, журба та стукіт,
Схлипи примар-потвор...
Наче ось-ось вступить
Дружний небесний хор.

Персея:

Тонкой струной лютни
в небо уходит шлях.
не торопись, путник,
передохнуть приляг.
Слева - простор, справа,
звёзды мигают - над.
Ходят волной травы,
море степи - без дна.
Нот уплывут стаи,
месяца выйдет чёлн...
и на душе станет
сладостно-горячо.
..............................
Опубликовано
Чумацкий шлях
Чумацький Шлях
Циклы стихов | Просмотров: 417 | Автор: Со-творение | Дата: 02/07/19 09:25 | Комментариев: 0

Марина Славина:

«Когда кот нервничает, с ним надо
обращаться, как с гремучей ртутью»
Роберт Хайнлайн «Дверь в лето»

К тебе охладели? И ты расстроен? Колёс наглотайся и двигай в морг. А лучше – с высокой наплюй секвойи, расслабься и срочно включай игнор. Придумал себе эти мазопляски, страдая фигнёй, отощал совсем. Продолжишь впустую зубами лязгать - и в ящик сыграешь, деньков за семь. Но если пугаешь… Как ни усердствуй - навряд ли изменится статус-кво. Послал бы к чертям роковую стерву, раз нервы похожи на драный хвост, и когти срывая, спасался бегом - на край и за край, чтоб не околеть. Бездушная… Годное супер-эго для той, у которой парад-алле давно превращён в заурядный выход. Публичность – ну явно, не твой конёк. Ты в зеркало глянь – волосатый, рыхлый… Займи, насекомое, свой шесток. А сопли жевать, обвиняя гены, аллели там всякие и родню – пустая забава. Куда их денешь? Не выжжешь, не вырубишь на корню. С таким тюфяком появиться в свете – считай, моментально почил гламур. И хватит талдычить о пиетете! Служить, поклоняться? Прости – кому? Она же игрушки меняет быстро. Подобных тебе – не один мешок. А все беспородные - по регистру, помечены: «годности вышел срок». К тому же - чудовищно своенравна (наверное, кстати пришлась бы плеть), всерьёз полагает, что нет ей равных, само совершенство. С ума сдуреть! Теперь начертился другой любимец... Но даже не думай её вернуть: тогда небрежение станет зримей и сам убедишься за пять минут, что зря предпочёл западню привычки - не умер в безвестности, словно бомж. Былые заслуги похерит, вычтет, а вякнешь – отправит в приютный дом. Ты скажешь, напрасно мозги морочу и тень навожу на косой плетень? Да ну?! На постели-то, между прочим, резвится красавец - мессир Этьен. Зачем тебе, Васька, с простецким рылом упорно соваться в калашный ряд? Сиди и балдей, что тебя забыла. Есть крыша, накормлен, глаза горят… Не хочешь? Тебе подавай изыски… Так сделай ушами последний финт: цементом приправь конкуренту Фрискис. Пусть носится, ведьма, с фигуркой «Сфинкс».

Персея:

Смотрю, здесь сжимается чей-то сфинктер? Скажите, пожалуйста – конкурент! Сравнили Василия с неким сфинксом? Да располосую в один момент, как Бог черепаху. Затеял драку? Вы только взгляните, честной народ; к примеру, взять фас - оцените ракурс (хотя он с любой стороны – урод): всё тело любимца – сплошные складки (шипел ты мне что-то в ответ, мон шер?), на ощупь – горячий, дрожащий, гладкий. Ты где, бедолага, оставил шерсть? Пошла на шубейку твоей Лолите? А может быть, с блохами всю слизал? Спасибо, что тощ и не в целлюлите, не то улетел бы стремглав в спортзал, где на тренажёре, качая бицепс, глотая обиды и едкий пот, забыл через час бы про ком амбиций. И что ты, понять не могу, за кот? А имя?! Ведь стоит каких усилий к обеду дозваться! Этьен! Мессир! – язык поломаешь. Вот я – Василий: от кончиков лап до усов красив. Уйди же с дороги и корм не трогай (развидьте обратно, мои глаза!). К «Луи Вьюиттону» тебе дорога – глядишь, и получится стильный замш. Ну ладно, вернёмся к твоей хозяйке: понятий о совести – ни на грамм, забота одна – набирая лайки, шокировать чудищем Инстаграмм, на зависть дурёхе такой же – Верке, и сравнивать круче чей татуаж (у вас от совместных занятий тверком поехала крыша). Ну что за блажь держать на коленках аналог крысы? Да пусть бы местами был только лыс, а то ведь и хвост даже – тоже лысый! Нет, точно скучает по девке хлыст. Достала, короче, меня понтами – взболтаю, пожалуй, гремучий «шейк»:
как есть заявляю «прекрасной даме»:
- всё, сами ловите теперь мышей.

Danish:

Возмущённому Василию от Мессира Этьена:

Мохнатость пещерная - ваше кредо? И в наше-то время… какая жесть! Василий, окститесь! Не надо бреда, сегодня не модно повсюду шерсть! Идёте же к даме! А грешным делом, случится внезапно у вас интим? А вы со своим волосатым телом, и дама такая:
- Чего хотим, месье питекантроп? Оральных ласк вам? Не много ли чести, мохнатый брат?!
Что морщитесь? Право же, это классно. Да полно! Когда это был изврат? Вы плотно застряли в двадцатом веке, сегодня свободней и проще нрав. Сегодня и кошки, и человеки используют в сексе, кому что нра. Но мы утоляем свои печали, блюдя гигиену интимных мест!
Вы Чарльза Буковски роман читали? Про женщин. Прочтите! Роман – The Best. И сбрейте растительность, право слово, брутальность не в этом, увы, мон шер! Вас кошки и люди любить готовы за вашу харизму и блеск манер, за разум и ласковость, аккуратность (ходите в лоток, а не рядом с ним!) Конечно, придётся весьма стараться, чтоб вам измениться и стать таким.
А плёткой фемине грозить негоже, коль сами не в курсе её страстей. Вдруг встретит вас дама с хлыстом и в коже? Придётся, как раз, подчиняться ей. Оставить амбиции в гардеробе и встать на карачки, чело склоня.
Куда вы, Василий? Бежать?! О, боги! Василий, берите пример с меня! Интимные игры – всего лишь игры. Не будет затронута ваша честь. Сегодня котёнком, а завтра – тигром, во флирте уместны и страсть, и лесть, и даже суровость и жёсткость, вдруг ей желателен трэш и страстей накал? Хотите такой угодить подруге? Тут главное – вовремя дать шлепка.
Короче, есть много такого в сексе, что вам не понять камасутры без. Не буду, Василий, читать тут лекций, нагуглите сами себе ликбез.

Персея:

Этьену от хозяйки:

Здоров рассуждать ты о камасутре, держал ли хоть раз фолиант в когтях? Видала таких я – они наутро сползают с дивана едва, кряхтя:
– Чёрт дёрнул связаться с такой хозяйкой!
И будут весь день раздражённо ныть. Поверь мне, и тигр станет милым зайкой, когда перетянешь поверх спины, сплетённой из лаковой кожи плёткой, и рявкнешь нахалу:
– А ну, к ноге!
Не вой на Василия, ешь селёдку. Заслуга твоя – только странный ген. Смотри мне, шагаешь ведь по канату. Подумаешь радость, что без волос! В любом барбершопе теперь мохнатым придать респектабельный вид и лоск способны искусные брадобреи. А что это бросило тельце в дрожь? Ну ладно, на место ступай, согрею. Но Ваську отныне при мне не трожь.

Василию:

Ты что это, друг мой, разволновался и, глядя на сфинкса совсем раскис? Чем проще, тем лучше, поверь мне, Вася. Ну, полно, не дуйся. Иди – кис-кис!
На этой постели хватает места, подумаешь горе, что весь пушист. Признаюсь открыто: для рук фиеста и праздник, естественно, для души – такой замечательный мех погладить! Да слушай поменьше, что врут, балда. Сказали – не нужен ты? Бога ради, кто много привык языком болтать, в реальности мало на что способен – всей прыти хватает лишь в нос лизнуть. Такой и старается не особо. Утратили лысые новизну. Вот то, что сказать я хотела вкратце. Оставь же в покое теперь цемент. Всего лишь и нужно, что постараться да выбрать удобный для игр момент.

Обоим:
Короче – делить вам одно корытце, не споря, чья сёмга и чья хамса. А если продолжите дальше грызться, то я заведу в нашем доме пса.
.............................
Опубликовано
Гремучая ртуть
Гремучая ртуть
Циклы стихов | Просмотров: 413 | Автор: Со-творение | Дата: 10/05/19 16:24 | Комментариев: 0

Люсико:

Худею: режу лук-порей,
Варю шпинат и сельдерей,
Хрущу редиской.
Но не даёт покоя мне
Шмат сала, белого как снег,
На "Бородинском".

Страдаю, словно царь Тантал...
Уж невтерпёж... Час "Х" настал
Однажды ночью.
Крадусь тихонько к закромам...
Из детской вдруг: "Куда ты, мам?" –
"Попить, сыночек!"

Рукой махнула по стене,
Раздался грохот в тишине –
Прощай, Кандинский!
Картине, видимо, капут.
Но сало... Нежное как пух...
На "Бородинском"...

Крадусь упрямо в темноте,
На расстоянии от стен,
С довольной миной:
Я поимею этот куш!
"Куда?" – вдогонку шепчет муж.
"Я скоро, милый!"

Вся в предвкушении душа...
Из упаковки, не шурша,
Кусок достала.
В колени ткнулся мокрый нос...
"И мне! И мне!" - залаял пёс.
Поешь тут сала...

Метнулась серной от стола:
Нет, не судьба... Пошла, легла.
Вокруг садисты!
Да разве ж кто из них поймёт
Вкус сала, сладкого как мёд,
На "Бородинском"!

Не сплю – поди теперь, усни!
Зачем придуманы они –
Мужья и дети?!
Пойду обратно! К чёрту честь!
Теперь и сала не поесть,
Раз на диете?!

Галка Сороко-Вороно:

Диета? Ну её к чертям!
Пугает злостный килограмм?
Но это спорно:
Кому-то нравится Кощей,
Я ж - не сторонница мощей,
Плевать на формы!

Люсико:

Приятен глазу пухлый стан!
Есть цель – догнать свой вес до ста,
Наевшись сала!
Диеты разные – не в счёт!
Всегда округлость пышных щёк
Меня спасала!

Glück:

Мне холодильник - первый враг,
Когда так хочется пожрать -
Магнит схомячишь!
Сглотну слюну, смиряя стон:
Вкуснее сала разве что -
Шашлык под чачу!

Люсико:

Наелась сала, шашлыка,
Махнув за чачей коньяка.
И – подкосило...
В башке предательски звенит,
Зовёт несъеденный магнит,
А я не в силах...

Glück:

Поллитрой джема, банкой шпрот,
копчёной рулькой - ткнула в рот,
заевшы салом.
Три раза плюнув за плечо,
Хотела взвесицца и чо? -
весы сломала...

Люсико:

Печалька... сломаны весы.
Пойду отрежу колбасы
И помяну их.
Сожгу тупых диет мосты!
Должно быть много красоты!
Шик неминуем!

Glück:

Не на сухую ж помянуть?
Давай, плесни чево-нибудь!
И всё сначала:
азу, котлеты,корнишон...
на посошок пойдёт вдогон
сто грамм под сало!

Люсико:

Плесну, а как же! Нивапрос!
Но раз сначала – то всерьёз:
Мельчить – кощунство!
Еды у нас ещё вагон!
Щас за бараньею ногой
В подвал спущуся.

Glück:

Я в ожыдании прям фся,
Тащи с подвалу порося -
Для разговецца!
Вот - ящик чачи принесла!
Чоль мужыков за пивом слать?
За хреном с перцем!

Люсико:

Мужик-то хлипкий весь пошёл,
Оне в отрубинске ишшо.
Пущай подрыхнут.
А мы пойдём-ка к зеркалам:
Как с целлюлитом там дела?
Кто лучче рыхлый?

Glück:

Да в них глядимся без труда,
Модельки энти - стыдоба -
ащще микробы!
Не продаём, чай, за рубли -
В каком там месте целлюлит?
Красотки обе!

Люсико:

Хто ж с этим спорит! Целлюлит –
Очарования налив –
Хоть щёк, хоть ниже.
Одежда фкусно так сидит,
Да и вопче весь внешний вид –
Срывает крышу!

Glück:

На шее талия - и чо?
Так больше взглядов привлечём
и ахов-охов!
Нидайбох голод ждёт нас впредь:
пока што будем мы стройнеть -
худые сдохнут!

Люсико:

Худые сдохнут от тоски,
Шо есть красавицы таки
В селеньях русских!
Позвать их, что ли, к нам за стол?
Три дня – и будет вес под сто,
Не станет грусти!

Glück:

Ну, это ты загнула, мать!
А чем свою красу питать?
Метраж в обхвате!
Худышки вцепятся, как клещ,
А сало - цэ такая весч -
Самим не хватит!

Люсико:

Несу от голода пургу!
Фсё, про худышек ни гу-гу!
Займёмся делом:
Заточим с салом бутерброд,
Пущай завидует народ
Нам, пухлотелым!

Glück:

Достала все свои мослы -
вот как тут пухлотелой слыть?
Рыдаю в миску!
Салата листик - даже два...
Кароче, сала мне давай!
На "бородинском"...

Люсико:

Уже нельзя и помечтать
Про бёдра метыр тридцать пять
И грудь – седьмого?!
Гремя костьми, сальцо жуём,

Клянём тщедушный свой объём:
Ить мог бы... мог бы...

Glück:

Ах, дорогая, ты права!
В диетах тех - одна трава!
Для русской бабы?
Мужик-то наш, небось - не пёс!
Не грызть же кости довелось?
Помацать кабы!
...........................................
Опубликовано
Однажды ночью
Юмористические стихи | Просмотров: 386 | Автор: Со-творение | Дата: 10/02/19 13:54 | Комментариев: 2

Марина Славина:

Вальхалла серебряной крышей сияет в небесных просторах. Мечи – боевые фетиши – что доблестью викингов дышат, блестя наготою бесстыжей, соседствуют с молотом Тора, и Мьёлльнир, могучий и грозный, короткой гордясь рукояткой, беседует с ними серьёзно в ночи полнолунной и звёздной о том, что поведать не поздно – о войнах, походах и схватках. РагнАрёк грядущий не страшен, сомкнутся испытанным строем на многие тысячи сажен эйнхерии смелые наши – и бросятся в битву, пусть даже все боги падут и герои…
Вот Один, старик одноглазый, на троне сидит в капюшоне, на жесты богат и на фразы, воинственным пышет экстазом, и речь, леденящая разум, всё яростней и завершённей: «Готовьтесь к последнему бою! Змей Ёрмунганд выйдет из моря, и ётуны хлынут гурьбою, ФенрИра ведя за собою; скрываясь в кипящем прибое, с долинами скалы поспорят – кто дольше прослужит опорой последним защитникам суши?..»
Мне в путь утомительный скоро, туда, где людские раздоры, где тел умирающих горы – ловить отлетевшие души.
Я – Крист. Я – одна из валькирий. Меня «потрясающей» кличут. Красуясь в подлунном эфире - берсеркера утихомирю; опять не участвую в пире – спешу за привычной добычей. Лишь лучшим – дорога в Вальхаллу: кто умер в безмолвии гордом, сражаясь калёным металлом - меча убивающим жалом, подобно бушующим шквалам, сметал нападавших на фьорды – тот выпьет в «чертоге умерших» из неиссякаемой чаши с богами, а Тор-громовержец его перед битвой поддержит – и, солнцем любуясь померкшим, рукой величаво помашет.
Пока не кончаются войны и нет недостатка в героях, в грядущее смотрим спокойно и вновь выбираем достойных... но, Один великий, позволь нам меж павшими в глупых разбоях тебе не искать подкреплений - вещают священные руны, что это не воины – тени, погрязшие в пьянстве и лени, они на пятьсот поколений - чужие и скалам, и дюнам. Наш выбор – погибшие в славе, надёжные, полные силы, кто в битве меча не оставил, врагов беспощадно кровавя, но смерть их в жестокой забаве случайно и глупо скосила...
Мой Один... Ты в схватке с Фенриром погибнешь, как прочие боги... Кто станет защитником мира? Бессильны и меч, и секира – не выживешь, как ни лавируй... Удастся спастись лишь немногим. А я расстаюсь по крупицам с мечтами валькирии юной: в твоей боевой рукавице любви не судьба поместиться, и нашим не сблизиться лицам... вот так напророчили руны.



Андрей Кропотин:

Валькирия… Конь белоснежный тебя принесёт к полю битвы, и викинг во мраке кромешном посланницу встретит молитвой, но молит он не о пощаде, не жизни у Одина просит – готов, Скандинавии ради, клыки истирая до дёсен, он драться с врагом беспощадным и, кровь отдавая по капле, стократно вернуться обратно – участвовать в том же спектакле, - а ждёт умирающий викинг от бога прямого ответа: Позволишь ли, Один великий, с валькирией спеть нам дуэтом?.

Марина Славина:

Эх, ты… весельчак бесшабашный… не думал, что голову сложишь в последней своей рукопашной? Но – рухнул, как старая башня, и день отгоревший вчерашний запёкся на бархатной коже кровавой зияющей раной – обласканной новым рассветом… Ты взял мое сердце тараном – своим пожеланием странным; пусть плещется меццо-сопрано с твоим баритоном дуэтом…

Danish:

О́дин сегодня немного пьяный. Льются напитки, звенят стаканы, жир в бороде, на усах сметана… так и положено – в доме пир. О́дин речист, и в хмельном угаре пофиг ему Ёрмунганд, Рагнарёк, в общем, сегодня старик в ударе - он позабыл, что придёт Фенрир. Души эйнхерий вздымают кружки,
Душам привычен бедлам пирушки, левой рукой обнявши подружку, правой друзьям наливают эль. А в темноте за старинным валом ётуны бродят, и им Вальхалла костью в бездонности глотки стала. Там, над Вальхаллой, метёт метель.
Боги бессмертны, но Смерть не дремлет, ей подниматься велит на землю Хаоса глас громовой и древний, руны пророчат ей буйный пир. Души богов – это тоже души, как и людские, ничем не хуже. Боги гуляют и бьют баклуши, но на пороге уже Фенрир.
Тор заприметил Фенрира первым. Молот метает, но сдали нервы – боги такие же, как и все мы – мимо пришёлся его бросок. Хищники промахов не прощают, доли мгновения всё решают: их не хватило. В огромном зале щёлкнули челюсти – вышел срок.
Хаос ворвался в чертог Вальхаллы, пир продолжается, но кровавый. Здесь уже бьются не ради славы, просто спастись бы да уцелеть! О́дину трудно, с одним то глазом… хмелем его затуманен разум, люди не слушаются приказов, сзади бесшумно крадётся Смерть.
***
Крист появляется в самой свалке с гранатомётом в руках, на танке, взгляд у валькирии-хулиганки –
лучше бы ей не смотреть в глаза. Белые скачут в Вальхаллу кони, Хаос и пекло в одном флаконе девушка Хищника урезонит, ибо без О́дина ей нельзя.
Вот наш рассказ подошёл к финалу. В общем, был бой, и богов не стало. О́дин спустился с небес с фингалом, вот за распутство ему урок. Уровень Крист проходила славно, там не осталось на камне камня, сказка окончилась, а «Вальхаллой» люди назвали пивной ларёк. ))))))

Марина Славина:

Пир отгремел. Средь пустынных ржанищ полз сам-третей пьяный викинг Даниш. Рядом – похмельный его товарищ чётко приметил пивной ларёк. Тент от «Крынiца» манил их тенью, будто чудесное сновиденье, недостающие счастья звенья... что им РагнАрёк ли – РагнарЁк? Третий, неровно хрипящий сбоку, нервно косился недобрым оком, видя, что свет из открытых окон распространялся на задний двор - он бы пустую желал обитель: евро и доллары в дефиците, крикнуть бы : - Пива, скоты, несите! – вынужден красться, как жалкий вор. Викинги смотрят в дверную щёлку: ётуны бродят, хмельные волки; эх, разогнаться бы по проселку – вынести тяжким тараном дверь, да перепившиеся бастарды сдали мечи под залог в ломбарды, деньги же – в баре спустили в нарды, стало быть, гонору – поумерь...
Что-то в углу тяжело вздыхало, в кузнице ссорились два нахала, надпись неоновая – «Вальхалла» - соединяла столбы ворот; в робах сомнительного покроя наши застенчивые герои в двери вошли клиновидным строем: щас бы по кружечке пива в рот!.. Вспомнили ётуны о Фафнире: Даниш крутил на цепочке гирю, бросил в бармена – «десятка» в тире! – и перекрыл ему кислород. Двое других под палящим зноем вмиг распечатали разливное (вряд ли бы выбрал и ты иное – видно, что свежее, как с куста!) – пена папахой сползла по кружке... Может, валькирию взяв в подружки, так написать не сумел бы Пушкин – выпив четырежды по полста.
***
Видимо, Крист проспала безбожно – Даниш укол свой нанёс подкожный; в общем-то, будет совсем не сложно злому охальнику дать «леща»: просто, хмельным обуянный пылом, Коля забыл, как досадно было, если беда приходила с тыла – после попойки и натощак.

Danish:

Шышел не очень удачно вышел: хочет валюту купить, а шиш там! Карлсон, который живёт на крыше, ловко вывозит бензин в Литву. Там он его продаёт за «Евро» - прибыли больше, чем он хотел бы, только от этой работы нервной снятся кошмарные сны ему. Гречка - в аптеках по чайной ложке, с этого люд офигел немножко, морду в обменнике бьют Антошке, постное масло сметают враз. Также скупают крупу и сахар, конунга Сашу послали нах…, Саша (по-жизни колхозный пахарь), с телеэкрана заверил нас: «Только вчера ЕврАзЭС с Россией шесть миллиардов нас взять просили. С Путиным быстро вопрос решили, скоро валюта придёт в страну». Как оказалось – мозги нам пудрил, в дело с кредитом вмешался Кудрин, в общем, в пролёте «Великий Гудвин» - кто-то конкретно его «нагнул». Так что беда заходила с тыла.

Коля с друзьями попили пива, ётунам, чтоб не повадно было, врезали Мьёлльниром между глаз. По голове получив подушкой, Пушкин с Мариной искали кружку. Пушкина – к няне в его избушку: (будет долги возвращать за нас). Дали Марине стакан попкорна, смотрят, трезвея, на это «порно», делят на всех четверых упорно данного ранее им «леща». Пива – залейся, но нет закуски, это совсем не по-белорусски, всем им от этого очень грустно (после попойки и натощак).

Марина Славина:

Пушкин задал бы тебе острастку! Няне огульно настроив глазки, всё перепутал – и без опаски нагло Марине суёшь поп-корн. Пьяница горький, иди-ка спать-ка! Одина вовсе не кличут «батькой»; я не какая-то ренегатка: тему валькирий – волкам на корм?!.
Разве РагнАрёк – обед без гречи? Один бы врезал за эти речи, Мьёлльнир для этого обеспечен – Тор, как известно, отнюдь не жмот; тяжко придётся, небось, без шлема? Сам же накликал себе проблемы, зная, что если меняешь тему – можешь подняться на эшафот.
Лучше признался бы, викинг Даниш – ты на Марину пока не тянешь, просто не знаешь иных пристанищ, где не дают, обещая, в глаз…)))))) Я же – устала от этой хрени; мало ли прочих стихотворений? Переместим атмосферу прений в их ожидающий мастер-класс?

Danish:

Да, признаюсь, отошёл от темы: так уж сложилось, в стране проблемы. Хренью, порою, страдаем все мы, тут не поможет ни щит, ни шлем! К теме валькирий вернёмся вскоре. Руны красуются на заборе, О́дина выведены рукою: «если напился, то нет проблем»!
Как он, Марина, попкорн с лещами? Ладно, валькирии снова с нами. Девять подружек, блестя щитами, дружно на викинга Колю прут. Шлемы с крылами из оригами, Пушкин без кружки верхом на ламе, Черти с рогатыми пирогами – викингу Коле пришёл капут! Всё, я пошёл открывать порталы! Эта когорта меня достала! Тщательно смазав подошвы салом, стану показывать мастер-класс. Твой я, Марина душой и телом, классно флуди́тся нам между делом! В качестве нового беспредела может, замутим дуэль сейчас?

Марина Славина:

Коля, штудируй дуэльный кодекс: женщине бросить перчатку – вроде, верх неприличия и приводит просто к фатальному резюме. Имидж подпортят кривые толки: «Ётуны - точно хмельные волки» - бродят, буянят, пока не щелкнешь стеком вербальным их по «корме». Кто секунданты? Фенрир и лама? Няня Арина домыла раму, Пушкин от Геккерна девять граммов принял на грудь, вот и весь итог. Хочешь сравняться с поэтским гуру?
Гордо погибнуть, ведь пуля – дура. Мне же приятно – украсить шкурой скромный валькириевский чертог)))

Ирина МелNik:

Ну вы даёте, Марина с Колей! Пушкина мы изучали в школе, Одину сколько лет?. Коля, сгустил ты напрасно краски, Путина вижу в броне и в каске, "Гудвина", вроде - нет. Ночью, читая такие вещи, кажется завтрашний день зловещим, даже пишу в строку. Слушая вас, так и лыко в строку, но Рагнарёк тут с какого боку?! Ладно, мерси боку. С вами тягаться в формате этом, равно, как в небе словить комету, выдернуть, как чеку. Мне неписучесть моя порукой, может, набью на досуге руку, стану писать, как вы. Ну а пока, как нетленный Пушкин, с няней своей зареву в подушку и, на манер совы, очи таращить на тексты стану, завтра, клянусь, я пораньше встану, всё, что пишу, сотру.

Danish:

Кризис прошёл позапрошлогодний, мы вспоминаем его сегодня. Жаль, что доходит – заднепроходне «Гудвину» этот урок, увы! Тот же событий набор, примерно, плюс – арестованный Баумгертнер… Давит на наши больные нервы неадекватный ответ Москвы. В стенку упёршись рогатым шлемом, Один решает свои проблемы. К ётунам посланы вся и все мы – попировать бы ещё чуток! Белою пеной исходят кружки, ну, а по счёту заплатит Пушкин. Но неизбежен конец пирушки – пендель волшебный и рогнарёк.
На ночь читая такие страсти, хочется в кому скорее впасть, и больше не видеть Фенрира пасти, чувствуя - близок финал Вальхалл. Сгинем же, как дважды два – четыре! И не дождёмся своих валькирий. Даром, что громко звучит в эфире самодовольный поток похвал!
Страшно, но в том, что случилось с нами, мы виноваты, конечно, сами. Если придётся держать экзамен – твёрдо усвоили, who is ху. Разум вещает: «По шапке дай им!» Но толерантность пока мешает. Жаль, не коснулась чума свиная тех, кто бесчинствует наверху.
.............................
Опубликовано
Так напророчили руны
Циклы стихов | Просмотров: 1129 | Автор: Со-творение | Дата: 23/05/16 20:45 | Комментариев: 2

Люся Мокко:

Ты плыл за блеклый горизонт, а я тонула,
глотала воду и ждала плавник акулы.
Но кожа вздулась чешуёй, раскрылись жабры,
я стала рыбой… рыбой-меч, живой и храброй.

Ты поднял парус и поймал восточный ветер,
и лёгкий ялик стал вдали едва заметен.
А мне плавник прирос к спине, окрепли рёбра,
упрямый взгляд янтарных глаз блеснул недобро.

Я точно знала твой маршрут и порт приписки –
у рыбы в плоской голове все мысли близко.
И я мечтала день за днём, мечась от злости,
как ты подавишься в обед тунцовой костью.

Ты сразу вспомнишь обо мне, сомлев от страха.
Прилипнет к жилистой спине твоя рубаха.
И станет кожа чешуёй, запахнет солью.
Теперь ты рыба… Рыбой быть совсем не больно.

Полевик:

Вошла тигрицей в будуар и зарычала,
В полоску чёрный пеньюар сняв для начала.
Ты сразу понял всё, без слов, дрожа от страха –
Тигрицы кушают козлов единым махом.

И, выбрав тактику змеи, полез под койку,
Загнув такой лихой извив, что даже ойкнул.
Я превратилась в цаплю враз и клювом в спину,
Да так, что свет в глазах погас – "Куда, скотина?!"

А ты оттуда вдруг орлом - в когтях и шпорах.
Я обернулась мотыльком, нырнув за штору.
Там у меня заначка есть – стальная пика.
Концовка вышла просто жесть – ты громко пикнул

И на глазах сменил окрас и габариты.
А мой некормленый Пегас фырчал сердито.
Стих леденящий душу вой. Ослабла хватка.
Ты в нашей схватке ролевой вновь на лопатках.

Люся Мокко:

А в этот раз, мой дорогой, игра без правил!
Ну, а зачем ты мне вчера коньяк разбавил?
Такая мелочная месть… Но я в ударе!
и вижу твой постыдный страх, как на радаре.

Ты нарастил себе рога? А что, красиво…
таких развесистых рогов я не носила.
Но мне плевать на твой намёк и на копыта.
Я – ворошиловский стрелок, и я сердита!

Теперь ты бэмби без рогов и бьёшь на жалость?
Считай, гашетка у меня сама нажалась…
Из пятен крови на полу ты стал вампиром
и неизвестный химикат пустил по жилам.

Ты просто нежить, милый друг... мертвец и бяка!
Убить такого – это нынче может всякий.
Давай-ка, шлёпнем коньячку! Я наливаю…
пусть будет мстительность сегодня нулевая ))
..................
Опубликовано
Я стала рыбой
Циклы стихов | Просмотров: 956 | Автор: Со-творение | Дата: 05/04/16 20:40 | Комментариев: 1

Андрей Кропотин:

Если я в своей кроватке,
И вставать подходит срок,
Но - ленюсь, зевая сладко,
Брат кричит мне: "Вот сурок!.."

Если сытно пообедал,
Отвалился и обмяк,
Брат, прервав беседу с дедом,
Говорит мне: "Вот хомяк!.."

Мама на ночь мне читает,
Но под мамины слова
Мне не спится - я мечтаю...
Брат доволен: "Вот сова!.."

С каждым днём себя всё жальче.
Я кричу ему: "Поверь,
Я - Андрей! Обычный мальчик...
А не птица и не зверь!"

Только брат на шутки падкий...
Пропадаю ни за грош.

Пялюсь в зеркало украдкой:
На кого же я похож?..

Персея:

Если я, калеча пальцы,
У компа всю ночь сижу,
Говорят, что на китайца
Утром очень похожу,

А потом, спеша одеться,
Боевой черчу раскрас
И похожей на индейца
Становлюсь на этот раз.

Дальше - больше превращений:
Засосёт забот кисель,
Плотно в транспорте защемит
И тогда я - в бочке сельдь.

На работе скажут - лошадь,
Кто пахать бы так же смог?
Дома, раздавая кашу -
Восьмирукий осминог.

Как, скажите Бога ради,
Стать собою хоть на треть?
Мне уже теперь по-правде
Страшно в зеркало смотреть.
..................
Опубликовано
Кто же я?
Циклы стихов | Просмотров: 844 | Автор: Со-творение | Дата: 24/03/16 15:35 | Комментариев: 0

Ольга Нежданова:

..........Вид из окна - и тот мы проглядели...
..........В. Вишневский

Под стук колёс прибрежная тропинка
Бесцветной лентой тает вдалеке,
В стакане чай с лимоном и грустинкой.
Мне нелегко, хоть еду налегке.

В дорожной сумке рыжие закаты,
Волшебный свет рассыпавшихся звёзд,
Июньских ливней звонкое стаккато
И аромат тех роз, что ты принёс.

Под сердцем жгут сбежавшие недели,
Их не вернуть и не прожить опять,
Вид из окна - и тот мы проглядели,
Забыв о том, что нам не двадцать пять.

В вагоне спят. Затихли даже дети,
Давно остыл в стакане крепкий чай.
Ты улетаешь завтра, на рассвете,
Меня сегодня будет муж встречать.

Женя (Гнедой):

была ты не актриса, и он был не полярник….
и всё-таки свело вас, как судорогой жизнь…
на отдыхе в Пицунде, в вокзальном ресторане
любовь у вас случилась, ну просто зашибись…
презентовал тебе он бутыль кинзмараури…
за столик твой подсевши, он поднимал бокал…
и воспевал твои он достоинства фигуры,
и до квартиры съемной тебя он провожал….
в раю почти эдемском, как справиться с собою
(не справиться с собою тут каждый третий рад)
роман курортный длился под нежный шум прибоя,
под ароматы сосен и треск ночных цикад…
любовь легко сорвала замки, одежды… крыши…
по линии прибоя спешили вы за ней...
жена и муж забыты, и в сумме пять детишек…
но это же на время, всего на десять дней)))

Андрей Яковлев:

А, впрочем, что детишки? Детишки - это ладно.
А вот пятнадцать внуков и внучек - не склероз?
Но так оно чудесно!.. Хоть всё-таки досадно,
что десять дней - и снова вокзал и паровоз.
На этом паровозе... простите, тепловозе
(всё забывать я стала - не только о семье)
вернусь в родимый город и с миною серьёзной
начну с котом общаться, ластящимся ко мне.
А ночью - ты приснишься! - и будут кипарисы,
и сосны, и кафешки, и галечный прибой.
Но внукам, улыбнувшись, скажу, что всё отлично...
что всё идёт как надо... смолчав о нас с тобой.

Ольга Нежданова:

В окрестностях Пицунды, а может, не Пицунды,
А в Цандрипше, к примеру, мы встретились в ночи.
В приморском ресторане с названьем очень трудным
Киндзмараули пили и прочие чачИ.
Ты говорил стихами, пел песни в караоке,
При этом неотрывно мне глядя в левый глаз,
Я запивала чачу фейху.. каким-то соком
И кушала жеманно с черешней ананас.
Любовь пришла внезапно с бутылью ркацители,
Не только каждый третий - никто не устоит,
Фанерой над Парижем недели пролетели,
Мы проглядели море, и из отеля вид.
А что мне это море, когда чуть-чуть за сорок,
Детишек вереница и столько же проблем.
А тут такие страсти, что не спалить бы шторы,
Да и черешни столько когда еще поем.

Андрей Яковлев:

А в это время... где то там...
С довольною улыбкой ловеласа,
детей отправив к тёще в Андижан,
шмыгнуть решился кто-то "мимо кассы".
И вот - луна. На столике - фондю.
Бутылочка токайского открыта.
И "Вы - Венера!.. нет, Вы - Афродита!"
"...за Вас!", "...замёрзли - двигайтесь к огню"...
Огонь в камине, свет потушен, и
горит свеча, а тени - вправо, влево...
И пусть она в Пицунде - королева,
король скучать не будет эти дни!

Ольга Нежданова:

Чего уж там, я экспить обожаю,
Но от работы в лес не убежать,
Я Вам отвечу позже, обещаю,
Ведь слабый пол - любитель обещать))

Андрей Яковлев:

А чё, неплохо с экспами у нас?
Участники - весёлые поэты!
Иносказательно, но пишут все "про это".
И целятся - не только в бровь и в глаз...

Женя (Гнедой):

хотел бы уточнить я истории детали…
за давностью событий вы их забыть могли
мы были не в Цандрипше, а всё-таки в Лидзаве
вода там много чище, и теплый есть залив…
как щас, все это помню, мной это не забыто…
с подвозом южных фруктов хватало мне проблем…
вы кушали черешню с отменным аппетитом…
и терриконы косточек растили на столе...
я вас отвлечь пытался самбукой и стриптизом…
не все же пить нам чачу, смотреть в ночи футбол…
и с радостной улыбкой я, полный оптимизьма,
со скрипом забирался на ентот чертов стол…
под музыку качаясь, торс обнажал в начале
и бицепсом играя, показывал анфас,
а вы черешню ели… миня не замечали….
и косточки плювали то в нос, то в бровь, то в глаз….)))

Ольга Нежданова:

Мне думается, сударь, Вы сами всё забыли,
А дело было в Гаграх, всё помню, как сейчас:
Самбукой, то и дело, Вы чачу разводили,
Поэтому на столик полезли сгоряча.
Вы путались изрядно в ногах, напитках, блюдах,
Взглянуть на это чудо собрался весь народ,
А я у барной стойки смех запивала брютом
В ответ на неприличный бармена анекдот.
Тем временем за столик присел какой-то местный,
Зовут его Тиграном (официант шепнул),
И женщины Тиграну совсем не интересны,
А танец Ваш приватный понравился ему.
Он нервно ел черешню, когда Вы обнажили,
Сначала торс свой мощный, затем не мощный низ...
Бармен меня подбросил до дома на машине,
И я не досмотрела, чем кончился стриптиз)))

Андрей Яковлев:

Воспоминания уборщицы в гостиничном номере.

Разбита ваза. Порванный торшер.
К ковру пристали косточки черешни.
Весь в липком бар. Казённый секретер
с проломанной ореховой столешней.
Постель – её, как будто, кто вязал,
причём сумел связать матрас с подушкой.
А под столом – домашний кинозал
валяется изломанной игрушкой.
Бокалов – нет. Стаканов – тоже нет!
Бутылки – в ванне. Шторы – подпалёны.
Какие-то опилки… Винегрет
дорожкой от прихожей до балкона.
А на стене губной помады след –
слова любви: "тибя я не забуду!"
И, под признаньем – бритвою – ответ:.
"и я тибя – навек, мою Пицунду!"

Ольга Нежданова:

"О Боже мой!" - подумала уборщица,
Роняя уцелевший абажур,
Зачем пустила в номер электронщика?
Сказал, починит всё, что ни скажу.
Зачем вчера пошла к нему с инструкцией
В заманчивом прозрачном неглижу?
Ведь это мы порушили конструкции...
Что я теперь хозяевам скажу?))

Андрей Яковлев:

У хорошего электронщика
начался день – на славу!
Столь пленительного бутончика
до того не встречал он.

Но хозяином гостиницы –
был злодейский злодей.
Он безжалостно накинулся
на безвинных людей.

И безжалостно потребовал
заплатить за развал.
Электронщик наш не бедный был.
Но теперь – обнищал.

Женя (Гнедой):

мы не встречались в Гаграх, ведь я туда не езжу…
живет моя там теща, имеет сад и дом…
но если к ней поеду.. румяным, стройным, свежим
у Мюллера придется мне быть под колпаком…
в глаза свет яркой лампы, и вечные допросы...
бдит зятя очень строго, на то она и мать…
когда домой вернуся, с нее жена все спросит….
а в Тхеми не могли ли мы с вами отдыхать?

про низ мой вы напрасно… жестоко, бессердечно…
ведь съел тогда виагры.. я из флакона треть
нетерпеливость ваша вас подвела конечно,
а надо было просто мой танец досмотреть..)

Андрей Яковлев:

Ох уж этот зять мой! Кобель!
Стоит дочке за порог –
и найди его попробуй –
перетопчешь сто дорог.
А ему – нисколь не сложно –
он ходок! Ну весь в отца!
Я с его отцом знакома…
Ламца-дрица ца-ца-ца…

Женя (Гнедой):

а вы откуда, мамо… вот помянул же к ночи…
ваще-то я проездом, случайно заглянул…
коллегу по работе тут встретил между прочим
и передать хотел ей, что я беру отгул…)
....................
Опубликовано
Чай с грустинкой
Циклы стихов | Просмотров: 1304 | Автор: Со-творение | Дата: 20/02/16 20:03 | Комментариев: 10

Леди Дождик:

Бросил дождь на волосы серую вуаль…
Почему не белую? Не хватило тюля?
Нервы туго скручены в жёсткую спираль –
Стало слишком холодно в месяце июле.

Ночь тревожно синяя – васильковый цвет…
А хотелось светлую, в золотистой гамме.
Я сейчас придумаю радостный сюжет,
Где меня встречаешь ты с белыми цветами.

Серебрист неоновый свет у фонаря…
Почему не розовый? Было бы теплее.
Дождь стучит по зонтику цвета янтаря,
Ты уже не встретишься – глупая затея.

У разлуки мрачные, скучные тона…
Ты вернись, пожалуйста, разгони дождливость.
Серою вороною я брожу одна.
Почему не белою? Значит, не сложилось…

Татьяна Давиденко:

Будучи любителем радужной красы,
Всё пытаюсь жизненный провести анализ:
Да! Ношу я серые майку и трусы.
Почему не белые? Плохо отстирались.

В буднях разноцветия яркого ища
Выброшу из дома вмиг лишние балласты.
Наварю зелёного, с яйцами, борща.
Почему не красного? Нет томатной пасты.

По уборке комнаты планов громадьё!
В столбик их записывать даже уморилась.
В шкаф засуну кучкою чистое бельё.
Почему не стопочкой? Просто не сложилось.

Зайца василькового посажу на шкаф:
Да, немного странные у тебя подарки.
Я спросила, глупая, голову задрав:
– Почему не розовый?
– Так зато не маркий!

Белою вороною ты зовёшь меня,
Я тебя изысканно: «мой зелёный слоник»
«Нервы туго скручены», – это всё брехня!
Почему не серый слон? Просто ты – дальтоник!

Glück:

От счастливой новости чуть не впала в транс -
Я сегодня вечером вольная, как птица!
Отдыхать уедет муж к другу в Мухосранск.
Почему не в Турцию? Так летать боится!

В чемодан закинула весь одёжный хлам,
Вдруг чего из нового потеряет милый?
Три рубашки грязные – к майкам и носкам.
Почему не чистые? Тайда не хватило.

Пуховик разодранный (потрепала жизнь),
В прошлом веке купленный. Ну, а что такого?
Труселя зелёные положила вниз.
Почему не красные? Мы ж не Светлаковы!

Чтобы не расслабился с другом без жены,
Ножницами чикнула брюки до колена.
Как сюрприз, добавила шариков цветных.
Почему не презиков? Не люблю измены!

Чёрт! Не закрывается… Где же мой косяк?
Может, что получится, если вынуть мыло?
Вещи комом втиснуты, в смысле - кое-как.
Почему не бережно? Просто поленилась.

Сверху для надёжности села, как всегда,
И бока верёвками затянула туже.
Дерматином жалобно всхлипнул чемодан.
Почему не кожаный? Жаба не задушит!

Сборы вышли быстрыми, с этим повезло,
Муки расставания превозмочь сумеем.
Вот пинок для скорости получился зло.
Почему не ласково? Чтоб летел быстрее.

План самой расслабиться в голове возник -
Охладив шампанское, разогрела ужин.
Надо бы любовнику срочно позвонить!
Почему немедленно? Так не ждать же мужа!
***
Вечер усмехается за моим окном,
Не пришёл любовничек – дроля ненаглядный.
Жаль, что вместо ужина вышел суп с котом…
Почему не с курицей? А коты – бесплатно.
.....................
Опубликовано
Не белая ворона
Лирика | Просмотров: 1816 | Автор: Со-творение | Дата: 18/02/16 21:53 | Комментариев: 47

Братислава:

Медсестра Потапова Любовь
Из второй клинической бригады
Хорошо брала из вены кровь
И легко вводила препараты.
Не считала взятки за грехи
И хранила деньги в чайной банке,
По ночам какие-то стихи
На дежурстве вписывала в бланки.
Врач Роман Сергеевич Мороз
Находил их утром в кабинете,
Прятал в книгу "Тайны йоркских роз"
И спешил домой к жене и детям.
А когда закончился роман,
Люба стала жить с лифтёром Женей
(Адвентистом секты "Свет и тьма"),
А потом ушла из отделенья.

Сергей Черкесский:

А Роман Сергеевич Мороз
Без любви и ласки не остался.
Правда, сизым стал с годами нос,
Так как Рома часто напивался.
Променял он Любины стихи,
Гад, на эротическую прозу.
А свои давешние грехи
Позабыл, как детские курьёзы.
Он куражил с новой медсестрой,
А потом к жене спешил и детям,
Возвращаясь как солдатик в строй
После пьяных оргий в кабинете.
А лифтёр из секты "Свет и тьма"
Накосил бабла и стал адептом.
(А лекарства, те что для ума -
Принимайте лучше по рецептам...)

ЛНД:

Гид Елена Львовна Коценмахер
Знала про барокко, руст и портик.
Ей водитель нравился Шумахер,
А еще кино с названьем: «Кортик»
Утром надевала шубу – котик,
Тихо ненавидела туристов
И, подкрасив кривоватый ротик,
Выпивала водки граммов триста.
Шурик Гедеминович Шумахер
Знал, где очень дешево покушать,
Он кутил с Еленой Коценмахер
В кабаке «Селедка в ролле суши»
Бедные туристы, бог им в уши!
Где рассказы, где показ шедевров?!
Шурик с Леной вечно бьют баклуши,
Не жалея денег, паки нервов.

Виктория Дворецкая:

Лаборантка Кирова Любовь
Из "пятёрки" (местного роддома)
Хорошо брала из пальца кровь,
И пила её у мужа дома.
Не считала взяткой шоколад,
Не считала дЕньгами зарплату.
И частенько шла на променад
С доктором в свободную палату.
Доктор, Перевязочкин С.М.,
Лаборантки Любки вдвое старше.
Не женат, не холост...так, - спортсмен,
Брак гражданский браком не считавший
Было бы закончился роман,
Не случись когда-нибудь конфуза -
Залетела. И теперь мадам
Перевязочкина Люба с новым мужем)

Азачем:

Байки НЕ нашего парламента

Проститутка Белая Лили
Что с бульвара Новых Бизнесменов
Оказалась как-то на мели
Посему работала в две смены
Прохлаждаясь зимним вечерком
Чуть не обо…млевши от мороза
- Эй, подруга, хочешь с ветерком?
Оклик слышит вдруг из членовоза
Думский член – вот это, бабы, жесть!
Невзначай счастливый случай вышел
Член, как ни крути, он член и есть
Но тариф на членовозах выше!
Проявил страны избранник пыл
Так и сяк, и спереди, и сзади
А потом коньяк французский пил
И кричал, что в Д…жазе только б****!
А когда до дому подвезли
Задала вопросик ради шутки:
- За каким нужна была Лили
Если «там» - сплошные проститутки?
......................
Опубликовано
Конкурс экспромтов
Циклы стихов | Просмотров: 828 | Автор: Со-творение | Дата: 22/01/16 11:41 | Комментариев: 0

Александр Старших:

Я путь земной прошел до рубежа,
Которого никто не избежал -
Ни Будда, ни Христос, ни Магомет:
Где нет ориентиров и примет,
Где каждый шаг во истину не прост,
Где не легко подняться в полный рост,
Где правда, как её ни нареки,
Влечет к другому берегу реки,
Где жизнь и смерть верней, чем рай и ад,
Поскольку мнимой правде я не рад,
Где вечно перед богом я неправ -
И стыд и страх ввергают сердце в прах...
И ничего другого в сердце нет,
И потому семь бед - один ответ;
Что это - испытанье или месть?
Входящие, я верю - выход есть!

Юрий Борисов:

Я снизу вверх смотрю на те сиянья,
Которыми себя ты окружил,
И как мои коллеги-россияне
Тяну вопросы из священных жил.
Назвался груздем, забирайся в кузов
И отвечай на разных языках,
Как спелых в магазине мне арбузов
Набрать штук пять и унести в руках.
Как с женщиной, манящей сексуально,
Наладить мне знакомство в пять минут.
Но почему ты смотришь так печально,
Как боги и пророки на иуд?
Что, не по нраву вкус задачек плоских
И мыслей примитивных легкий бег?
Ты, верно, ждал вопросов философских?
Но я же, Саша, просто человек.

Александр Старших:

Прости, мой друг, что я сегодня грустен,
Ворчлив, как надоедливый сверчок.
И дёрнул чёрт меня назваться груздем,
Когда на самом деле я сморчок.
Я в этой роли сам себе обуза,
Я в этой драме сам себе палач...
Никак не влезу в банку за арбузом -
Мешают нос и уши мне, хоть плач!
Ну, подскажи, что делать мне, неужто
Я буду зря терзаться целый век?...
Ничто из разносолов мне не чуждо,
И, значит, я такой же человек!

Елена Бородина:

Простите мне - я стала молчаливой,
но голова покуда на плечах.
Вчера полезла в банку я за сливой,
на деле оказалась - алыча.
Не выдержав суровых откровений,
дала оброк молчания на век.
Прозрела - не Мичурин я, не гений.
Как А. Старших - такой же человек...

Александр Старших:

Мы всё подряд зимой из банок мечем -
Всему виною зверский аппетит...
Хоть я на первый взгляд очеловечен -
Во мне живёт ужасный троглодит.
Порою, превратившись в злого панка,
В своей пещере я, как зарычу! –
Что женщины выплёвывают в банку
От ужаса обратно алычу.

Laura Li:

Не слишком раболепствуя, но веря
Христосу, Будде, Мухаммеду и Аллаху,
ты рвался в заколоченные двери,
в зашторенные глухо, окна - плакал...
Земля ползла по стёганной Вселенной,
как раненая в брюхо - черепаха.
Светилась ложной правдой парселена,
а утром - солнцем лживым сладко пахло.
И было сильным искушением манящим,
как пролежать на двух материках,
увидеть твоё имя... на входящих
и вышибить плотину, как река.

Александр Старших:

Каждый дом меня как-будто знает.
И. В. Одоевцева


Каждый дом меня как-будто
Знает много-много лет;
И в одном из них, как Будда,
Я сижу, накинув плед.
На земле летят эпохи,
И меняются вожди...
Снег за окнами - на вдохе,
А на выдохе – дожди.
На столе в разлитой луже
Плесневеет старый чай...
Мне не выбраться наружу
Без заветного ключа.
От тебя по чьей–то воле
Отгорожен я стеной,
И сижу подобно моли
В складках ткани шерстяной.

Laura Li:

Ты же пил безмерно с Чаши Будды,
огненной отрыжкой поражая,
вот теперь давай с тобой не будем
притворятся молью в баклажане
лужицы остывшей -"Да Хун Пао",
что тебе с любовью был заварен.
Та, что за стеной от смеха пала -
никогда не ищет мОле - пары.
Всё давно пропарено, забито,
вызубрено, ключ без дубликата...
Если с Шивой одолеешь литр -
не страшна - и Буддова блокада...

Александр Старших:

Что за Хун, едрить твою Да Пао -
Нет ни дна в той Чаше, ни покрышки!
Из неё хлебаю, что попало
Как свинья, до синей я отрыжки.
После литра даже смерть прекрасна –
Хорошо смотрюсь я в паре с нею...
Не болит, а Хун (что значит красный) -
Буду пить, пока не посинеет!

Laura Li:

В монастыре с табличкой Тянь Синь Сы
один студент совсем, как ты был, Саша...
Никто в Китае не носил в тот век - трусы,
халаты шили - да один другого краше)
Тогда случился тепловой удар с Дин Сянь -
учеником, экзамен шёл у императора...
Монах в халате красном и император сам,
и смерть тянула в огненные кратеры.
Но это всё видения, легенды (не мои),
а пацану помог янтарный чай с Горы Уи.
И уж тем более, Ли - я ли виновата,
что чай был назван в честь преКрасного Халата?
Прилетай в провинцию Фуцзянь -
покажу, где взять)
.................
Опубликовано
Я путь земной прошёл до рубежа
Циклы стихов | Просмотров: 1086 | Автор: Со-творение | Дата: 22/01/16 11:24 | Комментариев: 4

Алекс Фо:

Дробью печатает дождь по страницам крыш -
Если не спишь, значит, снова стихами лжешь…
Правда не пишется кровью полярных рыб,
Россыпь иллюзий по строчкам не лечит - жжет…
Ересь любая смирится от боли слов,
Слабость насытится тишью и темнотой,
Скосит все мысли, сметет в ледяной разлом,
И от луны отражаясь, вернется стон -
Я - пустота…

Ирина МелNik:

Я – пустота в квадрате, помноженная на ноль,
Пониженная бемолем.
Нотная грамота...
Нелепо … чёрная ночь и звезда - белая соль
Сложена горкой.
Картина – холст без подрамника…
Нет, пятен нет, только будни - серая полоса,
Будет Куинжи и будет Луны свечение,
Это – депрессия.
Слабости нет,..только в глазах,
Музыка есть - вперед,
Только, «против течения»,
«Наперекор законам», «гравитация» слова.
В парных кавычках цитат Диогены бочками
Мир познают внутри, только внутри себя:
d2-d4 - партия чёрных клеток
с белыми…точками…

Koterina:

1.
Полночь, и ветер уносит страницы крыш...
Мутная жидкость в стакане не лечит – жжёт...
В тихий и пыльный угол забилась мышь,
Помнишь во тьму со стола ты её прыжок...
Россыпью в небе - бликующих лун шары,
В комнате – слов не хватает, что за бардак,
Тусклый аквариум полон уснувших рыб...
И лишь под утро потом прихожу всегда
Я – тошнота...

2.
Гаснет сознание, но карандаш в руке
(Ручку давно уже прОпил... или пропИл...)
А раньше по вечерам я смотрел хоккей,
Футбол и ещё там что-то... уже забыл...
Осень, тоскливо, холодно и темно,
Мысли с трудом приходят – в час по строке...
А за окном опять наступает ночь...
На уговоры твердо отвечу – «нет»,
И не лечите, мне уже не помочь:
Я ведь – поэт.
...................
Опубликовано
ДЕПРЕССИЯ
Циклы стихов | Просмотров: 877 | Автор: Со-творение | Дата: 23/12/15 13:17 | Комментариев: 0

Татьяна Смирновская:

Огонь!
Ушёл приказ по батареям.
Я про себя пошлю всех в и на:
нет, команданте, зря не тратьте время -
я не вернусь, здесь не моя война.
Сорвав чеку оставшейся гранаты,
прижав к груди колючий суккулент,
я прошепчу вам -
hasta siempre, команданте,
бросайте, команданте, пистолет.
Вернитесь бодрым шагом к вашей бойне,
какая разница, кто жив, а кто умрёт.
Мне от снарядов и напалма больно -
вам странно? Флаг вам в руки и вперёд.
Дерзайте - переходом через анды,
а мне оставьте мой больной астрал.
Помянете сегодня, команданте,
и, может, даже вспомните с утра.
Вы, команданте, вечно будьте здравы,
а я взорвусь на тысячу миров
и в тундру или в тропики отправлюсь
кормить москитов или комаров,
тонуть в болотах - сдохнув, но не сдавшись.

Куда бы не попала мне шлея -
я не вернусь.
Войны не будет, команданте.
Прощайте.
Para siempre.
Ваша я.

Женя (Гнедой):

в Боливии, вы знаете прекрасно,
гранаты на деревьях не растут…
транжирить нужно ль так боеприпасы…
их слишком мало, каждый на счету…
скажу я вам, пугать меня не надо,
итак адреналином страха пьян…
немедленно отдайте мне гранату!
не стоит брать пример вам с обезьян,
они обычно их везде бросают
и в самый неожиданный момент…
вы много лучше, явно не такая…
и в этом у меня сомнений нет…
ваш «бунт на корабле» чего бы ради...
смягчить вам сердце я смогу сейчас?
бойцом вы первым числитесь в отряде,
хочу к медали я представить вас...)))

Татьяна Смирновская:

В Боливии гранаты, как известно,
Растут в корнях больших кофейных пальм -
Как трюфели сдают их тут по весу,
Не зарастет народная тропа!
И здесь, как в прочих разных Гватемалах,
Все понимают: ничего ценнее нет
Гранат (пусть даже без чеки и мало)
Изысканный гранатовый букет
Или браслет или стаканчик сока,
Отжатого из этих тонких сфер,
А ты, амиго, пожалел красотке
Устроить на Камчатке фейерверк!
Меня не купишь запросто медалью,
И сердца моего смягчить нельзя...
Но, впрочем, пальчики писать уже устали.
Давай сюда медаль и обезьян.

Женя (Гнедой):

прибуду к вам не ранее, чем в среду…
в моем лесу остался лишь тукан…
сначала я в Бразилию заеду,
живет там много диких обезьян…
и если интересны вам приматы,
поболее альпаков, лам и зебр...
я их в мешок вам наловлю десяток,
чтоб был к медали маленький презент…
вам дал бы орден я, да вот заметно
крупнее он медали… а не чуть…
в диаметре пятнадцать сантиметров…
и для него нужна большая грудь))

Татьяна Смирновская:

И чем моя вам грудь не угодила?
Страдая, плачу я от ваших слов,
теперь везите мне пинжак из крокодила,
чтоб доказать свою безумную любов!
А то ведь есть такие чебурашки -
что лезут без презентов, оборзев,
в своей красе не сумлеваясь даже.
Среда - сегодня, кстати...Где презент?
......................
Опубликовано
Команданте
Циклы стихов | Просмотров: 1030 | Автор: Со-творение | Дата: 23/12/15 13:03 | Комментариев: 0

Danish:

Если жизнь закрутила тугою спиралью, и похоже, из кризиса выхода нет, потерял документы, а деньги украли на московском вокзале, и с ними – билет, если вылет с работы – решённое дело, на руках обходной и подписан приказ, если дома скандалы, супруга заела, потому, что с катушек совсем сорвалась, если деньги вложил в пирамиду Мавроди, а по физике пре́под не ставит «зачёт», не горюй, ибо всё в этой жизни проходит, иногда вместе с нею. И это – пройдёт.

Персея:

Аргументы железные - крыть больше нечем:
Очевидное глупо в упор отрицать -
Даже путь по спирали в итоге конечен.
Только прежде чем мирно дойти до конца,
Лучше всё же решить кой-какие проблемы -
Половину скандальную взять и послать,
На свободу удрать из рабочего плена,
С пирамиды плюя на препода-осла,
Отловить на вокзале с поличным ворюгу,
Втолковать ему что говорил Соломон
О сует суете.
Из порочного круга
Уходить, а не ждать, что уйдёт всё само.

Danish:

Из порочного круга уйти - не проблема: мы плюём на ослов, возвращаем долги... Только вот в Google-плюсе почти ежедневно незнакомцы опять добавляют в "круги"))
..................
Опубликовано
Не горюй
Циклы стихов | Просмотров: 948 | Автор: Со-творение | Дата: 23/12/15 12:50 | Комментариев: 4

Glück:

Мы лежим с тобой на крыше и считаем облака, я чуть ниже, ты – чуть выше, сверлим взглядами закат. Скоро серп Луны повиснет, свет загадочный струя, в голове теснятся мысли про предвзятость бытия: не случится с югом север, крест по жизни богом дан,
если носишь имя - Ева,
в наказание – Адам!
Поздно плакать и, стеная, рвать на попе волоса, я невольно вспоминаю обнесённый райский сад: как снимал с «налива» пробу, заготовив яблок впрок, чтоб избавить от микробов, тёр об фиговый листок. Сплюнув семечку у древа к недоеденным плодам:
- Очень вкусно было, Ева?
- Слаще дыни, мой Адам!
***
В наше время, по идее, крепче связи двух сердец. Если ты, Адам, болеешь, то в семье армагеддец! Насморк еле переносишь, ртутный столбик - страшный зверь, если вдруг там тридцать восемь, это кома или смерть! Мне убраться, приготовить и уроки проверять. Ты, как прежде, так и снова давишь профилем кровать, вырывая стон из чрева, волю дав скупым слезам:
- Долго ждать лекарство, Ева?!
- Да лечу уже, Адам!
Ты - из главных персонажей, лидер в копчике зудит, и в любое зданье так же, всей планеты впереди, входишь важно альфа-зверем, (семеню обычно «за»), пусть меня прихлопнет дверью – не оглянешься назад! Потираю щёку слева. Для проформы, как всегда:
- Очень больно было, Ева?
- Ничего, терплю, Адам!
Подружившись как-то с шизой (как себе втемяшить смог?), в женский праздник мне сюрпризом ты решил испечь пирог. Неизменно криволапый, чтоб порадовать жену, ты ж мукою всё заляпал, оглушительно чихнув. Вся начинка больше мимо – на полу и на груди, и к плите тебе, любимый, очень вредно подходить! Кухня в саже стала сразу, в окнах лопнуло стекло - напоследок взрывом газа всю духовку разнесло. Усмиряю норов стервы, правда, с горем пополам:
- Как тебе подарок, Ева?
- Потррррясающе, Адам!
Или, скажем, трудный вечер, для интима не сезон, снять мигрень бесследно нечем - боль вгрызается фрезой. Усмирив свою гордыню, соглашаюсь, как ни жаль. Есть желанье врезать в дыню, нет хотенья ублажать. Микс из мыслей душит гневом: «да пошёл ты!» с «аз воздам».
- Как тебе сегодня, Ева?
- Вообще – восторг, Адам!
Что осталось хрупким дамам? В дальний угол спрятать злость да хвалить своих адамов - так с Эдема повелось…

Евгений Туганов:

Слышу старые напевы, голова от них болит. Говорят, что прежде Евы на земле была Лилит, что Адам – весьма распутный и разнузданный козёл; но сюжетец этот мутный подтверждений не нашёл; намекать нельзя, не зная, на внебрачную на связь – мол, история земная с двоеженца началась. Ни к чему гадать по звёздам, хоть загадка и легка: не рождён Адам, а создан – значит, пузо без пупка; и башка его кружится, осознав свою беду: не сумел в раю ужиться – обречён торчать в аду. Но мы, люди, угорая от подобных перспектив, после вылета из рая – человечий нрав ретив, – посредине где-то, между, создаём себе уклад, и таим в душе надежду, что по нас не плачет ад. И, по звёздам вновь гадая, слышим отповедь небес: борода твоя седая – а в ребре завёлся бес. Все хождения налево – это нам от Бога месть: из ребра создали Еву – значит, Ева бес и есть.

Glück:

Создал Старче половину - сделать целым навсегда, и Лилит была из глины, точно так же, как Адам. Всё ругалась не за дело, тяжела была рука и вот хрен бы потерпела закидоны мужика! Злая баба застит солнце, ей плевать на ранг и чин, был ли предок двоеженцем – тут история молчит. Чем либидо распотешить, ежли плоть всегда в тисках? Наш Адам с проетой плешью утешения искал. Где? Не знаю. Шёл налево? Так-то Бог на баб не щедр, и тогда в проекте Евы даже не было ваще! Грохнув первую из глины, чтоб не быть Адаму чмо, наклонив башку повинно, к Богу бить пришёл челом. Под эдемским крепким дубом, подустав, сидел Господь:
- Чтобы плоти было любо, пострадает так же плоть! Хочешь жить без унижений, слышать голос не визглив? От твоих рацпредложений пухнут в черепе мозги! Раз жена нужна, как воздух, (нешто пить с компотом бром?), есть же косточка без мозга, потому возьму ребро …

Евгений Туганов:

Нет, Господь хотел иначе, тоньше дело провести. И решение задачи – не в безмозглости кости. Он предвидел: станет коброй баба, коль не угодил. И Господь – Он очень добрый, – это дело упредил. Он инстинктом, а не носом чуя, что грядёт погром, лишь проблемам и вопросам повелел вставать ребром. Зная, что от жизни постной заревёт быком Адам, дал ему предмет бескостный – реагировать на дам. Все довольны обоюдно – пригодился причиндал: в ход пустив его, нетрудно погасить любой скандал.

Glück:

Если б так, оно, канешно, быть довольными судьбой, всяких прочих дел промежду скоротав часок-другой. Мы себя надеждой тешим и пошли бы на поклон, чтоб реакцию на женщин Старче выделил в закон. По нему и жить не страшно. Жаль, не писан дуракам - причиндалом чаще машут, разгоняя облака.
Есть ещё беда ужасней – графоманус-рифмоплёт. Так иных в стихах колбасит, что сам чёрт не разберёт! И какой мужик с поэта? Всё желание в стихах. Намекнёшь ему «про это» - он с либидо не в ладах. Только рифмы знает туго, облажаться не боясь, только столбики упруго и ровнёхонько стоят!
Отговорки стрёмно слушать, пишет так поэт-адам: что Господь диктует в уши, то стихует причиндал…

Евгений Туганов:

Коль поэт за вдохновеньем в глубину штанов полез – вызывает подозренье мотивация поэз. Он довольствуется малым без забот и без затей – виртуальным причиндалом не наделаешь детей. Нам его страданья близки, и его понятна боль: секс-гигант по переписке, а на деле – круглый ноль.

Наталья Бугаре:

Браво! Нечего добавить - весь ваш спич - не в бровь, а в глаз! Ева, став женой по праву, получила ночью власть. Из чего кого творили, тут вопрос давно не в том. Выпекался косо-криво первый блин у Бога. Ком бело-рыже-синей глины замесил одной ногой, душу дал и даже имя. А мозги ему, на кой?
А в раю жратвы навалом, климат супер - все наги. Еве сласти вечно мало - и не хочешь, но моги. Сачкануть Адаму тяжко, хоть уже конец болит... Вот и прятался бедняжка, напридумав про Лилит.
Секс-гигант по переписке - проходили. Каюсь, ржу. Вирт-интим - всегда без риска и с эрекцией ажур. Все стоит - и мышь и клава, вздыблен даже монитор. Томен слог, брутальна ава. Так и ловит до сих пор на крючок словес обманных, на цитаты камасутр. Ток в реале донжуаны появиться как-то ссут.

Евгений Туганов:

С пародиста взятки гладки – сломана в душе печать: виршеплёту по сопатке так приятно настучать. Слава, слава графоманам – умным, глупым, трезвым, пьяным, доброхотам, хулиганам, охломонам и т. д. Что бы в творческом запале сдуру вы ни накропали – но без нас бы вы пропали: мы поможем вам в беде. Раскрывайте двери ширше: мы прочтём все ваши вирши, и с нахальной командирши генеральский счистим лоск. Мы намажем страстотерпцам, пишущим душой и сердцем, языки горчицей с перцем, и включать научим мозг.

Glück:

Пролетаем мы со свистом, труд наш – как бы и не труд, гадят в личку пародистам, а вот взяток не дают! Им долдонишь про ошибки и про ляпы с-под пера – вместо «сенкью» и улыбок прилетает «сам дурак!» Пишут Душами и Сердцем то, что им диктует Бог, а куда нам, бедным, деться? Кто б читателям помог! Мол, божественное править – ересь, глупость и абсурд! Нам работка для забавы – легче всяких синекур. То бишь, ежли налажает в темя чмокнутый Адам, тотчас будет подражаем - несть веселие людя'м! Упущенье небольшое, править нефик - это факт! Написатое Душою вообще читать лафа!

Евгений Туганов:

Я взираю с удивленьем, злой насмешки не тая: размножаются деленьем Казановы виртуЯ. Это вражье вероломство, демографии хана! Что за дело до потомства, коль стихов башка полна? С чипсов, колы и корнфлекса обесполился поэт – в Интернете море секса, а приплоду нет как нет. Все усилья Гименея канут к чёрту на рога – лирики, беременея, не рожают ни фига. Не сливаются гаметы в эмбрионы – хоть реви; лишь сонеты-триолеты о возвышенной любви. Расширяется аскеза, воздержанцев пруд пруди, ужас партеногенеза ожидает впереди.

Glück:

Неудобно, право слово, - я ж в бараний рог согну, от атаки виртуёвой иногда не продохнуть. Тролль не имет сожаленья, унося покой и сон - размножается деленьем, отпочковывая клон. Что ему до демографий и любови неземной? Тут иметь бы с клавой трафик, на портале лья слюной. Можно тут зубами клацать, можно опыт перенять - значит, будем почковаться, в сердце веру сохраня, что тому свои причины (мало ль бзиков наконец?), что поэт равно мужчина, даже где-то и самец. А пока что троллей коцать, не читать стихог@вна. Что нам, евам, остаётся? Посылать адамов на…

Евгений Туганов:

Бродит лирик, неприкаян, получает пенделя. И за дело – он же Каин, тот, что грохнул АвелЯ. Не спасут его витийство и развязность языка – жжёт печать братоубийства лоб Адамова сынка. Бог не зря ополовинил свой сосуд, сказав: «Шалишь!» – Авелеву жертву принял, Каину подсунул шиш. А прославиться охота, шибко в анусе зудит; год-другой – из идиота может сделаться бандит. Мысли чёрные достали, с каждым днём черней они; молча бродит в виртуале с чемоданом стихерни. В поэтическом тумане парень встал не с той ноги. Агасфер от графомани, что настряпал – всё сожги! Дурью впредь не увлекайся, малоумный трансвестит; зарекись писать, покайся – Бог за всё тебя простит!
......................
Опубликовано
Адам и Ева
Циклы стихов | Просмотров: 1457 | Автор: Со-творение | Дата: 21/12/15 11:20 | Комментариев: 12

Марина Славина:

Ты же знаешь, так всегда у принцесс - то король готов сосватать, то принц… а в душе – давно созревший "абсцесс", и ни скальпель не поможет, ни шприц; не столбняк хватил, не импортный шок, глядь в окошко – сразу мысли в галоп: мимо с дудочкой идёт пастушок и ресницами на девок – хлоп-хлоп. Знамо дело – их водой не пои, только дай на пастушка поглядеть… Ох, принцесса! Прячь причуды свои, а не то достанет батюшка плеть…
Старый замок опостылел – хоть плачь, и другие для меня не в цене; гроб кареты, шестерик дохлых кляч – это всё давно наскучило мне: лучше вместе с пастушком на лугу приложить к губам несмелым свирель, от грозы вдвоем укрыться в стогу, в небе радуг наблюдать акварель… Пусть безродный и бездомный холоп, пусть моложе лет на пять – что с того, раз от песен пробирает озноб, а в глазах смешались ум с колдовством?..
Вон, идёт… любимец местных девах… не со мной делил и дудку, и стог… Нет, принцесса, ты смела – на словах, знай, сверчок, свой неизбежный шесток… К замку, судорожно сжав кулаки, я мечту свою простую несу: надо завтра же, с утра, по-людски, вертихвостку оттаскать за косу…

Danish:

Пусть безродный и бездомный холоп, но имеются другие плюсы́: на деревне целых девять зазноб, и у каждой свой оттенок красы. Как говаривал покойный отец, не дури́ сынок, дружи с головой! Если пристально смотреть на принцесс, - может случай наступить страховой. Так что лучше, чем журавль в небесах, мне с «синицей» ночевать на стогу. Хоть в принцессиных глазах бирюза, но о ней мечтать я только могу.
Если б мог судьбу поставить на кон, отыскать под камнем меч-кладенец… но издох давно последний дракон, и Кощей нашёл бесславный конец. А свирель – совсем не тот инструмент, для которого полцарства - цена. И мотив ещё волшебный не спет, за который полюбила б она. Слишком много неприступных преград, слишком мало шансов стать королём: рядом с ней блестящий кавалергард… Для холопов – повседневный «облом»!
Эх, принцесса, а была б ты смела – наплевала б на отцовскую плеть: для влюблённых есть эффект помела – если очень любишь – сможешь лететь за любовью. Наплевать на запрет!
Под свирели немудрёную трель там, на выпасе, цветёт бересклет, в роще бродит неприкаянный Лель.

Марина Славина:

Много живности в лесу развелось, не пугают ни дожди, ни пурга: в роще бродит неприкаянный лось, может, просто зачесались рога. Ежевики ошипована плеть – прорастала из драконьей слюны... будем долго за принцессу болеть – Бабка Ёжка позовёт на блины; там кольнёт ли нас иголкой Кащей, усыпит ли под шумок Кот Баюн – всё равно конец один... ну, ваще! – так Снегурке предвещал Гамаюн.
Пред глазами ледяной бирюзы задрожишь ты, как осиновый лист: взгляд страшнее разве что у гюрзы... и у эфы профиль так же скулист. Прячь клинок, блестящий кавалергард, наступает повседневный облом, пробирается инфаркт в миокард – непременно станешь бить мне челом; но мотивом будет не волшебство – просто крупно застрахован топор, вот палач рубить твое естество не согласен, хоть убей, до сих пор.
А на казнь глазеть приходит толпа, спекулянты обдерут за билет; не была бы, словно крот, я слепа – убежала бы с тобой в бересклет, там бы спрятались поглубже в шалаш, чтоб отец не дотянулся кнутом...
Что-то к вечеру в башке ералаш... я все время говорю не о том.

Danish:

Не спеши по естеству топором, не пришлось бы отчитаться толпе! Очень быстро наступает облом у правителей, подобных тебе. Что таращишься змеёй на народ? – в том достоинства ни капельки нет. Ох, забыл, что ты слепая, как крот: в том, наверно, виноват бересклет *.
Нам, холопам, что Баюн, что Кащей, что в дубраве озабоченный лось – это просто чепуха, и ваще – лишь бы только предсказанье сбылось: начирикал на беду Гамаюн, дескать, у кавалергарда инфаркт, а кому-то по челу надают за наезд на пастуха – это факт!
Бирюзовые глаза по ночам отражают в темноте звёздный свет, если вместо канделябра – свеча, то ещё не всё потеряно, нет! Пахнет мёдом пасторальный пейзаж – не сравнится с ним парфюм Ив Роше. Если к вечеру в башке ералаш, значит, утром будет рай в шалаше. )))))

*) Одно из народных названий бересклета – «куриная слепота».

Марина Славина:

Да, слепа я, словно крот – эту блажь заслужив за тридцать прожитых лет. Из «куриной слепоты»* мой шалаш – ведь вокруг растёт один бересклет! Зажужжит ли угрожающе шмель – под бруслину* заползу в уголок; ем не фенхель по утрам, а брухмель*, пью заваренный в котле жигалок*; из кислянки* соткан клетчатый плед (пусть слегка и на дерюгу похож!), взбит периной сортовой бересклед* на саклаке* наших сдвинутых лож; божьи глазки* в барбекю – на обед, волчьи серьги* - симметрично – в ушах... Ты наивен, ожидая побед – я во флуде, как всегда, хороша.)))
Брусынина* во дворе – до колен... Канделябр уже не держит свечи`?))) Ослабеешь – погрызёшь бурусклен* (эффективны лишь плоды бирючин*)... Ядовит ли верескледовый* мёд? – Только если волчьим лыком* запьёшь... Опьянеешь – под бружмельный* комод загоню, предупреждая дебош, или тресну бересдренной* скамьёй – и в цветовниковый* суну компост...
Может, сходство и найдёшь со змеёй – но пантерины и лапы, и хвост.



Danish:

Понимаю, - тридцать прожитых лет… одиноко во дворце у отца! Отощала от различных диет, да от скуки побледнела с лица. Из кислянки выткать плед – что за блажь? Доискалась, что утешит дитя?
Мы устроим в шалаше вернисаж, из бирю́чины веночки плетя. Нынче ценят высоко креатив, погоди, не пей брусли́нный компот! Предоплату царь-Кощей заплатил, Змей-Горыныча с собой приведёт… ты случайно хоть ему не родня? – хвост змеиный да пантерий оскал… Спи подальше по ночам от меня!)))) Вон Лукьяненко об этом писал!
Если крепче заварить жигалок, то получится крутой «приворот». Бересклета я пучок приволок, только что-то он тебя не берёт. И пылает понапрасну свеча, заливает воском твой сарафан… Ты скамейкой не лупи сгоряча – я победу ни за что не отдам. Прилетела, так слезай с помела, барбекю на завтрак нам приготовь. Ты ботаником, наверно, была? Не попутай бурусклен и морковь!)

Марина Славина:

Хочешь воском мне залить сарафан – уповая на людскую молву?)) Ты в ботанике отнюдь не профан – так и тянет поутру на моркву; то стремишься обглодать помело, то венок жуёшь, держа на весу... Нынче кролику изрядно свезло: я капусты для тебя припасу. Только тем, кто прочь бежит от хлопка, в сказках противопоказан Кащей, ты бы лучше почитал «Колобка» - и Родари, о житье овощей. Видно, с флорой ты давно не в ладах, да и в фауне, увы, не эксперт...
Что ж, конечно, я – принцесса в годах, ну, а ты - не молодящийся смерд? Ведь не зря же прошлой ночью сбежал, обессилевший, худой, как скелет... Между нами в шалаше был кинжал? А, забыла, извини. Бересклет.
Ты с Лукьяненко сидишь под скамьёй, Кама-Сутру потеряв впопыхах... Обзаводятся принцессы семьёй – гордых принцев не найдя в пастухах, устраняют из судьбы маргинал и выходят замуж за королей...
Скотоводческий изгнав персонал – о проказах в шалаше не жалей!

Danish:

Что-то я не понимаю расклад: напроказила – и в замок бегом? Да, в семье порой бывает разлад, и не только у принцесс с пастухом. Что не нравится, ты только скажи?! Я старания свои приложу. Может, стоит попроситься в пажи? При дворе живётся славно пажу: обзаводятся принцессы семьёй и выходят замуж за королей, только в сердце у принцессы любой есть местечко для смазливых пажей.
И заводятся скелеты в шкафу, убегают в дровяник через сад… (Я ещё и на свирели могу, и кнутом, как этот самый, Де Сад!))))
Короли от государственных дел оплывают, как свеча на столе. А в покоях у принцесс – беспредел, превращаются они в королев. Так что, милая решай поскорей, зачисляй меня в пажи со среды: хватит этих нам с тобой шалашей, мы в округе все помяли цветы. Знает только бересклет на лугу, да звезда, что отражалась в глазах, как лежал пастух с принцессой в стогу, что он утром ей на ушко сказал.
Говорят, что это грех, ну и что ж? Не испытывай от этого шок. Если принц на короля не похож, в этом – точно - виноват пастушок.))))

Андрей Кропотин:

Ты же знаешь, как у нас – пастухов: не стегай кнутом чужую корову, убирайся подобру-поздорову, или вымолотят до потрохов… Как бы батюшка-король осерчал, нас застукав на стогу со свирелью?  Вряд ли только бы дубиной огрели – поневоле тут задашь стрекача! Я и рад бы «развести акварель» - да своя поближе к телу рубаха, и отнюдь не улыбается плаха тем, кто встретил двадцать пятый апрель… Так за что меня водить напоказ – не с раскатанной, с разбитой губою? Может, мы договоримся с тобою – на другой, пока неведомый раз?)))))

Марина Славина:

Бить не буду, но придётся отсечь – за огульную развязность стиха – провинившуюся голову с плеч благонравного на вид пастуха…))) (Гордый Пушкин – да простит плагиат: своровала я и рифму, и слог!) Меч в расправе понадёжней, чем яд – меньше поводов для сплетен и склок. Не корова я тебе, не коза – даже мысленно с кнутом не проказь! Ты принцессе наотрез отказал – спровоцировав на скорую казнь. Специально тороплю палача - снова отповедь услышать боюсь… и скрываюсь я, навзрыд хохоча, от сварливых пересудов бабусь.

Александр Старших:

Я не знаю, как у вас у принцесс, а у нас – у молодых пастушков ентот, как его? - «интимный процесс» происходит без амурных стишков. Осаждают женихи твой дворец... день и ночь поют, да всё не о том... Ну а я своих коров и овец загоняю в хлев плетёным кнутом. Ты не думай, что я груб, и жесток, просто дудочки им мало одной, даже куры не идут на шесток, если вовремя не топнуть ногой. В общем, ты в своём дворце не скучай, жду тебя я на опушке в лесу, только знай, что я могу невзначай оттаскать твою мечту за косу.

Марина Славина:

Ах, пастуший изощрён политес! В самом деле, во дворце скукота; чтобы выманить на волю принцесс - ни свирели не бери, ни кнута, только косы заплетём - и вперёд, на опушку в непролазном лесу... а от страсти языка полон рот, ты смотри не испужайся, плясун: здесь брутальность и активность в чести; мы планируем не радио-связь - а внебрачную... о том-то и стих. Очень жаль, что ты пастух, а не князь! Так бы папенька простил и пригрел, самолично бы отвёл под венец, не вникая - ты карел ли, мингрел, лишь бы только не кузнец или жнец... А пока, родимый, не обессудь: без гарантий и свобода, и жизнь. Все равно ты выбрал правильный путь... да, опасный, но не трусь и держись!)

Александр Старших:

Как же батюшка твой строг – просто жуть, у тебя на этой почве невроз... да и я, рискнув налево свернуть, словно камень в землю-матушку врос. Словом, я, как не крути - не Эдип, без царя в башке... и всё ж с головой, и пока в дурные шашни не влип, поумерю свой инстинкт половой. Лучше я останусь гол, как сокол, чем надену чёрный фрак, как пингвин... я ж по крови поперечный мордвин, да к тому ж наполовину хохол. Так что голову ты мне не морочь, и напрасные не строй миражи... и коль в папином дворце жить не прочь, с пастухами никогда не дружи:))

Марина Славина:

Комплиментами меня баловал?.. В позе лотоса застыл, будто йог...((( Раз понравилась твоя голова – как же было не морочить её? Мне, соколик, что хохлы, что мордва – лишь бы не индифферентный пингвин; за тобой - и во дворец, и в подвал, и в коттедж, и на солому в овин; пусть же за иллюминацией мрак окружит со всех возможных сторон - только сдёргивай скорей черный фрак, выпускай на волю тестостерон...
Наши шашни, несомненно, дурны – дай воде затечь под вросший валун, и жене нашепчут говоруны, что супруг ее – отнюдь не каплун; а реклама никому не нужна, ты уламывал принцесс – не гетер... Делай выводы: какого рожна маргинальный затевать адюльтер?

Danish:

Не имею я дворцовых манер, и ваще сегодня пьяный и злой: как ты смеешь затевать адюльтер, так жестоко обошедшись со мной?! Строить планы, завлекать, а потом – в поросёнка превратить ни за что? Вот как выскочу в ночи кабаном – распрощаешься с греховной мечтой! Преподам тебе хороший урок, к пятой точке приложившись лычом - точно боком выйдет тот пастушок.
Ревность? Ревность здесь совсем не при чём.
Ты скажи, вот так – всегда у принцесс? Позабыла: ночь, шалаш, бересклет? Да такая, словно волк, смотрит в лес, благодарности и совести - нет! Не считай, что – раз жених – маргинал, то его, как рукавицу с руки… как меня менталитет твой достал: на уме, считай, одни мужики! Вот опять – голубоглазый блондин. Так и млеешь у себя во дворце? А по мне – так, что хохол, что мордвин – будет нынче с фонарём на лице. ))

Марина Славина:

Бить блондина по лицу? Не вопрос! От фингалов разнесет, словно жбан. Раз окончился к весне опорос и вернулся на подворье кабан - начинаем суету во дворце, и откормленную за зиму плоть, удержав обыкновенный процент, главный повар повелит заколоть. Закоптит в камине окорока, сало вытопит, заправит паштет... Что возьмешь-то с мужика-дурака? А кабан - почти готовый обед... Раз желаешь получить вдругорядь ту же порцию солидных острот - за столом рассадим зрителей рать и заставим скатерть банками шпрот, подадим горчицу-хрен к ветчине, по бокалам «божоле» разольём...
Хватит с ревностью цепляться ко мне!! На другое написать рецу влом?...

Александр Старших:

Что я слышу, то ли визг, то ли вой? Это сын внебрачный тени отца; я то думал, что в игре ролевой мы вдвоём с тобой дойдём до конца. Не телился долго я, не мычал, у меня в деревне дел целыый воз... мой же "лотос" лишь начало начал,ты не видела ещё много поз! Но, под пристальным контролем сынка, наш художественный флирт - просто фарс... то ли дать ему за хамство пинка, то ль послать куда подальше... на Марс. Всё равно он будет лезть - это факт,не дай бог, ещё припрётся король... Пусть последний нам испортили акт, хорошо, что не последнюю роль :))

Марина Славина:

Так и знала…((( Ролевая игра… Вот и верь им, сволочам-мужикам. Только - позы, а любви - ни на грамм, и вакансия на пост вожака. Как друг друга тумаками сплеча - так изрядный просыпается пыл? А давно ли ты телёнком мычал, что увидел - и в момент полюбил? Ну, порадуй ни за что марсиан, конкурента бандеролью послав… он морально уничтожен и пьян - победитель же, как водится, прав. Ожидаемый визит королей никаких не предвещает забот… будь проворней - и немного смелей, и тогда к тебе удача придет.

Danish:

Вам охота учинить беспредел? Разозлить хотите вепря в лесу? Флаг вам в руки! Право, я не хотел. Но теперь вас в пух и прах разнесу.
Первым делом мы коснёмся колбас: не родились те ещё повара! А с попытками отправить на Марс разберётся в дет.саду детвора. Ты, принцесса б, не рвалась на рожон – много спеси, только мало ума. Не дворец, а неприличный притон, и вообще ты распустилась весьма. Я, конечно, не скажу королю – не хочу играть Иудину роль. Я лещиною тебя отпорю, не поможет ни палач, ни король. Эффективный, между прочим, процесс. Отбивает сексуальный порыв.
Сашка, слышишь, отвали от принцесс! Я был первый, ты вообще вне-игры. Что-то долго ты раздумье тянул, примерялся этим боком да тем… между нами ты не лезь, видишь кнут? И вообще ты пролетел мимо тем. Здесь идёт не ролевая игра, здесь художественный флуд правит бал! А охальников, охочих до баб, я ваще бы дальше Марса послал.
Не надейся, что тебе повезёт – не видал ещё на сене собак? А принцесса никому не даёт, а тем более – простым мужикам – прикоснуться к их вельможной груди. Только глазки строить – мастер, ага! Мол, приди, дружок, в шалашик, приди, вдруг отломится кусок пирога?
Видно, девка из породы наяд, что заманивают песнями в пруд. Не любовь у ней - один сладкий яд. Пусть его другие вёдрами пьют.

Марина Славина:

Что касается кабаньих колбас - пусть покуда успокоится вепрь: от таких «деликатесов» я - пас, кабанина пахнет псиной - поверь. Относительно «нехватки ума» - твой кораблик напоролся на риф: я - придумываю рифмы сама, ты - растаскиваешь склад наших рифм. Распустился без меня, погляжу! Чем размахивать пучками лещин и нетронутую корчить ханжу - свиноматок подходящих ищи! Суетишься по лесам и полям, словно раненная в задницу рысь, только звон на поворотах: блям-блям! Ты с либидо со своим разберись.
Так что, милый, надевай-ка скафандр - и в ракете отправляйся на Марс: скоро выползет онлайн Александр - и порвёт тебя, как козлика барс.

Danish:

Объясните, у кого что украл Вепре-козо-то-ли-рысь-то-ли-лось? Грубо ставили вопрос на ребро: дескать, рифмы ты мои не бери! Где девались портсигар, «роль-король», куртка замшевая (нет, целых три)?! Громко плачет «обокраденый Шпак», предъявляя копирайт, и уже позабыли, артистически как эту песню пел Боярский Мишель.
Лан, проехали про рифмы, ага? Продолжаем, так сказать, беспредел. На повестке - снова Баба Яга в окружении ревнивых Отелл. Где-то бродит на задворках гармонь, только пусто на стогу до утра – не приходит ни пастух, ни барон, и совсем уже не та пастораль. Сорван лотоса нежнейший цветок, загибается любовь на корню. Колыхается фиго́вый листок – гордо шествует король в стиле «ню».

Алёна Мамина:

Слишком поздно я увидела... Шок. Кто Марину взять хотел в оборот? Коля шустрый да ретивый Сашок? Аппетит у них пошире, чем рот.))
Полкопейки вставлю; вам ли не знать, как принцессам с женихами везёт: по закону полагается - знать, а по сердцу, как всегда, ей не тот. С августейшим ей бы сытно жилось, только вряд ли на душе веселей; вот и нравятся то конюх, то лось; и к холопкам ревность - аж до соплей.((
Не кручинься, детка, слушай сюда: ты не первая попала впросак; интересы государства всегда отравляли прелесть статуса "брак". Значит, нужно просто "сделать лицо", чтоб прикрыть невинный флирта грешок.
Ты же женщина, в конце-то концов! Всё получится.))
Ты где, пастушок?

Марина Славина:

Ой, Алёна! Наш поклон… реверанс… разреши тебя позвать на плезир…))) Ты же знаешь, для принцесс мезальянс - всё равно что мышеловочный сыр: чем запретнее таинственный плод - тем он кажется сочней и вкусней… Лось застрял среди лесов и болот - видно, сбрасывал рога по весне; глупый конюх примеряет хомут… а орал, глаза залив допьяна, что его-то под уздцы не возьмут!.. Глядь - в избушке молодая жена...((
Козью морду сделать им - не лицо! Всех холопок изотру в порошок… Это ж надо же - каким подлецом оказался мой дружок-пастушок! К юной горничной забрался в постель - и шампанское пронёс под полой…
Разве замок мой похож на отель? Вот и выгнала обоих метлой…

Сергей Речкалов:

Ох, как вовремя сюда залетел, думал быстро я управлюсь в ночи, а у вас такой пошел беспредел… Только я тебя прошу не кричи и не стой теперь, принцесса, как столб. Зря я что ли тут сидел столько дней? Да, не принц, но я не вижу здесь толп кандидатов благородных кровей. Что ж, узри мой человеческий вид: не Орландо Блум, но где-то почти, уникальный, я скажу, индивид. Так что хватит тут сидеть взаперти и рассматривать в прицелах замкóв новых жертв своей любовной сети. Не осталось здесь уже мужиков, только фейки, фрики и травести. Понимаю, для тебя это стресс, ведь известно что веков испокон только грабит и неволит принцесс кровожадный и ужасный дракон. На любовь твою отвечу сполна и сложу к твоим ногам белый свет, а пока давай забьем кабана - за обедом обмозгуешь ответ. Королевские запросы учту, не в пещере чай живу, а в Шато. А тебе шалаш давай и мечту, как узнают - не одобрит никто. Я не дьявол, чтоб тебя искушать (хоть он родственник по части греха) Или нынче тебя ждет благодать, или завтра я сожру пастуха.

Danish:

Это что свалилось в замок с небес, распугав охрану, женщин и кур? Да грозится, что меня, типа, съест?! Шибко зелен да к тому же и бур! Я, конечно, не могу отрицать: ты нагнал немало страху на всех, даже гвардия сбледнула с лица, а король, бедняга, спрятался в сейф. Только прежде, чем кому угрожать, ты способности свои покажи. Как на вид, ты не страшнее ужа, эка невидаль – дракон-шантажист! Нас, холопов, не возьмёшь на испуг, каждый был не раз и порот, и бит, а в беде стоим стеной за подруг, так что нечего тебе здесь ловить! Я не рыцарь, и хоть гол, как соко́л, незнакомы мне ни меч и ни щит, но свободно с тридцати трёх шагов попадаю зайцу в глаз из пращи. Так что лучше подобру улетай, вепря ревности во мне не буди: что принцессы век тебе не видать, и ежу уже понятно, поди!

Марина Славина:

Шашни с челядью – игра, не порок. Отчего так всполошилась семья: «Раз в алькове побывал пастушок, пусть берёт она хоть чёрта в мужья». Вот и ладушки… Возьму… Да - не Питт, не гламурный ловелас. Что с того? Я привыкну - не с лица воду пить… надо браком изменить статус-кво. Несомненно, муж запросы учтёт и проверит на лояльность друзей… Ты заройся лучше в землю, как крот, или станешь жалкой горсткой костей)
Всё, прощаюсь, разводить лясы – влом. Если хочешь – значит, тему финаль.
Перед сном себе накапаю бром: так заэкспила меня «Пастораль».

Сергей Речкалов:

Я прошу тебя, холоп, не шуми, видишь, не с тобой сейчас говорю. И возросшее либидо уйми, не прилично так визжать свинарю. «За подруг стеной»? За свой интерес ты сейчас печешься, мой друг. Червь ревнивости в душонке воскрес, раз пришел МЕНЯ ты брать на испуг. И судьба к твоим стенаньям глуха… Что ты можешь предложить, только шиш? Ты не принцем станешь из пастуха, а ее в пастушку сам превратишь. Отодвинься и не стой на пути, не меняют здесь на сено перкаль. Нам пора с принцессой дальше идти, опостылела уже пастораль. Я надеюсь ты все понял теперь, что есть флирт, а что есть жизнь, пастушок? Отойди, не загораживай дверь, я прощу тебе с принцессой грешок.

Danish:

Про пастушку – это, ты, брат, загнул! Трудно вычислить бывает мотив. Ведь король отдаст принцессу тому, что дракона невзначай победит. В каждой сказке есть счастливый финал, где пришельцы, что с огнём и мечом, приходящие навязчиво к нам, в результате получают облом. Так что неча самоваром пыхтя, философией вертеть под заказ: у принцессы скоро будет дитя. Кто папаша – догадайся с трёх раз! А король (пока в железном шкафу) передумает немало о том, что зятёк, познавший горести фунт, всяко лучше, чем какой-то дракон. Вывод сделает, что родом кичась, не оценишь, кто из нас лучше всех (между прочим, у рептилий мат.часть не годится для любовных утех). Да отвалит, на приданое – факт – нам с принцессою полцарства, как приз. А сейчас, брат, получай-ка фингал, да убейся о дворцовый карниз!

Елена Лерак Маркелова:

Заблажила королевна опять. И какого же ей надо рожна? Оглашенную бы замуж отдать. Да кому же, перестарок, нужна? У отца от девки слёзы рекой. И не радует в сметане карась. Вроде ровная и брови дугой. Только нравом в ведьму-мать удалась. О народе не печётся ничуть.
С пастушонком всё ха-ха да хи-хи. Всё на месте, вроде, бёдра и грудь. Только что-то не клюют женихи. Никому её не взять в оборот. Своенравна, словно черти в аду. То хохочет, то частушки поёт. И за принца, говорит, не пойду. Ночку всю, надысь, гуляла в саду. Бесподобно там, мол, пел соловей. А за принца, говорит, не пойду. Голубенных он, папаша, кровей. От такого, мол, потомства не жди. Он не с женщинами делит кровать...
Как не думай, а придётся, поди, родну дочку пастушонку отдать.

Эпилог:

Было ль, не было, быльём поросло ль, но с тех пор уж много минуло лет. Утром вылезет из сейфа король, пригласит принцессу в свой кабинет, где и выскажет ей волю свою, подписав указ и хлопнув печать. На пиру бутыль абсента допьют, будут весело им «горько!» кричать. Будут пиво-мёды течь по усам, попадая невзначай мимо рта, кто жених был – догадаешься сам, подскажу: сбылась принцессы мечта!
..................
Опубликовано
Пастораль
Юмористические стихи | Просмотров: 3233 | Автор: Со-творение | Дата: 28/10/15 12:57 | Комментариев: 20

Логиня:

Недоверие

Мои притихшие слова забились в угол
Нелепой стайкою затравленных зверьков.
Их стройный хор теперь отпел и отаукал,
Пришла пора необязательности звуков,
И диссонанс наполнить мир собой готов.
Не подходи! Не подходи к ним без доверья!
Ужель не видишь их отчаянный испуг?
Сказав однажды, повторяю и теперь я,
Что поведенье в угол загнанного зверя
Непредсказуемо – и слово ранит... вдруг...

Орф:

Мои притихшие друзья забились в угол
Голодной стайкою затравленных зверьков -
Похоже, им теперь придется очень туго:
Непредсказуемо пришла моя подруга,
Помыла пол - и нажила себе врагов.
Не подходи! Не подходи к ним в тапках, Вера!
Ужель не видишь их отчаянный испуг?
И даже мне, похоже, нет теперь доверья…
Загнатый в угол таракан не хуже зверя!
Вот как накинутся и покусают!.. вдруг...

Ия Сонина:

Постновогоднее

На что похож оркестр на этот раз?
Зверьков растрёпанных похмельный диссонанс!
Кто распугал слова и в угол их загнал?
Кто отымел и отаукал их, нахал?
Кто там фальшивит, подводя народный хор
Под монастырь? Кто нас позорит?
Дирижёр?!!

Эд Сетера:

Лебедь, рак и щука

Пример послушных лошадей – не нам наука.
Не терпим лживых обещаний и подков.
В телегу впряжены по принужденью цугом,
Однако ищем повсеместно пятый угол –
От недоверия Крылову… И-го-го.

Сергей Черкесский:

Я нецензурные слова засуну в угол.
Они как сто изголодавшихся собак.
Они пошлЫ. Но и без них мне туго:
Они мне как любовник, как подруга,
Как стопочка с похмелья, как табак…
Наступишь на мозоль – тогда узнаешь,
Что значит с поводка собак спустить.
А может, с перепугу сам залаешь,
А в общем, что ты в мате понимаешь?
Ругнусь – и не могу себе простить…

Анастасия Гурман:

Издержки профессии

Наемный Дед Мороз забился в угол
От диких обкурившихся детей.
Он им уже и гавкал, и мяукал,
Мычал, пищал, гадательно кукукал,
Но ненасытна троица чертей.
"Не подходите, маленькие звери!
Я выброшусь с балкона, вот вам крест!"
Подначивает старшенький: "Проверим."
Висит, застряв меж елочек теперь он,
Как Винни, громко сбрасывает вес.

Йегрес Вокашу:

Порошок

Забился в угол я – слова пошли в атаку
Свирепой стаей злобных бешеных зверей.
Я огрызаюсь, из себя достал собаку,
Потом испуганную мерзкую макаку
И вдоль стены ползу змеёю до дверей.
Не подходите, я дурак! Имею справку,
Что я беременный, сейчас рожу стишок!
Меня так много, я устал, прилёг на травку…
В Саратов, в глушь, на пенсию, в отставку…
Вот это вставило…
Не хилый порошок!

Александр Новиков:

Эллочка права.
Давно притихли глупые слова,
в углу найдут, но хор их отаукал.
Наверно Эллочка права,
для жизни хватит тридцать звуков.
Хо хо, хамите, знаменито, жуть,
а остальные в жизни бесполезны,
всего лишь 30 и не учите жить,
У Вас спина вся белая, железно.

Ирина МелNik:

Слова закончились, опять полезла в Гугл.
Как продавца назвать, гад, продал мне хорьков?
Их стройный хор всю ночь по мне скакал и хрюкал,
Доколь терпеть мне диссонанс их мерзких звуков?
Я б лучше дюжину взяла себе котов!
Не подходите, зашибу, я суеверна!
Ужели глаз мой от бессонницы опух?
Купив однажды, проклинаю свет теперь я,
И поведенье (точно чокнутые звери)
Непредсказуемо, и мат мне выдал Гугл.

Азачем:

Несварение

Мои опухшие мозги болели жутко
По ним сновали дружной стайкой пауки…
Вот вам смешно, а у меня от этой шутки
Случилось супер-несварение желудка
Что вместе с болью головною - не с руки
Не подходите! (Без рулончика бумаги)
Я загнан в угол, что за дверью с буквой «М»
Но несмотря, ничуть, на все потери влаги
Я полон мужества, терпенья и отваги!
Хотя уже четвертый день, как я не ем...
................
Опубликовано
Конкурс экспромтов
Подражания и экспромты | Просмотров: 960 | Автор: Со-творение | Дата: 14/10/15 14:33 | Комментариев: 0

Женя (Гнедой):

ну как тут справишься с собой, прикиньте сами…
с рожденья дух был боевой, и в сердце пламень…
расправив локоны свои и кринолины
мне музицировать гостям и петь в гостиной?
беседы скучные вести, смеяться глупо,
романы женские читать, и почему-то
крестом на пяльцах вышивать - судьба такая?…
нельзя в сторонке мне сидеть и в хате с краю,
когда гусар отважных полк уходит в небыль,
и голубеет на глазах не только небо...
когда отечество в дыму, постыдно это...
кутузов сам благословил, и я корнетом
во имя мира на земле, во имя жизни…
решила долг стране отдать - служить отчизне!

чтоб женский пол был максимально не заметен…
на мне рейтузы и долман... накинув ментик,

я подвязалась кушаком, надела кивер…
ну кто осудит этот мой гражданский выбор?
пришлось на жертву мне пойти, пусть трудно было,
для конспирации я в банный день не мылась…
в мужской вливаться коллектив совсем непросто,
но через месяц я была свой парень в доску…

и все бы было ничего… если б не резко
на подвиг планам помешал поручик Ржевский…
природа все ж взяла свое, порвав где тонко…
влюбилась по уши я вдруг, и как девчонка…
смотрела грустно на него, искала фразы,
но не решалась я сказать всю правду разом…

поручик хлопнул по плечу меня рукою:
"не узнаю я вас, корнет… да что ж такое?
имеете сегодня вид не лучший самый…
давайте выпьем ка винца и сходим к дамам!"

Марина Славина:

Исповедь офицера

«Ну как тут справишься с собой, прикиньте сами…» ©,
когда с рождения приучен быть в седле,
когда благословлён святыми небесами
рубить врагов и от сражения хмелеть.
До спазмов в брюхе не терплю салонный климат,
где всё пропитано жеманством и враньём,
меня терзают беспредельно, нестерпимо
двусмысленные разговоры ни о чём.
Манкировать людьми, но восхищаться платьем?
На сеньорит от скуки заключать пари?
Вовек не нужно мне подобной благодати.
Забыл представиться – Винсенто Сальгари,
из рода некогда известных кабальеро,
которых привечал всесильный Фердинанд.
А их законный продолжатель (кто поверит?)
по воле случая - французский лейтенант
на службе Жозефа, родного брата чёрта.
Да, обстоятельства постыдные, хоть вой.
И к унижениям довесок - день четвёртый
торчим, замёрзшие донельзя, под Москвой.
Расклад не нравится. Меня, признаюсь честно,
изрядно бесит корсиканский парвеню:
от узурпаторского пыла скоро треснет,
но гонит армию бездумно в западню.
Грущу о родине, пропахшей виноградом,
ванилью, фрезией, каким-то волшебством…
А здесь… непрошеным гостям настолько рады,
что оставляют спать на поле с вороньём.
И я шепчу ежеминутно: «Pater noster,
позволь мне, грешнику, достойно умереть…»
Позор вгрызается, растёт чумной коростой -
девицей взят в полон… На чести ставлю крест.

Женя (Гнедой):

виной ли неисправный навигатор
иль что другое, вообщем-то не суть…
хочу сказать, что очень даже кстати,
Винценто, вы нам встретились в лесу…
на вас мундир мне нужного размера,
стрелков… наваррских (выясню потом)
я стойкостью восхищена без меры -
держались на допросе вы легко,
сказав всего одно лишь слово «здрасти»...
остановившись вовремя на том,
вы сохранили тайну вашей части -
не смог ее узнать, увы, никто….

сражались мы за счастье и свободу,
от кутюрье салонных далеки...
следить в лесу за веяньями моды
французских армий было не с руки..))

Марина Славина:

Письмо графа Ланжерона сестре

Шарлотта, милая, раз время позволяет,
хоть пару строчек напишу – о том о сём.
Не хочется пугать, но в одичалом крае,
наверно, третий месяц бьёмся с декабрём.
Метёт за окнами, крепчает стужа… Право,
в подобном климате не каждый может жить.
Проклятым русским нипочём морозный саван,
они привычны - закалённые мужи.
Наш Бонапарт по простоте душевной, видно,
мечтал галопом проскакать по их земле.
Увы, не вышло – просчитался с «фордевиндом*»
И ветер жжёт лицо, чем дальше, тем наглей.
Экипировка оказалась слишком слабой.
Никто не думал, что придётся воевать
в условиях, когда зима иных масштабов.
На удивление, мы держимся. Едва…
Мне сильно повезло, что ненавистный холод
пока что не убил. Но ратный дух иссяк.
Представь, ношу кафтан – суконный, долгополый
и радуюсь, что есть уютный особняк.
В печи патриотически сгорают наши –
Вольтер, де ла Бретонн, Делиль и Шуази.
Сейчас прощусь с Руссо - очаг почти погасший,
а изо всех щелей отчаянно сквозит.
О провианте постоянно ходят слухи,
мол, привезут, буквально через пару дней.
Всё это миражи, реально - сводит брюхо,
ещё в Адвент доели павших лошадей.
От грозной армии, что вызывала трепет,
как ни прискорбно, но остался только пшик.
Её ошмётки жалки - выглядят нелепо
и больше смахивают на бродячий цирк.
Ты не печалься обо мне, ну как-то будет -
отступим, отползём… Точней - поправим фронт.
Побереги себя, поставь Мадонне в Лурде
свечу: боюсь, что император обречён.

* Фордевинд — курс, при котором ветер направлен в корму корабля. Про судно, идущее в фордевинд, говорят, что оно «идёт полным ветром». Фордевинд — тот самый «попутный ветер», которого желают морякам.

Женя (Гнедой):

пишу я с северного склона Пиренеев
тебе по-басски, и читать ты будешь рад...
предупредить тебя, надеюсь, я успею...
ах здравствуй, здравствуй... ненаглядный милый брат...
молюсь Мадонне я почти что каждый вечер,
кроме нее еще десяткам двум святых...
виденье было мне ( и в нем хвалиться нечем -
стоим, Винсенто, мы в пол шаге от беды)
чтобы сценарий не заканчивался скоро…
стать босская твоя и кабальеро вид…
пока используются ушлым режиссёром,
но за ненадобностью будешь ты убит…
герои главные, давясь счастливым смехом,
твой хладный труп перешагнув, само собой
бойца потери театрально не заметят...
скорбеть им некогда, у них в сердцах любовь…
дрожь пробирает от жестокости момента...
не смерть испанца впечатляет их, а мышь...
не будь подонкам... ты разменною монетой...
ближайшим рейсом срочно вылетай в Париж...))
......................
Опубликовано
как я была корнетом (мемуары)
Циклы стихов | Просмотров: 1184 | Автор: Со-творение | Дата: 14/10/15 14:16 | Комментариев: 0

Алекс Фо:

Ты видишь – на дне моих глаз подрастает страх,
Ты чувствуешь в сердце иглу и в коленях дрожь.
Я знаю – когда ты умрешь на моих руках,
Ты скажешь, что я для тебя чересчур хорош…
Всё будет обычно, жестоко и без прикрас.
Мы станем свободней, больней и, наверно, злей.
Я выпью портвейна и выколю третий глаз,
Ты снова помчишься отстреливать журавлей.
В затылок пристроится очередной скелет,
Мелькнет в зеркалах улыбающийся оскал.
Дождями впрессуется твой изотопный след
В живучую память и черные ребра шпал…
Ты видишь, я знаю… В глазах еще нет песка,
И руки не ищут кого-то из нас на дне…

Пророчества пишутся начерно. А пока –
Подумай о будущем – и не встречайся мне.

Виктория Дворецкая:

Ты трусишь, в твоей голове подрастает страх,
Ты чувствуешь скалку у лба и в штанах тепло.
Я знаю – еще раз уснёшь не в своих кустах –
Прибью тебя, милый, поймешь, что такое зло.
Всё будет обычно, жестоко и без прикрас.
Мы станем свободней по паспорту, но потом
Я выпью абсент … и откроется третий глаз…
Вселю свою маму в твой вновь холостяцкий дом.
Достану скелеты со всех платяных шкафов,
До блеска себе канифолью рога натру.
Попрусь, отстреляю всех принцев, коней, козлов.
Потом успокоюсь, и снова к тебе приду.
Я тут… /снова трусишь/…всё ближе моя рука,
Иди сюда, милый…хоть раз бы скучал по мне….
В супружника впишешься навечно…а пока
Подумай о будущем…женишься ли на мне?

Кармина Летова:

Ты выйдешь – и встретишь мой пристальный взгляд в упор,
Который в тебе, как обычно, вызовет страх.
А взгляд мой – трёхглазый, похожий на светофор,
И от него не успеет спасти медсестра.
Напрасно за мною она идёт по пятам,
Не остановит меня и уколом шприца!
Как раненый зверь, огородами я петлял,
Да чтоб не увидеть дочки родного лица?
Пусть же в жестокости люди меня обвинят,
Если сегодня я снова кого-то убью.
Пусть говорят, что я – псих или даже маньяк,
Я всё равно тебя, дочка, ужасно люблю!

Подумай о будущем – и меня не гневи...
Какой-никакой, но я всё-таки твой отец!
Ты выйдешь, я знаю... Грех моей первой любви,
Жестокосердая! выйдешь ли ты наконец?

Павел Сердюк:

Ты видишь, на дне моих глаз подрастает рожь?
И надпись на лбу гласит: Не твоё – не трожь!
Ты чувствуешь в сердце страх и в суставах дрожь,
когда устаёшь за полдень от дружеских рож?
Умри же хоть ты на уставших моих руках.
Готовят Хароны хоромы тебе в облаках.
На траурный ужин стреляют уже журавлей.
А ты всё живёшь без прикрас. Хоть портвейну налей!
Наколку на лбу тебе сделаю в виде дверного глазка.
И буду смотреть в него пристально, если тоска
меня одолеет, пристроив зеркальный оскал.
В живучую память впрессованный дождь вполоскал
и шпальные рёбра, и след изотопных зеркал.
Подумай о прошлом. О будущем я зарекал
мечтать и пророчить чернилами в черновиках.
Не встреться случайно при встрече случайной в веках!

Азачем:

Постапокалиптическое

Ты видишь - какой у меня отрастает хвост?
Пушистый и рыжий, на зависть любой лисе
И мне наплевать, что всего лишь полметра рост
И череп конический пятнами облысел
Я уши метровые бантиком завязал
Ну, чтоб не мешали, когда на рысях иду
Позорче орлиных, пожалуй, мои глаза
Особенно левый, который в шестом ряду
Я знаю, что я для тебя чересчур хорош
На фоне твоих десяти волосатых рук
И восемь грудей у меня вызывают дрожь
Но - кроме тебя, все равно НИКОГО вокруг...
А дождь изотопный с утра необычно кисл
Но только теперь не страшусь никакой беды
Поскольку постиг окончательный жизни смысл -
На пепле холодном хвостом заметать следы
.........................
Исходник
Ты видишь

Опубликовано
11-й конкурс пародий
Пародии | Просмотров: 980 | Автор: Со-творение | Дата: 29/09/15 11:59 | Комментариев: 3

Братислава:

Тише едешь - глаза боятся,
Приручённым милее клеть.
Убивая в себя паяца,
Ты разучишься не взрослеть.
Тише едешь - в руках синица
Ощущает себя тобой.
Если вздумаешь возвратиться -
Лебединую песню пой!
Тише едешь - и волки сыты,
По-тамбовски друзьями став.
Серым пеплом холмы покрыты -
Гарью пройденного моста.
Дальше будешь... Не слаще редьки
Мёд, которым горчит закат...
Перевозчик на Чёрной речке
Никого не возьмёт назад.

Koterina:

«Ці руки ніколи нічого не вкрали»(с)

Руки прут, а глаза боятся -
Власть имущему снится клеть…
Из толпы полетели яйца –
Тут паяцу не уцелеть…
Тише едешь - и волки сыты,
По-тамбовски друзьями став.
Но отняли твоё корыто
И пошёл не туда состав…
Ты теперь не орел, не птица,
А беглец, норный зверь, сурок.
Если вздумаешь возвратиться -
Припаяют немалый срок…

Сергей Черкесский:

«Что будет дальше…»

Тише едет – мягко стелет,
Хоть в клети, а хоть и в клетке.
В пыль солому перемелет –
Ни муки, ни хлеба деткам.
Лестью смажет хлеба корку,
Ложку дёгтя – на ворота.
Ну не всем же есть икорку?
На Федота и икота…
Тише едет - жёстко спиться,
И шалаш не греет с милым.
Подожгла шалаш синица –
И в стакане заштормило…
Дальше будет – бочка мёду,
Да сестрицам всем на серьги.
В воду влез, не зная броду -
И как кур попал на деньги…
Мерил всех одним аршином,
Да в пуху испачкал рыло.
Шерсти клок с овцы паршивой –
В общем, всё уж было, было…

Азачем:

Тише ехай!

"Тише едешь - и пятка цельше
И не в ней, а руке перо" -
Завещал нам товарищ Пельше
Да и в целом Политбюро
Тише ехай - она ж боится
Не дрова перевозишь, мля
Тискай нежно в руках синицу
Начихавши на журавля
Тише двигайся - в реках раки
За забором собаки злы
Путь наш в терниях и во мраке
А навстречу одни козлы
Дальше - больше, а также чаще
Вышел из дому - сам не рад
Жутко в прошлом и в настоящем...
Ну а ты - не гляди на зад!

Алекс Фо:

Тише едешь – заплатишь больше:
Счетчик тикает по уму.
Ты, я вижу, в перстнях и коже?
Чаевые с тебя возьму!
У тебя на руках девица −
Да не просто, а буквой зю.
Как надумаю подивиться −
Поневоле притормозю.
Тише еду, для вас стараюсь…
За спиной не гормон – огонь!
Только взрыкнет, на холм взбираясь,
Под капотом тамбовский конь.
Добрались, вылезайте, дядя −
Море, вилла, фонтан, закат...
Я ж − извозчик на чёрной ладе,
Бабки выдали – и назад…

Кира Ратова:

Что делать?

Лебединая песня спета,
Редька съедена, выпит мёд,
Перевозчик напился где-то
И с собой меня не берёт.

Хельга Синклер:

Леденящая кровь картина,
А проехал всего лишь треть.
Если едешь по серпантину,
Вниз не стоит тебе смотреть.
Тише едешь, а сердце зайцем
Скачет подлое. «Це - не лев!»
И танцуют от страха сальсу
Руки потные на руле.
Тише едешь – не сыты волки.
Воют с голоду, ждать устав.
Что ж не взял ты с собой двустволку?
Не тамбовские, друг, места!...
На ветру до костей провейся,
Отвлекись от своих кручин.
Как на склонах цветут эдельвейсы!
Дикий мёд, говорят, горчит.
....................
Опубликовано
Второй конкурс экспромтов
Подражания и экспромты | Просмотров: 977 | Автор: Со-творение | Дата: 26/09/15 20:04 | Комментариев: 3

Юлия Лавданская:

Все на свете отдам, чтобы быть с тобой,
Чтобы видеть улыбку твою;
Тремястами спартанцами ринусь в бой,
Хором Пятницкого запою.

Тимирязевым выращу дивный сад,
Гей-Люссаком открою закон;
Лишь бы вместе с тобой наблюдать закат,
Лишь бы верить, что это не сон.

Обрати же внимание на меня
И надежды мне луч подари -
Я в ворота любые смогу вгонять
Мяч не хуже, чем Франк Рибери!

Это шутки, но все же - не без ума:
Кто на все в самом деле готов,
Тот и носит, конечно - суди сама -
В сердце жарком Большую Любовь!

Юрий Борисов:

Все на свете отдам, чтобы быть с тобой:
Дом у моря, дачу в Клину,
И отсиженный в Нальчике срок за разбой,
И рекорд по прыжкам в длину.

И большой талант к написанью стихов,
И собранье кредитных карт,
Знанье ста сорока девяти языков
И к рулетке жаркий азарт.

Контрамарки во все театры Москвы
И к мытью посуды любовь.
Только свежий эклер не отдам, увы.
Извини, но пока не готов.

Юлия Лавданская:

Слушай, жадность реально тебе не идет,
Что заладил: не дам да не дам...
Станешь лопать эклеры - отвиснет живот,
И успеха не будет у дам.

Видно, срок за разбой ты не зря сидел,
Крал эклеры, наверно, тайком?
Завяжи, отойди от подобных дел,
Сто тридцатым молю языком!

Юрий Борисов:

Навидался я разных Гекуб, Гекат,
Афродит, Артемид и проч.
А вот дам о ста тридцати языках
Видел только пока заоч.

Понимаю, конечно, дело найти
Можно каждому из языков,
Но сто тридцать, не слишком ли это, прости?
Я к такому пока не готов.

Все на свете отдам, чтобы быть с тобой
Вплоть до самых брачных оков,
Но и ты сократи хоть на четверть свой
Боевой арсенал языков.

Юлия Лавданская:

Хорошо, все отдам, лишь бы ты был рад,
Как всегда, ты во многом прав.
Можешь взять все свои языки назад,
Только русский, прошу, оставь!

Юрий Борисов:

Ладно, русский оставлю, санскрит, урду –
Ты умеешь их различать?
Ты на них научись хоть два дня в году
Мне готовить еду и молчать.

Юлия Лавданская:

Молчаливо рецепт прочитав на урду,
Подготовивши специй букет,
Я такую тебе приготовлю бурду,
Для какой и названия нет.

Так же молча санскрит без труда разобрав,
Всем сознаньем в Природу уйдя,
Я тебе приготовлю приправу из трав,
Ты, нюхнув, озадачишься: - мдя...

А потом наизусть я нажарю котлет,
Безо всякой там...э... куркумы,
И, хоть помню твой строгий молчанья завет,
Не сдержусь и спрошу: "Руки... мыл?"

Юрий Борисов:

Говорю я хоть Юле, хоть Рите,
Повторяю весь день, как в бреду:
«Не острите со мной на санскрите,
Не варите бурду на урду».

Приготовьте по-русски жаркое,
Щей с капустой, мозгов кабана.
Только рты прикрывайте рукою,
Чтобы в доме была тишина!

Я пельменев глотнул бы кастрюльку,
Я б окрошки с утра похлебал…
Я бы съел говорливую Юльку,
Хоть по сути я не каннибал.

Юлия Лавданская:

Вы слыхали, как пекут блины?
Нет, не те блины, не заводские,
А блины, румяные блины,
Гордость и сокровище России.

Рита, напеки ему блинов,
Пусть он их наестся до отвала,
А потом пусть молча пьет вино,
Раз ему без Юльки грустно стало.

Кто его теперь развеселит?
Стих напишет,(хоть не слишком гладко)?
Нет,теперь пусть учит свой санскрит,
Пару слез смахнув с ресниц украдкой.
................
Опубликовано
Стихотворение про Любовь
Циклы стихов | Просмотров: 1134 | Автор: Со-творение | Дата: 26/09/15 19:27 | Комментариев: 3

ksenya colt:

Каждый вечер приходит как джентльмен - фрак и бабочка.
И уходит как джентльмен - молча, и, к счастью, вовремя,
оставляя цветы на столе, тонкий запах "Дримера",
острый скальпель бессонницы: "Деточка, препарируйся,
разбирай на детальки, раскладывай все по полочкам"
...и вот тут бы достать сигареты и чиркнуть спичкою,
или выпить грамм двести чего-нибудь очень крепкого,
но любая зависимость, даже потенциальная,
угрожает свободе, а это мое сокровище,
наряду с относительно чистой, здоровой совестью.
О мужчинах?.. Ну да, я взяла на себя ответственность
быть поддержкой ему, неизменно смешливым солнышком -
не делить с ним бюджет, одеяло и утром ванную,
да вообще ничего не делить - до того единые
что легко можем с ним обойтись без определенности,
без колец, без дурацких штампов и прочей ереси,
возведенной в культ неуверенными и слабыми.
Что до прочих богатств - осязаемых - их не нажито,
потому что за то, что мне в радость, в стране не платится,
а о то, за что платится, руки марать не хочется,
и приходится жить, как и многие, компромиссами.
Жизнь сложилась. Такая, как есть. И она мне нравится,
и вовсю отвечает на эту любовь
взаимностью.

Харцызяка:

Хорошо-то как. Даже лучше, чем я хочу.
И журавль в руке, и синица, упитанные, как бройлер.
Доставляет радость даже случайный визит к врачу-рвачу-палачу.
У меня с Христом идентичная группа крови.

Лищь тревожит сон, повторяющийся сотни лет,
о моём ушедшем, заблудшем, пропавшем навеки братце -
(я не сторож ему!) А висящий в шкафу парадный скелет
таращит пустые глазницы и улыбается.

Отрастить, что ли, бороду, горб да и въехать в рай
малой скоростью, в общем вагоне, вперёд ногами.
Есть на очень дальнем Востоке дальний родственник-самурай:
мастер хокку, сеппуку, танка, караоке и оригами.

Жизнь - сложилась. Сложилась так, словно некий псих
наваял непонятно что из кусочков конструктора "Лего".
Я сажал деревья. Строил дома. Отчего-то в них
Никогда-никогда и никто-никто не просил ночлега.

Хорошо! Хорошо наблюдать поединки добра со злом.
Поле битвы - Земля, а судья не мычит, ни телится.
Да всё чаще приходит мысль - а не кроется ль здесь "облом",
Я за бороду Бога - хвать!
А она ...отклеится.

Женя (Гнедой):

отчего так празднично на душе ...
в вазе вычурной ну и около
видишь яблочки из папье маше,
наливные, да краснобокие…
и прекрасен в принципе каждый плод,
спорить с данностью - тоже новости…
если видит око и зуб неймет… -
соглашаешься ты с условностью...
а синиц нападало, как с куста
толь черемухи, толь акации….
сила веры делает чудеса,
помогают ей декорации….

Харцызяка:

Есть чтиво. Есть Бодлер, Набоков, Пруст.
Есть совершенство. Есть вода в графине.
А вот бокал - наполовину пуст.
И воздух в нём, наполовину синий.
Есть отраженье женщины в окне.
Есть угловатость скомканного жеста.
Есть лёгкое дыханье в тишине.
Ну, что я говорил вам - совершенство...)))
....................
Исходник
Жизнь сложилась
Опубликовано
Хорошо сложилось
Циклы стихов | Просмотров: 877 | Автор: Со-творение | Дата: 19/09/15 11:49 | Комментариев: 0

Koterina:

Тьма на исходе марта, мир нереально-гулкий...
Шаткий пустой фарватер, сонные переулки.
Пьяный курсив неона, сумрачный Стикс проспекта.
Лексус ладьёй Харона канет в потухший сектор.
Город – извечный спамер, жертву лучом нашарив,
Ночью стирает память и раздаёт кошмары.
Снова в сплетенье веток биться крылатой тенью…
Там - высота и ветер, здесь - тупики и стены,
Скрипы, ходы и щели, гнёзда, углы и норы...
Дворик, подъезд, качели. Свет за неяркой шторой.
Мучая и тревожа, бред прорастает в сердце...
Так ли уж невозможно - выжить, войти, согреться?
Там - эпилог дивана, тапки, экран и кофе.
Здесь - захлестнет нирвана близостью катастрофы.
В холод уйти и сгинуть, в множество трасс - бесстрастно,
Или в тепло рутины, в непоправимость счастья?

Братислава:

Жовтень в конце недели, сон оглушенно-тихий.
Полные тьмы тоннели не озарят шутихи.
Трезвость дорожных знаков, Лета-в-разлив в шалманах.
Призрак двуколки - "Вазом" сгинет в бермудских странах.
Пригород – модератор, спрятавшись в бесфонарье,
Нагло глумится в чатах, по порносайтам шарит.
Хочется "Майкрософту" в окна кидать камнями -
Там - богачи в кроссовках, здесь - тупиковый спамер...
Там - паралич природы, дождь, листопады бликов.
Здесь - до любой погоды - пара мышиных кликов.
Сгинуть в живую осень, в жёлтую Жо обмана,
Или в сети, забросясь, жить, не боясь троянов?

Кира Ратова:

Квартальный отчёт

Скрепки, компьютер, шторы, ручки, бумага, стены,
Пол, потолок, контора, сметы, отчёты, цены.
Здесь - нестыковок перлы, там – ненамного проще,
Сроки, завал и нервы, дети, жена и теща…
Мучая и тревожа, бред нависает тучей,
Хлыстнуть немного, может, выход найдётся лучший…
Стол, карандаш, картошка, вилка, тарелка, чашка,
Водка, текила, ложка, рюмка, стакан, Наташка…
Там, за окном, ворона, тенью сидит на ветке,
Вольво конём Нерона втиснут в свободный сектор,
Сумрак в конце квартала, чай нереально-мутный,
Пьяно храпит бухгалтер главный, пугая утро.

Сергей Черкесский:

"Свобода выбора…"

Пыжится город-спамер, дарит соблазнов кучу.
Лучше б я села в Хаммер – Лексуса он покруче:
В нём и диван, и тапки, даже с шампанским виски…
Выпьешь, протянешь лапки – и до нирваны близко.
В нём даже в лютый холод можно всегда согреться.
Пусть себе спамит город, выпью я водки с перцем!
Сразу теплом повеет, дальше не стоит мчаться…
Утром я протрезвею, глупо поверив в счастье.

Ирина МелNik:

Трезвая злая Шаха

Лексус – ладья Харона, Хаммер – диван ворюги,
Я БМВ семерку видела у подруги.
Тех привечает город, всех, кто на всесезонке,
Шаха моя в ремонте, я покурю в сторонке,
Фарой потухший сектор в ночь освещать не стану,
Следом за этим быдлом из несоветской стали.
Пусть шевелят поршнями, греют на коже попу,
Я доберусь до неба, пусть даже автостопом.
Вот починю глушитель, вырву катализатор,
Фары свои тушите, черт мне не брат рогатый.
Шаха на горке глохнет, шрусы пищат, собаки,
Я починюсь, ребята, и развернусь в атаке.
Не погибают ведьмы в городе с ником: «Спамер»,
Юзом на крышу – Лексус, Сгинет в кювете Хаммер.

Danish:

Кошмар Нью-Йорка (как-бы по голливудски):

Мрачной, холодной глыбой город на фоне неба.
Цепь роковых ошибок - в городе света нету.
Скрипнул на крыше флюгер – крыша меняет вектор,
Крадучись, Фрэди Крюгер скрылся в потухший сектор.
Сонные переулки, форд, никому не нужный…
Дом нереально гулкий слопает вас на ужин.
В парке Центральном – раптор, призрачный ужас ночи.
Он перепутал парки походя, между прочим.
Бредом сивой кобылы мозг воспаленный стонет:
Рыбой детей Годзиллы кормит Кинг Конг в Гудзоне.
Все по закону Мэрфи, из голливудской бреди!
Выжить! Уйти! Уехать! Дети, семья, соседи…
Думали – это сказки? Думали, не случится?
Вот, дождались развязки – лучше бы не родиться!
Мрак, тупики и стены, гнёзда, ходы и тропы...
Воют в ночи сирены: драпают супер-копы.

Хельга Синклер:

Тьма на исходе марта. Выключена мигалка.
Не нанесён на карту Сфинкс с полосатой палкой.
Кормят его не ноги – звёздочки на погонах.
Дома мурлычет львица. И годовалый львёнок.
Смотрит в глаза питоном и называет цену.
Хладный поток фреона мощно бежит по венам.
Ловко ощиплет гуся бравый слуга закона...
Смертный, ты не торгуйся в старой ладье Харона!

Владимир Бродский:

Тьма на исходе, Марта. Мир нереален в Гугле.
Если тошнит от Сартра, бантик заделай кукле.
Пьяный курс ив, неона спамерский нудный сектор...
Леску тяни обгона (дремлет бухой инспектор).
Бесцеремонный Хаммер, жертву лучом ошпарив,
стырит навеки память, всучит кошмар на шару...

Азачем:

Инверсия бытия, или Город умер

Йода пусты флаконы, но отдыхают грабли
В ночь, притворясь балконом, тычется мой кораблик
Вместо трубы и рубки - кресло и сигарета
В воздухе, словно в губке, запахи тонут лета
В скверике пахнет розой, в душном подъезде - рвотой
Лишку хватил наркоза к жизни нестойкий кто-то
Впрочем, и ты не викинг - в греки ушли варяги
Флагом возьми и выкинь белый листок бумаги
Улиц размыт фарватер, бублик луны надъеден
Мерно скрипят кровати, мирно сопят соседи
Спит на суку ворона, снится ей ломтик сыра
Лада ладьей Харона в луже - тепло и сыро
Тусклый маяк фонарный глазом косит тоскливо
Сохнет носок непарный вычурной черной сливой
Вяло щекочет нервы мухи сонливой зуммер
От суеты, наверно, город немножко умер...

Радоснова Елена:

Вечерние прятки

Город заразил меня склерозом,
Помню только уголок дивана.
Ухожу сквозь дворик в переулки
В поисках понятия «нирвана».
Лысый гуру в черном «Мерседесе»
На меня дыхнет «Наполеоном»
Затеряюсь на пустом проспекте
В бликах надоевшего неона.

..................
Опубликовано
Второй конкурс экспромтов
Исходник
Город-спамер
Подражания и экспромты | Просмотров: 1601 | Автор: Со-творение | Дата: 18/09/15 10:59 | Комментариев: 6

Харцызяка:

"Уходя - уходи". Расхрабриться и вслух сказать
самому себе - так бывает порой полезно.
Если долго стучать двоеперстием об асфальт-
червяки полезут.

Оплести пространство семейное, как паук
паутиной удобств, привычек, смертельной скуки.
Так призывно манит к себе потолочный крюк
оч.умелые руки.

А единственная, та, которой молюсь и кого люблю,
восседающая в небесах то одесную, то ошую,
снизойдёт и поправит на шее моей петлю:
чтобы по фэнь-шую.

Застревая между трёх сосен и двух огней,
маловер не морщится,в раны персты влагая.
Вот пошлейшая мизансцена: расстаться с ней
если есть другая.

Фишка в том, что другой-то нет ни в помине и не окрест,
ни в стихах, ни в песнях,ни в новогламурной прозе.
Под ребром, где-то возле предсердия, дрыхнет бес
в безобразной позе.

Васильева Инна:

А, в конечном счёте, что мямлить l'amour toujours,
Если всё не вечно. Но нас позабыть спросили
Для чего стреляет, не глядя, тупой Амур.
Оборвать бы крылья.

Между нами, грешными, только счета и сплин.
За каким, спросить бы, ты любишь, когда другому
Твоя страсть, как зонтик рыбе нужна. Один
На один с обломом.

Купидонам этим ты хоть говори, хоть нет.
Они только скалятся - голые обезьяны.
Посыпает голову пеплом мой ясный свет.
Словно манной.

Без истерик. Господи, я же могу понять,
Ну не смог он выстрелить, этот мальчишка, сразу
В оба сердца. Нет. "Нелюбимая" – как печать.
Как проказа.

Или-или - прочное. Не было на все сто.
Не понять, хоть тресни, в чём бога игра и фишка.
Вероятно, я в прежней жизни была котом;
Нагрешила слишком.

Харцызяка:

Жизнь без любви...Она похожа
на тёмный лес и волчий вой.
Лукавый снайпер, Купидоша-
блесни златою тетивой!
Яви хвалёную сноровку,
о, ворошиловский Эрот!
Сломался лук? Возьми винтовку,
возьми, Амур, гранатомёт.
Пусть грянет залп, беззвучный, жуткий.
Прильнёт торпеда к кораблю,
к броне понтов и предрассудков
на сердце той, кого люблю!

А этот пакостный мальчишка
хохочет так, что перья с крыл
летят: "Торпеда-это слишком!
Ты, дядя, редкостный дебил...
Такому рохле - соплежую
сейчас представлю мастер-класс:
твою избранницу сражу я
обычным дротиком из "дартс".
Твою принцессу-недотрогу
"сниму" попыткою одной.
Ведь сердце женское, ей-богу,
как лёгкий шарик надувной.
Оно летает в небе синем,
оно послушно всем ветрам.
А самоклейкая резина
затянет вмиг сердечный шрам!"

Итак, любови час недолог...
Мне преподал такой урок
Амур, блестящий кардиолог,
(по совместительству-стрелок).
А я себе любовь надыбал
величиною с ой-ой-ой!
Преогромаднейшую глыбу
держу как будто шар земной,
подобно древнему атланту,
И континенты, и моря...

Иди ж ко мне, в мою гирлянду-
легкосердечная моя! tongue

Васильева Инна:

Мальчишка циник, враль и злыдень…
Ему б стрелять по воробьям.
А женщину легко обидеть
И обмануть. А Ваш ашрам
Мне сударь непонятен, право.
(Похоже в гейши пригласил?)
Я не такая… Кто Вам право
Давал лишать надежду крыл?
Ну, вот… Теперь пора заплакать.
Ну что за прихоти судьбы!
Любить весь мир легко однако,
Одну б Вы полюбить смогли?
Да где Вам… Это для мужчины
Кошмарный сон. Вам не дано.
Что посмазливей – та не мимо.
От слова «верность» вам смешно.
О чём мы? А… В гирлянду Вашу
Какой кошмар! Висеть в ряду!
Спасибо, что не у… Не страшно…
Где мне повеситься? Я жду!

Харцызяка:

У Донны Анны на балу в Кордове
Когда она приветствовала Принца
С какой руки - не помню, право слово
Перчатка из тончайшего батиста
Вдруг соскользнула, и Амур-проказник
Двоих идальго поразил стрелою.
Ай, маладца! Когда же свадьбы праздник?
Кому вести невесту к аналою?
Увы.. Увы...Невеста смотрит хмуро,
Кусает губы, слёзы застят зренье.
Забыл упомянуть...Стрела Амура
Имела голубое оперенье

Васильева Инна:

Рассказ Ваш очень странен и печален…
При чём тут Донна Анна? Заодно?!!
Там при дворе все эти трали-вали
Не удивляют никого давно.
У Донны Анны, повидавшей бесов,
Взгляд на любовь продвинутых мадонн.
Когда б она была без интереса
Зачем вокруг неё весь этот звон?
В неё что за стрела тогда попала?
(Ведь не попала б не было бы слёз)
Двух стрел и голубого цвета мало…
Мальчишка чем в неё стрелял? Вопрос…
Да и - зачем?!! Совсем уж непонятно.
Рассказ Ваш, сударь, чересчур невнятный.
Вот говорю же – сволочь Купидон.
Фантазии, однако, не лишён(((

Харцызяка:

Обычно я бываю глух и нем
со всеми, кто признается "Je T'aime":
страна, читатель, критик, Femme Fatale, но
Лукавый бес (такая се ля ви)
о пресловутых странностях любви
заводит спор. И скучно, и банально.
Смешна любви публичной ипостась
как Леди Гага иль Михайлов Стас,
Валуев, Новодворская, Обама...
Любить кумиров - нетяжёлый крест.
Ни результат конечный, ни процесс
здесь роли не играют, скажем прямо.
О, сколько нам открытий, Mon Ami,
готовят встречи с этими людьми
в интимном приближеньи, в тет-а-тете!
А впрочем, папараццевая рать
не даст воображению взыграть -
таких икс-файлов уйма в интернете.
Что ж остаётся...Партия, народ,
вишнёвый сад, усадьба, огород,
коты, собачки, хомячки, шиншиллы.
Смешна любовь к фарфоровым зубам.
Сурова страсть к отеческим гробам.
(А что так оживились некрофилы?!)
Да, кстати...Гроб.( Навеяло, мон шер ).
Я приведу двух Аннушек в пример:
Каренину, и ту...у турникета.
Бассейная, отцепленый вагон...
А вешаться - пардоньте! - моветон.
Да и вообще...не эстетично это.

Васильева Инна:

Вот с Вами, сударь, и поговори…
Не Вы ли сами (я держу пари!)
И начали своё повествованье,
С того, как по «фен шуй» Вас ждёт петля?
(Жаль нет здесь под руками хрусталя
Разбить) Смердят, порой, воспоминанья.
Но – a la guerre come a la guerre . Да.
Где женщина с мужчиной – там беда.
Наш диалог тому пример прекрасный.
В гирлянду пригласить и сделать пасс,
Как будто я повесилась на Вас…
Ни боже мой!!! А вот всего ужасней,
Что передёрнуть успевает тот,
Кому дано поболее свобод,
Кто поумней и половчее бесов.
Да ну их этих Аннушек к чертям…
А некрозоопедофиллы нам
Навряд ли, Вы признайтесь, интересны.
А про любовь иную напоказ
Не Вам судить. У Вас замылен глаз.
Всё кажется единым, скучным, пошлым…
Оставлю Вам, пожалуй, хомячка.
Он мало ест, пусть мёртвенький слегка,
Но зверь ручной. Ничем не хуже кошки.
Вы задаёте нужный в «мове» тон?
Какой заход, такой - в ответ - поклон.
(Не надо про отцепленный вагон)

Да, слышу я… И понимаю – в мире
Мы все как под прицелом в странном тире.
Как ни скрывайся – высмотрят, найдут,
Расследуют любовь, как преступленье,
И будут смаковать от вожделенья
Цвет ауры меняя. Божий суд
Ничто с людской молвою по сравненью.
Но всё-таки весьма не комильфо
Через десятых лиц искать подход.
(Порой, весьма загадочных и странных),
Заботясь лишь о ВИП авторитете
И тыча на сюрпрайзы в тетатете.
Годами прячась в масках и туманах.
Ну да. Не стать добычей подлецов,
Держать хорька, совать его «лицо»
В нос папарацци стало делом чести.
Вот только жаль, что часто от того
Проходит мимо вера и любовь
Известных лиц. И счастье с ними вместе.
Я тоже ставлю чаще на показ
То что привычней для ушей и глаз
(Не путаю ковыль с марихуаной).
Но если полюблю – рискую всем.
И головой ничтожной в том числе.
Потом сто лет зализывая раны.

Харцызяка:

Как голодный кабанчик визжит в предвкушении тазика
с аппетитной баландой - шедевр кулинарного творчества,
так и я с нетерпением жду окончания праздника
под нескромным названьем "Сто лет моего одиночества".
Но Судья усомнился - концы-то с концами не сходятся!
Лишь полсрока отмотано - кто здесь докажет обратное?
АдвокАнгел-Хранитель, в свидетели взяв Богородицу,
объяснил, что всю жизнь я служил, и служил службу ратную
на любовных фронтах воевал, и контузией маюсь я,
деревянный, стеклянный, нестойкий, замучен соблазнами.
И по выслуге лет мне, считай, год за три полагается,
_"Ну хотя б год за два, Ваша Честь! Пусть солдатик попразднует..."
И кимвал зазвучит, и литавры. Забухает колокол
по живым и умершим, по Маркесу, Борхесу, Чавесу...
Но никто, никогда и никто не напишет Полковнику!
Одиночеству...столько-то лет.
И оно не кончается.

Васильева Инна:

Это сюрреализм. У Полковника бедного нет лица.
И ему потому не везёт так на службе его.
То есть лица-то может и есть, но они разбегаются
Лишь коснись. Посылают подальше словами – без слов.
Да и адреса нет и надежды, что адрес появится.
Значит, нет и желания, чтобы писали ему.
На худой конец пишешь то Маркесу с Чавесом,
То какому-то странному образу, то кораблю…
В общем дело – табак. Как и прежде утыкана стрелами
В виде знаков вопроса. Мне тоже не пишет никто.
Хоть и адрес с лицом налицо. Ухожу – очумелая.
За сто лет одиночества выпить пивка и - в облом.

Харцызяка:

Полковнику снится, что он убит в каком-то ночном бою.
И, как портупея, безбожно скрипит калитка в чужом раю.
И кто-то всё время ругается: "Shit! Не трахайте мне мозги!"
И каждая божия тварь норовит вцепиться в его сапоги.
Убитый полковник воюет опять. Привычны ему бои.
Вот только никак он не может понять - чужие где? Где свои?
Команда "В атаку!", команда "Отбой!" Разрушенный чей - то дом.
На завтра назначен решающий бой в местечке "Армагеддон"
На ангельском фланге - без перемен. Одежд не сыщешь белей.
Стоят по ранжиру двенадцать колен отборнейших "дембелей".
На дьявольском фланге открыт ресторан. И музыка льёт волной.
Там каждый чертяка - герой, ветеран. И всяк батальон - штрафной.
Полковник проснулся. За окнами мгла. И душно - не продохнуть.
Окно разлетелось. Осколки стекла. Впивается пуля в грудь.
Агония. Хрипы. Бессмысленный взгляд. Последний предсмертный стон.
В саду, за кустами, как сто лет назад, убитый лежит почтальон.

Васильева Инна:

Полковник дурак или курит кальян. Но он, как и я - смешной.
Кому-то включать с перепоя «стоп-кран», кому-то вести за собой.
К последнему звуку в исподнем лжи прислушивается сквозь сон?
Полковник убит – но он слишком жив и жив до сих пор почтальон.
За правду, которой белее нет отдать нелегко свой кальян.
Полковнику стоило год за пять уже посчитать. Сны-обман.
И даже правдивые самые сны за миг превращаются в ложь,
Коль скоро дороже с лампасом штаны, чем в сердце любимом дрожь.
Есть белые сны в одеянье цветном. Есть чёрные тени в снегу.
Где ангел где бес – я не знаю о том. А кто-то кричит «не солгу!»
И тут же предаст, и ему – ничего. Кто ценит героя всегда?
Уже не осталось из них никого. Полковнику пишут:беда!
Проснись и спроси что в твоих войсках творится – у каждого сам.
Но страшно полковнику быть при делах. И правду узнать, да и сам
Он жив или мёртв не поймёт до сих пор. От пули слепой уберечь
Не сможет никто. Убивают в упор и из-за угла шьёт картечь.
Но я не Полковник. И мне не понять как войско вести вперёд,
Когда перепутаны сны и явь. Кто чёрт, а кто наоборот?
И кажется СВЕТ – стоит сделать шаг – и тут же уводят во тьму.
Кто и откуда стреляет. Кто враг? Кто друг… И кто я? Не пойму.

Харцызяка:

И ночь - как день.Заходит ум за разум,
Зима - за лето.
А монитор всё светится, зараза,
Призывным светом.
Под "Ай-си-кью" невыспавшийся смайлик
Глядит уныло.
Свистит на кухне выкипевший чайник.
Проверить "мыло".
Остатки сдуру скаченного "прайса",
И "спам" фигачит".
Смеётся дух премудрого "девайса"
И не контачит.
Дождь за окном. Стекают капли с крыши
На подоконник.
"Полковнику" опять никто не пишет.
(Мой "ник" - ПОЛКОВНИК )
Соседи сверху, снизу, папы, мамы -
Идите нафиг.
Ещё, ещё - в блаженную нирвану,
В netнаркотраффик.
Пусть линии судьбы на божьей длани
Совьются в пару.
Ну, наконеЦ! Любимая в онлайне,
И...Связь пропала.

Васильева Инна:

Спасибо интернету, клаве, мышке
За слов норушку.
Опять Полковник - сетевой мальчишка
Нашёл игрушку.
На хамлет поменяла бы пол-мира -
Иди всё в баню.
Жизнь бесконечна у куми… вампиров.
В сети нирванят.
У каждого портала заморочки
И компы глючат.
Она вернётся и черкнёт пол-строчки
Лучом из тучи.

А у мадонн проблемы дров и сплина
Печальных песен.
Да носит их по хазам и малинам.
Пока. Мир тесен.

Харцызяка:

По окончании праведных дел
лёг опочить Творец.
Ангел, вздохнув, от меня отлетел -
тут же явился бес.
Скучен его джентльменский набор
сластолюбивых грешков.
Разве ж фемину согреет сыр-бор
брёвен плохих стишков?
Разве ж позволят курить фимиам
в день выходной-шаббат?
Бес, почесавшись, как павиан,
молча поплёлся в ад.
Благостно, тако, добро, глаголь.
Ангел стучит в окно.
Если бы ведал про эту боль -
бороду б сбрил давно.

Васильева Инна:

Это чтоб бес не стучался в ребро?
Не изменяйте лицу...
А вот с феминами трудно порой
Ангелу, бесу, Творцу…
Перекрестился, наверное, бес…
(Статусы все позабыв).
Знаю, поёт он волшебно. The best.
Холоден только мотив.
Там, где его ледяная власть - алые в белом слова. В пропасть лететь - навсегда пропасть. Или сойти с ума. Песни прекрасной колдует звук, словно Сирены гимн. В омут, в мираж, в темноту, за круг… Видится мир иным. И не противиться бы ( пальцы в кровь)… Ярче не будет смерть. Но машинально нащупать «дров» тянешься. Душу согреть.
Чтобы понять, кто во что горазд,
Бог разделил дары.
Ангел надежде не даст пропасть
И оживит миры.
Белое в чёрном его ипостась.
Нежная грусть на зеро.
Мудрость и с небом прямая связь.
Плавится серебро
Слов, наполняя дождём ладонь.
В сердце приход весны.
Даже зимой мне живой огонь
Дарит цветные сны.

А в человеке смешалось всё.
Ангел живёт и бес.
Яда напиться, потом мумиё
Флуоксетином заесть
Бороду можно отращивать, брить.
В зеркале видеть лицо…
Но чаще не связывать хочется нить
С жизнью, а рвать за кольцо.
И
с каждым днём бесполезней/ценней
Любовь, обречённым ждать,
Просто конца. Если всё же о ней…
Можно хоть что-то сказать.

Женя (Гнедой):

он в сердце целился, стрелял,
но то и дело
о бронебойную меня
ломались стрелы…

что ж об колено новый лук
погнули ручки...
Амурчик зол, Амурчик хмур
слезает с тучки….
нет в баночке живой воды
у ангелочка…
со знаньем дела бьет поддых,
потом по почкам….
«иш, проживают без любви -
деньки настали...
я научу тебя любить,
а нет… заставлю»)))

Васильева Инна:

кусая губы говорю
не исправима.
ни к чёрту в ад ни к алтарю...
подай мне ...
а если нет - то хоть убей
не буду плакать.
ищи в другом краю ...елей
под знаком рака.
с кем ты сводил мои мосты
не понимаю.
я с магом ....(неких) сил "на ты"
и нынче злая.
не получается игры - так заколдую,
что потеряешь перья ты и аллилуйю.
а может взять тебя в мужья?
но прежде - в ощип,
чтоб не махался тут зазря.
зверюга тощий.))

Женя (Гнедой):

бываешь ты порою так
невыносима…
в каких неведомых краях
искать мне…..?
я мог бы получить и в глаз
от женщин ярких,
но для тебя одной припас
трех олигархов
до окончанья ноября…..
и до апреля
отложен тока для тебя
был принц Брунея…

Васильева Инна:

Вот конструктивный диалог -
другое дело.
В кого стрела твоя дружок
с моей летела?
Когда ни он ни я до сих
не в теме где-то...
Ты покажи где этот псих.
Пусть выйдет к свету.
Ты турбодурочек ищи
в других пенатах.
А не зацепит - не взыщи
мой друг пернатый.
Меня то в баню, то в туман
все посылают.
Куда ни ткнись - везде обман.
И ты замаял.
Всё только драться да пугать.
Какого беса?
Где олигархи? принц опять
сбежал с принцессой?)

Женя (Гнедой):

характеристики мои
узнай вначале…
ты недоверием своим
меня печалишь…
Я - ворошиловский стрелок,
не изверг тощий…
и выбиваю сто из трех,
бывает больше…
могу натягом тетивы,
могу лопатой…
но мне гарантии нужны,
и предоплата…

а пользы нет, начнем с того…
пулять в них разом…
вот если выбрала кого…
считай, заказан)

Васильева Инна:

вот так и хочется сказать -
читай стих первый.
"где я найду... такую тать..."
а мне что делать?
когда у нас тут всё одно
не мусульмане.
а те, кто нравится, давно
у муз в кармане.
не порти настроенье мне
(куда уж гаже)
приснился маятник во сне
и голубь в саже.
полно коров и королев.
мой номер двести.
не тереби палёный нерв.
не много чести
срываться на больных мечтой.
(терпеть не много...)
бери свой лук. лети домой.
привет там... богу...)

Женя (Гнедой):

уйду, подмышку лук взяв, прочь…
и в ритме вальса…
я искренне хотел помочь…
перестарался(
.....................
Опубликовано
Уходя - уходи
В чём фишка?
Циклы стихов | Просмотров: 955 | Автор: Со-творение | Дата: 07/09/15 09:56 | Комментариев: 0

Laura Li:

Услышь мой зов - о, гордый повелитель -
сквозь шелест мотыльков ночного сада,
где лепестки метельчатого флокса
нежнее крема в свете лунных взглядов,
где кружатся турецкие гвоздики,
под ветерком танцуя - эрзурума,
пылают красным бархатные розы
и ждёт всегда твоя Шахерезада.
Услышь мой голос, маленькие эльфы
на невесомых крылышках волшебных
перенесут все звуки нежной лиры и
сладкий стон зовущий к мочке уха.
А в сон глубокий из сакральных мифов
проникнет дым манящий силуэтный
и волны белоснежного зефира -
телесных полусфер в желанных муках.
Ты видел под сиреневой чадрою,
как губы открываются навстречу.
Ты - искушённый ласками наложниц,
насыщенный любовными речами,
услышь меня, влекомую тобою,
почувствуй эти пламенные плечи,
одна лишь ночь любви с тобой дороже
всех тысячи ночей в саду печальном.
Растают звёзды в зеркале с рассветом,
пыльцой в медовой чаше манит утро,
очнёшься под восточным покрывалом
так звонко канарейка защебечет...
И в ложе, светом солнечным согретом,
мой повелитель ласковый и мудрый
проснувшись, вспомни, что тебе шептала
царица сказок в ожидании встречи.

Юрий Борисов:

Услышь мой голос, милый повелитель.
Сидишь над пиалой с шекер-буреком,
И кос-халвой закусываешь сказку.
А ты меня считаешь человеком?
Не думаешь ли ты, что я влекома
К тебе на запах пахлавы тягучей?
Нет, мой отец был секретарь парткома,
Хотя определенно невезучий.
Мой дом тогда был полной чашей плова,
А я тогда училась у француза.
Училась я вставлять в иголку слово
И созерцать беременность арбуза.
Прошло семь лет, парткомы упразднили,
Отца подвесив на подъемном кране.
Один посол в свой эмират на Ниле
Увез меня на молодом баране.
Сказал, что я должна там постараться.
И вот стараюсь: девятьсот рассказов…
А мой султан, с фигурою гимнаста
Наложниц приглашает для показов.
Визирь меня прощупывает взглядом -
Мол, сто ночей, меня в его хоромы
Доставят словно плитку шоколада.
«Ми раньше с вами нэ били знакомы?»

Laura Li:

Пылаю словно срезанная роза
на покрывале цвета баклажана.
Почти абсурд восточного привоза-
шекер-буреки из Азербайджана.
А кос-халва вредна зубной эмали
и жгутся губы пахлавой горячей.
Когда француз-учитель съехал в мае,
к отцу пришёл один красивый мальчик.
По делу. Между делом перестрелка -
остротами, глазами, инфой разной.
В космический интим, как белка-стрелка
летали налегке и безопасно.
Подсела на айраны и на таны,
посол посла был слишком пересолен,
его отец в то время стал султаном,
всегда страдал усталостью бессонной.
На голове у юного барана
забрезжили прекрасные наросты.
Вставлять в иголку слово - очень рано
язык просился. Получалось просто.
Султан на редкость страстным оказался
и конь его ухожен и подкован.
Увёз меня в Бруней из Арзамаса,
а это, как геенна для парткома.
Отец подался в фермеры по-русски,
посол нашёл овечку из Дамаска.
А мне приносят дыньки и арбузки,
когда храпит султан от новой сказки)
.................
Опубликовано
Шёпот Шахерезады
Циклы стихов | Просмотров: 1089 | Автор: Со-творение | Дата: 06/09/15 21:32 | Комментариев: 0

Алекс Фо:

Как же скрутит, бывает, постылой ноябрьской порою -
И первач не заборист, и девки не так уж красны,
Наплевательской мутностью душу предзимье накроет,
А деды будут снова мечтать, как дожить до весны…

Ни вздохнуть, ни забыться, когда на нежданном подъеме
Увязает, тележно скрипя, горькой доли обоз
В подмороженной инеем липкой тоске-черноземе…
А надежда - одна, как всегда - на авось да небось.

Но какой-то коняга на счастье отбросит подкову,
И кураж по-есенински мысли возьмет в оборот,
Раззадорится сердце от крепкого бабьего слова -
И с последним глотком самогона душа запоет…

Сергей Черкесский:

Снова крутит, привычно, постыло, запойно, осенне
Мужиков по пивнушкам. Их рожи кирпично красны.
Наплевали на баб, не валяют, как прежде бывало - на сене,
А деды и подавно: им только б дожить до весны…
Ни вздохнуть, ни забыться, ни дать себе волюшку-волю:
Мы всё тянем - потянем, скрипя бабьей доли обоз.
Мужики - под заборами. Мы - как положено, в поле
Подмороженный инеем месим вонючий и липкий навоз.
Вон, какой-то страдалец с похмелья отбросил копыта,
И глоток самогона его, несомненно, сегодня спасёт.
Не единожды жизнь эта крепким словечком покрыта,
И лишь только кураж нас по проклятой жизни несёт…

Персея:

День октябрьский ляжет на душу застиранной хусткой,
И чем к вечеру ближе, тем злей забирает тоска.
Выхожу за плетень по траве подмороженно-хрусткой:
Ну и где загулявшего мужа теперя искать?
Отвернулась едва, тут же - шасть: двери скрипнули в сенях.
Эх, небось загудел вместе с кумом опять в кабаке.
А потом будет каяться - дескать, попутал Есенин,
Загорланит про рощу чегой-то и сунет букет.
А надысь притянул, полоумный, откель-то подкову
И носился от счастья дурея, что твой карапуз...
Говорила мне маменька: - Доча, ходи за другого.
Вот пойду я и тоже с соседкой от горя напьюсь!
.................
Опубликовано
Мужицкое счастье
11-й конкурс пародий
Циклы стихов | Просмотров: 1110 | Автор: Со-творение | Дата: 26/08/15 11:36 | Комментариев: 18

Женя (Гнедой):

Расставаться нужно просто, по возможности красиво...
ноги сунувши в штиблеты, шарф забросив на плечо,
всем сказать «аривидерчи», и «огромное спасибо»
и «возможно в новых жизнях с вами свидимся ещё» .
Улыбнуться напоследок, бодро выйти на площадку,
перелезть через перила, прыгнуть в лестничный пролёт.
Может, кто смахнет слезинку, набежавшую украдкой,
ну а кто-то непременно с облегчением вздохнёт.
И, прочувствовав как надо всю ответственность момента,
со старательным сопеньем, как заправский паровоз,
будет дворник увлеченно чем-то шкрябать по цементу,
с матерком и прибауткой оттирая серый мозг...

Табуном да по равнине - мысли, как шальные кони,
на границе у рассудка им не требуется виз.
В размышлениях о вечном, с сигаретой, на балконе
я стою, облокотившись, пепел стряхивая вниз...

Марина Лантана:

расставаться нужно быстро - я за хлебом, буду скоро!
хоть прием давно известный, но проверенный не раз.
дверь захлопнул, симку в урну, покупаешь номер новый,
если адрес не засвечен, то свободен, как "Пегас"...

Женя (Гнедой):

расставаться нужно просто… жечь мосты, рубить канаты...
быть уверенным и смелым в намерении своем…
в телефоне, почте, аське разом удалить контакты,
чтоб они не порастали мхами, тиной и быльем..
и для новой светлой жизни подготовить чтоб полянку,
старые убрать постройки(им давно потерян счет),
подогнать большой бульдозер и проехаться по замкам
по песочным, по воздушным и каким-нибудь еще…)))

Женя (Гнедой):

напиваться нужно быстро, без затей и без изысков...
подливая водку в пиво, поднимая тост "за мир",
закусить культурно с вилки одинокою сосиской,
поделиться ею братски с вновь прибывшими людьми…

грянуть песню удалую «из-за острова на стрежень..»
сотоварищи подхватят, кто успеет подхватить…
сесть случайно мимо стула, отряхнув штаны небрежно,
водрузить себя на место… и еще стакан налить…

целовать друзей поштучно, от души, как говорится…
тут Колян, Володя, Петя, Любомир и Апанас…
и когда все расплывется, а быть может задвоится…
философски так заметить: «други, как же много вас!»

Аглая Алёшина:

Одеваться нужно быстро
если ты жена министра
потому что у министра
день расписан по часам
час расписан по минутам
тормозным и долбанутым
нет в нём места почему-то
так решил министр сам

Женя (Гнедой):

размножаться нужно быстро, контрацепций не приемля,
соблюдая непременно разность встреченных полов...
и тогда собой заполним под завязочку мы землю,
обогнав легко китайцев по количеству голов…
а когда нас много будет,незачем справлять поминки
по космическим прожектам, отказавшись от ракет,
будем спутники мы в космос запускать большой резинкой,
сэкономив этим самым нашей родины бюджет….)))

Аглая Алёшина:

целоваться нужно долго чтоб зауркало в желудке
пропуская душ и завтрак полдник ужин и обед
чтоб уже себя не помня на вторые-третьи сутки
получала поцелуи словно вымпелы побед
чтобы резко затошнило надоело чтоб настолько
что и видеть расхотелось да и сниться перестал
и когда он дверью хлопнет ни на грош не стало горько
чтоб с опухшими губами гордо встать на пьедестал

Женя (Гнедой):

нужно соблазнять красиво, чтобы дама не скучала…
обещать моря и горы, и поездку на Гоа…
ей покажетесь вы милым, что неплохо для начала,
и понятно очень скоро закружится голова
от шампанского у дамы, ведь не зря вы подливали
и ей тосты говорили о большой земной любви…
вот уже вы самый-самый, будете другим едва ли...
есть пока в крови промили, ваш фрегат не на мели….
в этом деле важно очень, меру знать, не увлекаться...
ведь количеством спиртного к телу вымощен ваш путь…
если мало, страстной ночью дама поспешит отдаться,
если много, то с такого дама может и уснуть…)))

Olgazaria:

Забываться нужно быстро, если мысли надоели.
Если хочется отмыться засорившимся мозгам.
Если горечи – канистра. Если солнце гаснет в теле.
Если нет уже надежды – ни на йоту, ни на грамм.
Разорвать листочек куцый и стихи уже не мучить.
Ни к чему звенеть напрасно, сотрясая царство пней.
Лучше ёжиком свернуться, и приклеить на колючки:
«C'est la vie...Кричите громче и пишите покрупней»…
Как внушить себе, что стёрто всё, что душу наполняло?
Повторяю: «Я стираю...я стираю всё до дыр...»
Мне бы стопку для комфорта...А, возможно, стопки мало...
Что же сделать, чтоб казалось, будто жизнь - сплошной пунктир?
Может нужно вспомнить детство? Босоногой, беззаботной
Замечтательной девчонке - всё мне было по плечу!
Если в зеркало вглядеться, прислонившись носом плотно...
Лучше в зеркало...не надо...я закрыть глаза хочу.
Ощутить грудную клетку... пульс, взрывающий пространство...
После мысленно обрезать два потрёпанных крыла...

И в ответ ругнуться метко на того, кто скажет: «Здравствуй»...
И добавить: «Я забылась – это, значит – умерла»...

Женя (Гнедой):

забываться нужно быстро… прекратить ходить на сайты,
о себе напоминая…. и забудетесь легко…
мхом покроется страничка с вашим личным копирайтом,
на который очень скоро не позарится никто…
не придет, не почитает... вас читатель интернета…
и рецензий не напишет… с массой добрых теплых слов
или с кучей оскорблений… будто вас в природе нету
и написанных душою нежных, трепетных стихов…

помытарствовавши малость, без стихов… неделю, месяц
год, и даже пятилетку… вам захочется прочесть
все, что там не дочитали... вы вернетесь на страницу..
да и миру знать нелишне - вы в природе все же есть)))

Olgazaria:

Просыпаться нужно быстро…Даже, если вы не спали,
А прикинулись растеньем, прорастая в полутьму…
Но болотная дремота одолеет вас едва ли,
Потому как забываться тоже трудно одному…
Не уйти вам с головою – в полусон или забвенье,
Непролазность и дремучесть - это не для тонких душ.
Нам никак нельзя без неба, без любви и вдохновенья…
Ведь для нас всего дороже – «поэтическая чушь»!
Просыпаться нужно быстро…Ждут давно друзья на сайте,
И хотя поверить трудно, но они твоя семья!
Здравствуй, Женя! Здравствуй, Юля!
Я уже иду – встречайте!
Эй, Серёжа и Марина!

Я вернулась… это я…
...................
Опубликовано
расставаться нужно просто
напиваться нужно быстро
Циклы стихов | Просмотров: 1446 | Автор: Со-творение | Дата: 16/08/15 11:07 | Комментариев: 8

Koterina:

приснится июльский рассвет, и ветер, и поле,
деревья-статисты вдали, забывшие роли,
и в полдень в траву упадёт созревшее солнце,
стеклянное блюдо воды слегка покачнётся,
прибой облаков захлестнёт с бормочущим плеском,
и стебли цветов муравьям покажутся лесом.
и будут, меняя черты, потоками литься,
и шепотом - крылья стрекоз, прозрачные листья.
рассыплется сон, как песок... но там, где контрастны
слова и поступки, цвета - зеленый и красный,
останется лёгкость игры, в душе беспорядок,
наполненный летней тоской, дыханием сада,
простудой морских берегов и криками чаек,
и запахом сена, дождя, зеленого чая,
и с тёплых туманных ветвей, сомкнувшихся выше,
сорвутся иные миры, как спелые вишни.

Орф:

приснится июльский рассвет, и ветер, и поле,
и с птицами вместе летящий куда-то поезд,
под шёпоты-стуки неясные мир мой качнется,
и в море утонет бегущее следом солнце…
а я буду плыть, убаюкан волной невесомой
и запахом сена, дождя и морского бриза…
и, в тёплых туманных ветвях запутавшись сонно,
сорвусь с верхней полки и плюхнусь на тётку снизу...

Летящая над Дебаркадером (ЛнД):

Мне голос явился в ночи, как будто бы свыше:
Поспели в июле в саду гигантские вишни.
Приснится такое статисту, забывшему роли:
Черешни духмяной, жука, а сегодня - гастроли!
Кладу в чемодан полумятые старые крылья,
Из термоса - чаем пахучим из сена, - нет, все-таки вылью!
Простуда вскочила, в душе навела беспорядок.
Гигантскую вишню сыграть из Вишневого сада,
Чтоб мир содрогнулся и понял, какой я контрастный:
В зеленом беретике-веточке, в целом же – красный!
Останется легкость игры, мы, статисты – актеры!
Рассыплется сон, как песок, ведь июль-то не скоро.

Сергей Черкесский:

Приснилось – я будто в Раю, и ангелы в белом…
Я в их окруженьи стою, смотрю очумело.
Всё зыбко, ну, словно мираж в пустыне Сахара.
Вдруг этот, с помятым крылом, дохнул перегаром.
Его оттолкнула в сердцах: в Раю непотребство.
И тут же проснулась я. Ах, какое соседство…
Мой милый встречал Рождество, да напился.
Уж лучше б мужчина другой мне приснился.

Эд Сетера:

Сорвался запретный плод – добыча для мышек.
Исчез невозможный мир, не созданный свыше.
Его не смогли куснуть ворона и Тайсон.
Но самый прискорбный факт - и мне не достался.

Кира Ратова:

Я там, где иные миры, я, там, где контрасты,
Мешаю в своём животе я белое с красным.
Девичник у нас, господа, я вина вкушаю,
И в тёплых, туманных парах, с тоской засыпаю.
Приснится сентябрьский закат, и чайки, и стужа,
Кустов-манекенов парад качается в луже.
И шёпотом – крыша плывёт в прозрачности зыбкой,
И в полночь луна упадёт, созревшею тыквой.
Рассыплется сон, как песок, в душе беспорядок,
Своё изучаю лицо осмысленным взглядом.
И светит, меняя черты, возмездием свыше,
Под глазом заплывшим – фингал, как спелая вишня.

Анастасия Гурман:

Отсыпьте волшебного "снега" поболе,
Хочу, чтоб приснилось канабиса поле,
Чтоб стебли его показались мне лесом,
Чтоб солнце в него приседало, как в кресло,
И попой сушило зеленые листья,
Сигары крутило, курило со свистом,
А я кайфовал бы в гуляющем дыме.
Снесите-снесите-снесите мне дыню.

Азачем:

приснится, бывает, такое – хоть стой, а хоть падай!
земля заблудилась в аллеях вселенского сада
сидит, обессилев, под яблоней (нет, это груша)
а время к обеду, и ей очень хочется кушать
вот-вот на башку упадет перезревшее солнце
попить бы, но в речке осталось водицы на донце
денек - как арбуз: неподъемный и весь краснорожий
стрекозы с мурашками лазят, заразы, по коже
и кружатся в небе высоком стервятники чайки
предчувствуют, видимо, сволочи скорую пайку
куда бы ни глянул - сплошной натюрморт и контрасты
проехав на желтый, зеленый ударился в красный
короче, бардак, или лучше сказать – беспорядок
тут каждый из фруктов растущих на что-нибудь падок
и падают в ведра миры, будто спелые вишни…
вторая бутылка кагора была явно лишней.

Виктория Дворецкая:

Приснится июльский рассвет. И дача. И ветер.
Деревья в амброзии. С конъюнктивитом дети.
И в полдень опять мне работать не хватит силы.
Я сяду под яблоню. Жарко невыносимо.
Прибой облаков колыбельные песни сложит.
Трудиться не буду - пусть кто-то другой, быть может...
Амброзия...нет, конопля...все идите лесом,
Я буду, меняя черты, муравьём, принцессой,
Ежом, носорогом, стрекозкой, прозрачным кем-то...
Рассыплется всё, как песочные башни летом.
И красное яблоко станет чуток зеленым,
Сорвётся мне в лоб, и я стану опять Ньютоном))
...............
Исходник
Приснится
Опубликовано
Конкурс экспромтов
Подражания и экспромты | Просмотров: 988 | Автор: Со-творение | Дата: 05/08/15 10:34 | Комментариев: 2

Сергей Черкесский:

Ты одинок, мой друг, ты одинок…
Колышет ветер пену занавески.
Глядишь в давно немытое окно,
Где облаков рассыпаны обрезки,
Где целый мир лежит у чьих-то ног.
Тебе же он, увы, не покорился.
А ты ведь мог, всего добиться мог,
Но сдался, на колени опустился.
Жесток наш мир, но он, мой друг, таков -
Тот на коне, кто ярче и смелее.
А женщины не любят слабаков,
Лишь иногда по-бабьему жалеют.
И потому теперь ты одинок,
Тоска и безразличие во взгляде.
В бокале не допитое вино –
Нектар богов, настоянный на яде…

Орф:

Ты одинок, мой друг, ты одинок…
От грязи задубели занавески,
И бьется свет в немытое окно
Сквозь дебри паутинной арабески.
В пылище задохнулся хомячок,
И верный кот судьбе не покорился -
Он беспредела вынести не смог
И с горя в унитазе утопился.
В жестоком мире (и в твоей судьбе)
Уже не будет чище и светлее.
И голуби сочувствуют тебе,
И иногда по-птичьему жалеют.
И потому теперь ты одинок,
Тоска и безразличие во взгляде.
Никто убрать квартиру не помог -
И даже змий зеленый - только гадит…

Летящая над Дебаркадером:

Пропал шнурок, друзья, пропал шнурок,
Пропали и алмазные подвески,
Разбито, понимаешь ли, окно,
ПикАссо и РембрАнт - одни обрезки!
Мильоны здесь в пыли лежат у ног!
Какой козел в мою избу вломился???
И он, подлец, всего добиться смог!
Я сдался, на колени опустился.
Жесток наш мир, друзья, нахал каков,
Был на коне, вон, кучки тут чернеют,
А может быть, - Газманов? Михалков???
Автографа не взял (о чем жалею).
Я без сокровищ, други, одинок,
Тоска и безразличие во взгляде,
А воры даже выпили вино –
Нектар богов, скажите ну не свиньи!

Братислава:

Ты - колобок, ты просто колобок!
Наскреб себя в амбарах и сусеках
И катишь вновь, встречая землю лбом,
Свободный от зверей и человеков.
И слёзы бабки, и унылый дед,
И грустный заяц, и медведь голодный -
Всё в прошлом! Дела нет до них тебе,
Жесток наш мир - в нём проще быть свободным.
Кто на коне - тот, может, очень крут,
Но вспоминая Вещего Олега,
Ты гордо в морду всем бросаешь: "Брут!"
И катишь вновь от крова и ночлега.
По-бабьему тебя ватрушкам жаль -
Тоска во взгляде, скорбь под чёрствой коркой...
Ты - несъедобен, и такой сухарь
Не размочить ни содовой, ни горькой!

Азачем:

Я одинок. И стар. И нездоров
Замшел фасад и протекает крыша
На порчу девок и на ломку дров
Уж не способен…Впрочем, не колышет
Гляжу в давно немытое окно
Давно немытой рожей отражаясь
За ним уже, как в погребе, темно
Но темноты и той я не пужаюсь
Облезлый кот пристроился у ног
Такой же старый и такой же хилый
Я пнуть хотел, попробовал – не смог
Поскольку вовсе не осталось силы
Я сдался бы, но не берет никто
А был - рысак! И скачки, и награды…
Теперь я кляча в стареньком пальто
Так дайте, дайте мне пол-литра йаду!!

Виктория Дворецкая:

Ты криворот, мой друг, и косоглаз.
Тебя особо это не колышет.
Глядишь сквозь "окуляры", заикаст,
А в интернете - как Шварцнегер вышел.
Там целый мир лежит у ног твоих,
(Тебе совсем случайно покорился)
В реале ты б всего добился вмиг,
Но надо ж было валенком родиться!
Жесток наш мир, и он, увы, таков -
Кто некрасив - тот искренен и страстен.
Но вот фигня, для этих мужиков
Все женщины, как мамонты, прекрасны!
Как бегемотихи, слонихи, но инет,
Мадонну слепит с каждой божьей твари
Ты одинок, поэт?
Вот мой тебе ответ -
Пиши, а фотошоп тебя исправит)
.......................
Опубликовано
Конкурс экспромтов
Подражания и экспромты | Просмотров: 825 | Автор: Со-творение | Дата: 24/07/15 09:55 | Комментариев: 0
1-50 51-100 101-150 151-184